Меж звезд

Глава 11

"Бар у дороги" был заправочной станцией в двенадцати кликах от гравитационного колодца с относительно легким доступом к двум второстепенным летным маршрутам. Станция была в самой середине — насколько это вообще возможно — крифф-знает-где, и это делало ее идеальным местом для мусорщиков, охотников за головами и всех, кто ходил по краю законов Республики. Вот почему Сэм не станет кричать о том, что он джедай. В течение десяти часов, которые потребуются для заправки и установки последнего из необходимых Импале обновлений, Сэм будет притворяться исследователем, которому просто нужно подешевле долететь. Он даже взял с собой комплект повседневной одежды, которая соответствовала бы этой роли. Дин уверял, что если он наклонит голову и использует свои щенячьи глаза, то без проблем убедит кого угодно. В ту же минуту, как они миновали воздушный шлюз, Сэм решил, что ему не придется много играть. Он и так чувствовал себя не в своей тарелке. Станция была слеплена на скорую руку, с заплатками и нашлепками, разбросанными наугад. Она была так мала, что Сэм почувствовал себя странно стесненным; но ведь он вырос в городе размером с планету. Каждый свободный кусочек пространства здесь был забит всяким хламом и утилем, а размеры коридоров и комнат колебались случайным образом. Первоначальный дизайн был основан на четырех опорных объектах: баре, ремонтной мастерской, пункте снабжения и чем-то, что Дин называл комнатой для сделок Кроули. Они причалили к мастерской. Ею управлял ночной житель по имени Бенни. Дин, не взглянув ни на клыки, ни на полночный оттенок кожи, ни на щелки красных глаз, просто сгреб его в объятия и сразу начал вываливать, что ему было нужно. Сэм старался на них не смотреть. Дело было не в том, что ночные жители были более странными, чем любая другая раса, с которой он общался. Он просто не ожидал, что Дин будет так открыт с этим человеком. Они явно были хорошими друзьями. Тот факт, что Дин доверял Бенни Импалу, говорил многое, даже если Сэм не видел, как они раньше общались. Несмотря на то, что он чувствовал, что знает Дина, и они провели большую часть недели только в компании друг друга, на самом деле Сэм никогда не видел, как Дин общался с кем-то еще. Возможно, близость, которую он чувствовал, была оттого, что Дин вел себя так со всеми вообще, или, по крайней мере, со всеми, кто не пытался засунуть его за решетку. Дин снова оказался перед ним. На мгновение Сэм подумал, что он обнимет его за плечи или возьмет за руку. Но Дин только остановился и махнул ему рукой, чтобы шел следом. Сэм проигнорировал, как екнуло сердце. Когда они поровнялись, Дин заявил, что ему нужно выпить, и повел их через ряд промышленных переходов к центру станции. Название станции дали собственно бар и закусочная. Тут было солидное, хотя и простое меню и еще пара комнат для тех, кто хотел еще каплю роскоши на время остановки или застрял посреди черноты. Бар умудрялся казаться симпатичным даже с прикрученными к полу столами и стенами, едва прикрытыми обшивкой-сеткой, скрывающей провода и трубы. Освещение промышленными фонарями смягчали бумажные экраны и приглушала ткань. Она свисала с потолка, затеняя комнату приглушенными красным и желтым. Здесь уже кое-кто был, — не слишком удивительно, ведь тут не было никакого "день и ночь" из-за транзитной природы этого места. В зале были светловолосый человек, девушка примерно их же возраста, а также они сами, прибирающиеся на одном из столов. Дин бросил девушке улыбку и направился к бару. Сэм понял: он чувствовал себя здесь как дома, — так же, как и на корабле. — Дин! — Женщина за барной стойкой тоже была человеком, и ей было хорошенько за сорок. Девушка же была достаточно похожа на официантку, так что Сэм предположил, что эти двое родственницы. Женщина поприветствовала Дина улыбкой и покачала головой: — Я думала, ты закончил крутиться у воронки. Дин наклонился вперед, опираясь на локти: — Я что, не могу прийти в гости? — В день, когда ты явишься просто так, я брошу пить. — Она, не спрашивая, налила ему. — Так что на этот раз, кто твой груз? Сэм кивнул, но от рюмки отказался. — Это Сэм. Он гик, который забронировал проход на какой-то форпост, а тут короткий путь. Женщина наклонилась вперед и протянула руку: — Приятно познакомиться, Сэм, я Эллен.

Глава 12

Они заняли маленький круглый столик, спрятанный в углу. Дин развалился в кресле, часто наклоняясь к бару, если Эллен не обслуживала кого-то другого. У него был целый список людей, о которых нужно было спросить, и сплетен, которые он мог разузнать. Дин старался держать Сэма в курсе событий — рассказывал ему, как познакомился с теми, о ком они говорили, или выкладывал ключевые детали, без которых истории делалось невозможным понять. Сэм просто потягивал воду. Он все время пытался убедить себя, что благодарен Дину за то, что тот вообще взял его с собой. Ревность была ужасным чувством, и он должен быть выше нее. Пока что это не срабатывало так хорошо, как ему бы хотелось. Чуть позже к их разговору присоединилась светловолосая официантка. Сэм узнал, что ее зовут Джо. Она была единственной дочерью Эллен и росла как своего рода талисман их маленькой крепости. Она знала здесь каждый уголок и щелочку и утверждала, что летает лучше, чем половина мусорщиков, которые к ним причаливают. Когда она сняла фартук и дала знак Эллен, что взяла перерыв, Дин даже встал. Он притянул ее к себе и обнял. Когда же он наконец выпустил ее, посадил на стул рядом и, приобняв за плечи, начал расспрашивать о жизни, Сэм обмяк там же, где сидел. До него дошло. Джо была его девушкой. Это объясняло, почему они остановились именно здесь. А с ним Дин был просто дружелюбен. Никакой лишней ласки, ничего необычного. Сэм должен был заметить это раньше. То, как он представил ему Эллен и Бенни. По Дину было явно понятно, нравился ему кто-то или нет. Сэм ему нравился, но это не делало его чем-то большим. Сэм натянул улыбку, когда Дин махнул на него рукой, пересказывая ту же историю, которую рассказал ранее Эллен. Как он столкнулся с Сэмом, когда требовал награду, как согласился доставить его туда, куда ему нужно. На самом деле Сэм не слушал. Все, что он мог слышать, — звон в ушах. Он посмотрел на свой стакан с водой. Он не должен был чувствовать разочарования. Он ничего не должен был чувствовать. Это ничего не значило. Он допил свою воду. Встал, пошел в туалет. Вернулся и выпил еще воды, пока Дин медленно пьянел. Тот, казалось, решил, что Сэму не по душе разговоры, и перестал пытаться втянуть его в беседу. Когда в зал вошел темнокожий мужчина, Сэм едва поднял глаза. В баре было затишье, — кроме них был занят только еще один столик, поэтому мужчина без сопротивления занял центральный. Эллен была в подсобке, поэтому Джо вздохнула и, снова надев фартук, достала планшет, чтобы принять его заказ. Сэм не видел, что он сделал, чтобы разозлить ее, но пощечину, которую она дала ему по лицу, он услышал. Мужчина схватил ее за руку, и Дин вскочил на ноги. Черт, Сэм действительно был не в себе. Он должен был почувствовать его враждебность. Он ведь даже не мог списать невнимательность на выпивку, — он пил только воду. — Заткнись, Гордон. — Дин встал перед задирой, и тот с радостью отпустил Джо, чтобы толкнуть его. — Тебе есть что сказать, Винчестер?! — Давай. Начинай. Я вытру тобой пол, как в прошлый раз. Эллен демонстративно уронила на пол коробку, которую вытащила из подсобки. Что-то в коробке грохнуло, эффектно привлекая всеобщее внимание. Когда все глаза были устремлены на нее, она уперла руки в бока и нахмурилась: — Я знаю, что ты ничего не собирался начинать в моем баре. Я знаю, что вы оба это знаете. Дин сделал шаг назад, потемнев лицом: — Он сделал Джо больно. Что, конечно, запустило все снова. Мужчина, Гордон, схватил Дина за рубашку. Дин извернулся и отправил кулак ему в живот. С этим Гордон справился и схватил Дина за руку, скручивая ее в захвате. Сэм рассвирепел. Вскочив на ноги, он потянулся к Силе, когда Эллен шагнула вперед. Он не видел, как, но она встала между Дином и Гордоном и заставила их обоих отступить на шаг назад. — Я знаю, что ты недостаточно выпил, чтобы так себя вести, Дин. А ты, Гордон... Я знаю, ты помнишь: у тебя последний шанс. Еще раз что-нибудь начнется, и я прослежу, чтобы ты больше никогда сюда не причалил. Дин все еще выглядел готовым к драке. Эллен бросила на него предупреждающий взгляд и навела на него палец: — Не дави на меня, Дин. Тебя тоже могу наказать. Гордон отвернулся и схватил свою куртку со стола. — Не стоишь ты того, — нарычал он на Дина, но тот только закатил глаза и показал грубый жест в ответ. Эллен подняла коробку и сунула ее Дину в грудь, прежде чем он успел начать бахвалиться. — Если у тебя достаточно энергии для драки, то и для помощи с инвентарем — тоже. Дин посмотрел на коробку. Попытался возразить, но Эллен бросила на него взгляд, и он замолчал. Она указала на дверь, и он ушел. Сэм поймал себя на том, что улыбается, глядя, как надулся Дин. У него, конечно, никогда не было семьи, но у него была Ми'ззу Ри. Она относилась к нему, как к сыну, поэтому он знал, чего ему теперь не хватает. Дин так крепко молчал о своей семье, что Сэм предположил, что у него ее нет. Теперь стало ясно, что семья Дина не заканчивается кровью. Может быть, когда-нибудь Дин устанет от скитаний. Вернется на эту маленькую станцию, женится на Джо, примет бар у Эллен, будет проводить свободное время, ремонтируя за небольшие деньги корабли. Не самая славная из концовок, но определенно хорошая. В это время Сэм будет в храме или, может быть, на одном из аванпостов Республики. Он будет учить, или учиться, или помогать в чужих делах. В тот момент это казалось худшей судьбой в мире. — У тебя такое лицо, что я чувствую себя просто обязанной предложить тебе выпить еще, — рядом с ним на сиденье скользнула Джо. — Что-то не так? Если дело в драке, то не нужно беспокоиться. Здесь такое все время происходит. Сэм повел плечами: — Нет, не совсем. Просто это место. Вы с Дином. Я знаю, что я посторонний, но у меня такого никогда не было. Джо ожидающе смотрела на него, как будто у него должно быть продолжение. — Как я уже сказал, ничего такого. Она покачала головой: — Я все еще застряла на «мы с Дином». Если бы ты был местным, я бы тебя уже вырубила за то, что ты намекаешь на то, на что, по-моему, ты намекаешь. Что, честно говоря, вообще не имеет смысла, если это он тебя сюда притащил... Сэм запутался в линиях на карте своих мыслей. Попытался переписать их: — Извини. Что? — Мы с Дином никогда не были вместе. Он мне как старший брат, я просто не воспринимаю его в этом смысле, — Джо пожала плечами и откинулась назад, закинув руку на спинку стула. Понимающая улыбка расплылась по ее лицу: — Что? Испугался, что ты остановка на одну ночь? Дин, может, и болтун, но он не настолько жестокий. Сэм почувствовал, как ярко покраснело лицо, и неосознанно начал заставлять себя дышать ровнее. Джо откинула голову назад и рассмеялась: — О, вы, городские мальчики, такие милые! Она снова наклонилась вперед и заговорила тише: — Слушай, я его знаю. Он будет льстить тебе, пока не получит все, что захочет, и в постели и просто так, но тот факт, что он летает с тобой, значит очень много. Он ненавидит пускать людей на свой корабль. Связь Сэма с Силой ощущалась на коже как удары статическим электричеством. Лицо было таким горячим, что он не удивился бы, обнаружив, что у него на самом деле поднялась температура. Когда он наконец смог говорить, то срывался и спотыкался: — Я... Мы никогда... дело не в этом, я имею в виду... у него не было особого выбора. Сжалившись над ним, Джо побежденно подняла руки: — Ладно, как скажешь. Просто помни, что я сказала. Она поднялась на ноги как раз в тот момент, когда Дин вернулся в зал. Сэм попытался спрятаться за стаканом воды, но поднятая бровь Дина сообщила ему, что это не сработало.

Глава 13

В конце вечера Сэму пришлось нести Дина обратно в Импалу на себе. Бенни еще не спал; он покачал головой и, когда Сэм попытался извиниться, тихонько усмехнулся: — Никаких проблем, брат. Просто скажи Дину, когда проснется, что он мне должен. — И все. Сэм почувствовал себя немного виноватым. Если они погибнут из-за будущего трюка, ни Бенни, ни Эллен не получат своих денег. Он сгрузил Дина на койку и набросил на него одеяло. У него сейчас было такое мягкое выражение лица, и на носу теплом выступали веснушки. Было в нем что-то такое... Силе нравился Дин, и Сэм не был уверен — из-за него это было или нет. Каким-то образом его разум зацепился за Дина и выбрал своим проводником, или наоборот: Сэм видел Дина, потому что вокруг него были клубилась Сила. Существовали люди — харизматичные лидеры, мыслители, изобретатели, исследователи, которые просто нравились вселенной. С ними случались разные вещи, и в невозможных ситуациях они всегда оказывались на высоте. Было легко поверить, что Дин может быть одним из таких людей. Под таким углом участие Бенни, Эллен и Джо было больше похоже на молчаливый вотум доверия. Даже с этой успокаивающей мыслью ему потребовалось некоторое время, чтобы заснуть. Во сне Дин сидел, скрестив ноги. Полуприкрытые глаза смотрели на миллионы вращающихся звезд. Сэм ждал, что Дин встанет и вытащит его с планеты, но на этот раз он, казалось, даже не заметил его. Проснувшись, Сэм обнаружил, что корабль уже движется, хотя, судя по гудению двигателей, Дин не торопился. Натянув тунику и выскользнув из постели, Сэм оглядел общий зал. Он нашел Дина, только когда просунул голову в рулевую рубку. Дин, или, может быть, Бенни, изменили расположение панелей. Импала была спроектирована для основного пилота и для одного или двух вторых пилотов, и элементы управления были расположены довольно свободно, учитывая размер и конструкцию корабля. Так было менее запутанно для неопытных или рассеянных пилотов. Теперь же — не только никаких поблажек в расстановке панелей управления, но вдобавок все они были расположены так, что второго пилота было просто некуда посадить. У кресла первого пилота больше не было спинки, и его окружали панели переключателей и индикаторов. В дополнение к иллюминаторам было установлено еще шесть голографических экранов, чтобы обеспечить видимость со всех сторон. Дин был в центре всего этого. Он сидел, выпрямив спину, свободно по бокам опустив руки. Потянувшись, он коснулся переключателя, не щелкая им, а словно напоминая себе, где тот находится. Затем сделал то же самое с другим и третьим. Держа руки на ручках тяги, он повернулся так, чтобы видеть набор показаний справа, и провел пальцами по ручкам двигателей-стабилизаторов. Это было похоже на медитацию; или на боевое искусство. Медленный танец, отрабатываемый снова и снова, въедающийся в мозг, чтобы позже не пришлось думать. Если бы это был кто-то другой, — любой другой корабль, — Сэм сказал бы, что этих приготовлений слишком мало и слишком поздно; приборы показывали, что они находятся в четырех часах от УВ-2. Вот только это были Дин и Импала, и Сэм мог чувствовать Силу, идущую рябью с каждым движением его руки или поворотом головы. Дин делал корабль такой же частью себя, какой было его, Сэма, собственное оружие или тело. Это было то, с чем могли быть проблемы и у Мастера-джедая, но не у Дина... Он собирался отступить и дать Дину сосредоточиться, когда тот заговорил: — Если хочешь, иди поешь сейчас. Мне может понадобиться вторая пара рук, когда ситуация усложнится. Сэм покраснел — от того, что его поймали на том, что он пялился, и от мысли, что Дину может понадобиться его помощь. Он последовал совету и пошел перекусить, пока еще было время.

Глава 14

Сэм чувствовал её. В Силе черная дыра ощущалась мерой, уравновешивающей все. Никто ничего не мог с ней поделать, и в конце концов она поглотит все. Это был механизм конца. Он не делал ее злой — ничего неприятного в чувстве. Это был своего рода белый шум, который ждал где-то позади — еще более тихий, чем шум притяжения, которое Сэм мог почувствовать от двигателей корабля. Они просидели на УВ-0.5 почти двадцать минут, прежде чем Дин стал доволен. Затем он сказал Сэму сесть позади него — в дверном проеме. Как только тот пристегнулся, Дин протянул руку к панели и отключил передние двигатели. Это было свободное падение — без места для приземления, без сопротивления воздуха, без верхней границы скорости. Импала перешла от неподвижности к трети скорости света за двадцать секунд, затем удвоила ее еще за десять. И все — с выключенными главными двигателями. Им нужно было сэкономить как можно больше топлива, чтобы выбраться. Они падали с той же скоростью, что и все остальное, поэтому сначала им даже не нужны были стабилизаторы, чтобы уклоняться или петлять. Дин убрал руки с рычагов управления и включил датчики дальнего действия, повернув их на шестьдесят градусов от нормы. На этом уровне выброса обломки все еще были редки, но дальше они врезались друг в друга и разваливались, а обычное бесконечное пространство между ними превращалось в ничто. Компьютер начал прокладывать курс через обломки, но Дин махнул рукой, и показания отключились. Импала была хороша, но она обсчитывала слишком много переменных. Расчет всех различных траекторий слишком сильно нагрузил бы системы и потенциально мог вызвать задержку в механике; она могла стать для них фатальной пугающе быстро. Но не то чтобы Дину нужна была помощь. Прежде чем Сэм даже смог раскинуть свои чувства достаточно далеко, чтобы нащупать путь, Дин толкнул корабль в спираль, которая провела их вокруг самого большого скопления и ещё глубже в гравитационный колодец. Дин был асом полёта. Первые полчаса он заставлял выглядеть все простым, а затем они перешли на УВ-2, и корабль запел вокруг них — настолько напряжение натягивало корпус Импалы. В идеальном мире они бы провели три с половиной часа относительного времени на УВ-2, прежде чем спуститься до УВ-3 ещё на один час относительного времени, а затем выскочить. Они учли и дополнительное время, потому что не летели по прямой. Осколки пролетали все ближе. Сэм старался не смотреть на указатель уровня топлива. Сэм доверял Дину. Он напоминал себе об этом — снова и снова. Раскинув чувства по всему кораблю, он увидел, как два куска камня падают на них, и молча призвал Дина двигаться — вверх и в сторону. Им придётся изменить курс. Камни летели прямо на них. Дин, давай, двигайся. Дин крутнулся между двумя кусками размером с планету за мгновение до того, как они столкнулись, разлетевшись на куски и падая. Сэм снова смог вдохнуть. Дин провел их через облако газа, которое когда-то могло быть краями звезды, или хвостом кометы, или просто чем-то, что уже распалось и продолжало падать в том же относительном пространстве. Некоторое время у них был свой собственный кометный след — пока они не обогнули с полдюжины маленьких лун, которые все еще пытались вращаться по орбите планеты, которой больше не существовало, и не утащили его за собой. Затем перед ними появился корабль. Он был большим, но явно старым и ещё явно заброшенным. Все, кто им управлял, были мертвы или давно сбежали. Корабль-мусорщик пытался оторвать от него кусок корпуса. Дин выругался и ударил по панелям, чтобы вывести их в зону действия связи. — Хотят достать. — Что? — Черный ящик. Сэм кивнул. Черный ящик пропавшего корабля стоил бы небольшого состояния. Даже с продвинутыми технологиями всей галактики не было никаких шансов на восстановление этого корабля, но производители пожелают знать, было ли дело в технической проблеме. Или в пассажирах. — Они не отвечают на мой вызов. Мы не можем остановиться — тогда не хватит топлива, чтобы развернуться. — Ладно, — согласился Сэм, но в тот же момент потянулся, указывая и рукой, и Силой. Дин заметил это краем глаза и снова скорректировал курс, чтобы провести их мимо, все так же падая по широкой дуге. Сэм нашел кусок искореженного металла, который мусорщики пытались вытащить, и выдернул его. Затем потянулся дальше внутрь заброшенного судна, отцепил черный ящик и отправил его в сторону мусорщика, понадеявшись, что этого будет достаточно, чтобы те убрались оттуда. Вернувшись к Импале, Сэм почувствовал Дина. До этого он смотрел наружу, растягивая свои чувства так далеко, как только мог, в тщетной надежде сделать хоть что-то. Он не заметил, что сознание Дина просачивается сквозь корпус Импалы; он просто знал, что Дин готовится сделать, но не понимал этого явно. Дин обводил их вокруг еще одного куска скалы, и Сэм подобрался к тому месту, где мог его почувствовать, поближе. Он узнал, что Дин улыбается, еще до того, как повернул голову, чтобы посмотреть. Он чувствовал, как возбуждение, страх и усталость медленно наползают на Дина. Дин поднял глаза и поймал взгляд Сэма в отражении одного из экранов. Сэм уже делал это раньше — касался разума другого человека. Во время тренировок и в одном редком случае — в поле. Он знал, как при необходимости защититься и знал, как не позволить себе быть затянутым в чужую голову, когда раскрывал щиты. На этот раз его ментальное «я» открылось без колебаний. Радость вспыхнула на коже и залила светом все чувства; он почувствовал еще одно сердцебиение, как свое собственное, еще одно множество эмоций рядом с собственным. Дин потянулся к нему, неуклюжий и нетерпеливый. Он ахнул из кресла пилота; руки обмякли на рычажках управления. У него не было никакой подготовки, Дин и понятия не имел, как легко будет потерять себя. Погружение в разум другого человека могло быть опасным, даже если ты не пытаешься пролететь через гравитационный колодец черной дыры. Образы заполнили разум Сэма. Человек с седой бородой, помеченный как Папа, и множество смешанных эмоций, тянущихся за ним. Серп планеты с какой-то далекой луны, зеленый и синий над мёртвым ландшафтом. Голос, шепчущий ему, чтобы он уснул. Бластер, горячий в руке, пока он хватал ртом воздух. Они принадлежали Дину, и Сэм попытался оттолкнуть их, попытался отстраниться, даже если в действительности он этого не хотел. Часть его знала, что он мог бы впустить Дина, проживать его воспоминания и счастливо сплетать их души вместе, пока они не будут убиты давлением. Они ничего не почувствуют. Сэм заставил себя увидеть кабину. Дин впереди, экраны, выстроившиеся вокруг него, управление в руках. На экране по правому борту мигнул красным — траектория столкновения — кусок лунного камня. Страх обрушился на него снова. (Когда только ушел?) Дин почувствовал его испуг и направил свой разум наружу, рыча на все, что осмелилось угрожать тому, что принадлежало ему. Сэм рванулся, заставляя кусок камня затормозить. Он врезался в него, разбивая по всем линиям разлома, которые только смог найти. И Дин был с ним вместе — дернул за дроссель двигателя и заставил их закрутиться, когда Сэм открыл путь. Один из показателей изменился с синего на красный. Сэм знал из разума Дина, что это значит — они достигли нужной точки. Дин щелкнул несколькими переключателями. Они повернули, и двигатели заработали на полную мощность. Весь импульс, который сотрясал корабль, толкая его с скоростью, на которую он едва ли вообще был рассчитан, теперь выводил их из ловушки, в которую они добровольно влезли. Внезапно экраны, которые в основном были молчаливыми, начали кричать. Дюжина различных кусков мертвых миров падала прямо на них. Теперь, когда они не плыли по течению всего остального, количество времени, чтобы среагировать, сократилось на порядок. Грудь Сэма снова сжалась от страха, но Дин был рядом, успокаивая его и ища путь, который, — он знал, — будет свободен. Дин прочертил ими кривую, и Сэм увидел его глазами силуэты кусков камня и путь, по которому они пройдут. Путь, по которому Дин пройдет. Сэм потянулся вперед и оттолкнул один из астероидов в сторону, словно отодвинул ветку в густом лесу. Дин усмехнулся, и снова Сэм больше почувствовал это, чем увидел. Вместе они выжали еще немного мощности из двигателей. С каждой минутой было немного легче: немного меньше давления, немного меньше препятствий с чуть меньшими скоростями. Когда маленький дисплей на панели, показывающий уровень выброса, щелкнул до нуля, Сэм не мог не рассмеяться и не закричать от радости. Дин смеялся и кричал вместе с ним. Убедившись, что они находятся на безопасном расстоянии, он подтвердил курс, включил автопилот и с широкой улыбкой обернулся. Осторожно разделив их разумы, Сэм отстранился. Это было опасно. Им повезло. Как тот, у кого было больше подготовки, это должен был сделать Сэм, — и убедиться, что никто из них не потеряется в чужих мыслях. Это было намного сложнее, чем должно быть. Они так хорошо подошли друг другу, — как две детали, со щелчком вставшие на место. Сэм никогда так себя не чувствовал, и вдобавок ко всем чувствам, с которыми он боролся с тех пор, как встретил Дина... Пришлось сглотнуть и заставить себя дышать спокойнее. Дин этим не обеспокоился; он тяжело выдыхал, сверкая глазами. Дико — в том смысле, который Сэм только что узнал и отказался позволить себе хотеть. Дин шагнул вперед. Сэм отступил назад; освободив проем двери, отвернулся к своей каюте. Это было, возможно, самое трудное, что он когда-либо делал.