Смерть — явление временное

      Сегодня была ясная, жаркая погода. В Англии солнце не частый гость, но в этот день оно отдувалось за всё время, когда его не было. Ветер был тёплым, почти таким же раскалённым, как и воздух вокруг. Душно было даже в тени. Такая погода была редкостью в юности Пендрагона, и он откровенно ею наслаждался. Волшебник же, напротив, еле переносил этот погодный кошмар и держался поближе к тени.       Артур вместе с Мерлином шли от автобусной остановки через центр города. Сегодня они решили взяться за следующую зацепку, которая могла бы помочь разобраться, в каком таком глобальном плане они вдруг оказались нужны. Поэтому и отправились в Боббл Брук. Мерлин предложил Эйдану пойти с ними, но тот с утра уже умчался вместе с пернатой Гвиневрой и стопкой писем неизвестно куда, пообещав, что к вечеру обязательно будет дома. Старший маг пожал плечами и попросил хотя бы не лезть в опасности или, по крайней мере, не попадаться на их совершении.       Боббл Брук был неспешным маленьким городком с окрестностями, где жила Фиона. Они славились большим количеством ферм как крупных производителей, так и местных лавочек. Благодаря полям и фермерскому хозяйству здесь появился торговый центр, несколько кафешек и пара административных зданий. В отличие от Миглена, здесь бегало много детей, потому улицы звенели от радостных воплей. В целом, это был Лондон, только уменьшенный в тысячу раз, как отметил Артур. — Жарко. Просто невероятно, — недовольно произнёс волшебник. Он часто оттягивал ворот своей оверсайз-рубашки, создавая ветерок. — Я сейчас расплавлюсь. — Ты такой нежный, Мерлин. Прямо как барышня, — поддел Артур. — Постарайся не ослабеть и не пасть в обморок.       По его воспоминаниям, когда Пендрагон был королём, начало осени было прохладным и дождливым. Эмрис объяснял это изменением климата и даже показал научпоп-видео на эту тему. А когда Мерлин открыл онлайн-карту Земли, где в прямом эфире показывали, что происходит на планете, Артур завис на пару часов. Он всё ещё не мог до конца поверить, что Земля круглая и на ней столько всего. Это знание подстегнуло его интерес, и мелькнула мысль о путешествиях. Конечно, только когда необходимость в короле иссякнет и он выполнит ту самую миссию, ради которой ему не позволили умереть, а усыпили на Авалоне. — Не переживай. Если и упаду, ты же поймаешь. Ты у нас рыцарь, — маг поиграл бровями и хихикнул. Он добежал до тени, отбрасываемой небольшим зданием. — У меня в списке подвигов не значится: «ловить драматичных обморочных чародеев», — король величественно подошёл к другу, который рылся в карманах. Мерлин закатил глаза, вытаскивая совсем не то: ключи, плитку очень древнего шоколада, скорлупу от яйца волшебного существа, листовки из 30-х годов — это были самые примечательные находки. — Я зайду купить воды. В такую погоду невозможно существовать, — выдохнул Мерлин, наконец отыскав нужную карту.       Это были единственные хлопковые широкие штаны с заколдованным карманом. Туда умещалась любая вещь, если проходила по диаметру. Главное, чему долго учился маг, доставать нужное с первого раза. Он заколдовал штаны спонтанно, убегая на юге Азии от работорговцев. С тех пор руки так и не дошли зачаровать второй карман. — Подождёшь или зайдёшь со мной? Там, может, прохладно.       Артур посмотрел на Мерлина, потом на окна магазина, где людей было больше, чем на пирах Камелота. — Нет. Хочу осмотреться. — Ладно, только далеко не уходи, — произнёс Мерлин и метнулся в магазин через дорогу. — Пф-ф… быть мне псом, привязанным к дереву, коли Мерлин так велит?       Артур заметил скамейку в полутени и решил устроиться там. Он ещё недовольно пробурчал что-то про собак и Мерлина. Даже будучи юнцом и принцем, Артур не обращался так со своими охотничьими псами, а давал им больше воли. В последние дни Пендрагон язвил, скорее, от тревоги, чем от веселья. И Мерлин, возможно, это понимал или хотя бы позволял так сбрасывать напряжение. Определённо, Артуру нужно было расслабиться другим способом. Например, тренировкой. Какие бы трудности ни приносила корона, от тренировок он никогда не отказывался. Уже подумывал: а где бы достать меч?       Несмотря на жару, день был хороший. Всё-таки вчерашний «день-лень», как его назвал Мерлин, пошёл на пользу. Артур узнал больше о современном мире, да и день прошёл без спешки и решений. Был просто спокойным. Такие дни были редки в его памяти. Но даже так сидеть без дела было трудно. Пендрагон не привык бездельничать. Его жизнь всегда была занята тренировками и охотой на колдунов. Тогда ему казалось, что у него нет свободного времени, в отличие от Мерлина, который пропадал в тавернах по нескольку дней подряд. Но став королём, Артур понял, что именно тогда, будучи принцем, у него оно ещё было. Жаль только, что он это не осознавал. — …… ….. …… ……… автобусам?       Мужской голос выдернул его из мыслей. Видимо, обращались к Артуру. Никого больше рядом не было. Он повернул голову. Перед ним стояли молодой парень с длинными волосами и нелепыми усами и две девушки в очень откровенной одежде. Артур даже чуть смутился и постарался смотреть только на молодого юношу. Привыкнуть к новой моде пока быстро не получилось. — Что? — переспросил Артур. Речь незнакомцев он не понимал совсем, кроме знакомого слова «автобус». — …… Автобус! …… — парень старался, но по глазам Артура было видно: связи нет.       Помимо того, что король плохо ориентировался в современном английском, эта компания говорила ещё и на каком-то эмоциональном наречии, незнакомом королю.       Девушка рядом недовольно закатила глаза и язвительно ответила своему другу, вторая не отрывалась от телефона, всё время оглядываясь. — Повторите? — спросил Артур на современной форме языка. Со вчерашнего дня он запомнил пару слов и идиом. Даже получилось пожелать спокойной ночи двум магам, с которыми он жил, чем сильно их удивил.       Парень с длинными волосами выдохнул, достал телефон и что-то в него проговорил. Через пару секунд повернул экран к Артуру, тот вздрогнул, но ничего опасного не произошло. Видимо, переводчик. Парень снова сказал «автобус» и указал на экран. — Вам нужен автобус? — догадался Артур. — Автобус! — обрадовался парень. — Автобус!       Артур огляделся. Он знал, где остановка. Запоминал маршруты, по которым водил его Мерлин на всякий случай. Это была важная часть в его бытность рыцарем. Правда, как позже выяснилось, остановки бывают для разных путей. Так как они не уточнили, какая именно им нужна, он решил направить их к межгородской — единственной, какой он знал. — Путь вам держать прямо, — Артур указал влево от скамейки, — затем направо, мимо каменного дома… — он жестикулировал и подбирал слова. К сожалению, он знал не так много для длинного светского разговора. — И вновь направо, да через дорогу. Всё просто.       Компания смотрела на него в полном непонимании. Длинноволосый юноша переглянулся со своими друзьями. Он снова что-то настрочил в телефоне и показал экран. Затем нажал кнопку и жестом попросил говорить.       Артур, не до конца поняв, что от него хотят, но повторил маршрут. После нескольких попыток на экране появилось почти целое предложение. Молодые люди переглянулись, кивнули. На прощание девушки отправили воздушные поцелуи Артуру, на что тот улыбнулся. — Спасибо, мужик! Чтоб я ещё раз в эту сраную Англию поехал, — бросил парень и скрылся за поворотом.       Артур очень удивился: он понял всё.       Нет, ну определённо — это не просто так. — Вижу, ты тут осваиваешься, — раздался за спиной голос Мерлина. Он появился с бутылками воды. Артур вздрогнул, но, увидев друга, успокоился. — Мерлин! Призрак крадущийся! Предупреждай, коли жизнь моя тебе мила. — поднялся он. — Это ты был? — А кто же ещё? — хмыкнул маг. — Я про магию, — буркнул Артур и взял из рук бывшего слуги пластиковую бутылку. Он уже знал этот материал. — А это… — Мерлин открыл свою бутылку, показав способ использования. Пффф, как будто Артур сам бы не смог, мужчина закатил глаза. — Увидел, как ты тут заводишь знакомства, и решил помочь. Они спрашивали про остановку? — Да. Указал я ту дорогу, что сам знал, — Артур резко открыл бутылку и чуть не пролил воду. — Ха-ха! Думаю, туда они и направлялись, — Мерлин медленно пошёл вперёд, обернувшись. — Кстати, я слышал, у тебя уже улучшается знание языка. Знаешь теперь слова вроде “дерьмо”, “спасибо” и “автобус”. — День вчерашний был не напрасен. — Я рад, что тебе пригодилось всё, что я собрал для тебя. Но удивлён, как ты спокойно воспринял столько информации, — Мерлин затолкал полупустую бутылку воды в зачарованный карман. — Неужели время, проведённое на Авалоне, помогло тебе, и теперь у тебя появилась способность размышлять? Невероятно. Я думал, ты так и остался пустоголовым. — В присутствии твоём, Мерлин, кто угодно выглядит мыслителем глубоким. Контраст, знаешь ли такое слово? — Ах, ты всё тот же. Половина обаяния в насмешках, вторая в самоуверенности, — хихикнул Мерлин и добавил тихо, скорее, для себя. — И всё же я скучал по этому твоему язвительному тону.       Маг и король проходили мимо детской площадки, где, несмотря на погоду, бесились дети. Артур с любопытством рассматривал открытое пространство. Интересные конструкции казались безопасными. Пендрагон положительно оценил изменения в обществе. Приятно, что детям теперь отводится приоритет. — Мне и поныне трудно понять многое из увиденного вчера… Но карта та диво чудесное. Долго не мог отвести от неё глаз. — Тебе легче принять магический мир, чем магловский, да? — Мерлин принял от друга вторую бутылку, но, вместо того чтобы убрать её, стал неосознанно вертеть в руках. — Отчасти. Чары меня не смущают — дело привычное. А вот мир без волшебства поражает больше всякой алхимии. Но стараюсь и это принять. — Я думал, тебе понадобится неделя, чтобы просто смириться с тем, что кофе варится сам, — хихикнул Мерлин и, подбросив бутылку выше обычного, еле её поймал.       Артур только скептически на него взглянул и мысленно отметил, какой же этот волшебник… растяпа, но милый. Возвращённый король и его маг пересекли дорогу и продолжили путь, почти не сворачивая. — Хорошо, что с нами не пошёл Эйдан. Вот кто точно бы ныл о жаре весь день. — Словно не ты весь день отыгрывал сию сцену, — поддел Артура, на что Мерлин фыркнул. — К слову, куда он отправился со своей птицей? — Почём мне знать? Ему уже пятнадцать, — волшебник ответил с лёгкой небрежностью, но через секунду задумался и добавил: — Кстати, я до сих пор поражён, как спокойно ты воспринял её имя. — Это птица, Мерлин, а не моя жена, — как бы не понимая, в чём проблема, отозвался Артур. Он постарался пошутить, но как только Эмрис отвернулся, его взгляд посмурнел.       Мужчины подходили к лесной части Боббл-Брука. Здесь были частные дома, где жили работники ферм. Удивительным образом дома оказались спрятаны под деревьями, и потому здесь было больше тени, чем света. Большинство растительности жители сохраняли. Жители не вмешивались в природу хотя бы рядом с домом. Люди совсем постепенно перестали попадаться на пути. — Мерлин, — позвал Артур.       Тот повернул голову, улыбаясь, ожидая продолжения. — А что сталось с Гвиневрой после моей кончины?       Улыбка великого волшебника померкла, взгляд стал серьёзным, более взрослым. Он немного помолчал, подбирая слова: — Она… она оставалась у трона ещё пару лет. Но с каждым днём ей становилось всё хуже: и от горя, и от завоеваний саксов, ютов и англов. В итоге она ушла в монастырь. Там она и похоронена. — Она… была счастлива? — неуверенно спросил Артур.       Волшебник ответил не сразу. Его голос стал глухим: — Я не уверен. Я плохо помню то время, сразу после твоей… после твоего отбытия на Авалон. Гвен была в трауре до конца своих дней. Но она нашла себя в помощи людям.       Артур кивнул. Его лицо стало каменным. Мерлин не мог прочесть, что тот чувствует, но догадывался. Боль утраты.       Эмрис до сих пор винил себя за то, что тогда почти оставил друзей. Он ушёл в себя. Старался помогать, приходить, предупреждать об опасностях… Но с каждым годом эти визиты становились всё реже. А потом… стало не к кому приходить.       Если Артур не мог быть рядом со своей королевой по причине своей смерти, то у Мерлина такой причины не было. Он мог бы поддержать её, помочь пережить боль… но не смог остаться. Волшебник чувствовал, будто предал их дружбу и не мог себе этого простить.       Они прошли две улицы в молчании. Каждый думал о своём. О своей вине, боли, потерях.       А природа вокруг, наоборот, цвела. Солнце пробивалось сквозь листву, свет выстилал перед ними дорожку, играл в волосах Артура и цеплялся за уши бессмертного мага. Но мужчины не замечали, как дышит и сверкает мир.       На нужной улице, в конце которой находилась их цель, Артур хрипло спросил: — А что стало с рыцарями? — Персиваль и Гавейн погибли от рук Морганы. Остальные в междоусобицах и войнах. Леон старался держать их вместе, пока был жив, но погиб в войне с ютами. Круглый стол распался окончательно. А потом захватили и Камелот. — Что было далее? — почти шёпотом спросил Артур.       Мерлин тяжело вздохнул, посмотрел другу в глаза: — Когда я пришёл, было поздно. Я уничтожил всех захватчиков, но это уже никому не помогло. Я скрыл замок магией на какое-то время… но потом его снова нашли. И он всё ещё стоит.       Артур коротко промычал в ответ, дав понять, что услышал друга.       Настроение стало мрачным. Лучше бы спросил раньше, подумал он. Но всё это время он не принимал, что всех, кого он знал, уже нет. Не мог принять их смерть. Это логично, учитывая сколько времени прошло. И только сейчас… смог спросить у Мерлина. Острая боль, словно нож, пронзила его. Даже ранения в бою не приносили столько мучения. Он понял: их нет. Ни Гвен, ни рыцарей, ни народа, за который он сражался… Артур их больше не увидит. Не сможет ни обнять Гвен, ни перекинуться дружескими фразочками с Элианом, ни хлопнуть по плечу Леона, ни вдохновить уставшего крестьянина, ни посмеяться с шуток Гавейна, ни услышать сплетни от служанок, которые он обязательно бы обсудил с Мерлином, ни сразиться в тренировочном поединке с Персивалем, ни спросить совета у Гаюса или Джеффри, ни ощутит неловкость от шуток Джорджа, не украдёт пару булок с молчаливого согласия кухарок… всё это было в другой жизни. Далеко. Неосуществимо. Захотелось уйти подальше и не возвращаться.       Руку на плече он почувствовал, когда уже было почти невыносимо. Медленно повернув голову, Пендрагон увидел Мерлина. Тот мягко улыбался другу, стараясь передать ему свою поддержку. Он знал, что Артур не умеет и не хочет проявлять такие тяжелые чувства в открытую. Они были похожи на те, что он испытывал при потере отца. Но тогда у него оставались друзья, любимая, лучший друг и целое королевство. А сейчас только Мерлин был рядом. Он остался. Артур попытался улыбнуться. Вышло криво, но волшебник понял.       Они подошли к дому, скрытому за яблоневой рощей. Созревающие плоды висели густо. В другое время Артур точно бы сорвал один для пробы.       На пороге одноэтажного дома стояла фигура. Это была Фиона. Друидка из местного сообщества, как знал король. Пожилая дама, глаза которой всё ещё сверкали, как у юной девушки. Атмосфера вокруг неё была уютной и живой. В её облике чувствовалось желание отпустить колкую шутку, как только мужчины подойдут.       Мерлин пересёк калитку, пока Фиона медленно, опираясь на клюку, спускалась с крыльца. — Эмрис! Давно тебя не видела! — её одежда была смесью рокерских девяностых и друидских тканей, но смотрелось это удивительно органично. Побрякушки и амулеты на клюке звенели, но не раздражали. — Фиона, рад тебя видеть. Как ты? — Твоими молитвами, да у Богини за пазухой, — пошутила она. Хотя была ниже Мерлина почти на две головы, смотрела как на равного. Его высокий статус среди магов её ничуть не смущал. — Ты же знаешь, я не молюсь Триединой Богине и даже не слышу её. — Знаю. Как и она, — с хитрой улыбкой сказала она. — Я ждала тебя почти неделю! За это время могла бы трижды встретиться с Богиней и вернуться обратно! — Прости, не мог прийти раньше. — Знаю, — она перевела взгляд на Артура и слегка кивнула, — Ваше Величество.       Пендрагон вежливо ответил кивком. В его осанке чувствовалась королевская стать, которая терялась дома, когда он был просто Артуром. Но на людях — король, готовый всех выслушать и всем помочь. Однако рядом с Мерлином он позволял себе расслабится. Сейчас, пока его ещё тяготили мысли, он решил дать магу вести разговор. — Надеюсь, мы не отвлечём тебя от дел. Я ведь даже не предупредил, что приду. — Что ты! — рассмеялась она. — Ты же знаешь, Триединая Богиня направляет меня. Конечно, я знала, что вы придёте. Для вас у меня всегда найдётся время. Пошли, дела не ждут!       Они направились за дом к огороду. Позади дома распологалось несколько грядок и стеклянная веранда, которая была также и теплицей. На огороде всё трудилось само: лейки поливали, лопатка пропалывала. Всё работало благодаря магии. Артур отметил, как уютно здесь. Пара деревьев давала широкую тень, всё чисто, ухожено. — Ты выглядишь моложе, чем я ожидала, — Фиона усмехнулась, глядя на Артура. — Для того, кто спал полторы тысячи лет, весьма ничего. Если бы знала раньше, отправилась бы на Авалон ещё двадцатилетней, чтобы сохраниться, ха-ха-ха! — Польщён, — Король Былого солнечно улыбнулся на слова друидки. — Видно, время перед вами не идёт, а склоняется в восхищении. — А ха-ха! Не король, а дамский угодник! — рассмеялась Фиона. — Я бы послушала историю о ваших похождениях, сир!       Даже Мерлин кинул удивлённый взгляд на друга, растянув губы в улыбке. В бытность принцем на комплименты Артура хотелось только закатить глаза, но роль монарха научила его общению с дамами. — О сердечных делах вряд ли, но иных сказаний у меня более чем достаточно. — Действительно? Я думала, великий король был первым кавалером среди всех дам Камелота, — Фиона поспешно добавила. — Конечно, пока не нашёл свою королеву.       Эмрис повернул голову в сторону говорящих, посмотрел на них скептически, а потом усмехнулся: — Он-то? Первым только если в категории "не подходить — руку откусит". — Унял бы язык, Мерлин, — недовольно отозвался Артур. Однако чувствовалось, что между ними не было напряжения. — Кто же, кроме матери, держал тебя за руку? О поцелуях и прочем я и вовсе умолчу. — Ну, мне всё-таки полторы тысячи лет. Бывало и не такое, — усмехнулся волшебник и хихикнул. Пендрагон улыбнулся, хотя это заметили только затылок Мерлина и Фиона, идущая рядом. Она хитро прищурилась и переводила взгляд с одного мужчины на другого, словно о чём-то уже догадывалась.       Маги подошли к небольшому домику, где, как предположил Артур, должны были храниться инструменты. Дверь время от времени резко покачивалась, будто её кто-то пытался выбить, но она была на замке. Постройка ничем не выделялась, но знание, что внутри может быть опасность, не давало расслабиться. Мерлин вышел вперёд, пытаясь разглядеть, что там между досками. — Вот здесь, Эмрис, — встав слева от волшебника, пожилая дама торжественно, но с хитринкой, кивнула в сторону двери. — Что ж, что бы это ни было, для меня это не составит труда.       Сверкнув глазами, Мерлин снял замок, и дверь открылась. Маг ожидал увидеть внутри опасного оборотня, ядовитую разумную слизь или на крайний случай магловского маньяка, но, увидев, кто прятался в темноте сарая, он только вопросительно наклонил голову набок, как кот. Артур всё ещё не мог разглядеть, что за тварь там скрывается, и не понимал озадаченности друга.       В деревянном помещении бесились пикси. Они роняли предметы, гонялись друг за другом и всё ломали. Маленькие бесы на секунду остановились, взглянув на Мерлина, но тут же продолжили с удвоенным рвением куролесить в сарае, как будто назло.       Пару минут волшебники и король молча наблюдали за беспорядком. — Фиона, это же просто пикси! — громко произнёс Мерлин, наблюдая, как синие чертята играют в крупе. — Ты и сама вполне могла с ними справиться. — Коли я попросила, так ты должен помочь даме, — настойчиво произнесла друидка и даже стукнула о землю своей палкой. Кивнув на её слова, Артур сложил руки на груди и посмотрел на друга.       «Спелись», — подумал великий маг. Щепотка лести, и вот уже великий Король Былого и Грядущего у ваших ног. Он обернулся к пикси, которые заметили, что за ними наблюдают. Они хитро поглядывали, представляя, как поиграют с новоприбывшими.       Мерлин вытянул руку, его глаза сверкнули золотом, и он властно произнёс: — Прочь.       Пикси тут же разлетелись. В их тонких голосах слышалось нечто, похожее на «Эмрис». Через минуту от синих чертят не осталось и следа. Взмахом руки Мерлин вернул предметы на места.       У Пендрагона по спине пробежали мурашки. В обычное время Мерлин казался дуралеем с не слишком смешными шутками. Ну… ладно, на самом деле смешными. Но когда он колдовал, становился другим. Серьёзным. Властным. Всегда ли он был таким во время сотворения волшебства? Если да, то Артур хотел бы знать об этом раньше, подумал он с иронией. Всё, начиная от позы и заканчивая голосом, менялось. В животе у короля что-то сладко сжалось. Он шумно выдохнул. Возможно, это просто трепет от перемены в друге… ничего такого. — Вот так бы и сразу. А то отнекивался, отнекивался, — Фиона развернулась и медленно побрела в сторону сада. — Подите, чаем вас угощу. — Только если недолго, Фиона. Мы бы ещё хотели заскочить к Фарену, я хочу спросить его о паре вещей… — начал было Мерлин, но пожилая женщина его перебила. — Нет его. — А когда вернётся?       Фиона повернулась и непонимающе посмотрела на жреца древней религии: — Да помер он. Ноги его уже давно по землям Авалона ступают. — Оу… — Мерлин почувствовал себя неловко. Он не ожидал услышать новости о смерти главы друидской общины. Вроде только недавно ещё был жив-здоров. «Недавно» было относительно длинным понятием для Эмриса с его-то жизнью. Он знал Фарена с детства, видел, как тот рос, как стал мужчиной, и в каком-то смысле они даже были друзьями. — И давно? — Да пару месяцев как. — И как сейчас всё? Кого выбрали взамен?       Для Мерлина такие ситуации были не в новинку. Он пережил столько магических лидеров, что давно перестал их считать. Эмрис уже не привязывался к каждому, перестав это делать где-то уже с пятого лидера с момента его бессмертия. И хорошо бы помнить имя нынешнего. Единственное, что всегда огорчало, — внезапность. Хотя внезапными такие события были только для него: Мерлин плохо следил за новостями и редко навещал как магическое, так и друидское сообщество. Так что вести о смерти вроде бы только что назначенного главы каждый раз были неожиданными.       Фиона подошла к стеклянной двери в оранжерею. Махнула рукой — замок поддался и отлетел на крючок. Впрочем, эта дверь и без того с трудом открывалась, а замок, скорее, был для защиты от любопытных маглов или воров. Было, знаем, плавали. — Как, как… все в печали, а я считаю дурак дураком он был. Да и славно, что помер. Меньше суеты будет… — пробормотала Фиона, пытаясь потянуть дверь на себя, но та не поддавалась. Казалось, она не особо страдала от утраты. — Ох, поможете, Ваше Величество? — попросила она, указывая на дверь и слегка переваливаясь на свою палку.       Артур без промедлений открыл дверь, галантно подал руку и, слегка склонив голову, пропустил пожилую даму вперёд.       Проходя мимо, Фиона хитро улыбнулась Мерлину: — Передо мной двери открывает сам король, а ты, Мерлин, чего не пользуешься своим положением? Ехехе!       У неё был смешной, очень добрый старушечий смех, от которого мужчины не могли не улыбнуться. Фиона обладала редкой способностью поднимать настроение просто своим присутствием.       Они прошли в стеклянную оранжерею и направились к круглому столику. Чайник уже хлопотал над кружками, разливая напиток. Тарелки с угощениями подыскивали себе место, а пузатая сахарница всеми силами отбивалась от конкурентов за центр стола. Артур заворожённо наблюдал за этим волшебством. Ему казалось, что магия живёт своей жизнью, без вмешательства волшебников. Разве Фиона заранее рассчитывала, какая тарелка будет белой вороной, а какая вечно суетливой? Друиды, конечно, были загадочными людьми по памяти Артура. Но они точно не сидели, рассуждая, как будет вести себя каждый предмет при колдовстве.       Компания расселась и приступила к чаепитию. В оранжерее росли магические растения для зелий и ядов, цветов было немного. Некоторые Артур узнал, другие выглядели настолько экзотично, что их приходилось рассматривать по несколько минут.       Несмотря на стеклянные стены, в помещении не было душно. Форточки были открыты, и тёплый ветерок приятно гулял между растениями. Возможно, это была магия и если так, Артур был рад, что оказался здесь в компании колдуна и друидки. — Печально это слышать. Я не знал о его смерти, — помешивая чай, сказал Мерлин. — Кто теперь глава? — Совсем зелёный Бранан. Мечется в старшие. В целом неплох, особенно, когда снимает рубашку, чтобы рубить дрова, ха-ха-ха, — Фиона снова рассмеялась своим особенным смехом. — Ты одной ногой уже на авалонских землях, а шутишь, как будто и двадцати нет. — А я всегда себя на двадцать чувствую. Только тело об этом не знает. — Приятно слышать столь бодрый настрой, Фиона, — с улыбкой произнёс Артур. Он любил таких людей: честных, находчивых, тёплых. — Благодарю, Ваше Величество, — отозвалась она, махнула рукой, и печенье запрыгало вокруг короля, напрашиваясь, чтобы его съели.       Он взял одно… потом ещё… и ещё… и вдруг тарелка опустела. А разговор с Фионой тёк, как будто они были знакомы всю жизнь, а не пару часов. Как Артур и обещал, он рассказал пару историй о подвигах, сражениях и курьёзах. Он думал, что воспоминания вызовут боль от недавнего осознания потери. Но нет. Было удивительно легко рассказывать. В голову приходили приятные эпизоды из его уже прошлой жизни. Ностальгия вытеснила грусть. Она вымывала боль из его души. Мягкая поддержка друидки и её весёлый тон помогали видеть только хорошее в этих воспоминаниях. А Мерлин помогал своим взглядом, вставляя свои версии событий тех приключений.       Таким образом, Артур узнал о магической составляющей нескольких пережитых им историй. Это, несомненно, удивляло. Как много раз, оказывается, Мерлин использовал магию в присутствии Пендрагона и он её не замечал. Но сейчас даже особо злиться не получалось на друга.       Великий маг, слушая эпизоды, в которых так или иначе принимал участие, с головой окунался в своё прошлое. Раньше те воспоминания причиняли тянущую боль и вызывали вину. Но, слушая их версии из уст Артура, он словно смотрел на них сквозь светлый фильтр, как на тёплые картины детства. Поразительно, как всего несколько дней рядом с другом меняли его мир.       Истории текли одна за другой. Вскоре разговор перехватила Фиона, рассказывая о своих жизненных приключениях. Она объяснила Артуру, который совершенно не понимал её тёмные, острые украшения, что это — отголоски её «рокерского» прошлого. Когда-то она отрицала друидское сообщество и хотела жить среди маглов. Узнав, что король не в курсе, что это вообще за музыка, она укоризненно посмотрела на Мерлина и призвала к себе колонку, решив показать человеку из прошлого, что такое настоящий хардкор.       Когда Артур услышал первые пару песен известных британских рок-групп двадцатого века… поначалу он не понял. Непривычные звуки, странные инструменты, тексты не про героев и любовь, а про внутренние переживания — всё это вызвало культурный шок. Но когда он увидел, как Фиона качает головой и смешно пританцовывает сидя, а Мерлин тихо подпевает, в нём что-то откликнулось. Он начал проникаться.       Прослушав песен десять, Эмрис торжественно пообещал приобщить Артура ко всей музыке последнего столетия. Ведь, как сказала Фиона, это огромный культурный слой. А может, она просто хотела ещё одного поклонника своих любимых групп, что тоже было бы прекрасно.       Общение складывалось удивительно уютным. Друидка была душой компании, легко поддерживала любой разговор и находила к каждой теме пару-тройку историй из жизни. Присутствие Мерлина успокаивало Пендрагона и возвращало в их совместное прошлое. Хотя сейчас он говорил меньше, чем раньше, в нём появилась особая спокойная мудрость, напоминающая ту, что Артур встречал у Гаюса. Без излишнего юношеского максимализма, без резких порывов. Такой Мерлин был другим: чутким, заботливым, в меру тревожным. Его хотелось узнавать заново.       Пендрагон задумался и вдруг понял, что уже какое-то время просто смотрит на друга. Диалог между Фионой и Мерлином закончился, и, заметив взгляд Артура, Мерлин решил его поддеть. Слово за слово и завязалась их привычная шуточная пикировка, где взаимные колкости давно не обижали никого.       Фионе нравилось наблюдать за ними. Иногда она чувствовала себя лишней, иногда хотелось пищать от отдельных фраз этих очень уж древних мужчин. И всё же... Пожилая женщина не была уверена, чувствуют ли они, что витает между ними? Понимают ли, как смотрят друг на друга? Или хотя бы догадываются?       Она тихо посмеялась над очередной колкостью Мерлина и заметила в его взгляде настоящую нежность и весёлье, какие она не часто видела в глазах великого Эмриса. Неужели он не осознаёт своих чувств к Артуру? Ну, нет! Учитывая, какие советы он давал в пору юности Фионы, он-то всегда видел больше, чем остальные — и в других, и в себе. Просто... будто ничего не делал со своими чувствами?       А Король Былого и Грядущего? Когда он отвечал, в его глазах горел тот самый мальчишеский огонь. В нём был задор и страсть. И при этом в них уже жила зрелость: спокойствие и забота, пришедшие с возрастом. Когда они только пришли, Пендрагон казался угрюмым королём, у которого рухнул целый мир. Но теперь он снова был живым. Молодым. Однако, скорее всего, Артур не признал ещё своих чувств к Эмрису. Это читалось в его позе, в его движениях, в его взгляде и в целом, опыта и интуиции Фионы хватало, чтобы это разглядеть.       Поразмыслив, друидка вспомнила про королеву Гвиневру. Они были в браке с королем. Возможно, это и была причина, почему Мерлин ничего не делал со своими чувствами. В таком случае, вопрос возникал к другому мужчине. К его настоящим чувствам… А возможно, женщина видела то, что хотела видеть, там, где этого нет. — Фиона, всё хотел спросить, — внезапно Мерлин отвлёк её от размышлений. — О, Великий Эмрис что-то спрашивает у меня? — хохотнула она. — Вот это дожила, конечно! — И что ж тут дивного? Он же дуралей, — добавил Артур с ухмылкой. Мерлин закатил глаза, явно желая уколоть в ответ. — Обычно это к нему идут за советом, а не наоборот. Все же знают, что он последний жрец древней религии, знания у него обширны, а сила безгранична! — Ну не настолько уж... — Напрашивается на комплименты, — громко шепнула Фиона Артуру. Тот хихикнул. — Так вот, — Мерлин вернул тему к серьёзному, — Ты знаешь что-нибудь о магических аномалиях, которые недавно появились в Британии? — Ты про трансгрессию в Косом переулке? Или про то, что севере? Или ту, что у Хогвартса? — Да, да и ещё раз да. Хотя о двух последних не слышал. — Эмрис, могу сказать… — Фиона вдруг нагнала таинственности, Мерлин придвинулся, Артур стал внимательнее. Женщина драматично отпила чай, приоткрыла глаза и произнесла. — ...что ничего об этом не знаю. — Чего?! А пафос тогда зачем?! — Ха-ха! Я сумасшедшая старушка, как считают местные дети. Мне можно! — друидка так рассмеялась, что ей даже пришлось вытереть слезу.       Артур понял: на неё невозможно злиться. Она слишком обаятельна или безумна. — Всё, успокойся, — Мерлин опёрся на стол и уронил голову на руку. — Ты правда не знаешь? Или прикидываешься?       Фиона всё ещё улыбалась, откинувшись на спинку стула. — Дело не в притворстве, Эмрис. Я действительно не знаю многого. Но... не думаю, что это прям уж такие аномалии. Разве так не должно быть? — В каком смысле? — Все твердят в “Ежедневном пророке”, что магия «ломается». Но, как по мне, это естественный процесс. Всё идёт своим чередом. Как, например, таяние ледников. Моё мнение: так и должно быть, исходя из всего, что произошло. — в глазах Фионы снова появилась хитринка. — Время пришло. — Время для чего? — Время для тебя, мой король.       Эти слова прозвучали особенно серьёзно. Артур почувствовал вес момента. И вместе с тем уверенность, что он справится, с чем бы ему не пришлось сразиться. — Ты не будешь один. Есть маги, есть простые люди, которые за тебя, хоть, может, они ещё этого не знают. Всё, что тебе нужно будет сделать, мой король, так это самый важный шаг. — Какой? — Это уже мне знать не дано. — Что же за долг тот, о коем речь? — король двумя руками обхватил чашку, неосознанно сжимая её. — Как какой? Вернуть магию этим землям и построить Альбион, конечно же. Место, где маги и обычные люди будут жить свободно. Разве Эмрис тебе не рассказывал? Об этом знают не только маги, но и маглы, пусть и в виде сказки.       Артур задумался, уставившись в чашку. Чаинки на её дне не дали ответа.       Скоро вечер. Жар спал, ветер колыхал листву, а жуки гудели свою вечную песню. Всё вокруг было странно спокойно.       Мерлин тоже отложил чашку, его лицо стало сосредоточеннее: — Тебе что-нибудь известно от Триединой Богини? Она что-то передавала? — Боюсь, на этот раз она говорит не со мной. Всё, что хотела, я уже передала.       Мерлин всматривался в лицо подруги, но та была невозмутима. Сложно было сказать, что скрывала женщина. Несмотря на разницу в возрасте, она казалась мудрее, чем маг. Наверняка это вообще свойственно всем женщинам.       Он выдохнул и усмехнулся: — Похоже, не стоит спрашивать и у Бранан, если даже одна из Дезир молчит.       Фиона засмеялась. Артур удивлённо приподнял бровь: — Дезир, говоришь?.. Фиона? — А чего так удивляетесь, Ваше Величество? — с усмешкой ответила она, прибирая посуду магией. Тарелки и чашки весело пролетели мимо Артура к дому. — Но... Дезир… их же трое… и... и... — Жить в пещере и носить сектантские балахоны? — посмеяиваясь, спросила друидка. — Времена меняются, мой король. Я могу жить и одеваться, как хочу. А мои сёстры… нам достаточно жить в одном поселении около священного источника, чтобы исполнять волю Триединой богини. Я ответила на твои вопросы?       Артур замолчал. Его опыт с жрицами Триединой Богини был... сложным. Несмотря на отцовские предрассудки, которые пытались укорениться в его сыне, Пендрагон младший смог склонить колени и просить тогда у жриц Триедиой богини, проявив тем самым уважение к священному месту и его законам. Однако их слова о немилости богини в отношении короля из-за отказа принять магию, конечно, чуть смущали Артура. Но он совершенно не придавал им значения.       Но не сейчас. Проведя длительное время на Авалоне, где все пропитано волшебством, а также прожив последние три дня с Мерлином со знанием о его даре, отношение к магии начало менятся у короля. Возможно... только возможно, колдовство не так ужасно, как казалось раньше? Артур думал об этом и во времена своего правления, но сейчас ясно понимал, что тогда был предвзят. Потому на данный момент Пендрагон чуть растерялся, несмотря на свою королевскую стать. — Вопросов нет, — коротко сказал он. — Прекрасно! Ха-ха-ха! — Спасибо за посиделки, Фиона, — Мерлин поднялся. — Верно, — откликнулась она, поднимаясь с помощью клюки. — У тебя дома маленький сорванец. Передай ему привет, если ещё помнит меня. — Конечно, помнит.       Старушка кивнула. Она знала Эйдана с детства. Мерлин не раз оставлял мальчика у неё. И хотя у неё не было своих детей и внуков, она привязалась к парнишке. В последние годы он редко навещал её, отчего Фиона порой грустила. Впрочем, он и не был ей родным по крови и не был обязан приезжать.       Они втроём вышли из оранжереи и направились к калитке дома, где несколько часов назад встретились. Остановившись, мужчины ещё раз попрощались с Фионой и собирались уходить. — Стой, мой король.       Дама медленно подошла к Артуру и попросила вытянуть руку: — Чую недоброе. Это тебе. Пригодится.       Она положила в его ладонь плоский бордовый камень с отверстием посередине, обмотанный зелёной ниткой. Сомкнув пальцы Артура вокруг амулета, произнесла: — Но только один раз. Больше тебе и не нужно будет, — кивнув в сторону Эмриса. — Носи с собой. — Спасибо, — прижав к себе подарок, с благодарностью ответил король, слегка склонив голову.       Фиона ярко улыбнулась и отошла от Артура. Тот, ещё раз кивнув пожилой женщине, подошёл к Мерлину. Волшебник, помахав рукой, вместе с Королём Былого и Грядущего — или, лучше сказать, Настоящего — пошёл по тропинке к городу.       Фиона смотрела им вслед, пока они не скрылись среди крон деревьев. Женщина тихо молила Триединую Богиню даровать королю и магу удачу, что бы им не предстояло.

***

      Вечерело. Артур медленно шёл рядом с Мерлином. Сейчас они не спешили, а спокойно наслаждались прогулкой до остановки. Температура на улице, наконец-то, стала более комфортной, и пот больше не лился ручьями. Карманы и руки были наполнены найденным горохом. Король и волшебник периодически подъедали свои запасы на всём пути.       Ну как найденным… Это был бесхозный участок, где рос дикий горох. Пендрагон подбил друга попробовать его, на что Мерлин скептически посмотрел на мужчину. Если никто не рвал ничейный горох, до которого рукой подать, значит, тут всё было не так просто. Это они поняли, когда из дома неподалёку вышел старик, крича что-то на шотландском и размахивая мотыгой. Схватив ещё пару стручков, Артур и Мерлин, посмеиваясь, побежали через маленькие улочки, обходными путями, чтобы затеряться. Если бы кто-то стоял рядом, ему было бы забавно наблюдать, как два здоровых лба воруют горох и потом, хохоча, убегают.       Отбежав подальше, друзья всё ещё смеялись. Пендрагон давно не чувствовал себя шкодливым мальчишкой. Было славно. Пока Артура не начали посещать мысли о насущном.       Была ли эта поездка полезной с точки зрения их дела? Возвращённый король затруднялся ответить. Он совершенно не знал, куда обратить внимание. За что зацепиться? Стало быть, Мерлин что-то понял? Ха-ха, странное сочетание, подумал Артур. Однако смех пропадал, когда он видел перед собой не бывшего слугу, а нынешнего великого колдуна.       Задача Артура состояла в том, чтобы вернуть магию на эти земли и построить Альбион. Легче сказать, чем сделать. Политическая система стала гораздо сложнее, впрочем, в ней никогда не было легко. А что до магов, то и у них были свои проблемы.       Артур остановился. Примирить два мира — магический и обычный.       Эмрис оглянулся на друга. На его лице возник немой вопрос. Мужчина мотнул своей светлой головой и догнал друга, стараясь пока не трогать эту мысль. Для начала её нужно было обдумать. А сейчас его волновала более насущная вещь. — Мерлин, уловил ли ты хоть что-то из речей Фионы? Ты ж сам вопрошал её о чудачествах магии.       Волшебник задумчиво промычал и ответил: — Да. Помнишь я вчера лежал и медитировал? Я не просто отдыхал, а пытался прощупать магический фон, понять, всё ли в порядке или почему аномалии могут происходить прямо сейчас. — Выходит, для магии это не в порядке вещей? — Ха-ха, нет, конечно, — Мерлин передал другу ещё несколько стручков гороха из своих бездонных карманов. — Они начали появляться пару месяцев назад, по крайней мере, как я знаю. Бывают, конечно, разные магические явления, но они, скорее, как… ну, не знаю, дождь? То есть зафиксированы и стабильно происходят время от времени. А те, что появились недавно, не имеют связи, кроме как времени появления и отсутствия колдуемого. — Быть может, это дух или призрак, как помнишь, дорока? А может, сии боги шалят? Или вовсе сама магия явилась? — закономерно спросил Артур, поглядывая на мага. Тот почесал голову. — Это не могли быть духи или призраки. Они не могут влиять на физический мир, тем более, использовать магию. Дороки же — тени из загробного мира, могут лишь забирать жизнь. Боги? Ну, если только они решили поугорать, потому что я вообще не вижу смысла в этих аномалиях. — Стало быть, магия? — Ну, понятное дело, что это магия или… — Мерлин скептично посмотрел на Артура, не поняв о чем тот, и продолжил рассуждения. — Фиона сказала, что ничего необычного не происходит в таком плане, как я думал. Может, это какое-то изменение или накопление энергии, как перед взрывом? Или кто-то древний желает вернуться? — Это как? — Артур, кажется, потерялся в рассуждениях мага. — Ну смотри. Ты вернулся с Авалона с большим магическим выплеском энергии. Настолько, что дошло до большой земли. До сих пор об этом пишут в магической газете, но особо ничего так и не поняли. Решили, что это очередная аномалия. У маглов же в тех районах, где прошла волна, были перебои с электричеством, — темноволосый парень медленно пошёл вперед, Артур неспешно последовал рядом. — Если ты вызвал такой всплеск, могли ли какие-то аномалии быть предшествием твоего появления или, наоборот, последствиями? Я не до конца понимаю, что вызывает эти магические аномалии? В той, которая была на Косой аллее, не было катализатора к её появлению. Кажется, что магия просто взяла и начала проигрывать тот кусок заклинания, который колдовали те маги сотни лет назад. Почему? Определенно, это всплески энергии, то есть в магическом фоне произошло что-то такое, что заставляет их появляться. Но вчера я не почувствовал ничего необычного, кроме волнения на периферии, но это в пределах нормы. Может, кто-то таким образом пытается появится здесь на земле, как и ты, раз аномалии так часто появляются в последнее время? Но звучит как-то странно. Почему аномалии существуют какое-то время, и я не слышал, чтобы они сами исчезали? С твоим появлением произошло одно событие, а в этом случае много событий в разных местах, и при этом одновременно. Что-то не складывается?       Мерлин снова остановился и в замешательстве, ища ответов, посмотрел на Артура. У того на лице было четко написано, что он ничего не понимал уже как пару минут и неопределенно мотнул головой, подыскивая слова для ответа. — Быть может, то всего лишь магия… и никакого возвращения? — неопределенно спросил Пендрагон, не зная, что ответить. Мерлин хмыкнул и снова продолжил дорогу. — Может и так. Но должна быть причина. Может, что-то меняется? Но я ничего не почувствовал вчера, что бы что-то изменилось в магическом фоне. — Может, тебе стоит вновь измыслить то, что ты творил там? — Конечно, стоит попробовать ещё. Но, может, не там надо искать? Или я ищу не то? — Ты ищешь ответов у меня? Я едва ли постиг и половину твоих колдовских размышлений. Уж больно всё у вас, магов, витиевато, — выдохнул Артур, на что Эмрис хихикнул. — Да не то слово, — Мерлин, наконец, обратил внимание на то, что во время всех своих рассуждений размахивал стручок гороха и только сейчас решил его съесть. — В любом случае, мне кажется это то, чем мы должны заняться. — И как, по-твоему, сие приведёт к Альбиону и и возвращению магии на эту землю? — скептично посмотрел король на друга. — Возможно, это ответ на вторую часть вопроса. Что ответить на первую, я не знаю, — легкомысленно ответил великий колдун.       Мужчины вышли в городскую часть Боббл Брука. Сейчас на улицах было больше людей, спешащих по домам или родителей, забирающих своих детей на ужин. На некоторое время повисло молчание между магом и королем. Каждый думал о своём. — Мерлин, поведай мне, — раскрыв стручок, начал Артур спустя пару минут, — что сталось с самим Камелотом?       Жрец древней религии кинул быстрый взгляд и выкинул куда-то вбок стручок. Проглотив сладкие горошины, он туманно ответил: — Он ещё стоит, но сейчас ты его не узнаешь. И, скорее всего, не будешь рад, узнав, что теперь там происходит. — Что ты под этим разумеешь? — Так получилось… м-м-м… — Мерлин не знал, как подобрать слова. — Какое-то время он стоял пустым, а потом его пришлось немного перестроить и… и сейчас в нём обучают волшебников со всей Британии. Вот.       На какое-то время повисла тишина. Пендрагон замедлил шаг и нахмурился. Внутри у него что-то надломилось, как будто земля ушла из-под ног. Его замок стал оплотом для детей волшебников? Услышал бы это отец — сжёг бы весь Камелот. Артур противился мыслям сжигать замок с детьми внутри, даже если они волшебники. Даже если дети умели колдовать, истреблять их он бы не стал. Однако, было сложно осознавать, что его дом теперь занимают волшебники, что они там живут и учатся. Там, где раньше тренировали рыцарей сражаться против них. Там, где он провёл детство, юность и стал королём. Теперь там живут маги? Спят и учатся в его комнате?       Это не вызывало злости или обиды — скорее, ошарашивало. Он думал, что в ближайшее время вернётся домой. И самое страшное, что он мог представить — развалины вместо замка. Но осознать, что твой дом заняли другие… было странно.       По сути, он ничего не имел против детей, даже если они колдуют. И хорошо, что замок всё ещё существует. Но как-то неприятно осознавать, что твой дом уже не твой. Что ты даже не попрощался с ним.       Возвращённый король ощутил, что время шло, пока его не было. Прошли не просто годы — столетия. Всё, что он строил, теперь в чужих руках. Это расстраивало маленького мальчишку, который хотел вернуться домой. Но, как король, он принимал мысль, что время идёт, всё меняется: обстоятельства, вещи, люди. Возможно, неплохо, что Камелот жив, пусть и в таком виде. Но сейчас Артур больше чувствовал себя тем самым мальчишкой, который просто хочет вернуться домой, упасть в кровать и забыть всё, что с ним произошло за последние дни.       Возвращение в незнакомый мир, где ты больше не король, давило на него. Не нужно было править, решать судьбы людей, быть светом для других — всё это раньше казалось ему естественным. Он с детства учился быть королём. Были моменты, когда он хотел всё бросить и стать фермером, но его тянуло обратно. Не ради власти, а ради того, чтобы быть нужным, вести людей, помогать. Он понимал, что мог помочь. Быть тем, кого слушают, кому доверяют, кто способен нести груз власти и привести к Альбиону, о котором он мечтал до своей "смерти".       А сейчас осознавать, что он, по сути, никто, тяжеловато. Было непонятно, чего ожидать. Его будущее казалось туманным, и, куда он идёт, было неясно. Не было его опоры. Не было его замка — он принадлежал другим. Не было его людей — они все были убиты или порабощены захватчиками. Не было его рыцарей и друзей — они были стерты временем. И не было его жены.       Снова вспомнив о Гвен, он съежился внутри. Всё это время Артур старался не вспоминать о своей королеве. Мысль о её потере была невыносимой. Бывший король до конца не верил, что прошло столько времени. В глубине души жила надежда, что в Камелоте, дома, Гвиневра всё ещё ждёт его. Что это всё вокруг колдовская иллюзия. Не настоящее. Не всерьёз. — Признаться, не сие я чаял услышать… — спустя, казалось, вечность, ответил Артур. Он не заметил, как остановился, и не знал, сколько так стоял. Мерлин мялся неподалёку, перебирая стручки гороха. Похоже, он тоже был поглощён мыслями.       Волшебник угукнул и подошёл, не глядя в глаза другу.       Эмрис чувствовал себя неловко. Он и сам не знал почему. Ему казалось, что он не уберёг то, что связывало его с Артуром и той жизнью. А ещё — дети волшебников, которые учились в замке, что Пендрагон, скорее всего, не одобрял. Забавно получилось: при Утере магов сажали в темницы, а теперь — обучают в его замке. Мерлин усмехнулся, но безрадостно.       Он боялся увидеть в глазах друга разочарование. Такое же, как в тот день, когда Артур узнал, что он — колдун. — Пусть будет так. Раз уж магия ныне правит в Камелоте… хоть ей не надобно таиться, — бесцветно произнёс Артур и медленно пошёл дальше, вынудив Мерлина догонять.       Он примерно представлял, где они находятся. Хотелось вернуться домой и уснуть. Последние дни были тяжёлыми. А сны — тягучими, сладкими.       Мерлин догнал друга и пошёл молча рядом. Он всё ещё занимался самобичеванием. Артур это заметил, бросив короткий взгляд на бывшего слугу. Хоть он и успел убедиться, что друг умеет обманывать, но все-таки большая часть его чувств и переживаний были написаны на лице. — Значит, в зале тронном ныне отроков волшебству обучают? — Артур сказал это уже мягче, тише. — Нет. Теперь это большой зал, где все питаются. Что-то вроде столовой. — Ясно. Стало быть, в том Косом переулке, где мы ступали, семьи закупались пред отправлением в Камелот?       Мерлин кивнул, подняв голову. Горох подходил к концу: — Да. Обучение начинается с сентября и длится до июня. — О как. Видать, дабы летом помогали трудом в поле? — Так было раньше. Сейчас это, скорее, привычка. Систему сложно менять.       До остановки мужчины шли молча. Вечер становился тише, спокойнее. День был полон открытий и переживаний как для Артура, так и для Мерлина. Маг понимал, что этих вопросов он не мог избежать, потому, чем дольше его друг их не задавал, тем дольше что-то кололо его изнутри. Но сейчас он мог чуть выдохнуть.       У Артура же просто болела голова от всего вокруг. Помимо того, что умерли все, кого он знал, так ещё и в его замке живут другие люди. Плюс, ему нужно разбираться в устройстве нового мира, и давайте не забывать о том, что ему надо построить цветущий Альбион и вернуть магию в мир, имея для этого буквально ничего. Кроме Мерлина. Но и тот оказался вруном, который владеет магией. И всё это за пару дней. Просто взрыв мозга. Оттого желание упасть головой в подушку и не поднимать её ещё вечность очень перевешивало всё остальное. — Если хочешь… мы можем съездить туда, — неожиданно предложил Мерлин. Они уже стояли на остановке, неподалеку от других жителей города. — Там остались места и комнаты, которые никто не нашёл и не найдёт. Я бы показал тебе.       Артур удивлённо посмотрел на друга и чуть повернул голову. Эмрис смотрел прямо в глаза, ожидая ответа. Король смягчил взгляд. Издалека слышался шум приближающегося автобуса. — Я был бы признателен сие поездке.       Мерлин улыбнулся в ответ.