стерильные чувства

омежьи посиделки 

заноза в заднице  20:48 ёсяяяяяяя 20:48 какие планы на день рождения? 

ёся

20:52

как и каждый год

20:53

найти альфу, готового провести со мной этот день 

юнхо хён 20:59 Не, в этом году такое не прокатит  21:00 В этом году мы, наконец-то, отпразднуем твой день рождения все вместе 

заноза в заднице

21:02

ДАААААА

21:03

ты, юнги и я 

ёся  21:05 одно условие  21:05 наша заноза в заднице приводит сана

заноза в заднице 

21:07

ЧТО ТЫ ЗА ЧЕЛОВЕК

юнхо хён 21:11 А я бы посмотрел, по кому течет наш Уён

заноза в заднице

21:13

ЮНХО ТЫ ТО КУДА 

юнхо хён 21:17 Я, как твой друг, переживаю! Я должен знать, кому отдаю свою крошку 

заноза в заднице 

21:17

….

21:17

ХОРОШО

21:18

НО ТОЛЬКО РАДИ ЁСАНА

Уён-а 21:28 ёсан сказал, чтобы я без тебя не приходил на его день рождения, так что в эти выходные ты идешь со мной

мой горячий репетитор 

21:33

А я не буду лишним в вашей компании? 

Уён-а 21:34 ты никогда не будешь лишним для меня, в какой бы компании я не находился.

мой горячий репетитор

21:36

Тогда заеду за тобой во сколько скажешь. 

Уён-а 21:38 ооо, нееет 21:39 мы поедем на такси, потому что мы будем много пить

***

      Здание караоке клуба, где было решено праздновать, возвышалось над городом, словно маяк, притягивающий любителей музыки и развлечений. Зеркальные панели отражали городской пейзаж, сливаясь с неоновыми вывесками и зазывающие внутрь. Подходя ближе, можно услышать приглушенные звуки музыки, обещающие незабываемый вечер.        Интерьер внутри поражает своим вниманием к деталям. Мягкий свет и удобные диваны создавали атмосферу комфорта. Тут и там на стенах висели плакаты с легендами музыкальной индустрии.        Зал, который выбрала компания, был оформлен так, как заранее попросили друзья Кана. Шары, собирающиеся во фразу «С днем рождения» представляли собой фото зону. Уёну нисколечко не было неловко просить персонал украсить комнату шарами в виде мужских гениталий, он даже обещал им доплатить, если те откажут. Но, к большой радости омеги, те не отказали. Юнхо, как бронирующий зал, приехал раньше, дабы удостовериться в оформлении и внести оставшуюся сумму. 

***

      – Чхве Чонхо, - альфа, выходящий из машины, протягивает руку в знак приветствия, - младший брат Сана.        Сан был весьма удивлен приглашению на празднование дня рождения лучшего друга своего парня и долго уверял, что не собирается пить, но Уён заверил, что ему не дадут просто так сидеть и пить сок. Довезти до места вызвался его брат, когда он рассказал о своих планах на выходные.        – Чон Уён, - пожимая руку, представляется омега, - парень твоего брата.        – Не так я, конечно, представлял наше знакомство, - усмехается.        – Вы еще вдоволь назнакомитесь на моем празднике, не переживай, - Чхве-старший закидывает руку на плечо младшего, тиская того за щеки, на что получает убийственный взгляд и тут же прекращает. - Спасибо, что подвозишь.        – Без проблем, мне все равно нужно будет после заскочить по делам в той части города.        Светло голубого цвета машина ждала их на ближайшей к дому Сана парковке. Чонхо поведал, что когда-то приобрел ее за смешную цену, ибо состояние оставляло желать лучшего. Он тратил все свое свободное от работы время и деньги на восстановление «своей малышки».       Дорога до караоке, судя по картам, обещала занять не больше двадцати минут. Это время провели за непринужденной беседой, в которой Чон узнал, что Чонхо имеет собственную автомастерскую, в которой души не чает, занимаясь любимым делом. Он с детства любил автомобили и копошение в них. Поступив в колледж на автомеханика, подрабатывал во многих мастерских, откладывая деньги на собственную.        – Знаю я одного человека, которому явно стоит обратиться к тебе, Хо, - Уён печатает сообщение, что они будут на месте минуты через две. - У Ёсана та еще развалюха. О, - поднимает взгляд и замечает друга, - а вот и он! - Кан, закрывая дверь багажника, достает из такси три огромных пакета с едой и выпивкой.        Чонхо паркуется возле такси и, не дожидаясь попутчиков, выбегает из машины, спеша помочь с пакетами. Его действия повторяет Сан, вгоняя в шок Ёсана. Тот, ясно поняв, что перед ним альфы, пугается.        – Эй, - пытаясь вернуть свое, кричит омега, - совсем страх потеряли! Воруете прямо посреди оживленной улицы!        – Успокойся ты! - завидев знакомое лицо, Кан ослабевает хватку. - Они всего лишь хотят помочь, а ты уже обвиняешь их в краже!        – А нечего так подбегать и выхватывать из рук!        – Ёся, это Сан, - Чон обнимает, закидывая руку на плечо, и указывает на своего альфу, - а это - Чонхо, его брат, который благородно согласился подвезти нас.        – Оу, - осматривая своих «помощников», произносит Ёсан, - оу. - Взгляд тут же задерживается на Чонхо. Парень был явно крупнее его, альфа, как никак. Широкие плечи, сильные руки, держащие пакеты с закусками. Пронзительный, но одновременно с этим мягкий взгляд, был нацелен на него. Он, как и сам Кан, изучал. Омега чувствовал этот взгляд каждой клеточкой своего тела. Запах темного шоколада оседал где-то глубоко в легких, чаруя. Ёсан непроизвольно облизнулся, смакуя горькую сладость. - Кан Ёсан, лучший друг этого оболтуса.        – Извини, что напугал, - меняя хватку на ручках, цепляясь поудобнее, произносит Чонхо. - Но такова натура. Вижу, что нужна помощь - спешу помочь.        – Н-не стоило, - кончики ушей вмиг краснеют.        В салоне такси, как оказалось, находилась еще парочка пакетов, которые омегам не разрешили нести самостоятельно. Чон, что-то бурно обсуждая с другом, находился в возбужденном состоянии, даже через чур возбужденном, что не могло не показаться настораживающим для Кана. Он пообещал себе пристальнее приглядывать за ним.        У входа в зал их встретил Юнхо, разговаривающий по телефону с Минги, что немного опаздывал. Поблагодарив еще раз за помощь, компания отпустила Чонхо.        – Ну вы и конченные, - произносит Ёсан, заходя в зал и замечая шары на стенах.        – И мы тебя любим, Ёся, - накидываясь с двух сторон, крепко обнимая, Юнхо с Уёном принимаются поздравлять.        – Мои дорогие пидружки, прошу жаловать, ибо любить это больше ко мне, - слова заставляют Чхве смутиться, - мой парень - Чхве Сан!        – Наслышаны о тебе, чувак, - хлопает того по плечу Чон-старший.       – Да, он все уши прожужжал о том, насколько ты горячий, - Кан смеется с реакции друга, что стоял весь красный от злости. 

***

      Вечер в самом разгаре. Минги, приехавший на полчаса позже назначенного времени, залетел в комнату под аккомпанемент g-dragon’а, заранее предупредив Юнхо, прося включить его любимую песню исполнителя. На входе в него тут же был влит стакан неразбавленной соджу, как опоздавшему.        – I GOT A POWER! - кричит Сон, кружа Ёсана в своих объятиях.        Разговоры с приходом Минги становятся оживленнее, смех - громче. Чхве, перестав быть единственным альфой на вечеринке, расслабляется и дает себе волю выпить больше.        Алкоголь согревает изнутри, приглушая все печали и мысли, подчеркивая моменты радости. Тосты становятся длиннее и искренне, взгляды - теплее и откровеннее.        В какой-то момент Уён зовёт Юнхо и Ёсана на улицу, перекурить. Смеясь, парни вываливаются на улицу.        – Минги тут заикнулся, что еще немного, и он оставит на мне свою метку, - сам не знает, зачем, начинает рассказ неонатолог. Уён давится дымом.       – Чего, блять? - за всех спрашивает Кан.       – Оу, - чешет затылок ординатор, - я же вам не рассказывал причину, по которой Минхёка уволили. Я словил его за попыткой украсть наркотики, он пытался за это меня изнасиловать, но Минги не дал этому случиться.        – ТЫ ТАК СПОКОЙНО ОБ ЭТОМ РАССКАЗЫВАЕШЬ, КАК БУДТО ЭТО БУДНИЧНОЕ ДЕЛО, ИЗБЕЖАТЬ ИЗНАСИЛОВАНИЯ! - кричит Чон-младший, наплевав на прохожих.       – Успокойся, все в порядке! - Хо прикрывает тому рот, не заметив, что тот затянулся, и в следующую секунду сквозь его пальцы просачивался дым. - Фу!        Закончив рассказ на том, что Сон в тот же вечер приехал к нему, и заверив, что с ним все в порядке, Юнхо предложил вернуться, а то они задержались здесь.        Зайдя в зал, Уён бросился к Минги, который обсуждал что-то с его парнем, извиняясь за свои слова, что он тупой альфа. Ничего непонимающий, тот смотрит на Юнхо, что отмахивается, мол «это же Уён, не бери в голову». Веселье продолжилось исполнением Ёсана популярной песни.        Сан, сидящий на диване, наблюдал за танцующим Уёном. Его тело слушается музыки, подчиняется ей и становится её продолжением. Плавные движения, скользящие по паркету шаги, словно капли дождя по стеклу. Не сдержав порыва, альфа оказывается рядом в одно мгновение.        Яркий неоновый свет пронзал полумрак в зале, раскрашивая лица в кислотные оттенки. Ритмичная пульсация басов заставляла грудную клетку вибрировать. Разместив обе руки на бедрах, притягивая к себе, Чхве мурлыкал слова восхищения на ухо, вдыхая яркий запах ромашек. Их тела сплелись, создавая иллюзию одного целого. Чон, словно кот, извивался под прикосновениями своего альфы, окутываемый лесом. Искры обожания читались в глубине их глаз. Окружающий мир перестал для них существовать. Только они, музыка и этот безумный танец, в котором растворялись все границы.        – Так, - песня закончилась, оставляя после себя лишь тишину и тяжелые вздохи, - очередь Сана выбирать и исполнять! - Минги пытается докричаться до парочки, попутно наполняя опустевшие стопки.        Сан, напоследок посмотрев на Уёна с неким вызовом, отпускает, подходя к столу и выбирая песню. Первые же ноты сопровождаются дикими возгласами и шоком со стороны Чона-младшего.        «Он, блять, серьезно?» - думает про себя, наблюдая за своим парнем, который на припеве начинает исполнять хореографию всеми известной rover.       Жар распространяется по телу, голова становится ватной, то ли от выпитого алкоголя, то ли от вида парня, сексуально двигающего бедрами в такт музыки. Феромоны усиливаются. Взгляд альфы темнеет, устремляясь на омегу. Подошедший Ёсан, что-то шепчет на ухо Уёну и запрокидывает в него стопку. Сморщившись, он подхватывает настроение остальных. 

***

      Минги, уже порядком пьяный, резко поднимает голову и принюхивается к подошедшему Уёну, что начинает липнуть к нему. Не зная бы этого парня, он бы скинул все на алкоголь. Да, Чон довольно тактильный, но в данный момент тот позволял себе сверх дозволенного. Закинув ногу на его бедро, омега тянется к пахучей железе.        – Уён, - взгляд мечется, натыкаясь на Юнхо, что стоял в данный момент на сцене и исполнял песню. Он клянется, что видит слезы, скопившиеся в уголках глаз, но тот быстро смахивает их, продолжая петь. - Сан! - Окликнул парня, что только вернулся из уборной. - Мне кажется, у него вот-вот начнется течка! - Минги пытался собрать свое пьяное сознание.        Музыка резко обрывается, взгляды всех тут же устремляются на Чона.        – Вот же придурок, - подлетает Кан, отлепляя друга от ординатора. - Уён! Когда у тебя должна прийти течка?        – Где-то через неделю, - как в бреду отвечает тот, дуя губы на то, что ему не дали дальше обнимать Минги, затыкающего нос.        – Я вызову такси и отвезу его домой, - открывая приложение, подает голос Юнхо.        – Нет, - резко обрывает Чхве, подходя к парню. 

***

      Не успев переступить порог квартиры, Уён набрасывается на Сана, впиваясь в его губы. Поцелуй выходит требовательным, жадным, ненасытным. Языки переплетаются в страстном танце, вырывая стоны из глубины души. Дыхание Сана сбивается, выпуская голодный рык. Его ведет от сладкого, почти невинного запаха ромашек. Руки блуждают по телу, лаская изгибы, вызывая мурашки. Дрожь охватывает тело, волна тепла разливается по венам, пробуждает тайные желания.        Поцелуй обрывается, пара отрывается друг от друга, тяжело дыша. В глазах огонь, на губах - привкус страсти. Подхватывая под бедра, альфа завлекает в новый поцелуй, унося в спальню.        Пальцы скользят по телу, оставляя после себя след из мурашек, разжигают огонь желания. Губы блуждают по коже, чувствует, как от каждого прикосновения вздрагивает каждый мускул. Пальцы путаются в волосах, притягивая ближе. Избавившись от ненужной одежды, альфа, словно все еще изучая, оглаживает обнаженное тело, сминая бока, на что получает сдавленный стон.  Спустившись вниз и удобно устроившись между ног, Чхве делает глубокий вдох, наполняя легкие цветами.        – Блять, - почувствовав язык, ласкающий его дырочку, вскрикивает Чон. Нежно, глубоко. Омега сжимает простынь до белых костяшек, закидывает ноги на спину Чхве, притягивая ближе, и изливается себе на живот, так и не прикоснувшись к своему члену. Тело трясется в посторгазме, но просить остановиться он не спешит. Следующая волна возбуждения настигает также быстро.        Отстранившись под возмущения парня, Сан слизывает естественную смазку с губ, смахивая остатки с подбородка. Альфа проходится языком от лобка вверх, собирая сперму с живота, доходя до сосков. Уделяет внимание каждому, то покусывая, то посасывая, заставляя тело под ним еще сильнее трястись.        Горячее дыхание касается шеи, обжигая, когда омега чувствует член, медленно заполняющий его. Он судорожно сжимает плечи Сана, не в силах сдержать дрожь возбуждения, пронизывающего его тело. Альфа сдерживается, боясь сделать больно.        – Сан-а, я не хрустальный. Пожалуйста, - оставляя следы от ногтей на спине, просит, почти всхлипывая.        Рыкнув, Сан слетает с тормозов. Движения становятся быстрее, резче, вырывая из парня крики наслаждения, эхом разносящиеся в тишине квартиры. Каждый толчок проходился по простате, доставляя Уёну волны наслаждения. Тихие стоны и рычание сливаются в симфонию страсти.        Сделав последние, рваные точки, Сан изливается внутрь омеги, наваливаясь на него сверху и чувствуя, как член Чона дергается, зажатый между их животами, а кольцо мышц сжимает его собственный член.        – В душ и по новой? - усмехается медбрат. 

***

      Юнхо знал, что ему придется везти пьяного Минги к себе. Тот пьянел сильнее, чем он. Проводив Сана с Уёном до такси, они еще полчаса оставались в караоке, пока Сон не начал проливать на себя алкоголь, активно тряся руками в такт музыки.        Еле как запихав друга в такси, Чон называет свой адрес. Минги, устроившись на его коленях, продолжал напевать только ему известные мелодии.        С трудом сняв с альфы одежду, он отправляет его в душ, а сам отправляется на кухню, заварить тому крепкого чая.        Погрузившись в свои мысли и пялясь в одну точку, омега не слышит, как звук льющейся воды стихает и из ванной выходит Минги. Возвращают в реальность руки, обвившие его талию и аккуратно развернувшие.        – Ги? Как себя чувствуешь?        – Юю, пожалуйста, молчи, - резко произносит альфа, которого прохладная вода отрезвила достаточно, чтобы впиться в губы напротив.        «Опять. Он опять это делает.» - думает Юнхо, но в этот раз он решает наплевать на все и поддаться порыву.        В этом поцелуе нет стеснения, есть только первобытное желание. Чон так долго варится в своих чувствах и желаниях, что терпеть больше нет сил. Руки сжимают тело альфы, прижимая как можно ближе. Каждый вздох, каждый стон, каждый взгляд говорит о том, что происходит между ними. Нет прошлого, нет будущего, есть только настоящее - жаркое и опьяняющее сильнее, чем алкоголь в крови.        Первым отстраняется альфа. Он смотрит на омегу с минуту, прежде чем опуститься вниз на колени, стягивая брюки вместе с нижним бельем. Юнхо подавляет стон, когда горячий язык уверенно касается его плоти, познавая контуры и изучая текстуру, словно художник. Дыхание становится прерывистым, напряжение нарастает, словно туго натянутая струна.  Пальцы путаются в волосах, сжимая и оттягивая, будто направляя.        Чон позволяет себе отдаться потоку чувств, ощущая, как внутри зарождается буря. Минги берет глубоко, ускоряет темп, затягивая, будто водоворот, в пучину страстей. Альфа чувствует, как тело под ним напрягается, готовясь к взрыву, и это лишь подстегивает его рвение подарить незабываемое блаженство.        Неистовый, вырывающий из реальности оргазм. Впившись рукой в край столешницы, а другой все также цепляясь за волосы Сона, омега кончает, пытаясь отстраниться, но его притягивают за бедра, поглощая все до последней капли.        – Какого черта, Минги? - голос дрожит, в глазах, который раз за вечер, скапливаются слезы. - Ты ведь даже не вспомнишь этого, как и тот поцелуй.        – Я все прекрасно помню, Юю, - поднимается с колен, натягивая на место брюки. - Я помню все, что связано с тобой.        – Я не понимаю…       – Ты так быстро тогда дал деру, - огромная ладонь альфы ложится на его щеку, большим пальцем смахивая слезы, - что я решил, что тебе неприятна сама мысль о поцелуе со мной.        – Ты…, - всхлипывает, - ты идиот!        – И насчет метки я говорил всерьез, Юнхо, - Ги зажмуривается в попытках привезти мысли в порядок. - Я хочу, чтобы ты был моим. Только моим.