Странницы трёх миров. Книга 9. Командировка.

­ Земля, СШСА, штат Джорджия, Атланта-Сити, 14 декабря 2347 г. 16:00 по местному времени (23:00 по Москве). В уютном кукольном домике Мэри Джонсон день шел своим чередом и ничего не предвещало беды. Молодящаяся, довольная мать семейства уже и забыла про разговор с биологической дочерью. Она вообще быстро забывала тех, к кому теряла интерес. Весна баловала жителей Атланты-Сити. Воздух за пределами «дома-двери» прогрелся аж до двадцати градусов, город утопал в зелени и весенних цветах. Пол был на работе в Босваше, «Рейчел 2.0» ушла с близнецами в парк. В счастливом одиночестве Мэри выбирала, что будет делать после обеда, – посетит виртуальное совещание местного женского клуба, посмотрит очередной сериал или потренируется в виртуальную игру. Или вообще выйдет в Сеть и займется сексом с виртуальным любовником? А что, она теперь женщина свободная, красивая, эффектная, ее молодое еще тело жаждет огня и ласки. А то, еще недолго, и она на молодого Пола полезет! Или все же взяться за вторую главу ее новой книги: «Женщина решает». Кто бы знал, что у нее на пятом десятке откроется писательский талант? Или, нет, лучше побездельничать, посмотреть пока новый фильм, о котором реклама кричит на всех углах? Нигерийский фильм по американской классической фантастике 20 века. «По мотивам фантастического рассказа Рэя Бредбери… И грянул гром»… Интересно, как там предки четыреста лет назад представляли будущее – НАСТОЯЩЕЕ для Мэри. Раздался звонок, приглашающий в виртуальную конференцию. Мэри думала сначала, что подружки из клуба заждались ее, но, - странное дело! – номер не определялся. А может это ее экс-муженечек, соскучился по ней в Новой Зеландии? Мэри с любопытством включила трансляцию. И грянул гром… Изображение спроецировалось на все гала-устройства в доме. - Доброе утро… Миссис Джонсон здесь проживает? - Доброе утро! – Мэри с изучающим интересом смотрела на незнакомую ей темноволосую смуглую женщину. Она в черной военной форме с советской символикой, с красной звездой на черном беретике и с целым иконостасом наградных планок на груди, да еще четырьмя золотыми советскими звездами на красных прямоугольничках до кучи. – Чем обязана, мэм? - Доброе утро, - повторила незваная советская гостья на чистом англоамериканском. – Вы миссис Джонсон? Мэри Джонсон? - В зависимости от того, кто вы такая и что вам нужно! – раздраженно ответила еще молодая блондинка, с тревогой пытаясь сопоставить, связанно ли появление русской брюнетки-военной с недавней драмой с Рейчел. А тем временем в эфире рядом с русской брюнеткой, по виду напоминающей латинку, появился высокий плотный афроамериканец с лысой, гладкой, как шар для боулинга, головой. Он был одет в черный официальный костюм с небесно-синим галстуком и значком в виде флага СШСА на лацкане пиджака. На груди видного темнокожего мужчины сияли сразу три медали – Медаль Почета и две Серебряные звезды. Мэри оробела, видя перед собой столь важных государственных сановников. Она спинным мозгом поняла, что эти двое вышли с ней на связь не для того, чтобы автограф попросить. - Бригадный генерал КГБ СССР Лилия Маргалитадзе-Жю Альто 651Х, - представилась русская незнакомка, по уши в наградах. – Я же официальный аватар Кибернетической Система Государственного управления и контроля в СССР. - Альфред Грэмм 703Х, член-председатель Верховного Суда СШСА, - пробасил темнокожий здоровяк. – Я же официальный аватар Кибернетической Система Государственного управления и контроля в Соединенных Штатах. - Мой американский коллега любезно согласился оказать мне помощь на территории Соединенных Штатов, - пояснила Маргалитадзе. – Ибо не сильно этично советскому должностному лицу лезть без разрешения в правовую систему соседа. - И … причем здесь я? – занервничала Джонсон под суровыми взглядами таких солидных должностных лиц. – У вас ко мне какие-то вопросы? Или … к Рейчел? - Как вы догадались? – с интересом наклонила аккуратную головку с симпатичным ближневосточным носиком дама-генерал. - Ну… она ведь в России? - Да, я недавно говорила с ней, - согласилась представительница советской власти. – Утешила ее, успокоила… Сказала ей, что если нужно, я стану для нее новой мамой. У меня восемь своих деток, я еще и ее могу удочерить. Отличная девчонка! Смелая, ответственная, отважная... На ее счету уже как минимум одна спасенная человеческая жизнь. Мечта любой матери! - А что, с ней что-то не так? – побледнела Мэри, понимая, что ее за хорошее воспитание дочери благодарить точно не будут. - С ней? Теперь уже с ней все так! Она дома, среди любящих людей… и машин. Она наша младшая дочка из братской Америки, за нее весь Сталинград горой стоит! В том числе и я! - Послушайте, мэм… - Мэри почувствовала, как у нее стремительно высыхают губы. – Я не знаю, что она вам там наговорила, но вообще-то я ее родительница! Я мать! Любящая мать! А кто, как не любящая мать скажет родной доченьке, что пришло время взрослеть и вылетать из родительского гнезда?! Рейчел уже сильно засиделась на маминых руках. И она, видимо, как порядком избалованная, инфантильная девочка, восприняла это слишком остро. Но ведь не до старости она в мамином гнезде сидеть будет?! Современная молодежь такая инфантильная! - А мне она как раз инфантильной не показалась! – возразила Лилия. – Очень умная, по-взрослому ответственная юная леди. Такие нам и нужны. - Вы просто мало ее знаете! А я ее родила и вскормила, практически в одиночку! Какая в таких делах помощь от мужа! - А кстати… А вот вы сейчас на что живете, после развода? На какие доходы существуете? Вы же с двумя малышами? — обеспокоилась Лилия, хмуря безупречные бровки-ниточки. — Хватает ли? - Как на что? — почему-то испугалась вопроса Мэри. — Я обязана отвечать, мэм? Я получаю пособие, как многодетная мать! - Многодетная мать? — переспросила генерал. — А кто третий-то ребенок? - Как кто?! — Мэри не понимала, то ли эта русская идиотка, то ли она хочет из нее сделать идиотку. — Моя старшая дочь Рейчел, которая, на секундочку, работает у вас! - То есть вы получаете пособие благодаря старшей дочери, которую назвали своим «неудачным проектом»? — взяла, да и врезала американке в лоб Маргалитадзе. — И вы остались в районе старого освоения также благодаря ей? То есть, проект все-таки окупился? - Какой проект? — начала злиться Джонсон-старшая. — Я не знаю, чьими сплетнями вы пользуетесь, но вы хотя бы для начала узнайте у первоисточника этих слов, как это было сказано и что я имела в виду! А использовать слова обиженной глупой ленивой девчонки, которую в двадцать лет наконец-то оторвали от груди… - Я использую слова, точнее гала-запись полицейского робота «Хьюз-263», который во время вашего разговора с Рейчел находился в непосредственной близости и заснял ваше психологическое насилие над девочкой! — Глаза 651Х засветились голубыми огоньками, и побледневшая Мэри окончательно убедилась, что имеет дело с хайкибом*. — Запись мне любезно предоставил полицейский департамент города Атланта-Сити при содействии моего американского коллеги. В голографическом поле разволновавшаяся Мэри увидела себя и несчастную Рейчел, снятых с расстояния примерно двадцать ярдов*. И, - впервые, - она увидела себя и Рейчел со стороны и, - остатками материнского инстинкта, наверное, - ужаснулась, глядя на свою довольную физиономию и на постаревшую от горя, морально раздавленную Рейчел. Ей даже на мгновение стало жалко свою биологическую дочь и страшно за то, что именно она, мама, стала причиной этого ужаса в ее глазах. Но это быстро прошло, и сострадание к дочери сменилось досадой и беспокойством за себя любимую. - А имели ли вы право снимать меня в столь интимный момент?! — возмутилась Мэри. – Или в Соединенных Штатах отменили неразглашение семейной тайны? - Только когда это не влечет за собой нарушение закона*, - вступил в разговор Грэмм. – Сам разговор, конечно, включал в себя явные элементы абьюза, но меня интересует другое? По какому праву вы не впустили Рейчел Джонсон в собственный дом? - Вы смеетесь?! – У Мэри глаза на лоб полезли. – Потому что она там не проживает! Потому что я выписала ее! В соответствии, между прочим, с законами штата! - А вы в Федеральный Закон заглядывали? – нахмурил брови суровый аватар Системы с американским флагом на пиджаке. - По федеральному закону «О жилье» лицо, временно ограниченное в правах, всего лишь не проживает там постоянно, но тем не менее права временного проживания его никто не лишает. И когда она завершит все обязательства по соцконтракту, она может вернуться месту своей регистрации. По Федеральному закону и по закону страны. - Слушайте, я не юрист! – воскликнула Джонсон-старшая. – Программа-приложение из мэрии все сделала сама, к ней и претензии! Все в соответствии с законом штата Джорджия! - Хорошо! – согласился афроамериканец с каменным лицом. – Законом штата действительно предусмотрена такая процедура в случае СОГЛАСИЯ выписываемого лица. И если у вас на руках согласие, подписанное вашей дочерью, то вопросов к вам нет! У вас же есть такое согласие? - Какое еще согласие?! – вскочила на ноги возмущенная Мэри. – Я понятия не имею о ваших расхождениях в законах! Еще раз повторяю: все сделал робот-юрист из государственной организации! - Отлично! Когда вызовут в суд на первое заседание имейте на руках такое согласие, заверенное нотариально, и предоставьте его судье. - Какой еще суд?! – побелела Джонсон, как заяц-беляк в преддверии зимы. – Вы в своем уме?! - В своем, миссис Джонсон, в своем, – бесстрастно ответил Грэмм. – Член-председатель Верховного Суда как правило, в своем уме. А суд состоится, потому что я, по просьбе моей советской коллеги, попрошу взять это дело и под прокурорский контроль Генеральной Прокуратуры, и под судебный контроль! Потому что у меня есть подозрение, что вы выселили свою дочь из дома без ее согласия, то есть незаконно! На что прямо и указывает запись полицейского робота. И я хочу вам напомнить, что, если Рейчел Джонсон даже сейчас, после вашей бесед, обратится в суд с исковым заявлением об отмене ее выселения из дома, суд примет ее сторону. Если не первая, то вторая и последующие инстанции точно! И я позабочусь о том, чтобы наша молодая гражданка не осталась на улице. Даже, несмотря на то, что вы взяли на себя право объявить дом своей «частной собственностью! - Прекратите! Прошу тайм-аут! – вскинула ладони Мэри. – Хватит! В конце концов, если я и перегнула палку с Рейчел, я это сделала с материнской любовью, с заботой о дочери! Я хочу ей добра! - И поэтому вы постарались сделать все, чтобы расстроить отношения Рейчел с ее женихом? – спросила Лилия. – Чтобы подсунуть ему голограмму, а самой жить на его доходы? Это и есть ваша любовь к дочери? Так все-таки на какие средства вы живете? За прошлый месяц - Это не ваше дело! – повысила голос Джонсон-старшая, терзая пальцами поверхность стола. – У себя в стране командуйте! А здесь Америка, а не Россия! - Ну, хорошо хоть я у себя дома! – Грэмм снял очки и выразительно посмотрел на непутевую мать своими зелеными визуальными анализаторами. – Скажите, миссис Джонсон, это правда, что вы угрожали своему мужу лишить его возможности общаться с детьми, если он не будет каждый месяц перечислять вам определенную сумму? - Что?! Это что за бред? – уже откровенно испугалась Мэри. – Это вам тоже Рейчел рассказала? Вот стерва! Это неправда! - А мы с Рейчел вообще не разговаривали, - огорошил ее американский государственный муж. - Ваши соседи слышали ваши слова во время вашей очень громкой ссоры. И сообщили в Семейную полицию. И, если это правда, то здесь уже в полный рост не гражданская, а уголовная ответственность! - Хендеррсоны! – сжала кулаки Мэри, оскалив зубы, как загнанный в угол зверь. – Это они любят, греть уши у чужих окон! Ну, я тоже что-нибудь послушаю! Это все ложь! Докажите! - Тогда почему он каждый месяц переводит вам сумму от трех тысяч, то есть большую часть своей заработной платы? – спросила Лилия. - Это его желание! – выпалила Джонсон. – Он заботится о детях! В этом отношении его грех упрекнуть, он очень хороший отец! А что касается Рейчел, это я еще на нее в суд подам! И она мне будет выплачивать за клевету! - Вообще-то заявление написано не ей, - заметила Лилия. – А ее советским руководителем, капитаном Жю Сет. Заявление вашим властям о проведении проверки по данному инциденту. А я попросила моего коллегу ускорить процесс. - Чем мы и займемся! – подтвердил мрачный Грэмм, будто высеченный из гранита. – Я займусь эти делом и действия вашего муниципалитета получат определенную правовую оценку из Босваша. В случае же, если Рейчел Джонсон изъявит желание вернуться на адрес регистрации, либо заявит на вас в суд по вопросу незаконного лишения доступа к месту постоянного проживания, вы не только должны будете восстановить ее право проживания по адресу, но выплатить ей компенсацию. Впрочем, возможен вариант вашего досудебного примирения с Рейчел, когда она добровольно откажется от права проживания на вашей жилой площади. Возможно, за определенную компенсацию, на которую она полностью имеет право. - А я на что имею право?! – не выдержала, закричала в голос разъяренная Мэри. – Рожать, как инкубатор?! Вечно видеть перед глазами детские платья, пеленки, распашонки, какашки, пеналы с детской кормежкой?! Я имею право на отдачу от них?! Я имею право на жизнь, как я хочу?! Я устала быть матерью! Я хочу быть просто счастливой женщиной, черт бы вас побрал! Жить, как я хочу! - А детей рожать и вынашивать вас насильно заставили? – шагнула вперед абсолютно спокойная Лилия. Шагнула так, будто она сейчас материализуется, выйдет из квантового облака и схватит новоиспеченную борцунью за женские права за горло. Движение советской киборгессы-генерала было настолько быстрым и решительным, что Мэри невольно отшатнулась. Она инстинктивно попятилась назад, споткнулась о ножку биокресла, чуть не полетев на пол. - Как хорошо все же, что я не человек, - ответила Лилия. – Я счастливая женщина со своим мужем и восемью детьми. И была бы еще счастливее, если бы их было десять! И как хорошо, что мы с господином Грэммом принадлежим к тому поколению, которое отдавало детям свою жизнь, а не крало у них. И вот парадокс, - когда отдаешь, ее становится больше! А когда забираешь – ее становится настолько мало, что даже себе не хватает! Эту истину сформулировал и озвучил ваш великий американский писатель двадцать второго века Харальд Истремм! Неужели вы не понимаете, Мэри, что, предав Рейчел, счастливее вы не станете? Зато сделаете несчастной и себя, и ее! - Это ваше личное дело! – оскалилась затравленная Мэри, с бешенством глядя на истинную Дочь и Наследницу Человечества, воспринявшую самые лучшие, благородные человеческие качества в свой искусственный мозг. – Если нет больше других интересов в жизни, пожалуйста! - Да, совсем нет… Вот только размножаться и могу! – по-человечески рассмеялась Лилия, как бы невзначай смахивая пыль со своих многочисленных орденских знаков. - Если вам ваши дети помеха, вы можете передать их в приют и написать официальный отказ. Детей передадут отцу, - напомнил киборг-судья Грэмм. – Правда, тогда придется работать самой. А не паразитировать на других людях. - Я не паразитка! Я угнетенная подавленная личность! – задыхалась от ярости Мэри. – Скажите, Ваша Честь, а кто вы по политическим взглядам? Вы консерватор? - Я судья, прежде всего, - невозмутимо ответил Грэмм. - Значит, консерватор! – сделала вывод Мэри, пытаясь сдуть прядку волос со своего разъяренного носа. – Угнетатель, мачист и шовинист! Я всю жизнь была вынуждена влачить на шее ярмо домохозяйки, навязанное этой патриархальной, изуродованной Америкой! Меня всю жизнь подавляли, как личность, долбили в голову своим родительским долгом, материнством, религией! А как только я захотела хоть немножечко изменить мир вокруг себя в свою пользу, сразу же прилетели представители аж двух сразу империй зла! Вы превратили Америку в патриархальную абсурдистику со своими проклятыми «незыблемыми» семейными ценностями! Когда-то наша страна была свободна, несла свободу и демократию по всему миру, а теперь она стала заповедником Средневековья! Вы, проклятые консерваторы, вместе с русскими и китайцами снова загнали свободных женщин свободной страны на кухню! Вы навязали нам свои устаревшие моральные догмы, вы запретили по всему миру аборты, феминизм, сексуальную свободу, алименты, вы уравняли женщин и мужланов перед судом! Вы превратили слово «либерализм» в насмешку! Вы превратили свободную Америку в песочницу для коммунистов! Вы тащите Америку и весь мир в каменный век! - Тогда не лучше ли вам избрать иное место для проживания? – поинтересовался Грэмм. – Потому что такие, как вы когда-то чуть не растащили нашу страну на кровоточащие куски! И, если вы заметили, на нашем паспорте есть три главных слова: «Семья. Бог. Нация». И еще три слова «На Бога уповаем». Это девиз нашей страны, и он таковым и останется. Вас никто здесь не держит. - А что кроется за вашими словами о прогрессе и свободе? – спросила Лилия, генерал КГБ, многодетная мать и страстная жена. – Вам кто-то мешал закончить два университета? Вам кто-то мешал найти работу по душе? Вас кто-то гнал под венец силой? Вот только, мне кажется, вы пошли по пути наименьшего сопротивления. Вы очень красиво говорите про активность, жизненную позицию, инфантилизм Рейчел. Но в то же время вы живете в центральных штатах за счет соцконтракта Рейчел... Вы ни разу не работали больше месяца, живете случайными заработками, на госпособие, которое получаете опять же благодаря Рейчел, да тем, что бессовестно вымогаете у экс-супруга. Да на деньги вашего так называемого «зятя»! У вас хватает наглости обвинять Рейчел, которая спасает людей в горячей точке, в никчемности! А вам не кажется, что самая никчемная здесь, - это вы?! Вам не кажется, что вы уже погрязли в социальном паразитизме? Разглагольствовать о выборе и свободе ведь легче, чем своими руками разгребать радиоактивную пыль, верно?! Как это делает ваша дочь! Как это делают ваши соотечественники на Болхиа в «Йеллоу Форт»! Не свободу вы проповедуете а безделие и паразитизм, миссис Джонсон! Опоздали вы со своими лозунгами! Ваш тренд уже не в моде, лет как триста! - Немедленно покиньте мое жилище! – Мэри показала трясущейся рукой на дверь, хотя ее изобличители находились в квантовом поле галафона. – Еще увидим, кто здесь паразит! Кто вы вообще такие, чтобы судить меня?! - Не хотелось бы быть банальным, но мы – закон! Закон Советского Союза и закон Соединенных Штатов! В ближайшую же неделю вы получите повестку в суд, - заключил судья Грэмм. – И мой вам совет, помиритесь до этого момента с Рейчел. Иначе, если она подаст на вас заявление, дело из гражданского в три секунды перерастет в уголовное! - Хорошего дня, мисси Джонсон! – приветливо улыбнулась генерал Маргалитадзе. Связь отключилась… В доме вновь воцарилась тишина и бубнеж виртуальной дикторши, рассказывавшей о результатах матчей Главной бейсбольной Лиги. - Как же так?! – Мэри трясущимися руками сжала виски руками. – Почему?! Русский генерал, судья из Верховного Суда… За эту никчемную девчонку? Почему не за меня, а за Рейчел?!Чем она это заслужила?! ____________________________________________________________________________________ ПОЯСНЕНИЯ И РАСШИФРОВКИ - * Хайкиб – высшая машина (от англ. «Hightcyborg») Ярд – английская мера длины. 1 ярд — 0,914 м. «Только когда это не влечет за собой нарушение закона…» - В современном законодательстве Федерации Земли доказательства вины, добытые даже с нарушениями законных процедур, также имеют силу в суде. В раннем законодательстве США Темных Веков доказательства вины, добытые с нарушениями, законной силы в суде не имели.