Final Frontier

Когда Джейс и Паудер исчезли, никто не понял, что произошло. Все защитные механизмы Хексшипа вдруг взревели, окрасив мостик в красный, и тут же погасли, будто вторжения в протоколы безопасности и не было. Только обернувшись и отдышавшись, все находящиеся в комнате осознали, что конкретно произошло. Виктор ощутил слабый прилив паники. Она зародилась где-то внизу его живота и поползла вверх, предательски захватывая всю брюшную полость, расползаясь к запястьям и горлу. Он понимал, что космос — место опасное, непредсказуемое, но вера в то, что, пока с кораблем все в порядке, они в безопасности была столь нерушима, что исчезновение двух столь важных членов экипажа казалось вторжением столь резким и глобальным, что даже у привыкшего ко многому Виктора перехватывало дыхание. — Где Паудер?! — раздался голос Вай, шокированный, почти истошный. — Куда ее забрали?! Виктор вздохнул, задержал дыхание, досчитав до десяти, выдохнул. Поднялся со стула, оперевшись на консоль, и окинул взглядом остатки экипажа. — Осмелюсь предположить, что там же, где и капитан Талис, — он почесал занывшие запястья. — Исходя из прошлых вводных, это может быть только… — Внизу, — закончила за него Вай, уже подскакивая с места, — Значит, я спускаюсь туда. Виктор проводил взглядом девушку, в два шага оказавшуюся у лифта. Где-то в глубине души он уже понимал, что навряд ли ее остановит, даже если даст ей прямой приказ — она просто напросто пробьет дыру в дне Хексшипа и отправится за сестрой минуя безвоздушное пространство и атмосферу, перепашет всю поверхность планеты, но найдет ее. Но все-таки не попытаться урезонить ее он не мог. — Подождите, лейтенант. Мы не знаем, куда спускаться, и безопасно ли это. Давайте изучим все вводные, чтобы потом не пришлось спасать и вас. Виктор сощурился, наблюдая за тем, как напряженная девушка замерла в раздумьях. — Я не могу ждать! С ней… с ней может происходить там что угодно! Вздох. Досчитать до десяти. — Да. И с вами тоже может произойти что угодно, если вы пойдете одна наперевес с фазером. Выдох. У Виктора уже начинала болеть голова от того, насколько сильно были сдвинуты его брови в этот момент. — Что я буду делать, если к тому моменту уже случится что-то непоправимое?! — Вай развернулась и прожгла взглядом Виктора, смотревшего сквозь нее. — Лучше будет, если вы появитесь там и будете бесполезной ношей, да, лейтенант? — Виктор поднял бровь, наблюдая за тем, как Вай медленно сдается. — Сначала мы узнаем можно ли там дышать, определим их локацию и после этого отправимся за ними. Ясно? Вай вздохнула, окончательно приняв свое поражение. Она переглянулась с Кейтлин, которая коротко кивнула ей, и села на ступеньки, ведущие к лифту. — Ясно. Виктор почувствовал, как ситуация медленно возвращается в контролируемое русло. Конечно, нормальной она не была: он не знал где находится Джейс, что с ним, жив ли он вообще. Эти вопросы то и дело всплывали у него в голове, затмевая четкий порядок действий, который он уже составил. Определить условия, определить локацию, собрать амуницию, отправить поисково-спасательный отряд, ждать. Четыре простых действия, которые приведут их к успеху с наибольшей вероятностью. Был бы он не человеком, а вулканцем, жить было бы в разы легче. Он бы смог не отвлекаться на свои переживания и тревогу, которая то и дело, но заставляла его пальцы подрагивать. За годы, проведенные на Зауне-9 он отвык от эмоционального беспокойства. Его обычная жизнь заключалась в том, что он просыпался утром, делал свою работу и шел спать. Никакого стресса. Никаких эмоций. Никаких переживаний. Теперь у него трясутся руки и замедляются мысли просто потому, что он не знает о судьбе двух людей из команды, к которой примкнул совсем недавно. В голове промелькнула мысль, что он был бы рад, если бы Джейс хотя бы дал весточку, что он жив, но помотав головой быстро откинул ее. Джейс бы верил в него. А он должен верить в Джейса. — Мисс Янг, передайте запрос в научный блок. Пусть просканируют планету и выдадут нам отчет в течение десяти минут по всему, что смогут узнать. — Принято. — Лейтенат Кираманн, на вас мостик, — Виктор сделал пару пружинящих шагов, пытаясь размять затекшую ногу. Он направился к лифту — несколько десятков постукиваний трости и он оказывается около панели, с уже прибывшей на этаж платформой. Вай подскочила сразу же, и Виктор решил ей ничего не говорить. Он прекрасно понимал, что едва ли может ее осуждать в необходимости хоть куда-то двигаться, чтобы не задумываться о том, что может происходить внизу. Нажав на кнопку, лифт плавно двинулся вниз, проезжая прекрасный зеленый атриум и останавливаясь под ним, на светлом, но холодном этаже научного блока. Он не очень любил быть надзирателем над чужой работой, но сейчас едва ли бы смог выдержать тишину мостика на котором все парализованы шоком. Виктор зашел в лабораторию и осмотрелся. Тут шумно, все носятся с место на место, прям как его тревожные мысли и отчего-то вдруг становится спокойнее. Он на своем месте. Его даже не сразу замечают — и это даже несмотря на то, что широкая и немного неуклюжая Вай ввалилась сразу за ним. Несколько минут он наслаждался этой какофонией и беготней, идеально соотносящейся с его внутренним ощущением спешки, но в итоге, возня прерывается легким покашливанием. — Что-нибудь известно в данный момент? — спокойно спрашивает он, удивляясь тому, насколько его голос спокоен. Несколько секунд сотрудники переговариваются, выбирая ответственного за доклад, и из толпы к нему выходит невысокая девушка, с забавным небольшим курносым носом и, кивая на каждое свое утверждение, начинает зачитывать все известные выводы. — На планете есть атмосфера, пригодная для дыхания человека. Температура на освещенной поверхности около двадцати четырех градусов. Очень странное распределение климатических зон… Бытовой активности на поверхности замечено не было, хоть и есть несколько интересных моментов, которые могут походить на рукотворные постройки, но нам нужно больше времени для идентификации их назначения. Виктор поднял бровь. — Не замечено бытовой активности, но есть здания? Разве постройка чего-либо не будет являться бытовой деятельностью? Девушка замялась, посмотрев на ученых, уже занимающихся своими делами. Поняв, что поддержки ждать не от кого, она нерешительно продолжила. — Понимаете, они… такие редкие и расположены очень далеко друг от друга. На расстоянии сотен, если не тысяч километров. При этом нет городов или каких-либо поселений между ними. Будто тут жило с десяток сумасшедших архитекторов, которые строили никому не нужные шедевры. Это было довольно странно. У планеты не было солнца, но она была освещена, дрейфовала в полной космической пустоте, но при этом на ее поверхности находились следы жизнедеятельности. Конечно, можно было предположить, что планету нечто выбило из своей системы, но все подсказывало Виктору, что проблема была не в этом. Эта планета — невозможная планета — существовала со столь четкими и нереалистичными условиями, что ее обитатель, называвший все происходящее спектаклем, уже не казался столь невписывающимся в происходящее. Возможно, что вся эта планета рукотворная, но кто вообще может оказаться столь могущественным, что создал ее просто ради развлечения? Виктор решил отложить вопрос до более насущных времен. — Хорошо, допустим, — он тяжело вздохнул, отчего его растрепанные волосы легко взлетели вверх. — Что по расположению капитана Талиса и лейтенанта Вандер? Можем лоцировать откуда был сигнал транспортера? Девушка поджала губы. — Увы, нет, коммандер. Мы можем только предполагать, что это на освещенной стороне, но поле планеты отражает большинство излучения, которые на него посылает Хексшип. Брови Виктора поползли вверх. Зачем нужен настолько навороченный корабль, раз он не может выполнить настолько простую задачу?! — То есть, мы должны искать их вслепую? Сколько на это уйдет? Год? Два? Девушка вся сжалась. Виктор пожалел о том, что не следит за тем, насколько его недовольное лицо выдает плохое настроение, но исправляться не стал — было максимально не до этого. — Ну… Хексшип может просканировать планету на поиск жизни, но… — Но? — Радиус будет около двухсот километров. Н-но у нас достаточно большая команда, чтобы прочесать поверхность в области за пару дней! Были ли у них эти пара дней? Даже если Джейс и Паудер живы, то кто знает, насколько долго. Но был ли у них вариант лучше? — Начинайте поиск, — устало произнес он, переставив трость покрепче. — Доложите мне как только будет хоть какая-то информация. Девушка кивнула и испарилась. — Я надеюсь после этого я смогу отправиться на планету? — нетерпеливо спросила Вай, ходившая взад-вперед по комнате уже несколько минут. Виктор закатил глаза. Почему как только случается катастрофа, то все вокруг слетают с катушек и бездумно рвутся в гущу событий, иногда лишь усугубляя ситуацию, словно идя по дорожке благих намерений и бездну. Виктор с детства знал одно: если хочешь помочь, то для начала не будь обузой, бременем, которое придется дополнительно нести на своих плечах. — Допустим, мы высадим вас на планету сейчас. Что вы будете делать? — Виктор метнул на девушку усталый взгляд. — Искать сестру и кэпа. Защищать их. — И где вы их будете искать? И от кого защищать? — Виктор наклонил голову, заглядывая в глаза Вай. — Нам нужен план. Хотя бы понимать, с чем мы можем столкнуться. Вай хмыкнула. — Ну человек на экране не выглядел, как некто сильный физически. Пару ударов, выстрел фазером и пуф! Он труп. — А еще он смог обойти защиту Хексшипа. И у него планета, теплая и светлая без единой звезды в округе. Думаете, лейтенант, фазеры для него будут проблемой? — глаза Виктора сузились. Вай поджала губы и покачала головой. — То-то же. Поэтому надо начать с того, почему он забрал их к себе. Эксперименты? Обмен информацией? — Виктор почесал подбородок. Из-за отсутствия какой-либо информации в принципе вариантов одновременно было слишком много и слишком мало. Казалось, ткни в любой из них и с равной вероятностью как попадешь в десятку, так и проиграешь все. — Он упоминал что-то об… спектакле? Типа может ему тут скучно стало в этой дыре, вот он и развлекается так. Виктор хотел бы сказать, что предположение глупое или не имеющее под собой основы, но это было бы ложью. Он никогда не был кем-то столь могущественным, чтобы создавать планеты посреди пустоты, взламывать новейшие корабли и воровать с них людей. Максимум власти в его жизни был именно сейчас — первый помощник в отсутствии капитана — поэтому он и представить не мог, как могут развлекаться те, для кого таинство жизни казалось бы шуткой. Правда, осознание того, что Джейс стал простой пешкой в чьей-то игре подарило ему неприятный привкус во рту. Джейс был… особенным для него. Он был тем, кто подарил ему шанс на новую жизнь, а Виктор в итоге даже не может ему ничем помочь. Это злило. Раздражало. Виктору, если честно, хотелось бы разнести всю лабораторию, вопрошая почему они ничего не могут сделать, но вместо этого он лишь поплотнее сжал руку на трости и, гулко выдохнув через нос, продолжил разговор с Вай. — Ваше предположение имеет под собой смысл. Хотя, конечно, хотелось бы больше информации о том, что собой представляет спектакль, — Виктор потер подбородок в задумчивости. — Можно, конечно, предположить, что представление как минимум требует времени, а это значит, что даже если оно предполагает смерть капитана и лейтенанта, то у нас есть время до его конца. — Но ведь герои могут умереть и в середине. Так в кино бывает, я видела. Вроде как переломный момент для героя, — задумчиво вставила Вай. — Не думаю, что это наш случай. Их сюжетные линии — главные, а это значит, что завершатся в конце. У нас есть немного времени. Виктор, кажется, этими словами больше пытался успокоить себя. У него никогда не было времени: ни на жизнь, ни на отдых. Он всегда жил в режиме экономии времени, а теперь пытался найти хоть какое-то оправдание тому, что ему нужно бездействовать. — Но мы же не можем сидеть сложа руки, — Вай подошла к на полшага ближе к Виктору, — Мы должны сдела… Приборы, стоящие в лаборатории зашлись тревожным перезвоном. Они, словно набат, оповещали всех присутствующих о том, что что-то происходит. А когда случается «что-то» хорошим оно не бывает. Виктор сделал несколько шагов по направлению к радару, стоящему неподалеку — он захватил планету и показывал любые изменения, возникшие в промежуток наблюдения. На нем ярко мигала одна небольшая точка, голубой звездой горящая на экваторе. — Это они. Я уверена, — едва успев договорить, Вай бросилась вызывать лифт. Растерянный Виктор даже не знал куда деться: с одной стороны, ему нужны подробности, но с другой… Вай права. На этой планете больше нечему происходить. Все происходящее это Джейс и Паудер, находящиеся на ней. Ловко развернувшись на каблуках он сделал несколько шагов к лифту, который только-только распахнул свои двери и вошел внутрь вместе с Вай. — Вы же вроде хотели разобраться? — хмуро поиздевалась она, когда кабина двинулась вниз. Виктор посмотрел перед собой, наблюдая за пустотой. Он мог бы готовиться к спасательной миссии вечность, но едва ли она ему поможет. — Хотел. Но стоит ли? Вопрос повис в воздухе без ответа. Когда они оказались в транспортерной, Виктор в голове уже сложил небольшой план. Вай пробивается на разведку и, держа связь с мостиком, дожидается основных сил, которые уже точно справятся с любой напастью их поджидающей. Коротко бросив команды на мостик, он вошел в помещение с телепортатором, где рядом с Вай активно жестикулировал Экко. — Одна пойдешь, значит? Не боишься? — Боюсь, что с ней что-то случится, пока ты тут вскидываешь руки. — А я не боюсь? Я может тоже хочу идти туда. — Ты? Ты фазер вообще в руках держать умеешь? Виктор почувствовал, что мигрень усиливается. Он понимал, что все на взводе и на пределе. Он знал, что Паудер дорога и Экко, и Вай, и они оба хотят ее спасти. Но это не отменяло того, что вечные пререкания ему начали надоедать. — Вы можете отправится вдвоем, — он сделал несколько шагов к пульту. — Я послежу за транспортерной вместо лейтенанта. Экко нахмурился и с усилием кивнул, жестом показав, что вернется через пару секунд. Вай была явно разочарована. — Он еще слишком юн, чтобы отправляться на такие опасные миссии, — она поджала губы. — Я не хочу брать ответственность еще и за него. Виктор смерил ее взглядом. Что-то в ней сейчас напоминало Джейса: одинаковое желание заботится обо всех, считать, что каждый, без исключения, заслуживает их заботы. Они оба готовы ринутся в самое пекло ради людей, на которых им хотя бы немного не все равно и, почему-то, это грело Виктору душу. — Он полноценный офицер Звездного флота, лейтенант. Не пытайтесь закинуть ношу ответственности только на ваши плечи, — он с тяжелым вздохом опустился на стул. — К тому же, он не меньше вашего переживает о судьбе вашей сестры. Вай фыркнула, ударив рукой по колонне, стоящей неподалеку. В какой-то момент он даже порадовался, что никогда не будет с ней по разные стороны баррикад: таким ударом она бы легко переломила его слабый позвоночник и его бы уже никто никогда не собрал. С одной стороны, конечно, хоть какое-то облегчение в этой жизни. С другой ему все еще надо посмотреть в глаза живого и спасенного Джейса. А для этого вновь придется заниматься невыносимым — ждать. Экко вернулся снаряженный фазером и парой примочек. Он нетерпеливо потирал руки, и одним лишь кивком перебросился с Вай прежде чем взойти на платформу. Виктор ввел координаты на пульте. Он пользовался похожим на Зауне-9, поэтому для него не было никакого труда подменить Экко, когда тот отправлялся на миссию, на которую он сам не мог отправится физически. Он нажал на кнопку, запустив процесс транспортации. Вся комната залилась белым светом, символизирующим распадение плоти на молекулы, которые понесутся на тысячи километров вниз. Но когда свет погас в транспортерной было пусто. *** Никогда еще телепортация не была для Виктора столь жесткой. Он был привычен к тому, что на Зауне-9 обычно не церемонятся с тем, чтобы нежно собрать человека по кусочкам, но к тому, что он больной ногой упадет на сырую землю с высоты полуметра, не ожидал никак. Хотя, он в принципе не ожидал телепортации. Он даже не стоял на платформе, чтобы его куда-то перенес стандартный протокол Хексшипа. Да и зачем ему? При всех своих навыках, Виктор прекрасно осозновал, что из него отвратительный пехотинец, даже если из фазера он умеет стрелять еще более-менее. — М? Коммандер? — Экко сел на землю рядом с Виктором и помог тому сесть. — Но как вы… Вы и себя умудрились перенести? Но как? Виктор потер ушибленную голову, разлахматив и без того спутанные волосы. — Нет, я себя не переносил. Я… вообще не понимаю, как тут оказался, — опершись на подставленное Экко плечо, Виктор встал, тут же переместив вес на трость, которая, к счастью, переместилась вместе с ним. — Надо связаться с кораблем, чтобы я вас не задерживал. Вай кивнула и, достав коммутатор, начала вызывать Хексшип, но возвращались им только помехи. — Да что, черт ее дери, не так с этой планетой?! Коммутатор не работает, телепортирует как придется, аргх, — Вай пнула от досады землю, вспахав ее носком своего ботинка, но тут же взяла себя в руки. — Коммандер, мы не можем больше… Виктор поднял руку, дабы Вай не продолжала дальше. — Я понимаю. Я постараюсь не отставать, — Виктор уже предчувствовал стянутость и боль, которые последуют за его решением. Но какие у него были еще варианты? Остаться тут и быть легкой жертвой, которую потом все равно будут спасать? Нет уж, он уже взял на себя ответственность за Хексшип и его команду, и он будет нести ее до самого конца. — Если что, говорите, — Экко похлопал его по плечу. — Мы что-нибудь придумаем. Они незамедлительно выдвинулись и Виктор впервые за долгое время ощутил, насколько его тело слабо по сравнению с остальными. На корабле и станции это не было так заметно: небольшие расстояния его не выматывали, пол был ровным, да и спешить было некуда. Место же куда они попали было испещрено корнями, вырывающимся наружу, небольшими ямками и кочками, о которые его волокущаяся нога то и дело цеплялась. Нельзя было не заметить, что Вай и Экко, несмотря на всю спешку, идут заметно медленнее, чем могли бы. Виктор сжал зубы, стараясь не пускать ощущение собственной беспомощности дальше, но нога от падения и странного, влажного климата, ныла, а мышцы ощущались камнями, твердыми, прилипшими тяжелыми пластами к костям, отчего каждый шаг сопровождался тупой болью. Ему оставалось только идти и надеяться, что он не упадет в обморок, пока они не найдут Джейса и Паудер. К тому же, на планете было на что посмотреть. Они шли по густому лиственному лесу, где сквозь кроны деревьев пробивались лучи несуществующего солнца. Но не красоты местной природы было самым главным, нет. По всей поверхности были проложены толстые черные кабели, что, словно ядовитые змеи, направляли их путь. — Интересно, откуда тут источник энергии? Ну то есть, на все эти чудеса вряд ли хватит небольшого ядерного реактора, — Экко задумчиво почесал подбородок. — Да и зачем вообще его строить на таком удалении, если от планеты используется едва ли десятая часть суши. — Тебя правда это волнует? Меня вот волнует, что этот сумасшедший мог сделать, — парировала Вай, продолжая пробираться вглубь леса. — Ну, да. Мне кажется, это могло бы хотя бы дать представление, что нас ждет. Виктор хмыкнул себе под нос. С технологиями, которые были у хозяина планеты едва ли они, простые земляне, получившие немного образования, могут понять процессы, намного превосходящие их уровень познания. — Да? Может тогда рубанем поперек кабеля и посмотрим, что будет? — Вай остановилась, поставив ногу на черную изоляцию. — Отвлечем его от Паудер и кэпа хотя бы. — Не советую, — Виктор остановился, чувствуя, как горят его легкие и колено. — Возможно, эта система держит всю планетарную систему. А без местной атмосферы и освещения мы умрем все вместе так быстро, что Хексшип не успеет даже на нас навестись. Вай раздосадованно развела руками. — Какая жалость. А я уже надеялась, что мы наконец-то им поможем. Она едва заметно закатила глаза и пошла дальше вдоль кабеля. Виктор же почувствовал очередной укол вины, очередной виток ненависти к своему немощному телу. Он ненавидел это чувство. Он был обузой, и одно это знание сжирало его изнутри, как бессмертный демон, созданный его болезнью. Ведь они вполне могут не успеть. И не успеть из-за Виктора. Из-за его медленности, из-за того, что даже его максимум был недостаточен, из-за того, что он терпит нескончаемую боль, пока для Вай и Экко его марафон — это легкая прогулка. Но ведь даже страдания не искупят того, что важные для него люди умрут. Виктор постарался спрятать эти мысли поглубже. Сейчас они лишние, а поубиваться будет время потом, когда уже все разрешится в какую-либо сторону. — Стойте, — Экко вытянул руку, останавливая других. — Там что-то шевелится. Все трое замерли, всматриваясь в лес. Перед ними, метрах в трехста, разваливалось небольшое здание, сколоченное из гнилых досок. Оно походило на старую хозяйственную пристройку, давно заброшенную и почерневшую от сырости и плесени. Но несмотря на свой понурый вид, нутро здания не было мертвым: что-то неистово жужжало и громыхало, а небольшое окошко, вырубленное с их стороны, то и дело озарялось светом с четким ритмом. — Я пойду посмотрю, что там, — шепнул Экко, тут же переходя к другому дереву. — Я просигнализирую, если все хорошо. Виктору и Вай только и оставалось, что кивнуть и начать считать длинные секунды. Жужжание давило на нервы, сливаясь в какофонию с сердечным ритмом, бьющимся в висках. Виктор попытался успокоиться, сосредоточившись на дыхании, но каждый вздох сопровождался с тревожными видениями, а выдох отдавал ноющей болью в ребрах. Казалось, еще пару минут такого ожидания и он свихнется, а если и не свихнется, то выругается так, словно и не улетал с Зауна-9. Вай, конечно, его не осудит, но ему все еще хотелось цепляться за остатки собственной самооценки. Наконец-то Экко бесшумно высунулся из окна и махнул, подзывая спутников к себе. Они обошли здание, найдя тяжелую, отодвигающуюся в сторону дверь, открытую достаточно широко, чтобы через нее мог протиснуться человек. Войдя в постройку, оба замерли в изумлении. Если экстерьер обещал разваливающийся деревянный амбар, в котором нет ничего кроме пыли и сена, то в реальности интерьер вполне походил на Хексшип. Белые глянцевые стены, отделанные тонким слоем металла, а также длинная конвейерная система, ни на секунду не останавливающаяся. Над ней не было никакого надзора, никакого персонала, обслуживающих ее, не было. Они в принципе тут были втроем, если не считать… Андроидов. Очень похожих на людей, только неподвижно стоявших в углу. Все они имели одинаковые лица, с правильными усредненными чертами. Только одна эта правильность вселяла ужас, отчего по коже, словно маленькие иголки, пробежали мурашки. Люди неидеальны, нессеметричны, потому что жизнь не знает идеала. А вот машины — знают. Их сотканное из металлических пластин тело идеально имитировало человеческое: грудные пластины выдавались вперед, а тонкие арматуры рисовали ключицы, которые только обтяни искусственной кожей, и вот они, словно сошедшие с портретов эпохи древнего романтизма. Если натянуть на такое одежду, то от человека и вовсе не отличить. Но только ни одежды, ни искусственной кожи тут не было. Это был родовой зал, заваленный десятком молчаливых младенцев, ровно стоящих вдоль стен. — Что… что это за херня? — Вай нервно осматривалась. — Это выглядит… жутко. Экко кивнул. — Это и есть жутко. Будто подпольная лаборатория или что-то вроде того. — Нет. Это не подпольная и не лаборатория, а вполне поставленное на поток производство, — Виктор подошел к ленте, на которой проезжал практически полностью собранный андроид. — Только зачем оно ему нужно? Это же может быть целая… армия. Виктор нахмурился. Одна мысль о том, что существует кто-то столь могущественный вызывала в нем смешанные чувства. С одной стороны его колени тряслись. Пред ними кто-то настолько могущественный, настолько сильный, что кажется все мироздание может подчиниться его рукам. И ему было совершенно не стыдно признаться, что сейчас он испытывает животный ужас. С другой стороны в его горле стоял ком отвращения. Иметь столько сил, столько возможностей, и все, что это всемогущее существо делало — это играло в идиотские игры с чужими судьбами в огромной вселенной. Вселенной, полной страха, полной боли и несправедливости. Да одна эта сила — несправедливость! Зачем кому-то давать столько сил, если блага от них нет? — Может, это его актеры? Массовка, которой платить не надо и слушается бесприкоснительно. Удобно. — Вероятно, так оно и есть. По крайней мере, сейчас они не вооружены и не опасны, — Виктор сглотнул напавшее наваждение и подошел поближе к стоящим андроидам и осмотрел корпус. Ни единой кнопки, ни единого рычага. Никаких знаков того, что андроид может быть выключен мануально — только удаленный контроль. Он осторожно коснулся одного из них — машина не пошевелилась и Виктор позволил себе провести пальцами по металлу. Холодный и твердый. Настолько, что едва ли фазер его легко пробьет. Единственное место, где металл становился тоньше и почти прогибался под давлением пальцев это кусочек груди, чуть левее центра. Там, где у людей находилось сердце. Наверняка там находился центр связи, но ирония заставила Виктора усмехнуться. — Если вдруг придется с ними биться, — Виктор сделал шаг назад, будто ожидая, что андроид оживет, как только он расскажет его тайну, — то цельтесь в район сердца. Там пластина тоньше и больше шанс ее пробить с первого раза. — Принято, — Вай кивнула, а потом, замявшись, добавила. — Может, разнесем их, пока они не опасны? Чтобы потом не иметь с ними дела. Виктор не успел ничего ответить, как встрепенулся Экко. — Я смотрю, ты все хочешь привлечь к нам побольше внимания и лишить нас всех преимуществ? Вместо того, чтобы заявится неожиданно, хочешь, чтобы неожиданно атаковали нас? — О, ну, может если я отвлеку его внимание сюда, то Паудер и кэп хотя бы передохнут немного! — У него армия из андроидов. Думаешь ему не хватит их на два фронта? Кто знает, сколько их там? — Тогда мы можем прервать создание новых. Тогда у него они когда-нибудь кончатся. — Не думаешь, что мы кончимся быстрее? Голова Виктора начала болеть сильнее. Что Экко, что Вай имели хорошие мысли в голове, но ситуацию это легче не делало. Каждое их действие сокращает вероятность благоприятного исхода вдвое. И при такой неутешительной арифметике, вероятность успеха походила на статистическую погрешность. Но как только Виктор решил призвать всех к порядку, как на периферии зрения началось непонятное движение. Все трое замерли и замолкли, боясь даже посмотреть в сторону. Несколько андроидов отделились от остальных и направились в лес, неловко переминаясь с ноги на ногу, словно несмышленые дети. Не сговариваясь, все трое двинулись за ними. Хоть андроиды шли за сигналом, словно по путеводной дорожке, не способные с нее свернуть и изменить команде, троица старалась держаться поодаль. Кто знает, когда сигнал сменится и они в этой игре станут жертвами. Окружение начало меняться. Если до этого они были в первородном лесу, выросшим хаотично и густо, то по мере их движения стало проявляться касание цивилизации. Повсюду были протоптаны витееватые дорожки, разбросаны кривые пни неадекватных размеров, да и сам лес стал реже. Можно было даже заметить следы типичной рукотворной посадки: если встать рядом с деревом, то все остальные в ряду оказывались скрыты за его стволом. Вдали был слышен странный гул. Теперь это не было жужжание конвейерной ленты, нет. Это походило на шум города, звуки бытовой жизни, которые непременно преследуют любой населенный пункт. Правда, облегчения Виктор от этого не почувствовал. На планете не было жизни, кроме всемогущего существа и его игрушек. И кто знает, что на этой планете является каждодневной рутиной. Вскоре вновь показались деревянные постройки, но на этот раз не было покосившихся досок и сырых стен. Это походило на животноводческие амбары, теплые и крепко сбитые. Такие, которые вполне себе ожидаешь увидеть в деревне на какой-нибудь среднеразвитой планете. Но вряд ли там в них содержатся андроиды, которые держали свой путь внутрь. Троица решила действовать по обычной схеме. Вай и Виктор ждут снаружи в безопасности, пока тихий и ловкий Экко проверяет, что происходит внутри. Но на этот раз его не было дольше. Настолько, что Вай уже собиралась идти за ним следом, когда он неожиданно выглянул из-за деревьев. — Ну и что там? — Вай нетерпеливо переваливалась с ноги на ногу. — Что-то происходит? Там безопасно? Экко скривил губы, выглядя очень неуверенно. Он почесал подбородок, задумавшись, из-за чего напоролся на тяжелый вздох со стороны девушки. — Я бы не сказал, что там везде опасно. Это похоже на… гримерку? — Гримерку? Для андроидов? — Угу. Там две комнаты. В одной им напяливают странные костюмы, а в другой они получают прошивку и начинают вести себя странно. — Странно как? — Виктор поправил трость, нехорошее предчувствие билось у него в горле. — Как актеры, которые вдруг включаются в роль. Будто их прошивка это накат сценария, который они начинают отыгрывать как только код поступает в их систему. То есть там на тело напяливают платье, накатывают прошивку и он тут же выходит летящей женственной походкой, — Экко продемонстрировал походку, чуть приподняв руки и пархнув с места на место, словно леди из высшего общества. — Но я, если честно, не очень понял сюжет из этого маскарада. Они все слишком разные, чтобы можно было сложить в одну картинку. Виктор нахмурился. Ему все меньше начала нравится происходящая вокруг вакханалия. Массовка из андроидов, у которых внутри зашит сюжетный код, и два ведущих актера, чье поведение не поддается ряду нулей и единиц. Искусное развлечение, достойное сумасшедших и избалованных персон, не щадящих чужие жизни. Звучит слишком сюрреалистично, но он давно убедился: космос — это не про логику. Космос — это про хаос. — Что за костюмы? — Вай повела головой, нахмурившись от преследующих ее мыслей. Экко попробовал подобрать слова, но довольно быстро сдался, вскинув руки. — Легче показать. Может кому-нибудь из вас что-то напомнит. Быстрым шагом они направились в очередные бараки. В этот раз попасть внутрь было намного сложнее: приходилось пробираться через небольшое отверстие в стене, а с, и без того ноющей и отдающей резкой болью в спину ногой, это было сделать еще сложнее. Но кое-как, со скопившимися в уголках глаз слезами, Виктор оказался внутри. Тут уже не было идеального белого интерьера. Сарай как сарай, дощатый и темный. Только несколько стоек с одеждой, идеально выглаженной и аккуратной кричали, что с этим местом что-то не так. Длинные вечерние платья, сошедшие с музейных стоек, лохмотья… — Ч-черт, — Вай, влезшая последней, отшатнулась, уставившись перед собой. — Он же не мог знать… об этом же вообще никто не знал. — Ты о чем? — Экко сделал шаг вперед, но звук двигающихся андроидов заставил его остановиться, чтобы не попасться им на глаза. Виктор посмотрел на Вай, но краем глаза приметил, что они находятся в ловушке: за ними стена с дырой, а перед ними гардероб и десяток андроидов. Смотрящая же в пустоту Вай тихо, но разбито, прошептала. — Когда мы с Пау были маленькими, мы жили на Бриджвальсе с родителями. Спустя несколько лет местные взбунтовались и начали нападать на наши лагеря, — она вздохнула, задыхаясь от чувств. — Эти… лохмотья. Это их камуфляж. Сливался с серой землей Бриджвальса и их не было видно, пока не… не было уже поздно. Шум в сарае нарастал. Казалось, что туда набивалось все больше андроидов, стремящихся поскорее отправиться на сцену. Стук их металлических ног отзывался мурашками по коже Виктора. — Не мог же он знать, что Паудер будет пролетать на корабле? Это же абсурд! — Экко вскинул руки, но несмотря на бушевавшие эмоции говорил шепотом. — Не думаю, что это возможно, — произнес Виктор, не отрывая взгляда от стоек, за которыми туда-сюда ходили тени. — Скорее, он умудрился просканировать их воспоминания уже на поверхности планеты, и, получив эту информацию, начал выстраивать свой спектакль. — А реквезит? Не мог же он его сшить сразу. Виктор горько усмехнулся. — Это существо уже столько раз расширяло границы возможного, что я не удивлюсь, если он вообще не готовился и все это появилось только когда они здесь оказались во плоти. На языке Виктора вдруг оказался неприятный привкус знания, которое ему не понравится. Оно было горьким, настолько, что от него сводило внизу ребра. Стук ног усилился. Если представление прореагировало на появление Джейса и Паудер, на их воспоминания, то возможно, только возможно, но вся планета меняет свою структуру с появлением новых актеров. Сюжет создается как только появляется кто-то один, в чьей голове есть яркие воспоминания. Он подстраивается, выстраивая образы и повороты так, чтобы затронуть как можно больше переживаний, всколыхнуть эмоциональный фон. — Коммандер… что-то не так, — тени на фоне перестали хаотично двигаться. Теперь они уменьшались так, будто кто-то двигался по направлению к ним. А если сюжет подстраивается под воспоминания людей, то это значит, что как только они появились на планете, то и сюжет поменялся. Теперь они — актеры, играющие роль спасителей. А значит, пора на сцену.