Living dead Romance 18+

Так, малой, что там у тебя по урокам? - Лу, зашёл домой к Иуде, чтобы помочь ему с уроками, он знал что Иуда, не шарит по некоторым предметам в школе, потому и решил поднатаскать кузена Биология, строение человека - Иуда открывал учебник по биологии, глядя в него Погоди, мелкий, такие вещи не обсуждаются на трезвую голову, Лу шастал по холодильнику в поисках алкоголя, найдя две банки пива он поставил их на стол Не думаю что это хорошая идея, пить во время занятия домашним заданием - Иуда глянул на него с укором Так, смотри, строение человека, анатомия и все дела, смотри, пацан, когда мужчина и женщина долго встречаются, между ними происходит химия и в итоге они делают то, от чего рождаются дети, иначе говоря : трахаются - демон пил пиво, склонившись над учебником, вместе с Иудой Слушай, ты ведь много кого имел, какого это чувствовать себя внутри неё? - это был странный вопрос, для Иуды, но всё таки возраст а именно 17 лет, даёт о себе знать Мы заговорили о сексе? Да, кузен? На самом деле, это очень приятно, я дам тебе один братский совет : если хочешь подцепить девушку, купи ей виски, напои её, а затем веди в мотель, после чего, трахни её так, чтобы она не забыла твоё имя пацан, но перед этим, наговори ей на ухо гадостей и вот увидишь, результат не заставит себя ждать - Лу потрепал Иуду по голове То то Мэггот, от тебя ушла, видимо гадости любила слушать - Иуда усмехнулся Веришь или нет, но Мэгги, по сути, была той ещё извращенкой ей нравилось это, парень - Лу сел на стол А знаешь, пацан, я могу показать на примере - Лу спрыгнул со стола и потянулся к Иуде Ты пьяный, это раз, мы кузены, это два, мой родители скоро придут, это три и... - Иуда не договорил, губы Лу, оказались рядом с его ухом Заткнись и не будь букой, это четыре, к то му же, я знаю про твой отношения с Демиеном, парень, вы наверняка уже спите вместе, это пять - Дыхание Лу обжигало ухо Иуды, парнишка задержал дыхание Что? Нет, ничего не было и не будет, до моего совершеннолетия - Иуда легонько оттолкнул его Ну ты же понимаешь парень, что он вряд-ли будет ждать три года - Лу сел рядом с Иудой Любит - подождёт - Иуда вернулся к учебнику по биологии Лу усмехнулся, его пальцы легонько скользнули по корешку учебника, а взгляд с хитринкой скользнул в сторону Иуды. "Ты говоришь, что ничего не было, но я вижу, как ты краснеешь, когда упоминаешь его имя. Демиен, да? Он же тебя каждый день встречает после школы. И что, просто так?" Иуда напрягся, его пальцы сжались на странице учебника, оставляя слегка помятые уголки. "Он просто друг, Лу. Не придумывай." Лу отхлебнул из банки, его губы растянулись в провокационной улыбке. "Друг, который смотрит на тебя так, будто хочет раздеть на месте? Ну конечно, кузен. Ты мне тут сказки не рассказывай. Я же вижу, как ты сам на него смотришь. Как будто он для тебя — весь мир." Иуда опустил взгляд, чувствуя, как щеки вновь наливаются жаром. "Перестань, Лу. Это не про то." Лу встал, его тень накрыла Иуду, словно тяжелое одеяло. Он наклонился, его дыхание снова оказалось слишком близко. "Ты хочешь знать, как это — чувствовать себя внутри кого-то? Как это — быть так близко, что дыхание становится единым? Я могу показать тебе, кузен. Не обязательно ждать Демиена." Иуда откинулся на спинку стула, его сердце заколотилось как барабан. "Лу, ты… ты переходишь границы." Лу засмеялся, низко и глубоко, как будто его голос был наполнен чем-то запретным. "Границы? Ты серьезно? Ты думаешь, Демиен будет играть по правилам, когда дело дойдет до этого? Он тебя просто сожрет, кузен. И ты будешь просить больше." Иуда встал, его руки дрожали. "Ты пьян. Я не буду это слушать." Лу сделал шаг вперед, его пальцы легли на плечо Иуды, словно горячий металл. "Ты боишься, это понятно. Но страх — это просто слабость, кузен. И если ты не научишься его преодолевать, то останешься просто мальчишкой, который мечтает о том, чего никогда не получит." Иуда замер, его взгляд встретился с взглядом Лу. "Что ты хочешь?" Лу улыбнулся, его пальцы скользнули вниз по руке Иуды. "Показать тебе, как это — быть мужчиной." Лу не отступал, его пальцы медленно двигались вниз по руке Иуды, словно паук, плетущий паутину. Касание было настолько легким, что Иуда едва мог различить его, но ощущение, которое оно вызывало, было тяжелым, как свинец. Его тело будто застыло, дыхание застряло в горле, а в голове звенела тревожная мелодия. "Не бойся, кузен," прошептал Лу, его голос звучал как соблазнительный шепот ветра, который обещает унести тебя в неизвестность. "Ты же хочешь знать, правда? Как это будет, когда он коснется тебя? Как это будет, когда ты почувствуешь его кожу на своей?" Иуда закусил губу, пытаясь подавить дрожь, которая пробежала по его телу. Его глаза были широко раскрыты, а сердце билось так громко, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. "Лу, ты… ты не должен…" — начал он, но Лу перебил его, подойдя еще ближе. "Не должен? А кто решил? Ты? Или, может быть, Демиен? Он же не расскажет тебе всего, что ты хочешь знать. А я могу." Лу наклонился, его губы почти касались уха Иуды. Его дыхание было горячим, как пламя, которое обжигало кожу, но не оставляло следов. "Хочешь, я покажу тебе, как это — быть желанным? Как это — чувствовать, что ты нужен кому-то больше, чем воздух?" Иуда закрыл глаза, пытаясь отстраниться, но его тело словно предало его. Оно тянулось к Лу, к его теплу, к его голосу. "Я не могу," прошептал он, но в его голосе уже не было уверенности. Лу улыбнулся, его пальцы нашли запястье Иуды и сжали его крепко, но не больно. "Ты можешь. Просто позволь себе." Лу не отпускал запястье Иуды, его пальцы продолжали движение, скользя по тонкой коже, как будто изучая каждый изгиб, каждую прожилку. Его прикосновения были медленными, настойчивыми, словно он знал, что Иуда не сможет сопротивляться. "Ты ведь чувствуешь, как это — быть близко?" — прошептал Лу, его губы уже касались мочки уха Иуды, горячее дыхание обжигало, оставляя мурашки на коже. "Как это — когда кто-то хочет тебя до безумия?" Иуда пытался дышать, но воздух словно застыл в его легких. Его тело было напряжено, как струна, но внутри него бушевала буря, смесь страха и желания, которую он не мог объяснить. "Лу…" — его голос был тихим, почти мольбой. "Тсс, кузен," — Лу прижал его руку к своей груди, и Иуда почувствовал учащенное сердцебиение. "Ты же знаешь, что хочешь этого. Ты всегда знал. Почему бы не перестать бороться?" Иуда закрыл глаза, его дыхание стало прерывистым. Он чувствовал, как Лу приближается, его губы теперь были в сантиметрах от его шеи, и он не мог пошевелиться. Его тело реагировало само, будто оно принадлежало не ему. "Позволь мне показать тебе, что значит быть любимым," — прошептал Лу, его голос был мягким, как шелк, но в нем была сила, которая заставляла Иуду дрожать. "Я… я не должен," — прошептал Иуда, но его слова звучали как пустой звук, без убежденности. Лу улыбнулся, его губы коснулись шеи Иуды, легкое прикосновение, которое вызвало волну тепла по всему его телу. "Ты должен. Для себя. Для нас." Иуда попытался протестовать, но его тело уже не слушалось. Оно тянулось к Лу, к его теплу, к его голосу. Его разум кричал, но его сердце билось в унисон с Лу, и он знал, что уже не может остановиться. "Просто позволь себе," — прошептал Лу, его рука легла на пояс Иуды, и мир вокруг них исчез. Лу почувствовал, как под пальцами пульсирует жилка на шее Иуды — тонкая, как натянутая струна, готовая сорваться в дрожащий звук. Его губы коснулись мочки уха, влажным теплым выдохом пробежались по чувствительной коже, заставив Иуду резко вдохнуть. — Ты слышишь? — шепот Лу растворился в темноте, густой, как смола. — Как твое сердце бьется… для меня. Пальцы скользнули под ткань рубашки, зацепились за пояс, медленно, неумолимо расстегивая пряжку. Иуда вздрогнул, но не отстранился — его бедра сами подались вперед, предательски жаждущие прикосновений. — Не… — голос сорвался в хрип, когда ладонь Лу плотно обхватила его через ткань, сжимая с обещающей силой. — Врешь, — Лу прикусил его нижнюю губу, заставив стон застрять в горле. — Ты же дрожишь. Он толкнул Иуду на грубые деревянные доски стола, и тот рухнул на спину, ослепленный вспышкой желания. Лу навис над ним, тенью из другого мира, где не было запретов. — Я научу тебя, — он провел ногтями по оголенному животу, оставляя алые полосы. — Как просить. Иуда выгнулся, его руки вцепились в край стола, суставы побелели. Он не мог думать, не мог дышать — только чувствовать, как Лу срывает с него все слои лжи одним рывком… Лу придвинулся ближе, его пальцы медленно скользнули по руке Иуды, словно художник, рисующий на холсте. Каждое касание было словно электрический разряд, пронизывающий тело Иуды, заставляя его замирать и одновременно трепетать от неведомого доселе ощущения. "Ты знаешь, что это правда," — прошептал Лу, его голос был низким, как шепот ночи, обещающий что-то запретное. "Ты всегда знал, что хочешь узнать больше. Почему сопротивляешься?" Иуда хотел ответить, но слова застряли в горле. Его тело будто перестало ему подчиняться, а глаза были прикованы к Лу, который казался теперь не просто кузеном, а кем-то большим, кем-то, кто знает все его тайны. Лу улыбнулся, его пальцы легли на щеку Иуды, слегка приподняв его лицо так, чтобы их глаза встретились. "Ты ведь хочешь знать, как это — быть желанным? Как это — чувствовать тепло чужого тела на своем?" Иуда дрожал, его дыхание стало прерывистым. Он не мог понять, чего хочет, но его тело уже начало отвечать Лу, словно оно знало, что нужно делать. "Я… я не могу," — прошептал он, но в его голосе уже не было уверенности. Лу засмеялся, его пальцы медленно скользнули вниз по шее Иуды, оставляя мурашки на коже. "Ты можешь. Просто позволь себе." Иуда закрыл глаза, его сердце билось так громко, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. Он чувствовал, как Лу приближается, его губы почти касались его уха, и он не мог пошевелиться. "Позволь мне показать тебе, что значит быть любимым," — прошептал Лу, его голос был мягким, как шелк, но в нем была сила, которая заставляла Иуду дрожать. Иуда попытался протестовать, но его тело уже не слушалось. Оно тянулось к Лу, к его теплу, к его голосу. Его разум кричал, но его сердце билось в унисон с Лу, и он знал, что уже не может остановиться. "Просто позволь себе," — прошептал Лу, его рука легла на пояс Иуды, и мир вокруг них исчез. Лу наклонился ниже, его дыхание стало горячим и прерывистым, как будто сама тьма вдохнула в него жизнь. Его губы скользнули по шее Иуды, оставляя за собой след из огня, который жгёл изнутри. Рука Лу упорно двигалась вниз, пальцы скользили по напряженным мышцам, пока не достигли края брюк. — Ты сам не знаешь, чего хочешь, — прошептал он, его голос был низким, как гул далекого грома, — но я знаю. Иуда сжал зубы, пытаясь подавить стон, который рвался наружу. Его руки дрожали, цепляясь за край стола, но Лу не давал ему шанса на сопротивление. Один рывок — и брюки соскользнули на пол, оставив его уязвимым и открытым. — Не надо… — прохрипел Иуда, но его тело говорило иначе, предательски реагируя на каждый жест, каждое прикосновение. Лу ухмыльнулся, его глаза блестели, как угли в пещере. Он прижал ладонь к бедру Иуды, чувствуя, как мышцы напрягаются под его пальцами. — Ты хочешь, чтобы я остановился? — его голос был ядом, сладким и губительным. Иуда не ответил, его дыхание сбивалось, сердце билось так, словно хотело вырваться из груди. Лу скользнул ниже, его губы коснулись внутренней стороны бедра, теплые и влажные, заставляя Иуду содрогнуться. — Ты так красив, когда боишься, — прошептал он, его дыхание обжигало кожу. Рука Лу двинулась дальше, пальцы скользнули по напряженному животу, оставляя за собой след из мурашек. Иуда зажмурился, его тело выгнулось, как лук, готовое сорваться в пропасть. — Не сдерживайся, — Лу притянул его ближе, его голос стал командой, от которой невозможно было отказаться. Иуда сдался, его руки наконец отпустили край стола, пальцы вцепились в плечи Лу, цепляясь за него, как за якорь в бушующем море. — Лу… — его голос был сломанным, почти мольбой. Лу улыбнулся, его губы скользнули по шее, оставляя за собой обещание. — Я только начал. Лу шагнул вперед, его тень накрыла Иуду целиком, как тяжелое одеяло, из-под которого не вырваться. В комнате стало душно, воздух будто загустел, пропитанный запахом пива и чем-то еще — острым, горячим, что заставляло сердце Иуды биться чаще. — Ты всегда был таким скрытным, — прошептал Лу, его губы почти коснулись уха Иуды, горячее дыхание обожгло кожу. — Но я знаю, что ты хочешь. Иуда попытался отстраниться, но спинка стула упиралась в его спину, не давая отступить. Его пальцы сжались на странице учебника, бумага заскрипела под давлением. — Лу, прекрати… — голос Иуды дрожал, но в нем уже не было прежней твердости. Лу засмеялся, низко и глубоко, как будто его голос был наполнен чем-то запретным. — Прекратить? Ты уверен? — Его рука легла на плечо Иуды, пальцы сжимали кожу, чуть сильнее, чем нужно. — Ты же не хочешь оставаться мальчишкой, который боится всего, правда? Иуда закрыл глаза, пытаясь подавить дрожь, которая пробежала по его телу. Его сердце колотилось так, словно хотело вырваться из груди. — Я… я не… — Не ври, — Лу прервал его, его губы коснулись шеи Иуды, легкое прикосновение, которое вызвало волну тепла по всему его телу. — Ты же чувствуешь, как это — быть близко? Иуда не смог ответить. Его тело будто перестало подчиняться, а мысли превратились в хаос. Он чувствовал, как пальцы Лу скользят вниз по его руке, как его дыхание становится все горячее, а мир вокруг сужается до точки. — Просто позволь себе, — Лу прошептал, его рука легла на пояс Иуды, и в этот момент все остановилось. Иуда замер, его глаза широко раскрылись. Он чувствовал, как дрожь охватывает все его тело, как внутри него разгорается что-то, чего он не мог объяснить. — Лу… — его голос был тихим, почти мольбой. Лу улыбнулся, его пальцы начали медленно расстегивать пряжку. — Не бойся, кузен. Я покажу тебе, что значит быть настоящим. Иуда закрыл глаза. Он больше не мог сопротивляться. Лу не отступал. Его дыхание, горячее и тяжелое, обволакивало Иуду, как дым от костра, который невозможно потушить. Пальцы Лу скользнули по шее Иуды, оставляя за собой тонкие линии мурашек, словно следы от перьев. — Ты дрожишь, — прошептал Лу, его голос звучал как соблазнительный зов, который невозможно игнорировать. — Ты хочешь этого. Иуда пытался отстраниться, но его тело будто застыло, предав его. Он чувствовал, как пальцы Лу медленно опускаются ниже, задевая край рубашки, и его сердце бешено заколотилось. — Лу, мы… это неправильно, — прошептал Иуда, но его слова звучали как слабый шепот, лишенный убежденности. Лу усмехнулся, его губы приблизились к уху Иуды, горячее дыхание обжигало кожу. — Ничего неправильного нет, кузен. Ты хочешь знать, как это — быть близко? Как это — чувствовать, что кто-то хочет тебя больше, чем воздух? Иуда закрыл глаза, его руки дрожали, сжимая край стола. Он чувствовал, как Лу придвигается ближе, их тела почти соприкасались, и его разум затуманился. — Послушай свое тело, — прошептал Лу, его пальцы медленно расстегивали пуговицы рубашки Иуды. — Оно не врет. Иуда почувствовал, как ткань рубашки сползает с его плеч, открывая кожу для прикосновений Лу. Его дыхание стало прерывистым, а сердце билось так громко, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. — Лу, я… я не могу, — прошептал он, но его голос уже звучал как мольба. Лу засмеялся, его губы коснулись шеи Иуды, легкое прикосновение, которое вызвало волну тепла по всему его телу. — Ты можешь. Просто позволь себе. Иуда попытался протестовать, но его тело уже не слушалось. Оно тянулось к Лу, к его теплу, к его голосу. Его разум кричал, но его сердце билось в унисон с Лу, и он знал, что уже не может остановиться. — Просто позволь себе, — прошептал Лу, его рука легла на пояс Иуды, и мир вокруг них исчез. Лу был неумолим. Его пальцы скользнули дальше, под рукав Иуды, оголяя участок кожи, который тут же стал восприимчивым к каждому прикосновению. Иуда вздрогнул, его тело словно пронзила искра, пробежавшая от плеча до самых кончиков пальцев. — Ты думаешь, я не вижу? — голос Лу был тихим, но плотным, как смола, прилипающей к разуму. — Ты думаешь, я не замечаю, как ты смотришь на него? Иуда не смог ответить. Его рот был сухим, а слова застряли где-то в горле. — Я знаю, что ты хочешь, — продолжил Лу, его губы коснулись шеи Иуды, легкое прикосновение, которое вызвало волну тепла по всему телу. — Ты хочешь, чтобы кто-то взял тебя в свои руки, чтобы кто-то показал тебе, как это — чувствовать себя живым. Иуда закрыл глаза, его дыхание стало прерывистым. Он чувствовал, как Лу приближается, их тела почти соприкасались, а сердце Иуды билось так громко, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. Лу засмеялся, низко и глубоко, как будто этот звук был наполнен чем-то запретным. — Не бойся, кузен, — прошептал он, его пальцы начали расстегивать пуговицы рубашки Иуды. — Я покажу тебе, как это — быть желанным. Иуда попытался протестовать, но его тело уже не слушалось. Оно тянулось к Лу, к его теплу, к его голосу. Его разум кричал, но сердце билось в унисон с Лу, и он знал, что уже не может остановиться. — Просто позволь себе, — прошептал Лу, его рука легла на пояс Иуды, и мир вокруг них исчез. Иуда замер, его глаза широко раскрылись. Он чувствовал, как пальцы Лу скользят по его коже, как дыхание становится все горячее, а мысли превращаются в хаос. И в этот момент он понял: сопротивляться уже бесполезно. Лу не стал ждать. Его движения были уверенными, почти хищными, как будто он давно знал, что Иуда рано или поздно сдастся. Рука его скользнула ниже, к поясу, и Иуда почувствовал, как ноги его дрожат, будто готовы подкоситься. Лу притянул его ближе, их груди соприкоснулись, и Иуда почувствовал, как сердце Лу бьется в унисон с его собственным — гулко, настойчиво, как будто стучалось в дверь его души, требуя впустить. — Ты дрожишь, — прошептал Лу, его губы коснулись мочки уха Иуды, горячее дыхание оставило след, словно огненный след по коже. — Это страх? Или желание? Иуда хотел ответить, но слова снова застряли в горле. Вместо этого он издал тихий стон, который сам себя удивил. Лу усмехнулся, его пальцы уже ослабили пояс, и Иуда чувствовал, как ткань скользит по его бедрам, открывая то, что он так долго скрывал. — Ты всегда был таким… скрытным, — продолжил Лу, его рука скользнула вниз, ладонь обожгла кожу Иуды, словно раскаленный металл. — Но я всегда знал, что под этой маской ты хочешь только одного. Иуда закрыл глаза, его дыхание стало прерывистым, а тело напряглось, словно готовое к прыжку. Лу не спешил, его движения были медленными, почти мучительными, как будто он наслаждался каждым мгновением, каждым вздохом Иуды. — Просто расслабься, — прошептал Лу, его губы снова коснулись шеи Иуды, на этот раз сильнее, оставляя след, который Иуда почувствовал всем телом. — Я покажу тебе, что значит быть по-настоящему живым. Иуда чувствовал, как его разум начинает терять контроль, как мысли превращаются в хаос, а тело становится мягким, податливым. Он знал, что уже не может остановиться, что Лу уже взял его в свои руки, и теперь он принадлежит ему полностью.