Обещание

Два года спустя Скарамучча вернулся в Инадзуму, сердце его было полно решимости. Совсем скоро он снова увидит своего возлюбленного. Так хотелось обнять его, ощутить это тепло. Теперь он был намерен забрать его с собой. Они вместе уйдут от сюда и кукла покажет ему весь этот мир. Зная как Сора хотел увидеть весь этот мир полный приключений, он привез ему подарок. Небольшая золотистая фея Куркума. Блондин будет рад такому подарку, в может даже и его ребенок. Пусть это ребенок от чужого, но это ребенок Соры. Значит он заберёт их обоих. Он шёл по знакомым улочкам, мечтая снова увидеть Сору, почувствовать его тепло, услышать его голос. Но вместо радости его встретила глухая пустота. Соры не было в поместье Кудзё. Предвестник поймал одного из слуг и решил устроить допрос чтобы узнать где его возлюбленный. Слуги с опущенными глазами поведали правду. — Сора… Он умер… После родов… Он сильно ослаб после них и не прошло и года как скончался… Скарамучча замер. Сердце сжалось, боль будто пронзила его насквозь. Все воспоминания о времени, проведённом вместе, всплыли одновременно моменты заботы, смеха, совместных прогулок в саду… Узнав где находится его могила, кукла пошел на кладбище. Оно находилось за городом, что естественно. Сказитель пришел прямо к могиле Соры. Рядом с местом где лежал его возлюбленный, рос кровоцвет. Будто издевательство над ним. Слезы, которые он обычно скрывал, теперь текли сами собой. — Ты… Ты оставил мне только эту заколку… — прошептал он, глядя на шпильку у себя в руках. Скара опустился на колени и достал золотистую фею в баночке, которую хотел подарить Соре. Он осторожно положил её рядом с могилой, словно оставляя частичку любви и памяти. — Я не смог быть рядом с тобой в твой последний час… Но… Я всё равно принес тебе это… — сказал он тихо, сжимая кулак. Скарамучча остался у могилы долго, позволив себе быть уязвимым и грустным, ощущая одновременно чувство предательства, пустоты и любовь, которая исчезла из его мира. Сказитель сел рядом с могилой и высказал о своих планах, то что хотел бы сделать с Сорой. — Нужно было тогда забрать тебя с собой… Я бы сделал все что мог… Я бы побил Дотторе чтобы он тебя вылечил… Наконец-то под закат, Скарамучча встал с места рядом с могилой. Он спрятал заколку в свой рукав. Он не собирался отдавать эту заколку никому. Будто бы их обещание все ещё в силе. Может они смогут встретиться друг с другом. *** Прошло много лет. Скарамучча не вел счёт времени за этими годами. Из того что он делал получить остался только электро гнозис. Он довольно много чего сотворил для организации в которой состоял. Вылазки в Бездну для информации, благодаря которым он получил свой номер в Фатуи. Секретные задания от Фатуи и эксперименты Дотторе. Зачем засекать все это время, если даже не чувствуешь себя живым? Он ведь даже не человек, зачем ему это время? Это все для людишек, это их жизнь зависит от одного года или два. Правда первые годы без Соры он узнавал что случилось с его ребенком. Этот маленький ребенок мало того что присвоил себе фею, которую собирался подарить его матери, так ещё и был достаточно умен. Ребенок Соры просидел в Инадзуме всю жизнь и женился на какой-то девушке. Возглавил свой клан и жил счастливо до самой смерти. Более Скаромуччу его жизнь не интересовала. Да и что предъявить этому ребенку? Я любил твоего родителя омегу. Было бы глупо вот так появляться и слишком сентиментально. Это не для него. Сказитель совершил много деяний и его снова отправили в Инадзуму. Чтобы быть директором завода по производству глаза порчи. Что может быть лучше? Ещё нужно будет раздобыть гнозис от электро Архонта. Своеобразная месть его создательнице за то что бросила его. Весьма недурно, хоть ему и прийдется контактировать с ненавистным семейством Кудзё. Хоть в них и была частичка его Соры в роду, но нынешний глава скорее похож на того ублюдка что взял его Сору силой. Скарамучча шел по узкой тропинке к месту новой фабрики на одном из удаленных островов Инадзумы. Его сердце давно окоченело: он не чувствовал ничего к людям, ни симпатии, ни привязанности. Миссия, власть, гнозис вот что теперь было важно. Но вдруг… Он остановился. В воздухе донесся запах, который он думал, что больше никогда не почувствует. Мягкий, слегка сладковатый аромат нотки Соры, его омеги. Скарамучча сжал кулаки, сердце странно дрогнуло. Он свернул с тропинки из чистого интереса. Почему же он чувствует этот аромат? Свернув с тропинки, он увидел на небольшой открытой местности среди деревьев человека с золотистыми волосами. В тени заросшего леса, где свет проливается сквозь розовый лепестковый дождь, он стоит белоснежный верх на нём словно отражение раннего утра, широкие рукава едва касаются мха. По манжетам и вороту пробегают тонкие рубиновые линии — эхо весны в ткани. Ниже глубокий красный пояс-хакама обрамляет талию, складки ткани колышатся, как лёгкий ветер между стволов деревьев. Волосы цвета золота собраны сзади, несколько прядей свободно падают, играя с падающим светом. Здесь, среди ветвей и цветов, его образ становится мостом между тишиной леса и тихой молитвой нового дня. Одежда была похожа на наряд жрицы храма Наруками, тонкая ткань с вышивкой, которая подчёркивала грацию и спокойствие. На голове у него были ушки золотистого цвета как у кицунэ. Сзади было видно его пушистый хвост такого же оттенка как и волосы с ушками. Парень выглядел в точности как его Сора и от него шел такой же запах. Рядом с парнем парила маленькая жёлтая фея Куркума. А у поясу у парня был прикреплен глаз бога гео стихии. Скарамучча почувствовал волнующую смесь из ностальгии и непонимания, взгляд его задержался на фигуре перед ним. Внутри что-то шевельнулось, что-то давно забытое и хотя он пытался подавить эмоции, сила аромата, внешность и присутствие этой маленькой жёлтой феи заставили его остановиться. — Это… невозможно… — пробормотал он почти шёпотом, сердце сжавшись. Кицунэ поднял взгляд. В его глазах была та же мягкость, та же теплота, что и у Соры, но одновременно скрытая мудрость и спокойствие. Скарамучча сделал шаг вперёд, осторожно, словно боясь, что это может быть лишь иллюзия. — Кто… Кто ты? Кицунэ улыбнулся, и его голос был знаком, как будто долетал сквозь столетия. Его янтарного цвета глаза смотрели с некоторым любопытством. — Меня зовут Итэр, я один из жрецов в храме Наруками. И в этом одном слове Скарамучча почувствовал прошлое и настоящее переплетёнными, словно судьба снова привела его к Соре, но теперь в новом облике.