Сила любви

Оказывается, уже настал вечер. Драко не беспокоили, как он и думал. Разве что мама наверняка заходила, чтобы увидеть всё своими глазами, ибо слуга обязан был ей рассказать, что Малфой-младший сегодня решил не вставать. У него случались такие приступы. Обычно после ужасных снов о Волдеморте. Тот либо побеждал в войне, либо жестоко казнил родителей, а бывало, что истязал Поттера, да так изощрено и страшно, что Драко просыпался от жутких отвратительных чувств. Рядом неизменно сидел кто-то из слуг. Драко подозревал, что они его и будили. Поначалу, когда подобные сны только начали сниться, Малфой не мог проснуться сам и мучился в них так, что зашкаливала температура. Первым это заметил отец — у него тоже вошло в привычку заходить к сыну в спальню и проверять, жив ли он и действительно ли существует. Особенно когда он узнал о случившемся в Тайной комнате и о том, как погиб Винс. Но однажды Люциус увидел, как страшно Драко страдает и что не может проснуться. Даже мать не смогла разбудить его, только слуги. Домашние эльфы всегда обладали невероятно сильной магией в очень многих сферах. Хорошо, что их силы связывал древнейший обет служения, замешанный на крови, иначе они вполне могли восстать и заявить права на весь мир. Но они были по-другому устроены. Бунтари вроде Добби встречались редко, да и тот все равно пожертвовал собой ради того, кто может и не считался хозяином, дав эльфу свободу, но которого тот полюбил. Вот и сейчас рядом с Драко оказался слуга, разбудил его, спас, очистил, а теперь участливо держал за руку. Это здорово утешало. Когда эльф отпустит его, Драко снова станет не по себе, но все же не так. Он вздохнул и поднялся. Психика изо всех сил старалась не вспоминать прочитанные в газете события, но все же пришлось. Тем более, увиденный сон был тесно с ними связан. А сны в волшебном мире никогда просто так не снились. Драко увидел отголоски реальности, именно то, что с Поттером и случилось. Пусть бессвязно, намеком, но это было оно. Кстати… он усмехнулся… а ведь подобные вещие сны снятся только любящим. Вот это Малфой раскис и распустил свои чувства. Чего он только не намечтал себе за этот прошедший год. Ох и дурак. Зачем? Чтобы его сразило громом разочарования, когда он столкнется с реальностью? Когда взволнованный взгляд Героя после вылета из Выручай-Комнаты, который Драко в мыслях развил чуть ли не в ответное чувство, вновь сверкнет сталью презрения. Или же безразличия, на худой конец. Но тепла в этих зеленых глазах точно не будет. Драко отогнал эти мысли, как делал не раз весь год. Он совсем одурел в заточении. Хорошо, что завтра можно выйти на волю. Пора приходить в себя. Драко поблагодарил эльфа, поднялся и стал одеваться. Он выпил кофе, принесенное добрым слугой, но опять ничего не поел, чем, конечно, расстроил его. И все же решив, что сон приснился не зря, Малфой включил утешение, а оно породило надежду. Поттер жив, он просто в магической коме, с ним что-то случилось, и надо узнать, что. У Драко есть фора перед аврорами — им вряд ли приснятся сны-подсказки. Они, конечно любят и чтят Героя, но не настолько, как Драко. Тот просто голову из-за него потерял. И даже смирился с этим. Глянув на грустное лицо эльфа, Драко запихнул в себя пирожок, который тот принес, заставив себя сжевать его. Слуга просиял. Тогда Драко взял с собой поднос и направился с ним в библиотеку, чтобы окончательно порадовать эльфа. Хотя бы до тех пор, пока тот не обнаружит на книжном столе нетронутую еду. А пока он будет считать, что хозяин «все же покушал».

***

В библиотеке Малфой мигом забыл про ужин и глубоко задумался. Эти два существа, которых он видел во сне и которые пожирали… кхм… Мерлин… ногу Поттера — не из этого мира. Маглы назвали бы их вымышленными, но любой волшебник знал, что всё, что выдумывают маглы, обретает свою форму и существует в особых тонких мирах, к которым, по иронии судьбы, самим маглам ходу нет. Ну, разве что в мыслях. Но волшебники могут там оказаться вполне осязаемо. Так, например, можно попутешествовать в мире любой книги, написанной маглами. А волшебниками — так тем более. Впечатления будут еще ярче и четче. Но с маглами все расплывчато. Книга могла быть написана, а могла быть только в задумке. Найти подобную информацию в ментальном мире невероятно трудно, но подобные перемещения никогда не случаются без помощи артефактов. Омут памяти — самый безобидный из них. Но есть и такие, которые позволяют смотрителю погрузиться в процесс так глубоко, что ему потребуется помощь извне, чтобы вернуться обратно. Это очень опасная практика. Волшебник мог застрять с мире грез, а наяву умереть. Ибо, в отличие от магла, который, читая книгу или же смотря фильм, все же себя осознает, в волшебном мире встречались магические предметы, которые позволяли переместиться в процесс всей душой и телом. И даже сознанием. Подобный артефакт наверняка лежит сейчас где-то рядом с Поттером, он же и защищает его от всех, чтобы никто не мешал ему блуждать в выдуманных мирах. Вот только почему авроры не обнаружили этот предмет? Драко подумал и понял: да вот почему! Он запрещенный и спрятан чарами маскировки! Малфой весь год провел в библиотеке, тут же и обнаружил, как сильно влечет его артефакторика, поэтому прочитал море книг на эту тему. Возможно, конечно, он сейчас ошибается и выдумал это всё, но версию стоит проверить. Для начала нужно покопаться в списке запрещенных к использованию артефактов, связанных с грезами наяву. Этим Драко и занялся. Подобные списки опасных веществ и предметов всегда имелись в библиотеке каждого волшебника. Они магически самообновлялись, чтобы люди вовремя получали информацию, с чем можно иметь дело, а с чем нельзя. Список запрещенных заклятий, например, относился сюда же. Это были особые книги, связанные с общей волшебной сетью, подобно магловскому способу обмена информацией с помощью…как же их?.. компьютеров — вот! Драко читал о таком — просто из интереса. Но вообще волшебники следили за изменениями и открытиями в магловском мире, чтобы быть в курсе событий. В последнее время этому процессу уделяли особое внимание, ибо магловский мир начал развиваться слишком стремительно, и помимо книг и фильмов, например, стали появляться игры — как раз вот на этих «компьютерах». И это был тоже целый огромный мир. Так что задача усложнялась, но только не для артефакта. Он был связан со всеми мирами одновременно и легко перенастраивался на новшества. Драко даже примерно знал, что это за предмет и кто его изобрел. Ему попадалась подобная информация, когда он штудировал книги по артефакторике, но он тогда не уделил ей особого внимания. Но вот сейчас… Нужно просто вспомнить, где же это было… так-так… Драко провозился до самого утра. Хорошо, что он весь день проспал, а то бы сил не хватило. Заходила обеспокоенная мама, чтобы проверить, как сын и чем он занят. По ее лицу Драко понял, что она знает о Поттере и боится, что придется это сказать. Поэтому Малфой не стал ничего спрашивать, чтобы ее не расстраивать. Обычно он часто приставал к маме с вопросами, как там Герой, ведь она вращалась в волшебном мире свободно. Драко казалось нормальным об этом спрашивать — ведь это Герой и Легенда. Все интересуются им. Вот только почему мама в конце концов начала грустно улыбаться, когда Драко в очередной раз начинал спрашивать о Герое, и почему сейчас так взволнована? Впрочем, Драко все равно не поднял эту тему. Зачем? Он ведь все уже знает. Мама ушла все так же встревоженная, сказав, что Драко вполне может позавтракать пораньше в библиотеке, если проголодался, — эльфы всё принесут. На самом деле она надеялась, что сын как можно позже окажется с ней за одним столом, когда тему о Поттере уже невозможно будет не поднять. Но Малфой опять подыграл маме и попросил эльфа принести ему кофе и сэндвичи. Он все выпил и съел, потому что нашел нужную информацию. Артефакт сновидений Лиоля — темного волшебника, перешедшего на сторону светлых после предательства собственных подручных. Еще в ранней юности он усовершенствовал один охранный предмет, который мог сильно усложнить жизнь аврорам, если бы начал применяться в преступном мире. Он принес бы парню немалое богатство, начни тот его продавать. Но юный артефакторик едва не поплатился за него жизнью. Записи украли, а самого Лиоля даже пытались убить. К счастью, ему удалось выжить после ранения, и он обратился за помощью в аврорат назло всем врагам. Его охранные артефакты теперь встроены почти во все дома приличных волшебников, и пронырам из Лютного стало намного сложнее проникать в их жилища. Аврорат взял талантливого волшебника под крыло и защиту, он прожил почти двести лет и изобрел еще очень много полезных вещей. Правда, опасных тоже. Вот в частности, артефакт сновидений. Осязаемое путешествие в мире чужих фантазий — это, конечно, очень соблазнительно, но обращаться с этим предметом надлежало очень аккуратно. Такое было под силу только опытным магам, но тех подобные путешествия, как правило, не увлекали. А вот молодежи подобное развлечение нравилось. Но оно слишком затягивало, волшебник с тонкой психикой становился зависимым от опасной игры, оно подменяло ему реальность, и в конце концов он засыпал навсегда. Когда такие случаи участились, изготавливать артефакт запретили, а оставшиеся постарались уничтожить. Но кое-кто умудрился спасти их и спрятать. Вот, в частности, кто-то из Блэков. Артефакт не подпитывался темной магией, но наверняка ею замаскирован. Отсюда и черный дым, и неприступность. Мало того, Поттер вполне мог напитать магический кокон своей собственной силой, которую недавно получил, а что еще вероятнее — силой бузинной палочки. Это очень серьезно. Конечно, теория требовала проверки, ибо была основана на сне, но что, если она подтвердится? Аврорам Драко не хотел доверять свои мысли — к семье Малфоев в волшебным мире еще долго будут относиться с подозрением, даже несмотря на протекцию Героя войны. Но есть же Грейнджер. Не они ли втроем с Уизли и Поттером спасли целый мир? Так что спасение друга ей вполне можно доверить…