Малыш гонок 2.

Глава 5

POV Чарли

Переводчик:YaminiRevva_02 Редактор:Ryjik144 – Бэйб... здесь привидение. [Что?] – Я тебе перезвоню. [Что…] Сейчас нет времени подробно объяснять. Нужно сначала положить трубку, потом всё расскажу Бэйбу. Потому что самое важное сейчас – это призрак Пи Вэя, стоящий снаружи. – Это... Чарли? Призрак Вэя заговорил. Он, вероятно, произнёс это вслух, потому как заметил, что я застыл на месте уже целую минуту, вместо того чтобы подойти и открыть ему дверь. Возможно, это грубо, но как я мог это сделать? Впустить призрака в лабораторию? – Вы Чарли? Он снова и снова задавал один и тот же вопрос. Это, возможно, подтверждает одну из теорий загробной жизни: души умерших не имеют воспоминаний о своей человеческой жизни. Но как он мог меня не помнить? Но если он не помнит, зачем он пришёл ко мне? – Эй! Вот он! Пока я стоял неподвижно, размышляя, стоит ли мне сначала открыть дверь или начать молиться, голос Пи Тача прервал мои мысли. Он спустился по лестнице прямо к двери и открыл её, впустив призрака Пи Вэя. Они обнялись и тепло поприветствовали друг друга. Эта нормальность заставила меня вздохнуть с облегчением, потому что я точно не ожидал, что Пи Тач будет так близок с призраком. – Заходи, здесь кондиционер. На улице жутко жарко. Пи Тач взял за руку человека, похожего на Пи Вэя (я уже принял, что он не призрак), и направился прямо ко мне. Он встретился со мной взглядом, как всегда, тепло улыбаясь несмотря на то, что я стоял как идиот, так и не открыв дверь. И даже сейчас, когда мне нужно было что-то сказать, я всё ещё не мог придумать, как начать разговор. – Это Чарли, большой босс, о котором я тебе рассказывал. К счастью, Пи Тач был рядом. Он заговорил вместо меня, так как мой собственный голос, казалось, сломался. – Чарли, это доктор Крис, мой племянник. – Просто Крис, – прошептал доктор Крис Пи Тачу. Он выглядел немного смущённым из-за такого представления, но я не думал, что это было стыдно. Если бы я получил степень доктора, я бы тоже хотел, чтобы меня представляли, как доктора Чарли (хотя я бы не смог так себя называть). – Здравствуйте, Чарли, можете просто называть меня Пи Крисом. – Ах... да. – Мой голос вернулся, но он был хриплым и неприятным. – Чарли. – Я много слышал о Чарли. Тач много рассказывал о вас. Не знаю, что П’Тач рассказывал ему обо мне, но Пи Крис с первого взгляда показался дружелюбным. Он выглядел очень приветливым, как добрый врач из детского отделения, но при этом не скучным. Мне показалось, что в его глазах есть озорство, он наверняка весёлый человек, а возможно, и немного раздражающий, как Бэйб. В целом он был совершенно не похож на П’Вэя. Тот меня ненавидел, мы не ладили с первого дня до последнего. У него была личность богатого человека с острым языком и суровым видом, совсем не как у доктора Криса, который казался гораздо добрее. Но внешне… можно было сказать, что они почти одинаковы. Даже их фигура и рост не сильно отличались. Он был как добрая версия Пи Вэя. Иначе я бы не принял его за призрака только что. Но знают ли эти духи, когда о них сплетничают? – Ты в порядке? С самого начала разговора ты какой-то бледный, – с беспокойством спросил доктор Крис. – Ты опять так усердно работаешь, что забываешь поесть? – тут же пожаловался Пи Тач, сложив руки на бедрах, как только Крис упомянул об этом. – Думаю, мне действительно стоит поручить это Бэйбу. – Дело не в этом, – поспешно возразил я, прежде чем Пи Тач успел позвонить и рассказать Бэйбу об этом. Конечно, не потому, что я боялся Бэйба, а потому, что не хотел, чтобы он волновался. – Я просто... немного шокирован. – Шокирован? – Пи Тач удивленно поднял брови. – Что случилось? – Эм... – Я не был уверен, стоит ли поднимать эту тему. Это может заставить меня выглядеть странно. Плюс, новичку может быть неловко, если я скажу, что он похож на кого-то другого, кто уже умер. – Пи Крис... красавчик. Это была единственная отговорка, которая пришла мне в голову. Конечно, она заставила того, о ком говорили, смутиться на мгновение, прежде чем он разразился смехом, что, в свою очередь, заставило меня понять, что сказанное было даже более неловким, чем я представлял в своей голове. – Я расскажу Бэйбу, – Пи Тач сделал лицо, словно замышлял что-то недоброе. – Ты в беду. – Это не так... – Кто такой Бэйб? – с интересом спросил доктор Крис. – Его парень, – Пи Тач кивнул в мою сторону. – Он знаменитость. – Чарли тоже знаменитость, – молодой доктор повернулся ко мне, улыбка не покидала его лица всё это время. Сначала я думал, что он просто человек, который хорошо ладит с людьми, но теперь начинаю подозревать, что он из тех, кого сложно предсказать. – У него много поклонников, я тайно следил за ним. – Конечно, он же тоже красавчик. – Пи Тач, – я попытался остановить Тача, чтобы он не говорил ничего более смущающего, но, похоже, это было не так просто. Да и сам новичок, казалось, старательно находил темы, чтобы поставить меня в неловкое положение. – Красивый, умный, добрый, – сказал доктор Крис. – И он еще гонщик. – Точно, точно, идеальный красавчик. Похоже, предупреждать их было бесполезно. Эти двое – дядя и племянник – так хорошо ладили, что я сдался и смирился с их постыдными комплиментами. Всё время, пока я стоял здесь, я не мог удержаться от того, чтобы украдкой не поглядывать на доктора Криса. Он действительно был похож на Пи Вэя. Как бы я ни смотрел на него, я не мог отрицать этот факт. Раньше я всегда считал теорию двойников* просто конспирологией или детской сказкой. Казалось невозможным, чтобы кто-то (кроме близнеца) мог выглядеть точно так же, как я. Но после встречи с Крисом я подумал, что это может быть не просто детская сказка.

* (прим. пер.: Теория двойника — это идея о том, что у каждого человека есть злой двойник, который сопровождает его. Термин происходит от немецких слов doppel (двойник) и gänger (ходячий).)

*****

POV Алан

– Все в порядке? Голос Джеффа вырвал меня из задумчивости. С самого утра я чувствовал себя немного не в себе. Хотя, если быть точным, это началось еще вчера. Прошлой ночью я почти не спал, потому что все время думал о своем брате, перед которым испытывал вину уже два года. Казалось, я поступил правильно, верно... правильно по отношению к жертве, правильно с точки зрения морали, правильно перед законом. Я думал, что у меня достаточно знаний и зрелости, чтобы это понять. Но как человек и как Пи, отправивший своего Нонга в тюрьму, я не мог поверить, что правильный поступок заполнит пустоту в моем сердце. – Эм... да, все в порядке. – Я даже не был уверен, что действительно в порядке, но все равно ответил, потому что это, вероятно, был правильный ответ. – Спасибо, что пришел со мной. – Если ты говоришь? Джефф должен быть здесь. Сегодня день освобождения Дина, одного из моих братьев по X-Hunter. Брата, которым я пренебрегал и игнорировал, когда он изо всех сил старался. Брата, который был настолько глуп, что выбрал грязный путь, а я оказался недостаточно умным, чтобы протянуть ему руку помощи, пока еще мог. Все дошло до точки, когда мы с ним уже ничего не могли исправить. На протяжении двух лет я посещал Дина каждую неделю, спрашивал о его самочувствии и рассказывал ему о том, что происходит снаружи, в то короткое время, что у нас было. Каждое действие и разговор проходили под пристальным взглядом охранников. Нельзя отрицать, что каждый раз, видя Дина, я чувствовал подавленность. Чем больше я наблюдал за тем, как он живет и что происходит внутри, тем громче звучал в моей голове голос, напоминающий мне, что это все моя вина. Потому что я довел его до края пропасти. Когда он был на грани падения, ему пришлось хвататься за все, что было поблизости, чтобы выжить. У него не было времени остановиться и подумать, что это – корень дерева или шипованная бомба. А в день, когда он выжил, я запер его в другом уровне ада. – Пи Алан, – сказал Норт, подходя вместе с Соником. Они прибыли на несколько минут позже меня и Джеффа. – Дин уже здесь? – Пока нет. Он сказал, что это займет немного времени. – Это место выглядит таким угнетающим, – пробормотал Норт, оглядываясь, прежде чем получить удар по руке от ладони Соника. – Это не парк развлечений, – резко сказал тот. – Веди себя прилично. – Я ничего не сделал. – Тихо, – процедил сквозь зубы Соник. Я знал, что он не хочет, чтобы слова Норта повлияли на меня, потому что чем больше я осознавал, насколько ужасно это место, тем сильнее понимал, что это я отправил сюда Дина… и никто другой. – Пи Алан. На этот раз это был не голос Норта. Я поднял глаза и вскочил со стула, как только увидел лицо владельца этого голоса. – Дин, – я обнял Нонга. Я был так рад видеть Дина в костюме, который действительно ему подходил, а не в том, который он был вынужден носить, как сотни других. Он выглядел ярче, чем в последний раз, когда мы виделись. Дин улыбался так широко, как всегда, будто хотел сказать: "Все в порядке". Я думаю, я чувствовал этот посыл, но сложность заключалась в том, что я не мог заставить себя поверить в это. Будто я не мог полностью простить себя. – Наконец-то дома. – Ох, я так скучал. – Дин! – У меня было всего несколько секунд, как два озорных напарника закричали в унисон, и бросились вперед, чтобы оттащить меня и обнять Дина вместо меня. В то время как Джефф, как обычно, стоял молча за кругом. – Я так скучал по тебе, – сказал Норт, все еще крепко обнимая парня. – Ты ушел, и теперь некому тренироваться со мной. – Конечно, твой напарник ушел в поисках славы, – засмеялся Дин. – Я вернулся, – резко ответил Соник. – Но я все равно не тренировался. Лучше ты тренируйся с ним. – Я бы хотел, – сказал Дин с улыбкой, его взгляд скользнул через плечи двух проказников ко мне. – Но я не знаю, осталось ли для меня место. Этот вопрос одновременно ранил и приносил облегчение. В глубине души я боялся, что Дин может больше не захотеть быть частью команды после моей большой ошибки и всего хаоса, который произошел. Но его глаза и его слова были как сигналы, говорящие мне, что это наш шанс начать все сначала, какими бы потрепанными ни были остатки. – Место всегда найдется, – ответил я. В тот же момент я почувствовал, как чьи-то прохладные ладони скользнули, чтобы взять мои. Джефф, который молча наблюдал с самого начала, подошел ближе ко мне именно тогда, когда он был мне нужен. – У команды X всегда был ты. Она никогда не была без тебя. Дин кивнул. Как он говорил, он улыбался каждый раз, когда мы встречались, но впервые за два года я почувствовал, что это была искренняя улыбка. Внутренний конфликт, который я всегда ощущал, исчез. – Так а… Бэйба здесь нет? – голос Дина немного упал. Он огляделся в поисках владельца имени, будто ожидал его увидеть. Когда он понял, что Пит Бэйба нет, Дин сразу же помрачннел. – Он все еще злится на меня? Дин всегда так думал, хотя Бэйб несколько раз навещал его. Но поскольку Пи никогда не говорил, что простил его, Дин считал, что это не так. А теперь, когда Бэйба не было, эта мысль только укрепилась. – Пи Бэйб занят. Он повез Чарли к врачу, – это была первая фраза, которую Джефф сказал Дину. Я подумал, что он больше никогда не откроет рот. – Но он сказал, что будет ждать тебя в гараже. И Чарли тоже. Простое предложение и ровный тон голоса легко вызвали слезы на глазах парня. Возможно, потому что это сказал Джефф. Если бы это сказал я, Норт или Соник, Дин мог бы подумать, что это просто ложь, чтобы утешить его. Это немного разочаровывало, но я решил оставить это на потом. – Он не пришел, потому что ненавидит меня, правда? – Нет, Бэйб никого не ненавидит без причины. Когда Джефф ответил, улыбка Дина стала шире, словно по волшебству. – А что с Чарли? – спросил он, вытирая слезы тыльной стороной ладони. – Я слышал, у него болят глаза, но ничего серьезного. – Ах… вот как. – Бэйб, давно забыл об этом, – сказал я. Хотя не был уверен, что мои слова будут так же значимы, как слова Джеффа, но надеялся, что они помогут Дину почувствовать себя немного лучше. – Никто больше не держит обиды. – Да, я совсем об этом забыл, – добавил Норт, а Соник утвердительно кивнул. Дин улыбнулся. Он смотрел мне в глаза несколько секунд, как будто хотел что-то сказать. – Если все меня прощают... тогда я в порядке. Это было то, что Дин решил сказать, и я сразу понял, что это предложение было сутью того, что он хотел донести до кого-то вроде меня, кто все еще переживал события двухлетней давности. ***** POV Бэйб – Как ты? Тебе лучше? – Бэйб, можешь перестать усугублять мое состояние? – мягко сказал Чарли, волоча ноги, как пират-новичок. Но на самом деле молодой человек был всего лишь ребенком с воспалением глаз, который только что вышел из кабинета врача. – Мне нехорошо. Честно говоря, мне хотелось добавить еще немного соли на рану. По сравнению с вчерашним упрямством, я продолжал говорить, что его левый глаз действительно красный, но Чарли настаивал, что это просто сухость глаз и что все пройдет с каплями. Он даже подшучивал надо мной, называя меня – бездумно заботливым. В конце концов, «эксперт» проснулся со слезами на глазах, и я вынужден был срочно отвезти его к врачу. Если бы не тот факт, что состояние одноглазого ребенка было таким жалким, я бы произнес для него еще одну особую молитву. – Ох… Ты расстроился, малыш? – Я взъерошил волосы Чарли так сильно, что его голова стала похожа на птичье гнездо. Чарли только закатил глаза (только одним) со скучающим выражением и даже не попытался поправить прическу. Мне ничего не оставалось, как сделать это самому. – Ну как? Все еще болит? – Нет, но очень чешется. – Чарли поднял руку, словно хотел потереть глаза, но смог лишь почесать воздух рядом с ними, потому что врач уже наложил повязку. Это предотвращало попадание микробов в уже инфицированный глаз и ухудшение его состояния, а также мешало хозяину тереть глаза своими непослушными руками. – Стоп. Не дай мне увидеть, как ты трешь глаза. – Я тыкнул пальцем и отругал его. Этого было достаточно, чтобы контролировать поведение одноглазого парня. Чарли поджал губы, словно жалуясь, но послушно опустил руку. И, конечно, мне все равно придется следить за ним теперь. – Ты не должен ничего делать сегодня. Просто отдыхай. – Что? – Твои глаза болят. – Болит только один глаз, второй в порядке, – возражал Чарли, словно я только что сказал ему бросить X-Hunter, колледж и проект 101, хотя на самом деле я лишь предложил ему сделать перерыв. – Я никуда не собираюсь, просто останусь дома и почитаю статьи. – Дело не в том, выходишь ты или нет. Дело в том, что я не позволю тебе слишком напрягать глаза. – Мне казалось, что это был самый серьезный тон, которым я когда-либо говорил. Я надеялся, что хотя бы это сделает Чарли чуть менее упрямым. Раньше я был уверен, что это сработает, потому что он боялся меня настолько, что буквально сжимался. Но теперь всё изменилось. Этот упрямец теперь мой парень. Это правда, которую мне придется принять. – Доктор сказал, что длительное использование одного глаза вызовет головную боль. Ты должен отдыхать, пока не снимешь повязку. Не спорь, я слышал это собственными ушами. – Тогда, Бэйб, ты хочешь, чтобы я просто сидел без дела? – Если ты просто посидишь, ты что, умрешь? – Не умру, но мне будет скучно. – Я тебя развлеку. – Не часто мне удается контролировать поведение Чарли (обычно это он контролирует меня), так что это немного забавно. Хотя я не должен смеяться над страданиями своего парня. Но, опять же, Чарли никогда не делал мне выговоров. – Приготовься к лучшему развлечению от Пит Бэйба. Я сказал это, делая игривое лицо, и размахивая пакетом с лекарствами Чарли, надеясь поднять настроение пациенту. Больной глаз – это уже достаточно жалко, а теперь его еще и лишили возможности заниматься миллионом вещей, которые он любит делать каждый день. Я мог понять, почему это раздражает моего парня. – Тебе не стыдно? – Чарли сузил глаза, оглядывая здание поликлиники, где мимо проходили врачи, пациенты и их родственники. Все здесь, казалось, спешили и были заняты своими делами, но среди них было немало родственников пациентов, которые просто сидели, глядя на колонны и потолок, ожидая, пока пройдет время. Одноглазый, похоже, немного смутился из-за того, что я вел себя так нелепо, хотя я просто пытался его развеселить. – Здесь много людей. – Совсем не стыдно, – но я действительно не чувствовал никакого смущения. Подобное не могло меня задеть. – А ты стесняешься? – Да, и я сейчас притворяюсь, что не знаю тебя, Бэйб, – Чарли тут же сделал именно то, что сказал. Парень с худым лицом смотрел прямо перед собой, двигая губами как можно меньше, когда говорил со мной, словно я был незнакомцем, просто идущим рядом. – Очень плохо. – Я не слышу. – Я сказал: “Это прекрасно. Тогда я могу найти себе нового парня”. – Что? – Эта фраза произвела неожиданный эффект. Чарли, шедший быстрым шагом, не обращая на меня внимания, тут же остановился и повернулся ко мне, услышав это. Более того, он вернулся и взял меня за руку. – О, так теперь вы знакомы? – Верно. Только что понял, что у меня есть парень. Чарли выглядит очень забавно, когда сохраняет серьезное выражение лица и говорит кратко, но при этом крепко держит мою руку. Его физическое состояние, далекое от идеального, но вовсе не делает его менее надежным. Я все равно чувствую себя комфортно с его теплыми ладонями, сжимающими мои, и его широкими плечами, которые кажутся еще шире, чем два года назад. Я не хочу называть это радостью от того, что Чарли вырос, потому что это больше похоже на гордость родителя. Для меня это скорее радость от совместного взросления. – Мне хочется пить, – сказал я, сжимая руку Чарли, когда мы проходили мимо магазина у больницы. – В машине закончилась вода. Давай остановимся, я куплю. – Хорошо. Тогда, Пи Бэйб, подожди здесь. – Подожди, – я быстро схватил Чарли за руку, когда он уже собирался войти в магазин, как только я пожаловался, на жажду. Казалось, что у него в голове уже автоматически настроена система: он готов сделать для меня все, всегда и в любой ситуации, словно робот-домработница. – Я сам куплю. Ты посиди там. – У меня просто глаз болит, Бэйб, а не сломанна нога. – Так, а разве у меня сломана? Видя, что я не собираюсь уступать, Чарли быстро сдался. Он кивнул с явным смирением, взял у меня пакет с лекарствами и пошел садиться на длинную скамейку перед магазином. Это было правильное решение, потому что желание ударить его этим пакетом исчезло так же быстро. Я вошел в магазин, сразу направился к холодильнику и достал две бутылки своей любимой марки минеральной воды. Она была ледяной, и мои руки тут же стали мокрыми. Это влажное, онемевшее ощущение на руках немного раздражало, но я постарался не обращать на него внимания. Я взял еще несколько пачек снеков и желе. Раз уж мне предстояло провести весь день дома с Чарли, лучше было запастись вкусняшками. А может, мы съедим их прямо в машине – это уже будет зависеть от того, насколько голодными окажутся наши желудки… Я подошел к кассе и аккуратно положил свои покупки на стойку. Но внезапно откуда ни возьмись какой-то идиот налетел на меня. Он либо споткнулся о собственные шнурки, либо был достаточно глуп, чтобы упасть на ровный пол магазина. Мои вещи разлетелись повсюду. Я почувствовал легкое раздражение, но ничего не сказал. Наклонился, чтобы помочь собрать их, ведь все равно был здесь. Парень, который столкнулся со мной, был невысоким в черной кепке Nike и маске того же цвета. Его голубая рубашка-поло выглядела как униформа из офиса или какого-то магазина. Логотип на груди был мне незнаком, но это меня особо не интересовало. Единственное, что меня сейчас волновало – это скорее расплатиться и пойти искать Чарли. – Спасибо. – Неуклюжий молодой человек дважды поклонился мне после того, как собрал все мои вещи и положил их на стойку. Он выглядел довольно виноватым, поэтому я просто кивнул в ответ, не говоря ничего лишнего. – Это всё моё. – Я рукой отделил свои покупки от товаров этого парня, опасаясь, что кассир перепутает и пробьёт нас вместе, что только потратит больше времени, особенно ради минеральной воды, которая оказалась нашим любимым брендом. Мне не хотелось быть неразумным, но когда кто-то раздражает меня, даже пить ту же марку воды становится неприятно. Кассир работала так быстро, что мне захотелось дать ей чаевые, но это не совсем принято в магазине. Она быстро рассчитала счёт, сложила всё в пакет, аккуратно положила сдачу мне в руку, не забыв подарить дружелюбную улыбку и поблагодарить. Я улыбнулся в ответ и вышел из магазина, чувствуя, как раздражение почти наполовину улетучилось. – Вот и я, – когда я увидел Чарли, сидящего передо мной, уровень моего раздражения сразу упал до нуля. Он даже не играл в телефон, просто ждал. Собака просто сидела, наблюдая за прохожими, как щенок, которому хозяин приказал ждать. Но как только он увидел меня, Чарли сразу нарушил это "командное" поведение. – Хочешь немного? – Я протянул ему пакет с закусками и еще одну бутылку воды, но Чарли слегка покачал головой и сказал: " Давай пока оставим," затем он взял меня за руку и вышел из амбулаторного здания в сторону парковки. Увидев, как я пытаюсь открыть бутылку с водой, Чарли неожиданно выхватил пакет из моих рук и удержал его сам. Его лицо выглядело странно, будто он был чем-то недоволен, но я сам интерпретировал это так, что, возможно, это потому, что у него только один глаз. Когда он видит что-то ненормальное, он, должно быть, раздражается. Бах! Внезапно Чарли ошеломил меня, выбив бутылку воды из моей руки, которая уже почти коснулась моих губ. Удар был настолько сильным, что бутылка отлетела далеко, и ни одна капля воды не попала на меня. Она упала на землю, покатилась, а её содержимое разлилось по парковке. Я застыл в недоумении, не понимая, что происходит. Но Чарли тут же бросился к упавшей бутылке, словно был крайне обеспокоен её состоянием, хотя сам же её выбил. – Что с тобой, Чарли? – спросил я, следуя за ним, чувствуя раздражение из-за его странного поведения. Чарли не отвечал, лишь продолжал пристально смотреть на бутылку, лежащую на земле, не моргая. – Так и есть, – пробормотал он себе под нос. – Что? – переспросил я, но Чарли промолчал. Его взгляд был настолько сосредоточенным, что я невольно последовал за ним и заметил нечто странное. Вода, вытекающая из бутылки, пузырилась белой пеной, соприкасаясь с бетонным покрытием. Она явно вступала в реакцию. Это напоминало действие сильной кислоты, разъедающей поверхность. Не могла же обычная вода вести себя так... Я едва не выпил её, но, к счастью, Чарли вовремя остановил меня. – Что это? – пробормотал я, чувствуя нарастающее беспокойство. – Пока не знаю, – ответил Чарли, нахмурив брови. Его выражение лица было таким серьёзным, что я понял: он встревожен. – Но если бы ты это выпил, последствия были бы смертельными. Он вытащил носовой платок из кармана и протянул его мне. – Закрой рот и нос, – мягко сказал он. Видимо потому что, начал распространяться странный запах. Сам Чарли задержал дыхание, чтобы не рисковать. Затем он достал пакет из аптеки, чтобы защитить руки, осторожно поднял бутылку, в которой оставалась немного воды, перевернул пакет, надел его на горлышко и плотно завязал. Его движения были точными и уверенными, будто он проводил криминалистическую экспертизу. Несмотря на серьёзность ситуации, я не мог не восхищаться тем, как круто он выглядел. – Пакет выдержит, да? – спросил я, пока мы направлялись к машине. – Если это находилось в пластиковой бутылке, то пакет тоже должен справиться. – Но эта штука разъедает землю, превращая её в белую массу. – Возможно, она реагирует на какой-то компонент. – Тоже самое произошло бы, если бы она соприкоснулась с моими внутренними органами? – 100%. Я не мог говорить, не потому что это был первый раз, а потому что я не знал, сколько раз мне приходилось сталкиваться с людьми, которые хотели навредить мне самыми разными способами, до такой степени, что я часто терялся. Убивал ли я кого-нибудь? Этот вопрос всплывал в моей голове почти каждый раз, когда я чудом избегал смерти. Я знал, что не пользуюсь популярностью. Было много тех, кто любил меня, но было и столько же тех, кто ненавидел меня. Я принял и понял, что это неизбежная правда, как бы благородно это ни звучало. Чем больше я говорил о добродетели, тем дальше чувствовал себя от нее. Я был грешным человеком, который изо всех сил старался не причинять вреда невинным людям, но это, кажется, не делало тех, кто меня ненавидел, более снисходительными ко мне. Поверьте, человеческая ненависть – это самое отвратительное чувство. Это сила, столь же мощная, как любовь, и часто более жестокая. В своей жизни, я думаю, я видел все формы ненависти – как лично, так и наблюдая за другими. Я верю, что есть оправданная ненависть. Нас ежедневно подвергают несправедливому обращению, и я лично считаю это оправданным. Нет необходимости пытаться навязывать любовь или сострадание тем, кто изначально причинял нам зло, потому что этот мир должен быть справедливым. Но в реальности более сильна иррациональная ненависть, которую легко найти и которая невероятно жестока. Меня ненавидят по многим причинам. Одна из них – моя личность, которая может быть не очень приятной. Я легко принимаю это, потому что обычно люди, у которых есть конфликт со мной, имеют на это вескую причину (независимо от того, началось это с меня или с другой стороны). Я считаю это честной игрой. Но помимо этой причины люди находят множество других причин ненавидеть меня: будь то из-за того, что я конкурент новой команды (эта ненависть исходит от их фанатов), из-за моих особых способностей (некоторые люди, которые уже знают об этом, могут принять это, а некоторые нет, и после того, как история стала более известной, кажется, что тех, кто не принимает, стало больше), из-за того, что я не сдаюсь в чемпионате (связано с предыдущей причиной), заставляя людей хмуриться из-за таких вещей, как то, что у меня уже слишком много машин, или то, что я действительно не общался с другими командами, или даже тот факт, что я был парнем Чарли – все это может вызвать много ненависти (иногда даже больше, чем мой плохой характер). Раньше я не считал это большой проблемой, даже несмотря на то, что это много раз угрожало моей жизни. Когда это происходило, и я проходил через это, я просто думал: "Я чуть не умер". Но теперь всё иначе. Моя жизнь больше не принадлежит только мне, и я не могу умереть в любой момент, независимо от того, хотел я этого или нет. Половина моей души и тела, кажется, стали частью Чарли. Каждый раз, когда я нахожусь в опасности или получаю травмы, тот, кто страдает вместе со мной, – это Чарли. Он, похоже, переживает каждый раз, когда я прохожу через подобное. Поэтому постоянная боль стала более серьёзной проблемой, потому что я ненавижу видеть, как Чарли снова и снова страдает из-за моих проблем. С тех пор как мы сели в машину, Чарли не перестаёт нажимать на кнопки телефона. Мне не нужно спрашивать – я знаю, что это связано со мной. Он наверняка рассказал исследователям об этом и попросил их помочь проверить странные вещества в питьевой воде. Это единственное, что привлекло его внимание. Поэтому Чарли не сказал мне ни слова. – Хватит. – Наконец, я не смог больше терпеть и заговорил первым. – Я просто консультируюсь с коллегами, – спокойно ответил Чарли, продолжая печатать в чате. – Бэйб, отвези меня в лабораторию? Я принесу им немного воды для анализа. – Чарли, я сказал тебе, хватит. – Сегодня я во всём уступал Бэйбу. Пожалуйста, дай мне сделать это. В салоне внезапно воцарилась тишина. Чарли всё ещё был поглощён телефоном, а я изо всех сил пытался сдерживать свой гнев. Я не хотел усугублять ситуацию, но тот факт, что Чарли вымещает свою злость на мне, был огнём, который сложно потушить, несмотря на то, что сегодня должен был быть день отдыха для нас двоих. – Отвези меня в лабораторию, – снова сказал Чарли, когда мы подъехали к главному перекрёстку. Ехать прямо и мы попадем домой. Поверни налево, и ты попадёшь в лабораторию. Я ничего не ответил, а вместо этого нажал на газ и поехал прямо, как только загорелся зелёный свет. – Бэйб. Конечно, Чарли сразу стал серьёзнее, увидев, что я намеренно игнорирую его просьбу. – Бэйб, я сказал, что мне надо в лабораторию. – Я чувствовал, что Чарли становился всё более раздражённым. Он повернулся ко мне. Хотя я был сосредоточен на дороге и машине передо мной, Чарли всё равно неотрывно смотрел на моё лицо, как будто пытался заставить меня сделать то, что он сказал. – Если ты не хочешь меня отвезти, тогда остановись. Я пойду сам. – Зачем тебе снова туда ехать? Я уже сказал тебе, что сегодня нужно отдыхать. – Я не иду работать. Я просто хочу отдать воду на анализ. – И ту уже отдохнул? – Я в порядке. – Правда? Тогда попробуй моргнуть обоими глазами одновременно. О! Не получается. Как бы сильно ты ни старался, ты ничего не увидишь, потому что сейчас у тебя только один глаз. – Бэйб, можешь перестать шутить? Мне не смешно. В машине снова воцарилась тишина. Я не могу сказать, что повысил голос. Но и Чарли не был громким. Он редко повышал голос на меня, но я должен признать, что его слова и тон были самыми жестокими, которые я когда-либо слышал от него. *****

POV Чарли

Прошло пять минут на Земле, но в этой машине казалось, что прошло пять дней. Честно признаюсь, я был так зол, что не мог говорить, и просто позволил времени пройти в неловком молчании после того, как мы, кажется, поссорились. Я сидел молча, глядя в окно, пока не услышал тихое фырканье со стороны водительского сиденья. – Бэйб... Я заставил Бэйба плакать. После слов "Бэйб, можешь перестать шутить? Мне не смешно" я замолчал из-за злости. А Бэйб молчал, потому что плакал. Он, наверное, старался изо всех сил не плакать, но в итоге не выдержал. Когда он понял, что я смотрю на него, он тут же вытер слёзы. Его растерянное поведение ранило меня сильнее всего. И только сейчас я осознал, насколько жестоки были мои слова в порыве гнева. Для других людей это, возможно, не так важно, но я никогда раньше не говорил с ним таким тоном. – Бэйб, остановись, – сказал я мягким голосом, боясь говорить даже в обычном тоне. – Всё нормально, – ответил тот, продолжая вести машину, его голос всё ещё дрожал и был приглушён от слёз. – Пожалуйста, остановись. – Я протянул ладонь, чтобы взять его за руку, надеясь, что он послушает. Бэйб замолчал на мгновение, затем вздохнул и медленно перестроился, чтобы припарковаться на обочине дороги перед каким-то закрытым рестораном. Я надеялся, что владелец неожиданно не выйдет и не прогонит нас. Когда машина остановилась, мы снова замолчали. Я думал, что должен что-то сказать, но не знал, как начать. Бэйб просто продолжал смотреть в окно, пытаясь вытереть слёзы. Но я знал, что если начну говорить, это будет непросто остановить. – Бэйб... – Я попытался взять его за руку, но он её отдёрнул. Я попробовал приблизиться, чтобы обнять его, он оттолкнул меня с угрюмым жестом, как будто не хотел, чтобы я наклонялся ближе. Но он не устроил бурю, как обычно, когда злился. Сейчас Бэйб, должно быть, раздражён и смущён тем, что заплакал. – Бэйб... Нет. – Не трогай меня, черт возьми... не трогай меня. – Бэйб. – Чем больше ты будешь беспокоить меня, тем сильнее я буду плакать... Не надо сейчас. Бэйб сказал это, но на этот раз я решил не слушать. Я притянул его к себе и крепко обнял, так, чтобы он не мог вырваться. Бэйб сначала сопротивлялся, но потом сдался. Он уткнулся лицом в мое плечо, а я тихо и нежно поцеловал его в макушку. Думаю, он все еще был раздражен тем, что я пытался его успокоить. Он хотел перестать плакать, но не мог. – Прости, – я похлопал Бэйба по голове, извиняясь с чувством вины, которое исходило из глубины моего сердца. – Я только что сказал нечто неправильное. – Дело не в том, что ты сказал... – Ладно, ладно. Это потому, что я на тебя крикнул? – Да, – тихо ответил Бэйб. Его голос все еще был немного гнусавым. Мои плечи начинали намокать от его слез. – Почему ты должен так говорить? Разве ты не можешь просто говорить, как обычно? – Прости... Я рассержен. – Злишься из-за пустяков. – Но это важно, Бэйб. – Несмотря на его слезы, я не мог позволить Бэйбу думать таким образом. – Просто подумай, что случилось бы, если бы ты случайно это выпил. – Но я не выпил. – А если я не успею в следующий раз вовремя? – Это... – А если это повторится? Я не должен бояться, но я боюсь. – Я обнял Бэйба еще крепче. Я чувствовал облегчение, что все еще могу обнимать его вот так. Но за этим комфортом скрывалось огромное количество страха. Чем больше я осознавал, насколько хороша эта близость, тем больше я боялся ее потерять. В прошлом мы оба достаточно страдали. Я почти потерял его много раз, так же, как он почти потерял меня. Теперь моя самая большая боязнь заключалась в том, что Бэйб снова окажется в той же старой ситуации. – Прости за грубые слова, но если с Бэйбом что-то случится, как я буду жить? Может, Бэйб хоть немного поймет меня? Внезапно мои глаза защипало, горло заболело, как будто я проглотил камешек, а грудь сжалась так, что я не мог дышать. Это был самый ясный пример связи между разумом и телом. Если не считать легкой инфекции в левом глазу, я бы считал себя нормальным. У меня не было ни одной раны. Но эта боль была реальной, она возникала только потому, что я представлял себе самый страшный сценарий своей жизни. – Я понимаю, – мягко ответил Бэйб. – Но мне просто не нравится, когда ты слишком сильно обо мне беспокоишься. – А что значит "слишком сильно"? – Прямо как сейчас. – Если бы это случилось со мной, смог бы Бэйб успокоиться? Молчание Бэйба стало ответом, который мы оба знали. Бэйб часто думал, что я чрезмерно защищаю его и забочусь о нем, не осознавая, что он ведет себя точно так же, когда дело касается меня. Возможно, это была наша самая разрушительная слабость. Преимущество заключалось в том, что мы всегда думали друг о друге в первую очередь, но недостаток – в том, что мы часто забывали о себе. В моем случае это осознание было лишь временным, потому что, когда что-то происходило, я часто забывал обо всем и заботился только о Бэйбе. – Спокойнее... – Бэйб заставлял меня смеяться даже в серьезных ситуациях, как всегда. Он хотел спорить, но не мог, потому что в глубине души знал: слово "спокойствие" и его истинная сущность находятся на противоположных сторонах, очень далеко друг от друга. – Я стал намного спокойнее по сравнению с тем, что было раньше. – Да, от солнца до реактора. – Я ведь стал спокойнее, ведь правда? – Нет, последние реакторы гораздо горячее солнца. – Эй! Бэйб выскользнул из моих объятий, его губы недовольно поджались, ведь я снова поймал его на том, в чем он не силен, уже в сотый раз. И мне это все еще доставляло удовольствие. Признаюсь, мне нравилось видеть его красные глаза, влажные щеки и обиженное лицо, хотя сам Бэйб чувствовал совершенно противоположное. – Если бы ты встретил прежнего Бэйба, ты бы не сидел здесь, смеясь надо мной. – Я знаю, я просто шучу. – И хотя я восхищаюсь заплаканным лицом Бэйба, все же думаю, что слезы ему не идут. Каждый раз, видя их, я стараюсь вытирать их. Это стало привычкой. – Бэйб, ты стал намного спокойнее. Ты молодец. – А ты становишься все более нетерпеливым. – Это неправда. Я всегда был таким. – Где? Раньше ты таким не был. – Раньше я не любил так сильно, как сейчас. – ... Бэйб замер, вероятно, потому что не ожидал, что я выберу именно этот ответ. На самом деле это даже не было выбором, а очевидным фактом, который, как мне казалось, он уже знал. Но, судя по его озадаченному выражению лица, я, видимо… ошибся. – Раньше я, возможно, был спокоен и обдумывал все медленно, но теперь я так больше не могу. – Я нежно погладил его по голове, вытирая слезы, снова скатившиеся с его прекрасных глаз. – Но я не хочу утверждать, что люблю тебя и могу быть вспыльчивым сколько угодно. Я просто хочу, чтобы ты знал: хотя это для меня сложно, я постараюсь так больше не делать. Бэйб на мгновение замолчал, слегка поджав губы, будто обдумывал, как ответить, прежде чем наконец кивнуть в знак согласия. – Эм, ладно. – Мы больше не злимся друг на друга? – Я и не злился, – капризно ответил плакса, будто это не он только что плакал несколько минут назад. – Я даже не знаю, почему плачу. Слезы просто начали течь сами собой. – Удивлен, да? – рассмеялся я, не могу не пожалеть этого острого на язык человека, который оказался более плаксивым, чем я думал. – Я же никогда не повышал на тебя голос, правда? – Раньше такого никогда не было. – Прости, я больше так не буду. – Конечно, одних слов было недостаточно. Я взял Бэйба за руку и поцеловал каждую ладонь, обещая больше не быть с ним жестоким. – Если это повторится, ты можешь наказать меня, как захочешь. – Кто же станет делать что-то с папой? – Ого... такой милый. – Легче найти кого-то нового – Ох… – Шучу, – Бэйб улыбнулся, прежде чем поцеловать мою ладонь так же, как я сделал это раньше. – Если ты найдёшь кого-то нового, он не будет таким красивым, как я. – Если кто-то вроде Бэйба найдёт себе кого-то нового, то, каким бы красивым он ни был, всё равно сможет найти. Хотя говорить о ком-то новом (что никогда не произойдёт) немного больно, если подумать, для Бэйба это не составило бы труда. У него есть всё, чего ищут большинство людей. И если бы они не были так глупы, любой влюбился бы в такого, как Бэйб. Я уверен в этом. – Я... где ещё я найду кого-то вроде Бэйба? – Конечно, это лимитированное издание. – Да, поэтому я сказал тебе не искать нового. Пожалуйста, сжалься надо мной. – Притворись несчастным. – Мне действительно жаль. – Почему ты не такой хороший, как раньше? – Ох... Бэйб. Бэйб радостно рассмеялся. Он положил руку мне на щёку, удерживая её там на мгновение, пока расстояние между нами постепенно не сократилось. Мягкое прикосновение заставило моё сердце трепетать, как всегда, даже несмотря на то, что мы целовались бесчисленное количество раз. Каждое движение, каждый вдох и температура, которая постепенно поглощала друг друга, – всё это я любил настолько, что не мог представить, что кто-то другой способен вызвать у меня такие чувства, если это не Бэйб. И если бы вы спросили меня сейчас, я уверенно ответил бы, что никого нет, потому что я никогда не позволю себе почувствовать к кому-либо то, что чувствую к этому парню. – Ты уже в порядке? Мы отстранились от поцелуя. Я прошептал вопрос близко к его губам и снова их прижал. – Наверное, нет, – Бэйб саркастически пошутил. Он набросился на меня и слегка укусил за щёку, играя. – Ты такой глупый. – Я давно глупый. Ты только что узнал? – Что я буду делать без этого идиота? Я чуть не выпил кислоту, – Бэйб рассмеялся, как будто ему было стыдно за то, что он ничего не знал. Хотя он давно знал, что его жизнь отличается от жизни других, он не был осторожнее остальных. – Но как ты узнал, что это не обычная вода? – Хм... это сочетание факторов, – ответил я. – На самом деле, я уже какое-то время чувствую это, но просто не уверен, что это. Думать об этом довольно раздражает. Из всех способностей, которые я украл, предчувствие кажется самым бесполезным. Это как предвидение, но без четкой картины. Ты даже не знаешь, что произойдет. Это просто странное ощущение, которое постоянно крутится в голове. В лучшем случае можно определить, с кем это связано, но невозможно понять, когда это случится. Именно поэтому эта сила только делает мою жизнь более несчастной. – Но больше всего подозрений вызывает тот человек... – Какой человек? – Бэйб поднял брови. – Парень в черной кепке Nike, не очень высокий, который любит закрывать лицо и глаза. Глаза Бэйба широко раскрылись. Конечно, он понял, о ком я говорю, потому что я уверен, что все, что произошло сегодня, – дело рук этого негодяя. – Я замечал его уже какое-то время. Он практически везде, куда мы идем. – Ты имеешь в виду... еще до того, как ты попал в больницу? – Да, но я пока не хотел говорить Бэйбу, потому что боялся, что мы оба начнем параноить. – Так ты просто позволил мне ходить, как дураку? – Если бы я был уверен, я бы сказал тебе. Хотя бы быть осторожнее. – Я вздохнул, чувствуя раздражение из-за своей беспечности. Я думал поверхностно, что не хочу, чтобы Бэйб жил в постоянном беспокойстве, но в итоге только поставил его в еще большую опасность. – Мне не стоило выпускать Бэйба из виду. Нам нужно было пойти за покупками вместе. – Не глупи, – Бэйб нежно похлопал меня по голове вместо того, чтобы наказывать за самобичевание. Но это не то, что можно легко контролировать. – То, что ты делаешь сейчас, даже более невероятно, чем работа телохранителя. – Если бы я действительно был телохранителем, меня бы давно уволили. Я позволил своему начальнику так страдать. – Ты старался изо всех сил. Ты отлично справляешься. Я не уволю тебя. Не будь лжецом. Я просто вычту это из твоей зарплаты. – Пи Бэйб, что мне теперь есть, если ты вычтешь деньги? – Я наклонил голову, чтобы посмотреть на него, надеясь, что мой работодатель смягчится. Реакция была довольно хорошей. Бэйб сложил руки на груди и сказал: – Мое сердце тает. Я знал, что это немного преувеличение, и он просто пытается меня подразнить, но я все равно почувствовал себя любимым. – Когда ты перестанешь меня любить? – Не сегодня. – Завтра? – Может быть. – Пи Бэйб. – Шучу, – Бэйб сладко улыбнулся. Казалось, его настроение значительно улучшилось, хотя глаза все еще оставались красными. – Но ты действительно молодец. Ты такой наблюдательный. – Это произошло само собой. Но вот что: я был не настолько наблюдателен, потому что даже не заметил, как этот парень последовал за Пи Бэйбом в магазин. Я увидел, как Пи Бэйб вышел. Я заглянул в магазин и увидел, как он стоит там и расплачивается. – О... поэтому ты так быстро схватил меня за руку и потащил прочь? – Бэйб выглядел удивленным, словно только сейчас начал складывать всю картину воедино. – Но сбежать не получилось, потому что Пи Бэйб принесла это с собой. – Откуда ты знал, что вода не в порядке? – Бутылка странная, – ответил я, наклоняясь, чтобы поднять злополучную бутылку, спрятанную за подножкой. Я развязал узел и медленно стянул пакет, чтобы рассмотреть состояние бутылки внутри. – На дне бутылки есть дефект. Видишь? Синяя точка. Я повернул дно бутылки с синим пятном к Бэйбу. Оно было настолько маленьким, что едва заметно для меня, но благодаря чувствительности Бэйба я смог видеть такие мелкие детали более четко. – И крышка. Крышка и край крышки разного цвета. Бэйб прищурил глаза, пытаясь различить цвет крышки, которую я поднял, и кольцо вокруг края, которое всё ещё оставалось на горлышке бутылки, прежде чем сказать расстроенным голосом: – Я не могу различить. – Они немного разные, – улыбнулся я, чувствуя лёгкое веселье от того, что талантливый Бэйб перестал полагаться на детали. Когда мы впервые встретились, он почти сразу поймал меня на том, что я за ним следил. Теперь же именно я должен был замечать и осознавать всё вокруг, больше, чем мог себе представить. Но после того, что только что произошло, я начал видеть в этом хорошую сторону. – Это значит, что бутылку открыли и снова запечатали. – Ты что, детектив? – Я могу это делать благодаря интуиции Пи Бэйба. – Я завязал ручку нового пластикового пакета и вернул его на прежнее место. Мне пришлось быть особенно осторожным, потому что внутри всё ещё находилась опасная жидкость. Плюс, это была важная улика, которую я собрал. Мне всё ещё нужно было отнести её в лабораторию к старшим, чтобы проверить. – Когда Пи Бэйб открыл бутылку, из неё вырвался странный запах. Так что я был уверен, что это оно. – Значит, поэтому ты ударил меня, и бутылка улетела. – Я не мог думать достаточно быстро. Всё, о чём я думал, это не дать этому попасть тебе в рот. Бэйб улыбнулся мне. Если бы я не был слишком сосредоточен на себе, я бы подумал, что он одновременно благодарен и гордится мной. Если это так, то я хотел бы поблагодарить его ещё больше, потому что мои мысли всё время возвращались к тому, что я сделал недостаточно. Я мог бы лучше позаботиться о Пи Бэйбе и не поддаваться его благодарной улыбке. – Бэйб... с этого момента тебе нужно быть осторожнее, – я протянул руку и взял его за ладонь, говоря серьезно. – Я всегда осторожен, но будет лучше, если ты, Бэйб, мне поможешь. Мы никогда не знаем, что может произойти. – Эм... я постараюсь. – Хорошо, спасибо. – Почему ты благодаришь меня за то, что я забочусь о себе? – Потому что это действительно должно быть моей обязанностью. – Это моя работа – заботиться о себе. Как это может быть твоей? – Бэйб нахмурился, явно не одобряя мой способ мышления. – Можешь перестать вести себя так, будто я твоя ноша? – Я не говорил, что это ноша. Я просто чувствую, что должен хорошо заботиться о Пи Бэйбе. – Я встречаюсь с тобой не для того, чтобы ты заботился обо мне. Я просто хочу быть счастливым. Я хотел понять эту фразу полностью. Я хотел сделать это. Но с Бэйбом это было так сложно. Казалось, что инстинктивно я считал, что всё, что связано с ним, – моя ответственность, хотя глубоко внутри я знал, что это неправильная идея. – Причина, по которой я с тобой, гораздо эгоистичнее, Чарли. Вот почему я не хочу, чтобы ты жертвовал чем-то ради меня. Я хочу, чтобы ты оставался, потому что ты думаешь, что хочешь быть счастливым со мной. Это всё, о чём мне нужно думать. – Это непросто. – Чарли, – голос Пи Бэйба был твёрдым. Мне он нравился таким, как и тогда, когда он был игривым. И, конечно, когда он сердился, он был одним из лучших. Мне нравилось, когда он смотрел мне в глаза, заглядывая глубоко в них. Мне нравилось видеть своё отражение в них, настолько, что я часто думал, что они созданы только для того, чтобы отражать меня. – Я буду заботиться о себе так же хорошо, как ты заботишься обо мне, поэтому ты должен делать то же самое. Я бы с удовольствием так поступил, клянусь. – Пожалуйста, думай о себе так же, как ты думаешь обо мне. У меня закружилась голова. Я не уверен, о чём думаю. Конечно, Бэйб всегда был на первом месте, и я не сомневаюсь, что так будет и дальше. Но что это значит – думать о себе больше, чем о ним? Я действительно тот бескорыстный человек, о котором говорит Пи Бэйб? Или я всегда руководствуюсь лишь своими желаниями? Я выбираю делать то, что хочу, потому что это приносит мне радость. А моя радость заключается в том, чтобы видеть Бэйба счастливым. Возможно, я самый эгоистичный из нас. Я не исполняю каждое его желание, а просто следую своему сердцу и убеждениям. Эти убеждения вращаются вокруг него, поэтому я кажусь тем, кто жертвует, не испытывая при этом никаких потерь. – Да, я постараюсь. Но я решил оставить свои мысли при себе, зная, что Бэйб никогда их не поймёт. Человек, который вырос, опираясь только на себя, который уважает и почитает себя, как бога в своём сердце, не сможет принять мой взгляд. Хотя он понимает почти всё обо мне, я уверен, что это одна из немногих вещей, которые остаются для него загадкой. Это не значит, что я не ценю себя. Поверьте, я восхищаюсь собой, но мои комплименты исходят из других оснований, чем у Бэйба. И разве это не правда? Просто наше счастье – разное. – Хорошая работа, Одноглазый. Пока Бэйб живёт так, как хочет, моя цель достигнута.