Хэллоуин в Граундсвиле

Стоило Лексу выйти за дверь, и Никси снова начало трясти. Страхи пронизывали до костей, тело требовало немедленно вскочить и бежать. Схватить Лекса и нестись без оглядки, пока они не покинут невидимую границу этого проклятого города. Он быстрым взглядом обвел комнату, прикидывая, как быстро собраться и свалить. Запихнул в чемодан свои шмотки и косметичку, не тратя время на аккуратное укладывание. Проверил ящики и тумбочки, сгреб вещи Лекса и пихнул их в сумку. Управился за десять минут — осталось только выйти из гостиницы и убраться отсюда подальше. Лекс принес ему пару фруктов, сказал, что перекусил внизу, и потащил собранные вещи по лестнице. Никси к фруктам не притронулся, обвел комнату взглядом в последний раз, убеждаясь, что ничего не забыл, и заметил черного кота за окном. Несчастная тварюшка жалась к стеклу, прячась от проливного дождя, и Никси, сжалившись, открыл для него створку. Кот недоверчиво просунул в щель морду, ступил на подоконник и отряхнулся. А потом, устроив свою волосатую задницу на сухом месте, довольно зевнул. — Мы уезжаем, а номер оплачен до завтра, — пояснил ему Никси, словно кот мог понять, — развлекайся. Кот потянулся, выгибая спину, и, соскочив на пол, потерся о его ноги мокрой шкурой. Никси поежился, сдерживаясь, чтобы не оттолкнуть мокрого, плешивого кота. Но, переборов себя, даже погладил ему нос, и кот с благодарностью мяукнул и лизнул ему пальцы. — Какой ты, оказывается, вежливый, а сначала мешался и доставал, — Никси улыбнулся. — Не скучай тут, — кинул он на прощание и бодро зашагал к выходу. Но не тут-то было — кот прошмыгнул у него между ног и пошел рядом. — Дурак, — буркнул Никси, но кот вряд ли его понял. Лекс на первом этаже вел милые беседы с принимающим их старичком. — Жаль, что уезжаете так рано, — сокрушался тот, — вечером ведь самое веселье начнется. Никси поджал губы, не собираясь отвечать. Именно — начнется веселье, где он запланирован главным блюдом. Уж лучше в этот момент оказаться где-то подальше. — Может, все же задержитесь? — предложил старичок. — Нет, — резко ответил Никси, не позволяя Лексу любезничать. — До свидания. И, не дожидаясь дальнейших разговоров, дернул ручку двери и вышел на крыльцо. Погода разгулялась и, очевидно, надеялась задержать их в этом захолустье. Дождь лил как из ведра, небо казалось темным, низким, наполненным свинцом. Несмотря на раннее утро, стояли сумерки, и то там, то тут виднелись всполохи молний. У Никси даже зонта не было, и стоило выйти из-под козырька гостиницы, как обувь и куртка промокли насквозь. Лекс, выбравшись следом с вещами, попытался прикрыть голову капюшоном, но тот в мгновение превратился в мокрую тряпку. — Вовремя уезжаем, — заметил он, — в такую погоду тут делать нечего. Никси не стал комментировать, что погода, скорее всего, испортилась именно потому, что он уезжал. Не хотел тревожить Лекса своими догадками — тот и так с трудом принял его признания о магии. До машины они добежали насквозь мокрые; Никси сразу запрыгнул в салон, стянул с себя куртку и обувь, надеясь, что Лекс включит отопление и он согреется. Лекс запихнул вещи в багажник, забрался на переднее сиденье, вставил ключ в зажигание и провернул. Но машина не издала ни звука. Он сделал ещё несколько попыток, подёргал рычаг передач и педали, потом с несчастным взглядом посмотрел на Никси. Никси отвернулся к окну, нервно кусая губы. Даже придумывать не нужно было, почему машина не заводится. Город и ковен напрочь отказывались их отпускать. Но он был готов уйти даже пешком — пусть промокнет, простынет, сляжет с воспалением лёгких. Зато дома, под заботой любимого альфы. — Я посмотрю мотор, ты, может, пойдешь погреться в гостинице? Никси с тоской посмотрел на приветливые двери гостиницы. Кажется, издеваясь, над зданием погода вдруг наладилась, и сквозь тучи проглянуло солнце, намекая, что ему там будет хорошо. Но Никси знал, чем это грозит им обоим: его опоят, а Лекса превратят в раба. Лучше не отходить от него ни на шаг. — Я с тобой, — уверенно заявил он и со скрипом засунул ноги в промокшие ботинки. Дождь усилился, лупил с силой, обжигая и без того замерзшую кожу. Стоять, спрятавшись под крышкой капота, удавалось с трудом. Уже через минуту Никси пожалел о своем решении. Его трясло, тело онемело от холода, а стучащие по спине и плечам капли пробивали насквозь, так что хотелось реветь. Он упрямо терпел, пока Лекс проверял мотор и карбюратор, ждал до последнего. Но когда альфа показал пробитый топливный насос, Никси просто не выдержал. — Я подожду в гостинице. — Конечно. Я постараюсь заменить его побыстрее, — пообещал Лекс. Он и сам продрог, несмотря на силу и рост, жался от холода и трясся. Никси было его жалко, но не настолько, чтобы остаться и мучить себя. — Постарайся не задерживаться, — шепнул он и коротко поцеловал его в губы, но Лекс остановил, чуть сжал в объятьях, словно показывая, что он все еще с ним. — Не бойся, я буду видеть всех, кто выходит и входит в отель, и смогу тебя защитить, — пообещал он. Никси благодарно кивнул и стремглав бросился к отелю. Забежал внутрь и судорожно выдохнул. Зал казался таким теплым, уютным и приветливым. Старичок на ресепшене встрепенулся и прибежал к нему с покрывалом. — Погода-то какая, — запричитал он, — сделать горячего чаю? Никси кивнул, но прикусил губу, понимая, что пить не будет. Этот старикашка наверняка тоже колдун и, возможно, сам подрезал им топливный шланг. Ведь даже не спросил, почему Никси вернулся. Но теплую чашку принял, сжал в ладонях, согреваясь о нагретую керамику. Главное — не пить, хотя из-за похмелья в горле пересохло так сильно, что он готов был пить из чайника кипящую воду. — Может, печенье? — продолжал заискивать старикашка. — Нет, — Никси спрятался под покрывало, не желая больше общаться. Под ноги забился черный кот. Никси настолько промок и замерз, что был даже рад такой поддержке, хотя терпеть не мог бездомных животных и боялся блохастых, облезлых тварей. Кот был теплым, тарахтел успокаивающе, и Никси даже расслабился, хотя помнил, что находится в тылу врага. Вдруг кот перестал мурлыкать. Его тело напряглось, уши насторожились. Он уставился на старичка за стойкой, который будто что-то перебирал в бумагах. Из горла кота вырвался тихий, низкий звук, больше похожий на рычание. — Тихо ты, — шепотом одернул его Никси, снова чувствуя, как по спине бегут мурашки. Кот повернул к нему морду. В зеленых глазах читалось не кошачье равнодушие, а странная, почти человеческая тревога. Он коротко ткнулся мокрым носом в его руку, а потом взгляд его снова метнулся к стойке, словно говорил: «Опасность. Он опасен». — Сам знаю, — буркнул Никси. Но не на улицу же идти? Минут через десять он отогрелся. Чай начал остывать и маняще поблескивал, отражая теплый свет ламп. Никси пару раз себя останавливал, чтобы не сделать глоток, и подумывал, где бы раздобыть неотравленную воду. Плед впитал часть влаги, и Никси выпутался из него, осматриваясь. Взгляд его зацепился за старую картину на стене, изображавшую знакомый замок. Высокие башенки, узкие бойницы — Никси уже все это видел. А потом ему показалось, что силуэты деревьев на полотне зашевелились, будто от ветра, а в одном из темных окон башни на мгновение мелькнуло бледное, испуганное лицо. Его собственное лицо. Никси резко моргнул. Картина снова была статичной. Галлюцинации. Хорошо бы это были просто галлюцинации от нервного напряжения и недосыпа. Холодный ком страха в груди лишь сжался туже. Он снова спрятался под плед. Заботливый старикашка включил радиатор и подвинул его к креслу Никси. На низком столике рядом заманчиво выстроились печенья и булочки. А ещё кувшин с водой. Никси осторожно глянул на старичка, придвинул к себе кувшин и принюхался. Немного пахло огурцами и лаймом, плавающими дольками внутри. Ничего приторно сладкого. Может, вода и не отравлена, но кто её знает. Он замялся, разрываясь между утолением жажды и страхом снова попасть в ловушку, и решил не рисковать. Словно услышав его мысли, кот выбрался из-под кресла и положил голову на столик. Может, тоже предлагал что-то съесть или выпить. Как же чертовски хотелось пить. Никси дрожащей рукой отодвинул от себя чашку с чаем и отвернулся от кувшина. — Никаких напитков, — пробормотал он, словно обращаясь к коту. — Мяк, — многозначительно ответил тот. — Это зелье вытравливает из меня Никси. Он и так не слишком плотно держался. А теперь — на последнем издыхании. Только Лекс — моя ниточка. Если его выпустить, я уже не вернусь. Вспомнив об альфе, Никси резко подскочил и прижался лицом к стеклу, пытаясь сквозь плотную стену дождя хоть что-то рассмотреть. Он с трудом отыскал их машину, определив только по цвету, но Лекса увидеть не смог. Не дождавшись просвета в безумном ливне, он набрал номер Лекса, но вместо гудков стояла тишина, и попытки дозвониться ни к чему не привели. Словно проклятый городок был отрезан от всего мира, и даже спутниковая связь перестала работать. — Черт! — зло воскликнул он, скинул с себя плед и подошёл к двери. Выходить не хотелось — погода не желала выпускать его на улицу. Но Никси необходимо было убедиться, что Лекс в порядке. Сжав зубы, он выскочил на крыльцо. Тут же над головой громыхнул гром и вспыхнула молния. Никси взвизгнул, схватился за ручку, желая снова спрятаться. Сердце колотилось с такой силой, что отдавалось болью в висках. Во рту пересохло, язык казался ватным и непослушным. Внезапный приступ тошноты охватил тело — организм отчаянно просил влаги, но разум кричал, что это ловушка. Он сглотнул горькую слюну, понимая, что дрожь, которую принял за холод, была чистым, неразбавленным адреналином. Он не просто замерз. Его трясло от ужаса. — Проверю Лекса и снова назад, — прошептал он себе. Прикрывшись промокшей насквозь курткой, как навесом, он добежал до машины. Сначала забрался в салон, чтобы перевести дух. Внутри было невыносимо холодно, пальцы немели, и Никси застучал зубами. — Зачем я вышел, — застонал он, но тут же шлепнул себя по лицу — он вышел проверить Лекса. Снова выбрался на улицу и обошел машину. Никого. Капот открыт, дождь заливал развороченное нутро, но никаких признаков альфы. Никси мимоходом глянул, что Лекс успел сделать — испорченный шланг был снят, замена лежала рядом. Но Лекс не закончил работу. И исчез. Его взгляд упал на лужицу у колеса. Среди стекающей с машины воды, там, где должен был стоять Лекс, на асфальте темнело пятно. Не масло, не бензин. Оно было гуще и... темнее. И, если приглядеться, медленно, почти незаметно, впитывалось в землю, словно дождь не мог его смыть, а сама земля поглощала. Кровь? Нет... просто тень, грязь... но сердце его упало в пустоту. Никси огляделся. Но сквозь плотную стену воды не увидел даже гостиницу. Казалось, дождь отрезал его от всего мира и украл Лекса, оставив Никси совсем одного. — Лекс! — закричал он, но не услышал даже собственного голоса. По макушке болезненно что-то ударило, и Никси, всхлипнув, спрятал голову под капот. — Лекс! — повторил он истерично, стараясь не зарыдать. Новые удары пришлись по рукам и ногам. Он глянул через плечо и заскулил — дождь сменился градом, и каждая горошина была размером с теннисный мяч. Он быстро закрыл капот и бросился к отелю. По крайней мере, надеялся, что побежал в правильную сторону. Стоило сделать несколько шагов — и отель проступил приветливым, теплым окном. Никси распахнул двери и спрятался от непогоды под крышей.