Проклятие Камелота: Алисия

1949 год Начало осени ---------------- После того как Алисия побывала в Хайаннис-Порте, у неё с Джоном завязалось что-то между дружбой и отношениями. Она сама толком не могла понять, что у неё с Кеннеди. Однозначно, к Джону она испытывала нежные чувства, но чувствовал ли он что-то подобное к ней? Этот вопрос не оставлял блондинку в покое, а напрямую спросить она не могла.

***

Алисия и Джон медленно прогуливались в парке, расположенном неподалеку от поместья Морган, прибывая в удовлетворяющей компании друг друга. Погода стояла солнечная, и безоблачная. Тусклое солнце, словно залитая воском картинка, светило ласково и спокойно, пробиваясь сквозь листву высоких тополей, почти скинувших свои листья. Это были последние тёплые деньки, когда Кеннеди мог позволить себе носить расстёгнутое пальто, а Лиси надевала летние туфельки на ремешках, и те наступали на опавшие листья, шурша ими. Кеннеди специально отменил всё и взял один выходной, дабы провести его с Алисией. Он хотел вывести её в парк, дабы побыть с ней наедине: виделись они не так часто, как бы этого хотел сам Джон. А видеть Лиси после каждой встречи ему хотелось всё чаще и чаще. Кеннеди часто появлялся с ней в качестве спутницы на некоторых мероприятиях, и многие путали Лиси с его женой или даже невестой. На это Кеннеди находил какую-нибудь ловкий аргумент, дабы не обидеть ли Алисию, ни излишне любопытного. Джону нравилось проводить время с Алисией. В те часы когда они были вместе, и Лиси игнорировала ворчание Уильяма, им было хорошо друг с другом. Фотографы часто снимали из вместе, запечатляя молодые и счастливые лица Морган и Кеннеди. Больше всего они любили гулять вместе. Там где тихо, там где они только вдвоем. И пляжи или парки стали их главными и излюбленными местами, где молодые люди могли побыть вместе и пообсуждать что-то не касающиеся политики и светской жизни. Дружеская беседа с романтическим подтекстом. Посылая нежные взгляды в сторону блондинки, ступавшей с ним в одном ритме, Джон забывал о многих проблемах. Алисия дарила ему чувство спокойствия и уравновешенности, в её обществе он даже забывал на короткий миг о своих болезнях, которые решили напомнить о себе в столь неподходящий момент. Ещё с раннего утра, Кеннеди чувствовал себя не очень хорошо. Замучившая его болезнь Аддисона, съевшая хорошую часть сил молодого политика очень досаждала Джону. Кривой позвоночник давил на несколько разрушенных во время войны позвонков, и Кеннеди пожизненно носил ортопедический корсет. Его он тщательно от всех прятал, даже от Алисии, которой ещё не решился рассказать о своем плачевном состоянии. {Черт, только не снова....}— Кеннеди вновь почувствовал знакомое покалывание в позвоночнике, и остановился. Будто кто-то шуча тыкал в спину проволокой, задевая болезненное место все глубже и глубже. Вместе с Кеннеди остановилась и Алисия, в недоумении оглянувшись на Джона. Улыбка сползла с лица Кеннеди, заменив беспокойством. —Джек?— позвала Алисия шатена, пытаясь понять что с тем произошло. Белезна укрыла лицо Кеннеди, проступил нездоровый зеленоватый цвет. Кеннеди охнул, и чуть наклонится. Он приложил ладонь к спине, касаясь поясницы, словно его туда резко ткнули чем-то острым. Лиси заметила это сразу. Страх— было первым, что ударило в голову вместе с адреналином. Улыбка сползла с лица, сменяя её маской переживания. Не понимая что с Джоном, она взволнованно наклонилась, на инстинкте взяв Кеннеди за локоть. —Джек, что случилось?! Что случилось? Что болит?— не понимая что происходит, Алисия даже не сразу сообразила что нудно делать. Она не была готова к такому повороту событий. Они одни, а с Джоном творится что-то, что она никогда не видела. На случай подобных происшествий Кеннеди её не консультировал. Незнание тех действий, что она должна предпринять, очень напугали Алисию. —Да пустяки, просто спину ломит...помоги сесть пожалуйста— Джон, превозмогая боль, указывает на скамейку, молча прося девушку отвести его туда. Алисия не растерялась. Аккуратно взяв Джона под руку, она усадила его на скамейку— это стоило ей больших усилий, ибо Джон был в двое больше неё. Мелкими шажками они прошли оставшиеся расстояние, и Алисия села рядом с Кеннеди, лишь тот чуть сполз в сторону, превозмогая боль. Ещё никогда Морган не видела его таким. Кеннеди ни разу не показал до сегодняшнего дня, что у него что-то болит. —Джек, пожалуйста, прекрати притворяться — Лиси заглянула в глаза молодого человека.— объясни мне что с тобой происходит. Может, Я смогу тебе помочь?.. Джон медленно вздохнул, но распрямиться не мог. То странное положение в котором он находился, позволял боли на время утихнуть, и тянущие ощущения стали менее ощутимы. —Во время службы я очень серьезно повредил спину, а позже мне диагностировали болезнь Адиссона. Она не заразная, ты можешь не волноваться...ох...ты подожди, сейчас отпустить...— он чуть съежился и прикрыл рот рукой, дабы не вскрикнуть от резкой вспышки боли. Алисия начала паниковать. Она крепко держала Кеннеди за руку, наблюдая страдания того. Приступ длилая примерно несколько минут, что было понятно по напряжённому телу Джона, и мученическому выражению на лице. —Джек, Я не могу о тебе не волноваться. Ты не должен так себя мучить. Прошу, поговори со мной— она косится на его спину, потом вновь смотрит на Джона. Болезненные ощущения того почти прошли. Увы, у Кеннеди не было с собой тех таблеток, что могли бы снизить его страдания. Понемногу его отпускало, но ощущения все равно были очень неприятные. Позвоночник будто пульсировал изнутри, разрывая спинной мозг, и посылая импульсы в виски Кеннеди, как при сильной мигрени. Джон Кеннеди был таким странным сочетанием победы ума и стойкости над слабым и больным телом. —Мне могут сделать операцию по поддержанию позвонков, но мне сейчас нельзя об этом думать. Я займусь этим лишь тогда, когда стану сенатором— заявляет Кеннеди, всё же распрямившись, возвращая привычную армейскую осанку. О, Джек был настойчив. Он ругал себя за то, что позволил боли проявить себя, хотя всё остальное время ему удавалось это скрывать. Ему казалось, что если он будет скрывать все симптомы своего изуродованного здоровья, то всё будет в порядке. Но ни черта не было в норме. Лиси не собиралась отступать от своих слов: нельзя было так просто оставлять Кеннеди. Проблемы Джона были и проблемами Алисии. —Джек, Я боюсь ты станешь инвалидом... Алисия взяла Кеннеди за руку, держа её в обоих своих руках. Музыкальные пальцы сцепились вокруг ладони Джона, контрастируя со слегка загорелой кожей того. —Я тоже этого боюсь, Лиси, но пожалуйста, не беспокойся обо мне. Всё хорошо— он пытается отмахнуться, отшутиться как всегда, сделать вид что не хочет застонать от боли и свернуться калачиком прямо здесь. Нет, не глазах Алисии— он должен быть сильным. Она заботится о нем... боится...но Кеннеди не хочет её пугать. Ему хочется составлять о себе впечатление как о здоровом и сильном человеке, а не наоборот. На глазах Алисии заблестели слёзы— она всё прекрасно видела, и её трудно было обмануть.Господи, как же она боялась за Джона... Был шанс того, что у Кеннеди попросту откажут ноги, и весь остаток жизни он проведёт в коляске. —Обещаешь быть осторожным? — в её голосе чуть ли не отчаяние, и Кеннеди понимает её чувства, отчего хмурится. Но здоровье в глубине души не особо заботило Джона. Он готов был отдать всё за голоса, нежели позаботиться о себе. Он чуть печально улыбнулся, опустил глаза— Кеннеди задумался. Тонкие ресницы чуть вздрогнули, укрыв под собой ироничные голубые радужки. —Клянусь, Лиси— он ласково накрыл её обе ладони второй свободной рукой, касаясь костяшек большим пальцем.

***

Поздним вечером, когда Алисия уже была готова ложиться спать, в её комнату заглянула домработница. —Да, миссис Браунинг, входите— отозвалась Алисия, услышав вежливый стук в дверь. Домработница вошла как раз в тот момент, когда Алисия уже сидела на постели, и расчёсывала волосы перед зеркалом. Юное отражение в зеркале на стене было уставшим, девушка в последнее время очень поздно ложилась спать из-за книг из библиотеки отца, которыми она зачитывалась. Как раз одна из таких лежала переплётом вверх на расстеленной постели, готическими буквами на обложке было выведено "Фауст". —Мисс Морган, Вам передали это. Отправитель не назвался, сказал что Вы сразу его узнаете— женщина поставила на стоящий возле постели круглый столик средних размеров плетёную корзину, наполненную мелкими розами. Морган отложила расчёску, и взглянула на подарок. У Алисии глаза так и расширились, при виде такой красоты— сон как рукой сняло. Она поднялась с постели, и мелкими шажками приблизилась к столику. Сердце замерло. Да, это были розы. Но миниатюрные. —Спасибо, миссис Браунинг, Вы можете идти— сдерживая расплывающуюся улыбку на губах, сказала Алисия, всё ещё не в силах поверить своим глазам. Когда женщина вышла, Алисия с ногами взобралась на постель слегка утонув в матрасе, облокачиваясь спиной об украшенную силуэтами оленей спинку постели. Морган сложила ноги по-турецки и притянула корзинку с цветами к себе, аккуратно ставя ту перед собой. Мягкие подушки за спиной были сдвинуты в сторону, и пара из них упала на испанский паркет. Конечно же, отправителя Алисия сразу же определила— ибо больше некому оказывать такие нежные знаки внимания. Девушка была очень тронута таким вниманием. Цветы были великолепны, и пахли на всю комнату, распространяя сладостный дурман даже за пределы комнаты. Розы были аккуратные, нежные, совсем молодые и белоснежные, будто только что собранные заботливой рукой. Благодаря их малому количеству, цветки равномерно распределить по всему периметру корзинки, подняв изумрудные листья. На прикрепленной к ручке корзины записке, Алисия увидела уже знакомый почерк: Прости, мне пришлось ненадолго уехать в Бостон по важным делам. Эти цветы я посылаю тебе в знак своих искренних чувств и в благодарность за те бесценные минуты, что ты была рядом, мой маленький ангелочек. Спасибо, что ты обо мне позаботилась, я тебе бесконечно признателен. Скоро увидимся С любовью, Джек {С любовью...}— прошептала про себя девушка, сжимая в руках корзинку. Улыбка вновь расцвела на её лице— широкая, искренняя, а грудь наполнила нежность от перечитываемых снова и снова строк. Алисия ласково касается нежных и душных лепестков роз, будто гладя маленькие бутоны. Кеннеди называл Лиси "ангелочком" достаточно редко, но это короткое послание оставило определенный светлый отпечаток на сердце Алисии. —Джон...— замирая от восторга и переполняемых чувств, Морган была на седьмом небе от счастья. Сердце бешено билось в груди, благодаря чему краска так и заливала лицо блондинки, особенно в щеках и ушах. Глаза засияли, благодаря яркому освящению в комнате искорки счастья не угасали в васильковых глубинах, поднимаясь бешеным шквалом по телу к голове, пробуждая самые лучшие чувства которые может испытать человек. Уилл наблюдал за сестрой в замочную скважину, учуя запах роз. Кеннеди парню не нравился, и он был всё также плохо настроен к Джону. Билли не хотел, чтобы тот разбил сердце его драгоценной сестрёнке.