Сон заблудшего духа

      Джейс              Виктор растягивает конечности, нежась внутри гамака. Хвост лениво оплетен вокруг ноги, уши подрагивают — не от ветра, а от желания сделать вид, будто не слышат голос Джейса.       — Вик, ты же не собираешься пролежать в гамаке всё утро, — слышится над ним.       Голос Джейса не раздражённый, скорее… терпеливый. Смешанный с какой-то странной мягкостью, от которой у Виктора щекочет где-то под кожей. Он зевает, лукаво приоткрывая один глаз.       — Как будто это возможно? — ворчит он лениво, но с весёлой искоркой. Хвост лениво расплетается, шурша по ткани гамака.       — Собирайся, — Джейс кидает ему скатанную футболку, она падает прямо на лицо. — Кейт говорит, что сегодня мы попробуем что-то новенькое.       — Что-то новенькое, — эхом повторяет Виктор, распутывая хвост и медленно поднимаясь. — Я бы меньше беспокоился, если бы это сказала Амбесса.       Виктор натягивает футболку, выныривает из гамака и резко встряхивает головой. Хвост хлестает воздух. Джейс невольно задерживает взгляд — на изгибе спины, на спокойной силе в движении.       — Ты опять уставился, — говорит Виктор с полуулыбкой, тонкой, но колкой. Почти кокетливо. Его глаза по-прежнему щурятся лениво.       Он отводит глаза резко, смущаясь. Фыркает, будто отгоняет мошку. Виктор немного наблюдает за ним с ноткой любопытства.       — Тебе показалось, — бурчит Джейс, чуть сдвигаясь в сторону.       — Угу, — тянет Виктор, ничего больше не говоря.       Виктор приближается, разминая плечи, расчесывая пальцами копну пушистых волос, и вдруг заинтриговано наклоняет голову набок.       — Эй, Джейс, можно задать тебе вопрос… — в голосе тень насмешки, но глаза смотрят с неподдельным интересом. — Личный.       — Конечно, спрашивай, — отвечает Джейс.       Он даже не моргает. Но Виктор слышит, как тот чуть задерживает дыхание.              — Ты… когда-нибудь был в паре?       — Был, — отвечает он после короткой паузы. — Давно.       — Кто? — Виктор не отступает, хотя и говорит мягко. — Альфа? Омега?       — Бета, — Джейс поворачивается к нему. — Она была… хорошая. Просто мы хотели разного.       — Мне жаль, что так вышло, — говорит Виктор после паузы.       — Не стоит, — Джейс пожимает плечами. — Это давно в прошлом.       Виктор наклоняет голову, как будто соглашается.       — Почему ты решил задать этот вопрос? — наконец спрашивает Джейс, слегка нахмурившись.       — Пытаюсь выяснить, действительно ли ты дожил до тридцати с лишним и ни разу ни в кого не вцепился зубами, — ухмыляется Виктор. — Бета многое объясняет.       — Объясняет, что именно?       — Твоё отношение к тсахейлу, — Виктор подходит ближе, их разделяют всего пара шагов.       — А что с ним не так? — Джейс пытается понять.       — Ну, — Виктор берёт в руки кончик косички, разглядывая тонкие светящиеся нити. — Я знаю, ты думаешь, что между нами теперь что-то вроде… неразрывного канала. Что связь как-то… живёт. Или растёт.       Он замолкает, давая Джейсу возможность ответить. Но тот молчит. Только напрягается, чуть слышно выдыхает через нос.       — Тсахейлу — это не… укус альфы и омеги, — продолжает Виктор. Его голос теперь мягкий, почти шепот. — Это просто очень плотный временный контакт двух нервных систем. Небольшой акт интимности между партнёрами, символическая близость. Синхронизация. Красивая, но временная.       — И ты мне говоришь об этом, потому что… — Джейс смотрит внимательно на то место, где пальцы Виктора держат его косу, а потом переводит взгляд на лицо Виктора.       — Потому что ты много думаешь об этом, — Виктор смеется и закидывает его косу на плечо.       — Ничего я не думаю. С чего ты это взял? — Джейс встаёт в позу.       — Ну конечно, — протягивает Виктор, будто не верит.       — Что насчёт тебя? Альфа, омега, бета?       Виктор тянется и театрально хрустит шеей. Он медлит с ответом, будто раздумывает, стоит ли вообще говорить. Но Джейс смотрит настойчиво — не давит, но ждет. И это, как ни странно, честнее, чем всё, что Виктор получал за всю свою жизнь от «вежливых» альф.       — Альфа, — говорит он наконец, чуть поднимая подбородок. — Мы укусили друг друга, а потом ублюдок умудрился разбиться на байке.       В его голосе уже нет горечи — только усталость, обтесанная временем и разочарованием. Он делает паузу, позволяя Джейсу переварить.       — И ты…       — Пережил это, как полагается приличному омеге. Тело просыпалось и скулило, я почти потерял рассудок. Ещё несколько лет ушло на то, чтобы след исчез.       Джейс, похоже, не знает, что сказать. Его лицо сдвигается на пару миллиметров в сторону тревоги, но он держит себя в руках.       — Так что… — Виктор усмехается и поворачивается к нему вполоборота. — Тсахейлу? Если бы он имел хоть половину той власти, которую ты ему приписываешь, то мы были бы уже в другом месте.       — И всё это время ты решил ничего мне не говорить. Ты… — Джейс качает головой и чуть хмыкает. — Наслаждался этим, не так ли?       — Я думал, ты разберёшься сам, — Виктор пожимает плечами. — Или, если совсем честно… я хотел посмотреть, как долго продержится это выражение на твоём лице, полное сомнений и неразгаданных тайн.       Джейс усмехается, почти против воли. Его лицо расслабляется на пару секунд, прежде чем снова собраться.       — Так ты просто наблюдал?       — Я — ученый. Мы этим и занимаемся, разве нет? Ничего личного, Джейс, профессиональная привычка.       Джейс качает головой, но в его взгляде нет злости. Он улыбается, немного устало, но искренне.       — Ты невыносим.       — Это ты избегаешь меня в реальном мире. Кто из нас невыносим? — добавляет Виктор.       — Я тебя не избегаю, — Джейс отвечает быстро, но голос звучит сдавлено. — Просто… многое сбивает с толку.              Виктор задумывается над чем-то и опускает взгляд, потом разворачивается и неспешно идёт к выходу. Джейс остаётся, провожая его взглядом.       

***

       Аватар Скай — чуть ниже остальных. Уши подрагивают с нетерпением, хвост ходит из стороны в сторону, как маятник на взводе. Коса собрана в низкий пучок, кожа чуть темнее стандартной палитры, с тонкими белыми метками вдоль ключиц.       — Наконец-то. Я уже думала мне придется за хвосты тащить вас сюда.       — Видишь, что ты натворил? — Джейс наклоняется чуть ближе к уху Виктора. — Скай на нервах, потому что кто-то долго спал.       — Заткнись и иди, — усмехается Виктор, толкая его в спину легонько.       Они подходят ближе к взлетной площадке. Несколько коробок с грузом сложенно с края. Небольшой черный транспортер зависает в воздухе, слегка раскачиваясь над стальными плитами. Он выглядит как гибрид вертолёта и шершавого металлического насекомого: прозрачная кабина, массивные поворотные лопасти, обвесы с закреплённым снаряжением по бокам.       На борту суетится девушка в комбинезоне. Красные волосы выбриты с одной стороны и торчат асимметричным ёршиком с другой, на лице — широкая, усталая, но абсолютно живая улыбка.       — Эй, эй, учёные! — кричит она, когда замечает их. — Кто из вас добровольно возьмёт самое тяжёлое дерьмо?       — Знакомьтесь, — кивает Кейт, стоящая у края платформы с планшетом. — Вайлет. Наш пилот и беда на двух ногах.       — Моя старая добрая подруга Кейт, и почему я не скучала… — фыркает Вайлет, спрыгивая вниз и протягивая Джейсу тяжёлый кейс из общей кучи. — Держи. И смотри, не урони. Тут сенсоры на полмиллиона.       — Полмиллиона чего? — отвечает Джейс, перехватывая кейс.       — Не умничай, красавчик. А то ещё один добавлю, — щёлкает пальцами Вайлет.       Скай уже на борту, проверяет терминал, пальцы бегают по сенсорной панели. Вертушка гудит под ногами, плавно качаясь, как живое существо.       — Разрешение на вылет получено. Коммуникация с базой стабильна. Подключаю мониторинг окружающей среды, — отзывается Скай.       — Сколько у нас времени на всё про всё? — Кейт кладёт планшет в сумку, заглядывая в кабину транспортера.       — До сумерек.       — Значит нам хватит времени пройтись немного глубже в джунгли. Я хочу уйти подальше от базы, — Кейт кричит Вайлет. — Знаешь мой старый маршрут?       — Чертовски хорошо. Берём курс на ностальгию, доктор Кирамман?       — Только не свети ЦУПу, куда направляемся.       — Любой каприз.       Дрон слегка вздрагивает, когда двери герметизируются. Внутри пахнет металлом, пластиком и чем-то резким — техническим, острым. Джейс устраивается у креплений ближе к кейсам со сканерами.       — Что вы, котята? — Кейт оглядывает их. — Готовы покорять джунгли?       — Так точно, мем, — отзывается Джейс. Кейт хмыкает и мягко хлопает его по плечу.       — Вайлет, заводи птичку, — командует она, усаживаясь рядом.              — Принято. Птичка взлетает. Тот, кто не пристегнулся — сам виноват.              Вибрация в полу усиливается. Тренировочная база остаётся позади, впереди раскидываются изумрудные джунгли, плавно тонущие в тумане. Джейс всё ещё сидит с прямой спиной. Он будто собран в комок, взгляд упрямо направлен в иллюминатор, челюсть чуть сжата. Но он чувствует — кожей, затылком, внутренним чутьём — Виктор смотрит на него. Открыто. Спокойно. Даже не делает вид, что занят чем-то другим.       — Хватит, — выдыхает Джейс, не поворачивая головы.       — Что? — спрашивает Виктор, и голос его звучит слишком невинно.       — Смотреть так. Словно… ты всё знаешь, — отвечает Джейс сдержанно, почти устало.       — Я ничего не знаю, — спокойно, даже мягко, говорит Виктор. — Я просто… смотрю.       Дрон внезапно слегка накреняется вбок, едва ощутимо — как будто его поймал воздушный поток. В ту же секунду голос Скай прорывает ровное гудение приборов, сжимая передатчик на шее:       — Ребята, подойдите ко мне. Вы не пожалеете.       Джейс удивлённо моргает. Виктор уже двигается — без лишних вопросов. Он поднимается с лавки, обходит закреплённый кейс и, упершись рукой в потолок, приближается к краю у выхода. Джейс встаёт рядом, всё ещё не понимая, в чём дело.       И тогда они оба видят.       Внизу, между отвесных скал, как будто из самого позвоночника планеты, вырывается водопад. Радужные переливы струятся по каскадам воды, солнце пробивается сквозь пар и рисует цветные круги прямо в воздухе. Не просто поток — сверкающая река, падающая с чудовищной высоты в чашу, окутанную туманом.       — Это… — выдыхает Джейс, не в силах закончить. Его голос теряется, растворяясь в грохоте воды.       — Я видел фотографии, но в живую это… — полушёпотом говорит Виктор, не отрываясь от вида.       — Совсем иначе, — улыбается Джейс, заканчивая предложения за них двоих.       — Осторожнее, чёрт побери! Эти аватары стоят кучу денег! Если выпадете, то будете расплачиваться до конца жизни.       — Стоим как вкопанные, доктор Кирамман, — отвечает Виктор, не поворачиваясь. Его хвост слегка касается пола, балансируя.       — Это… охренеть, — наконец выдыхает Джейс.       

      ***

             — Природная терраса, над обрывом, — говорит Скай в микрофон. — Под наклоном, но стабильно.       Дрон снижается. Рев моторов глушится, превращаясь в ритмичное жужжание, будто машина затаила дыхание перед посадкой. Джунгли под брюхом транспорта приближаются. Ветви изгибаются от потоков воздуха.       — Моя любимая формулировка, — мрачно комментирует Вайлет, когда дрон зависает в воздухе, стабилизируя курс. — «Под наклоном, но стабильно». Класс.       Опоры мягко касаются земли. Лопасти замирают. Гул сходит на нет. Воздух хлещет в лицо — тёплый, влажный, как парная простыня. Липнет к коже, ударяет в лёгкие. И тут же — шум: хор насекомых, щелчки, птичьи крики, стрекот, вздохи невидимых существ в глубине леса.       — Джунгли приветствуют вас, — улыбается Кейт, натягивая рюкзак.       Джейс спрыгивает первым. Лиственная подстилка под ногами пружинит, как будто земля дышит. В нос бьют запахи — влажная древесина, сладкая пыльца, едва уловимый привкус металла, как старая кровь. Следом приземляется Виктор. Его глаза расширены. Он будто замер, вбирая каждую деталь.       — Сколько образцов… — шепчет он. — Джейс, ты только посмотри…       — Осторожно, Виктор, — Скай спрыгивает с дрона. — Некоторые из этих образцов всё ещё не классифицированы. И да, они могут быть ядовитыми.       — Принято, — Джейс хмыкает. — Руки при себе, ясно, Вик?       — Это невозможно… — Виктор говорит тихо, словно сам себе. — Такое биоразнообразие… мои исследования по сравнению с этим — ничто.              Кейт улыбается понимающе, наблюдая за реакцией Виктора. Но после поднимает руку, чтобы привлечь внимание.       — Так, слушаем внимательно! Быстро и по делу. Первое. Никто никуда не лезет один. Держимся группой. Второе. Связь, — продолжает Кейт и касается маленького интерфейса на шее. — Это наш голос, наши глаза, наши «спасите меня, я в дерьме». Проверка. Все нажали?       Один за другим участники касаются интерфейса: лёгкий щелчок, потом короткий вибросигнал — подтверждение, что сеть работает.       — Отлично. Приёмник пробивает даже сквозь тропический ад, но если вы слишком глубоко зайдёте — ищите высокую точку. Третье: не едим ничего. Даже если это выглядит как ягоды. Особенно если это выглядит как ягоды.       Джейс оборачивается в сторону Вайлет. Она кидает ему в руки автомат.       — На всякий случай, — а потом прищуривается. — Пользоваться ведь умеешь, правильно?       — Четвертое. Размахиваем пушкой в самом крайнем случае, — Кейтлин смотрит на Джейса внимательно и тот понимая намек, кивает. — Вопросы есть?       Виктор переглядывается с Джейсом, пожимая плечами.       — В таком случае, мы готовы выступать, — Кейт обращается к Вайлет. — Подхватишь нас на противоположной стороне.       — Как скажете, шеф. — Вайлет заводит птичку и вскоре поток ветра сдувает лесную подложку за собой, пока вертушка не скрывается за пределами густой листвы.       — Вы двое, пошевеливайтесь, — Кейт даёт знак Виктору и Джейсу. — Скай, что по геометкам?

      ***

      Они идут по мягкой тропе, которая сама прокладывается — будто лес немного отступает перед их шагами. Путь ведёт вдоль выступающего корня, изгибающегося, как змея, потом ныряет под огромную арку из древесных переплетений. За ней — светлеет. Пространство будто раскрывается. Перед ними — полянка, поросшая мхом. Когда-то здесь стояла хижина. Остались только обломки каркаса, покрытые лианами, и пара бледных отполированных камней, вокруг которых растёт что-то похожее на высокую лаванду с синими лепестками. Цветы колышутся, как будто слышат их.       — Что это за место? — Джейс спрашивает удивленно.       — Место, где я учила детей. Моя школа. Тут были доски, столы, книжки… — Кейтлин выдыхает тяжело. — Столько лет прошло… Вокруг сидели малыши, слушали, как звучит английский.       Виктор подходит ближе, медленно. Джейс стоит чуть сзади, но внимательно осматривается вокруг, замечая следы от пуль в остатках деревянных стен.       — Что здесь произошло, Кейт? — спрашивает Виктор, нахмурившись.       — Фелиция… — она на мгновение замолкает, взгляд её цепляется за один из камней. — Она всегда сидела ближе всех. Дочка вождя. Любопытная, дерзкая. Переводила остальным, когда я заикалась. Такая талантливая девушка.       Она присаживается у одного из камней, легко касается мха.       — У неё была манера… — Кейт улыбается, но уголки глаз не радуются. — …перечить грамматике. У неё было своё мнение на всё. Особенно на правила.       Кейтлин слегка хмурится, взгляд будто становится острее.       — Она была влюблена в одного из охранников школы, в оператора аватара. Я даже предположить не могла, что кто-то из на’ви способен увидеть что-то в нас… Я думала… ну, юношеский бунт, пройдёт. Они проводили столько времени вместе. А потом в один из дней она сказала, что ждёт ребёнка.       — Она была… — Джейс с трудом выговаривает. — Беременна?       — Да, и глубоко. Около восьмого месяца, если переводить на наши сроки.       Кейт тихо вдыхает, будто воздух стал тяжелее.       — Никто не знал, кроме меня. Я… — она мотает головой. — Я не донесла, не остановила, не предупредила никого. А потом — один из патрулей увидел её возле периметра базы. Она прилетела на своём икране. Без допуска, без сопровождения. Новички, нервные. Слишком много оружия, слишком мало мозгов.       Тишина укрывает поляну тяжелым молчанием.       — Когда её ранили, то она всё повторяла: «Он не знал. Не хотел. Не стрелял, они догнали его. Он позволил им догнать его», словно я могла понять о ком речь, — Кейт смотрит на кусок мела между своих пальцев. — Я умоляла Амбессу помочь спасти ребенка, но она сказала, что они не имеют право вмешиваться. Что это нарушение всех протоколов. Мы с пилотом, молодым парнем, погрузили Фелицию на борт. Она была ещё жива… Я знала, что это конец всему, что я строила, но не могла поступить иначе. Мы отправились в деревню. Вернули её домой.       Кейт проводит рукой по стволу дерева, будто вытирает — или, наоборот, хочет что-то оставить на древесной коре.       — Мы пролетели над всей хребтовой грядой самых магнитно опасных участков, чтобы не попасть на радары.       Кейт тихо вдыхает, будто воздух стал тяжелее.       — Сын вождя, младший брат Фелиции… он вышел навстречу. Не кричал. Не проклинал. Он просто взял её из моих рук. А потом — посмотрел на меня и сказал: «Ты опоздала». Это был последний раз, когда племя контактировало с нами.       — Что случилось с ребенком Фелиции?       — Я не знаю… — Кейт отвечает просто.       Джейс смотрит в землю, полностью понимая, что эта первая высадка Кейт в джунглях спустя неизвестно сколько лет. Которую им разрешили только потому, что Джейс разрабатывает оружие для Амбессы. Оружие, чтобы уничтожить племя, которому Кейт столько отдала.              Кейт, конечно же, всё знает. Она подыгрывает, чтобы вырвать для себя шанс вернуться к племени. Это история не просто так. Поучительный рассказ для Джейса, чтобы он понял. Услышал её. Пока не стало слишком поздно.       — Когда я вернулась, Амбесса избила моего аватара до той степени, что я потеряла глаз. С тех пор они держали меня на базе в качестве наставника для других ученых. Отрезали все пути к полевым исследованиям, общению с другими племенами на’ви. Но что странно я не помню все эти года взаперти, словно не было их, но спустя больше пятнадцати лет я до сих пор помню тот день, как будто это произошло пять минут назад.              Виктор стоит молча, не шевелясь. Джейс сжимает крепче винтовку в руках.       — Фелиция была не просто ученицей. Следующая Ца’хик — духовный лидер племени, — добавляет Кейт. — Она была надеждой. Что мы сможем говорить, понимать, договариваться…       Она встает, отряхивает ладони, словно возвращаясь в настоящую минуту. Она оглядывает полянку — бывшую школу, ставшую мемориалом. Синие цветы слегка колышутся на ветру. Будто тоже слушают.               — Но что сделано, то сделано. Ничего не обернуть вспять. Если мы хотим, чтобы всё это имело хоть какой-то смысл… — она медленно оборачивается к ним. — Нам придётся заслужить возможность говорить с ними снова.