Не дальше симрейсинга

Это до сих пор были первые недели осени и первые дни учебы. От того вся по новой начатая школьная жизнь ещё больше выбивала Кирилла. Для раскачки ему требовалось не меньше четверти, пара недель — даже не шаг для толчка. Между уходом подруги и подготовкой ко сну перед школьным днём одна гоночка в симуляторе ложилась на весы идеальным балансиром. Сегодня против завтра определенно нуждалось в помощи. Кирилл примостился в кресле с коленом у груди и стал подыскивать себе напарника. Не то что бы ему было бы скучно погонять одному, но с компаньоном было бы определенно веселей. В конце концов он уже давно понял, как обгонять искуственный интеллект компьютера и нуждался в достойном конкурентноспособном разуме. Движения курсора на мониторе с предельной точностью передавали расхлябаность движений Кирилла мышкой, в поисках нужного сегодня контакта в списке чатов. Он едва разборчиво бормотал: — Майстар пипка, Эмверст, Яша лава шестьдесят девять... — голос стал ярче и разборчивее. — Бля, понаменяют ники и авы по десять раз, а ты сиди разбирай: кто где. Задумчивое протирание штанов в моменте не устроило Кирилла и он начал звонок с первым попавшимся контактом. Под прицел попал некий Хюлькин сын. На другом конце провода оказался Гаврила, который не очень стремился сразу вступить в диалог. — Привет, родной! - Кирилл радостно поприветствовал друга, но тот всё ещё молчал. — Ты не хочешь со мной пару кругов в симуляторе погонять? Тишина прервалась быстрым "Я на даче", в после прервался и сам звонок, оставляя Верстапова младшего в полной тишине смотреть на их чат. Заставляли не горевать в тишине только его родители, их восхищения заставляли его натурально впадать в депрессию. "Ебитесь как хотите, но хоть тихо то" — вертелось в его мыслях. Какими же мерзкими они ему казались в такие моменты. Вероятно увидев это уже в более позднем возрасте лично от них, то он не воспринимал бы это в штыки. Стоило один раз захотеть их напугать, как они напугали его сами. Десять лет назад эта картина выглядела ещё более мрачно и противоестественно. Кажется, увидь он это на специализированом сайте, всё не было бы так трагично. В тот день он просидел в шкафу около пяти часов, пока родители не уснули и он не выкарабкался. Они не заметили его и так и не узнали, что сами стали первой кривой вехой воспоминаний у сына. С годами злость на родителей за по сути естественный акт пропадала, но детский страх иногда всё равно давал о себе знать. Моменты на подобие этого он клял "Лучше бы развелись". Из трех "примирений" в одном психика Кирилла выстреливала. Внезапно раздался звонок в мессенджере и парень без раздумий принял вызов. — Алло? — Привет, Кир. Слушай, у меня время свободное нашлось, поэтому я сейчас буду играть с Осипом и Владиком. Хочешь с нами? - сразу узнался голос Олежки и так же сразу свой вердикт вынес Кирилл. — Да, давай. — Тогда я кидаю ссылку и начинаем. Кирилла сразу сверху донизу вымыло необъяснимым облегчением. Наушники ещё никогда не подключались так быстро. Чат. Ссылка. Звонок. — Опа, привет, Кирюха. — это был Влад, свойственно для себя расслабленный. — Эээ, где минус опять пропал? — Осип мямлил про себя и не сразу заметил появление нового участника звонка. Видимо он опять решал профмат. — Привет, Кирилл. — Все в сборе, думаю можно начинать. Кирилл задумался о том, почему голос Олежи стал звучать вдвое сладко. Задавать такие вопросы не стоит и он сменил направление: — А чего никого из наших больше нет. Гаврюха, знаю, на дачу загребли, но остальные? — Отказались просто. В диалог вмешался Влад: — О, да. Кто-то больной, кто-то хромой, кто-то умер, кто-то уехал. Разные могут быть ситуации, да? — Закрывай свои шуточки-прибауточки и открывай игру, — Олежа утерял сладость в голосе и говорил серьёзнее. — Открою, когда этот пестрячок закроет свои тесты. На кой хер он тут вообще сидит, если до сих пор решает? — Завали, я готов. Игровой процесс шёл захватывающе. Настолько впечатляюще, что Кирилл и забыл о мрачных воспоминаниях, сковывавших его некоторое время назад. Игры менялись, но шутки от Влада были стабильно идиотскими и с соответствующими интонациями. — Парни, слушайте. Подходит как-то Пяточок к Винни Пуху, а он ест булочку. Пахнет очень вкусно. Он и говорит "Винни, Винни, дай булочку". Винни отвечает: "Это не булочка, это пирожок". "Винни, Винни, а дай пирожок". "Это не пирожок, это растягайчик". "Винни, Винни, а дай растягайчик". "Отвали, свинья, сам не знешь, чего хочешь". — Да завали ты своё ебало! — повышеный уровень агрессии синхронизировал эту фразу Осипа и Кирилла. — А лучше молчать? Умные все такие. Мы зачем в созвоне сидим? — Чтоб моменты игровые обсуждать, а не анекдоты времен моей бабки гонять. Ты второй медалист школы, так почему ты такой беспросветно тупой? — замолчаные минуты Осип словно копил только для этого момента. Влад загорелся с новой силой: — А что наш Олежка замолчал? Боиться что мамочка через границу услышит как он матюкается и по попе надаёт? Точно, ей же хватит того, что мы играем в игры, а не в скрипковом квартете, чтобы ты весь день шатался от её звонка. Бедный мальчик в золотой клетке. Тяжело тебе наверное вечно пытаться быть хорошим? Я знаю, что за говно течет по твоим трубам, но не боись, твоя мамка об этом не узнает: я же не стукачила как ты. Олег вышел из звонка без единого слова после монолога Влада. — Ты долбоёб? — Осип не скупился на прямолинейность. Кирилл вышел из звонка почти сразу после оскорбленного друга. Помимо злости на старшего товарища, его сжимала тревога за Олежу. Как бы они всей компанией его не закаляли, он всё ещё мог расплавиться и вытечь из руки. Дозвониться до Олега вышло только с третьего раза. Голос из динамика звучал и в половину не так уверено, как при приглашении поиграть. —Алло. — Алло, Олеж, не сердись. Ты же знаешь, что Владос иногда может так сказануть не подумав. Только не принимай это близко к сердцу, пожалуйста. Слова поддержки выходили из Кирилла криво и потрясываясь. В текущей ситуации никто из них не был уверен в себе. — Пхм... Ничего страшного. Я всё понимаю. Ты то чего извиняешься? — Скорее беспокоюсь. И Кирилл не солгал. Иных причин звонить ему не было. Логичнее всего был бы звонок от Влада с извинениями на коленях за свои слова и за осужденного Пяточка́. — А ты умеешь удивить, — голос Олежи заново обретал утерянную ранее уверенность. — Ну я, — Кирилл заулыбался и его счастье, что камера не была включена, чтобы запечатлеть как он заправлял волосы за ухо с прикушеной губой. — Ты тоже меня тогда в лагере удивил своим причендалом, когда меня па- Звонок оборвался вновь. — Блять, блять, блять! — Кирилл осознал, что натворил. Ещё не один мат вырвался из его юного рта, пока руки до боли тянулись за волосы. Кирилл ещё плотнее сжался в кресле, так, что теперь спинка практически полностью скрывала его тело. Дверь комнаты неприятно скрипнула. — Бооже, Кирилл Максимыч, и этими губами ты целуешь свою маму? — Максим Иосифович зашёл в комнату с доброй иронией. На слова отца парень с ледяным взглядом разаернул кресло к нему. Больше слов и не пригодилось. Глава семейства поднял руки как на расстрел и вышел из владений сына. — Дверь! Безбожно забытую папа тоже прикрыл. Кирилл же выключил компьютер и плевав на нечищенные зубы и грязную голову завалился спать.

***

Утро начинается не с кофе, а с "Lift me up" на будильнике и спутанного сознания. Сколько часов он проспал только его маме известно. Кирилл едва поднялся с кровати и перенес себя в ванную. После пары плесков холодной воды в лицо, утро приобрело куда более различимые оттенки. Тем не менее мама на кухне и Азар по дороге в школу были наглухо проигнорированы, словно парень и не просыпался. — Кир, ты чего молчишь? — вежливо поинтересовался Азар. — Я не молчу, я отрицательно разговариваю. Путь до школы уже пришёл к ступенькам крыльца. — Хочешь сказать я сейчас отрицательно молчу? — Да. Взгляд вахтерши проводил друзей до самого гардероба, где Азар неспешно переобувался, а Кирилл сверлил его взглядом. Из своего туманной пассивности вырвалось: — Тебе Олег ничего не писал вчера? — Нет, а что? — он закончил с первой туфлей. — Да так. Вчера был вечер встречи союза хреновых юмористов для Олежи. Я случайно пополнил его ряды и скорее всего он на меня обиделся. — Вот оно как. Мне кажется он тебя уже простил, раз уж это вчера было. — Азар закончил со второй туфлей и они пошли к кабинету. — А если нет? Будет капец. Мне с ним сидеть ещё. Ты только подумай. Ни пукнуть, ни пёрнуть лишний раз. — Ты преувеличиваешь масштабы трагедии. Олежа уже давно не такой ранимый как в пятом классе. Парни зашли в кабинет к 7:52. Обычно Олег к этому времени уже минимум как пять минут был за партой. Сейчас там было пусто. — Это ты называешь преувеличением? Азар ещё раз глянул на пустую парту перед ответом. Он был в растерянности. — Опаздывает, мало ли. Автобусы тоже люди водят. Кирилла пробило шилом стыда за своё бездумство. Он свято надеялся, что Олежа действительно всего лишь опаздывает. Опаздывает на перый урок, второй, третий. К четвертому уроку он окончательно навесил на себя ярлык причины отсутствия друга. Лёша и Филька поочерёдно подсаживались к нему в течение дня, стараясь подбодрить. — Чё ты паришься. Не будь пупом земли, он мог и просто заболеть, — говорил Алёшка. — Заболеть сразу после того, как его дважды окунули лицом в говно? Ну да, весомо. Где-то сзади их подпихнул Гаврила, в то время как свою шарманку завела Шарлотта Ивановна. — Нет, ну вы посмотрите на них. Два брата акробата. Балаболят весь классный час. Может раз такие говорливые, то пойдёте на конкурс юных чтецов? А, чего замолкли? Лёша и Кирилл хлопали глазами, выслушивая её рождающуюся тираду. — Пришли как абы что. Сидят не по рассадке. Когда вы уже по своим колледжам разойдётесь и перестанете мне мозолить глаза. Монолог протянулся до самого звонка. Тема успела перетечь к потеряному поколению и выводу, что спинеры в своё время расплавили детям мозг. И вот уже сидя в гардеробе, где количество ожидающих, пока Азар переобуется возросло до четырёх, у Кирилла родилось намерение позвонить. — Ты сам не устаёшь столько времени на переобувание убивать? — резонно спросил Филька. — Мне уборщиц жалко, так что нет, — Азар мог бы устроить друзьям нотацию брать с него пример, но на то они и друзья. Он знает, что переучивать их бесполезно. По пути домой друзья расходились один за другим, пока Кирилл не остался один на один с собой. Это было совсем ненадолго, ведь если зайти в нужный двор в нужное время, то там всегда будет он — дядя Федя. Его отросший маллет был аккуратно зализан назад, выставляя свету щетинистую бороду с усами. Если не знать, что он живёт в этом доме, по одежде можно было спокойно принять его за бездомного бедного дяденьку — Здрасте, Фёдор Ионович! — сегодня встретить его для Кирилла оказалось даже приятно. — Привет, Кирюха. Как жизнь молодая? Кирилл затормозил, выбирая слова. Фёдор Инович же зажёг свою сигарету. — Мгм... Понятно с тобой. Поссорился небось? — Не поссорился. Неудачно ляпнул скорее, — парень почесал затылок. — Эх, Кирюх, Кирюх. Вот ты знаешь, что в моё время за неверный ляп языком на десять лет не в школу упекали. Не бойся обосраться, но будь умней иметь бумажку на подтереться. — Дядь Федь, мне обедать ещё. — Это имеет значение? Никогда не понимал вас брезгливых. Скажи "говно", так у вас весь аппетит пропадает. Хватит так зависеть от слов, малой. Этот закур вышел недолгим. Дополнив проженный рисунок на мусорке, Фёдор Ионович выкинул сигарету и взмахом руки освободил Кирилла от дальнейших мудрых напутствий. Что-то из его слов действительно звучало мудро. Кириллу бы хотелось применить их на практике, если бы он знал, как правильно трактовать великого философа современности — Фёдора Алонкина. Какими бы простыми не казались его речи, под ними всё равно находился сто и один подтекст. Дома его ждал тот самый обед. Мама выставила перед ним две тарелки и улыбнулась. — Вот, сынок, кушай всё, — прежде чем уйти из кухни, она почти шёпотом добавила: — И прости за вчера. Прости за все разы, если сможешь. Дверь закрылась, а тарелка супа и пюре на второе остались нетронуты.