Вне политических соображений

Путин Я должен был поехать. Это не выбор, это обязанность. И я хотел этого. Это было важно и правильно. Все же это понимают, да? Дональд знал, что саммит ШОС состоится и я буду там не последним гостем и участником. Но… как все разворачивалось и как он отреагировал… Я и сам был в шоке от грандиозности, и от того, как продуктивно и душевно было. Кое-что меня лично напрягло, конечно, но, как глава государства, я очень доволен. Дональд… Вот вроде ко всему был готов, или должен был быть готов, но…

***

Трамп Когда он уехал в Китай, я заболел. Я же человек, я устаю… Просто заболел. Остался дома, отменил все… Устал от всех. — Look, Donald, what your best friend is doing! — крикнула мне Мелания. — Who? — я напрягся, не был уверен, о ком она, не понял по уровню сарказма. — Your VLADIMIR! — сказала она едко, смакуя каждый звук. Она подошла ко мне с планшетом и я был готов отмахнуться, как будто мне не очень-то и интересно. Но она все же подсунула мне видео, на котором Владимир и этот Моди в юбке идут за руку. Несколько метров они держатся за руку, как школьники! У меня перед глазами все поплыло. — Nice good friend, huh? — только и сказала Мелания, сверкая глазами и бросая планшет на стол. И тут уже сотни сообщений от всех, звонки… Я отключился и закрылся у себя. Голова раскалывалась. Я заставил себя ничего больше не смотреть и лег спать, проваливаясь в огненную пустоту. Утром уже меня разбудили с вопросами, как я. Оказалось, у меня жар и стоит вызвать врача. Все суетились… Я тогда сказал Мелании: — I guess I’ll need a doctor… — Why? — What do you mean why? I have a fever. — Yeah… may be… Putin fever. — What?! — You are Putin sick! — снова зыркнула на меня так недовольно. — You called his name several times at night, — бросила мне в лицо. — Really? Did I say anything else?.. Но она ничего не ответила. Я замолчал. Растерялся от такой внезапной правде о себе. Putin sick… Putin fever… И заболел, потому, что… Эти счастливые смеющиеся люди, у которых все хорошо, могут идти с ним рука в руке… Как вообще кто-то может держать его руку ВОТ ТАК?! (негодует) Я хочу держать его руку! Я… Только Я могу держать его руку… (раздосадован) Я почувствовал себя за бортом… Лишним, не интересным ему… (удручен) И этот парад… они дразнили меня. Не удержался, и сказал, что это заговор за моей спиной. Ох, потом Владимир мне устроил за эти слова… Мир рушился… и я ничего не мог сделать. А все только и твердили, чтобы я всех наказал, особенно его.

***

Путин Когда Моди взял меня за руку, я оторопел и внутренне собрался. Но не одернул. Не сразу. Мы шли по холлу все вместе, шутили, все на подъеме… Я почувствовал, что мои пальцы кто-то держит и вот уже моя рука в руке Моди. Я знал, что нас снимают и сразу понял, что Дональд это увидит. Весь мир увидит… как Путин дружит с Индусом. Но Дональд… (качает головой) Пройдя несколько шагов, я разжал пальцы и чуть ускорился. Понятно же, зачем Моди это сделал… Всем же понятно, да? Я вот не люблю этого… сам не делаю, и не люблю, когда со мной так поступают. Что это за перетягивание каната? (пожимает плечами в недоумении) Я знал, что не смогу связаться с Дональдом сразу, но мне доложили, что он пропал с экранов и заболел. Надеялся, что все будет хорошо, несколько раз в своей пресс-конференции подчеркнул, какие у нас хорошие отношения, называл его по имени. Хотел, чтобы он услышал мой месседж ему. И ведь говорил ему, доверяй мне. Не слушай никого и не реагируй. Ну разве он может? Я потом видел все его эмоциональные качели… Как его кидало… Бедный Дональд, вот вы зря смеетесь между прочим… (серьезный) Выдержка и сдержанность — не его конек. Я чувствовал за эти тысячи километров, как он обижен. Но мне-то раскисать было некогда. Слишком важные задачи решались. И я ему не мог позвонить оттуда. Максимум, что я мог, постоянно подчеркивать наши хорошие дружеские отношения, чтобы он слышал, что я его не забываю и не вычеркиваю.

***

Трамп Я получил сообщение от него, что можно созвониться. Я мог сам предложить время. Но я молчал. Недолго. Долго не смог, через сутки где-то ответил и предложил наше время, 4 вечера по Вашингтону. Все еще злился, но, когда услышал его голос, как он меня называет по имени… Оттаял. Я уже успел посмотреть его пресс-конференцию из Китая… Два раза. Восхищаюсь моим Владимиром. Я не умею, как он. Владимир… Сказал ему, что переживал… Как он шел с Моди за руку. До сих пор не могу забыть… Я очень ревнивый, я ему давно сказал… заметно, да? (довольно улыбается.) Я знаю, что психанул тогда. Он посмеялся надо мной, конечно. Ну как… как он обычно смеется. По-доброму. Я думаю, ему приятно было, что я ревновал его. Но потом он припомнил Илона. Как можно сравнивать Илона и Владимира? Я сначала не понял, к чему он, а потом дошло… он меня ревновал к Маску! Я помню, что он ему никогда не нравился, и он даже предупреждал меня, чтобы я не подпускал его слишком близко… Владимир… он ревновал меня!!! (вздыхает с тоской) Значит, я для него что-то значу… Спросил его о его чувствах ко мне. Я знаю, он не очень любит эти разговоры… Но мне так важно это слышать… Снова сказал ему, что скучаю. После Аляски хочется еще больше увидеться. Мне было мало. Ответил, что пока не знает, когда сможем встретиться… Сказал мне беречь себя и не волноваться. Я волнуюсь только из-за тебя, сказал ему. Спросил его, смотрит ли он ютюб про меня, там ведь такое есть… не хотел бы, что Владимир все это видел… Оказывается, нет! (потрясен и вздыхает с облегчением) Сказал, что у него есть свои источники и он всегда и все про меня знает. Я в шоке, конечно. (краснеет, но доволен) — Everything? — с сомнением так спрашиваю… — Almost everything. Everything that I need to know, — смеется. — Like… what I do in the Oval office? In my rooms? — интересно даже стало. — Everything that I may be interested in, Donald, — уклончиво так отвечает… У меня даже мурашки побежали… почему я не удивлен? — Even in my bedroom? — спрашиваю осторожно. — No, no… don’t worry… — It’s ok… I sleep alone in my bed… — говорю ему. — I know… — You know?! Все знает… Меня в жар кинуло… — Donald, don't worry, I sleep alone in my bed too, — смеется. А мне не смешно! — Vladimir… — на шепот перешел. — Do you remember that night in Buenos Aires? Мы тогда провели всю ночь вместе. Это была наша первая встреча и самая долгая ночь в моей жизни… — I remember… I remember you next to me in that bed, Donald… it was a beautiful night. — Oh... it’s getting hot in here… Oh, boy… I miss you like hell…

***

Путин Приревновал-таки к Моди. Я ему сказал, к кому?! К Моди? Ты его видел? Я что ли его за руку брал? Он сам пришел! (смеется) Я его может тоже ревновал к этому чокнутому Маску… Прыгал там вокруг него, мозги ему пудрил… льстец… И чем все кончилось? Жуть вообще… Дональд тогда еле отошел. Я уже вмешаться хотел, но он нe разрешил. (хмурится) Дональд, конечно, большой ребенок… наивный порой… Сказал ему, что если я буду на каждого Маска возле него реагировать, то сойду с ума здесь за тысячи километров. Они что, не обнимались разве? Ручкались бесконечно… Он так притих ненадолго, а потом спрашивает, действительно ли он что-то значит для меня? (поднимает глаза к потолку) Дональд… ну что за сомнения… надо все время подтверждать это? Ну вот ему надо… Почему Трамп? Да, он своеобразный… согласен. Противоречивый? Да, тоже согласен. Разве можно ответить, почему? Будем считать, это что моя слабость. Могут же у меня быть слабости…