Пепел веры

Глава 14

С'иртала

Они вдвоём ушли от очередной бойни, которую устроили своими руками, их силуэты растворились в тьме ночи Ксавира, оставив за спиной дымящиеся руины и тела, растерзанные в угоду Слаанеш. Цизара — её чёрные глаза всё ещё горели после резни — бросила взгляд назад, её губы изогнулись в хищной улыбке. — Шум, что мы устроили, мог привлечь толпу еретиков, — сказала она. — зачем с ними сражаться, лучше уйдём. Амели кивнула, её белые волосы, слипшиеся от крови, качнулись в такт шагам. Знак Слаанеш под её кожей слабо пульсировал, его пурпурный отблеск напоминал о жажде, что всё ещё тлела в её душе. Они отошли достаточно далеко, пока руины не скрыли их от глаз возможных преследователей, и остановились на ночлег в остове разрушенного здания. Его стены, изъеденные снарядами, едва держались, а крыша зияла провалами, открывая звёздное небо. Ветер Ксавира завывал, проносясь через пустые окна. Цизара устало опустилась на груду обломков. Она откинулась назад, её пальцы постукивали по ошейнику, скрывающему её мутации, а губы изогнулись в довольной улыбке. Жажда Тёмного Принца, что горела в её душе, была утолена — на время. Слаанеш всегда требовал большего, его шёпот в её разуме был как сладкий яд, но сейчас она наслаждалась краткой передышкой. Кровь еретиков, их крики, их сломленные надежды — всё это питало её. Амели, стоя перед ней, была задумчива. Её взгляд блуждал по тёмным углам здания, но затем остановился на Цизаре. Она помедлила, её пальцы сжали край плаща, пропитанного кровью, и, словно приняв решение, шагнула ближе. С лёгкой грацией она опустилась на бёдра Цизары лицом к ней, её колени прижались к бокам женщины. Их глаза встретились — зелёные напротив тёмных. — Госпожа, — начала Амели, её голос был тихим, но твёрдым, — скажите, вы же не стали бы заниматься сексом с этим отбросом? Цизара удивлённо подняла брови. Она наклонила голову, её пальцы слегка коснулись бёдер Амели. — Ты ревнуешь, Амели? — спросила она,. — Ответьте, — настаивала Сестра. — Нет, Амели, — ответила она со смехом. — Это была игра. Ты же видела его надежду в тех жалких глазах. Разбить её было так… приятно. — Она провела пальцем по бедру Амели. Амели улыбнулась, её лицо озарилось облегчением. — Спасибо, госпожа. Значит, я всё правильно поняла, — сказала она, её голос стал теплее. Она попыталась встать, но руки Цизары крепче сжали её бёдра, удерживая на месте. — Ты не ответила на мой вопрос, Амели, — шепнула Цизара требовательно. — Ты ревнуешь? Амели встретила её взгляд, её зелёные глаза вспыхнули. — Немного, — призналась она, её голос был тихим, но искренним. — Но больше мне претит мысль о сексе с этим отбросом. И с мужчиной. Цизара рассмеялась звонким смехом. Она наклонилась ближе, её губы почти коснулись щеки Амели. — Мужчиной? — переспросила она, её глаза сверкнули весельем. — То есть ты у нас только женщин любишь? Любительница женщин в монастыре, где почти все — женщины… Ты очень стойкая, Амели. Я удивлена, как ты не сорвалась. Амели улыбнулась, её щёки слегка порозовели, но взгляд остался твёрдым. — Если бы не Сильвия, я бы сорвалась, — ответила она, её голос стал тише, с ноткой тоски. — И не встретила бы вас. Не открыла бы истинный свет Богини. И, скорее всего, была бы мертва… или сервитором. — Сильвия подарила тебе силу, малышка, — шепнула она. — Но теперь ты моя, и Тёмный Принц ведёт нас обеих. — Она наклонилась ближе, её губы едва коснулись уха Амели. — И мы подарим ему ещё больше. **************************************************************************** На рассвете, когда холод Ксавира усилился, они двинулись дальше. Осенний холод пробирал до костей, и они достали тёплые вещи из пожитков — тёплое нательное белье и тёмные шарфы. Амели повязала шарф на шею, скрывая мерцание знака Слаанеш, что слабо пульсировал под её кожей. Цизара надела свой, маскируя ошейник, скрывающий её мутации. Их шаги были бесшумными, они шли через руины, где туман висел клочьями, скрывая опасности. Вдруг впереди послышались голоса: грубые, смешанные с руганью. Цизара и Амели быстро спрятались за обломками стены, прижавшись к холодному бетону, и прислушались. — Проклятый Ксавир со своими туманами и осенью, ненавижу! Не видно ни черта! — рявкнул командир, его голос хрипел от усталости. — Все тут? Отзовитесь! Несколько мужских и женских голосов поочерёдно назвали номера — от второго до девятого. Затем — тишина. — Десятая, ты где? — крикнул командир, его тон стал раздражённым. Молчание. — Проклятье, опять эта дура потерялась! Ладно, найдём её на обратном пути, как обычно отстала. Рядовая Лирмон! — рявкнул он напоследок, но эхо поглотило его слова. Топот множества ног раздался совсем близко к их укрытию. Формы СПО мелькнули в тумане, и звуки затихли вдали. — Военные, СПО, скорее всего, — шепнула Амели с презрением. — Идиоты. В Ордене нас учили не отставать даже в аду. Они подождали, пока отряд не ушёл, и уже собирались выйти из укрытия, как услышали новый голос, полный раздражения и страха. — Карин, только с тобой могло такое случиться, потеряться — ну надо же! Идиотка, — бормотала девушка в форме СПО, ругая себя. Солнце полностью взошло, туман начал рассеиваться, открывая фигуру молодой девушки, моложе Амели, в потрёпанной форме СПО. Лазган висел на её плече, она рассеянно оглядывалась, лицо было бледным, а шаги — неуверенными. Она явно пыталась найти свой отряд. Цизара и Амели переглянулись. В глазах Амели мелькнуло презрение — подготовка Сестёр Битвы была несравнимо строже, и она моментально оценила некомпетентность этой рядовой. Цизара — её темные глаза сверкнули — наклонилась к Амели и шепнула ей на ухо: — Я давно хотела попробовать один ритуал, сама провести. Давай возьмём её живой. Ты же забрала верёвку? Амели кивнула, её пальцы показали на сумку за плечами. Цизара взяла осколок бетона и бросила его в противоположную сторону. Камень ударился об обломки другого здания с громким стуком. Девушка медленно повернулась, её глаза расширились от страха. Она начала в панике снимать лазган, запуталась в ремне, чуть не выронила оружие, но наконец справилась, направив его в сторону шума, её руки дрожали. — Кто там? Покажись! — крикнула она, её голос был высоким, полным паники, и она начала пятиться назад. Цизара, двигаясь бесшумно, оказалась за её спиной. Девушка, низкая и хрупкая, упёрлась прямо в неё. Цизара быстро схватила её за плечи, твёрдой хваткой. Девушка медленно подняла взгляд, её глаза расширились, встретившись с тёмными глазами Цизары, смотрящей на неё сверху вниз. — Брось лаз… — начала Цизара. Она не успела договорить, как девушка в панике бросила лазган, оружие с глухим стуком упало на землю. — …ган, — договорила Цизара. Она оттолкнула лазган ногой подальше, чтобы он не мешал. Амели обошла девушку, её движения были грациозными, как у хищницы. Она решила позабавиться, приняв позу праведной Сестры Битвы, её татуировка Флер-де-Лис блестела в свете солнца. — Еретичка, — начала она строгим голосом, но, увидев испуганную и нелепо выглядящую девушку, не выдержала и рассмеялась. — Госпожа, что за нелепость! Как ты попала в СПО, девочка? Тебе сколько лет? — Восемнадцать, — тихо ответила девушка, её голос дрожал, а тело тряслось от страха. — А вы… Сестра Битвы? Не убивайте меня, пожалуйста! Я не хотела идти с ними, меня заставили. Я только вступила в СПО, и всё это началось. Я не знала, что делать, не убивайте меня! Цизара сжала её плечи чуть сильнее, наклонилась ближе. — Тише, дитя, — прошептала она. Девушка замолчала, её глаза были полны ужаса и надежды. Амели склонила голову, её зелёные глаза сузились, оценивая девушку. — Восемнадцать? Шестнадцать максимум я бы тебе дала, — сказала она с насмешкой. — Тебе же шестнадцать, девочка? — Да, — тихо призналась девушка, её голос был едва слышен. — Ну вот, врать нехорошо, тем более Сестре Битвы, — продолжила Амели, её тон стал жёстче. — Сейчас мы тебя свяжем, чтобы ты не сделала глупостей, и отведём в тихое место. Расскажешь всё, что знаешь, и мы тебя отпустим. Будешь слушаться Сестру Битвы, и всё будет хорошо. Договорились? Как тебя зовут, дитя? — Карин Лирмон, — ответила девушка, дрожащим голосом. — Хорошо, Карин, протяни руки, — сказала Амели. Карин, всё ещё дрожа, послушно вытянула руки. Амели быстро связала её запястья верёвкой, оставив длинный конец, и повела её, как собачку, слегка потянув. Она обернулась к Цизаре. — Леди Ланьер, не могли бы вы взять оружие этой славной воительницы? — сказала она с сарказмом. Цизара, сдерживая смех, сделала нарочито ужасный книксен, её движения были преувеличенно грациозными. — Конечно, Сестра Грейсфол, — ответила она, подыгрывая, и подняла лазган. Она отметила про себя, что он был на предохранителе — ещё одно доказательство некомпетентности девушки. Они отвели Карин подальше от места встречи, в разрушенное здание, где из стен торчали куски ржавой арматуры. Выбрав высокий прут, они перекинули через него верёвку, привязав её так, чтобы Карин стояла с поднятыми руками, её ноги едва касались земли. Она дёргалась, но верёвки держали крепко, а её глаза метались между Цизарой и Амели, полные страха. Амели обошла девушку, её осанка снова стала строгой, как у Сестры Битвы, готовящейся к проповеди. Она остановилась перед Карин, её зелёные глаза горели холодным огнём, а голос стал резким, пропитанным праведным гневом. — Еретичка, — начала она, но опять засмеялась, — Проклятье, я не могу. Ладно, давай без этого, — Сестра махнула рукой. Карин Лирмон висела на верёвке, её запястья, стянутые грубой пенькой, покраснели от напряжения, а ноги едва касались пола. Она смотрела на своих пленительниц с ужасом, но молчала, её дыхание было прерывистым, а лицо — бледным. Цизара — её тёмные глаза блестели хищным любопытством — обошла девушку, её шаги были медленными, почти ритуальными. Она остановилась перед Карин, наклонила голову. — Девочка, — начала она, — где ваш лагерь? Карин сглотнула, её губы задрожали, но ответ вырвался быстро, словно она боялась, что молчание обернётся болью. — Тут недалеко, минут двадцать-тридцать, если идти пешком, — протараторила она, её голос был высоким, полным паники. — Мы стоим в старой части, он очень хорошо охраняется. — А много вас? — спросила Амели. — И есть ли техника? Карин вздрогнула, её взгляд метнулся к Амели, но она ответила почти сразу, словно слова вырывались против её воли. — Два полка, — выдохнула она. — Техника… танки, бронетранспортёры. — А куда вы, собственно, шли сейчас? — продолжила Амели, её голос стал резче. — Сержант сказал, что вчера ночью потерялся сигнал от небольшой ретрансляторной станции вокс-связи, — ответила Карин, её голос дрожал. — Нас отправили проверить. Пока Амели допрашивала девушку, Цизара продолжила кружить вокруг неё, её движения были плавными, почти кошачьими. Её пальцы скользили по телу Карин — то по животу, оставляя лёгкий след на потрёпанной форме СПО, то по спине, где ткань прилипла от пота, то по груди, задерживаясь чуть дольше, чем нужно. Её прикосновения были одновременно мягкими и угрожающими, как будто она испытывала девушку, наслаждаясь её страхом и беспомощностью. Карин вздрагивала при каждом касании, её дыхание становилось чаще, но она не смела протестовать. Амели заметила движения Цизары, её брови приподнялись, а в глазах мелькнуло любопытство. — Леди Цизара, что вы делаете? — спросила она. Цизара остановилась перед лицом Карин, её темные глаза встретились с испуганным взглядом девушки. Она улыбнулась. — Оцениваю, — ответила она, её тон был пропитан тёмной игривостью. — Мне нравится. А тебе? Карин замерла, её глаза расширились ещё больше, но она не ответила, её губы дрожали. Амели подошла ближе, её взгляд скользнул по пленнице, оценивая ту с холодной отстранённостью. Карин была маленькой, невысокой, с хрупкой фигурой, но лицо её было довольно симпатичным. Амели склонила голову, её белые волосы упали на плечо. Ей больше нравились женщины вроде Цизары — высокие, сильные, с хищной уверенностью, что отражала её собственные годы среди Сестёр Битвы, где слабость была грехом. Эта девочка была слишком… обычной. — Не в моём вкусе, — подвела итог Амели. — Но она симпатичная. — Ты узнала, что хотела, Сестра Грейсфол? — спросила она, её глаза сверкнули, возвращаясь к Карин. — Ещё пару вопросов, Леди Ланьер. Как началось восстание? — спросила Амели, переводя взгляд на Карин. Карин сжалась, её ноги дёрнулись, но верёвки держали крепко. Она заговорила, её слова вырывались быстро, словно она боялась замолчать. — Я не знаю точно, — начала она, её голос дрожал. — Нас просто подняли по тревоге. Восстание… и началась какая-то вакханалия. Меня заставили убивать людей — простых жителей. Если не подчиняешься, тебя тоже убивали. — Она сглотнула, её глаза наполнились слезами. — А потом пришла Имперская Гвардия, и мы начали сражаться с ними. И Сёстры Битвы… но я их лично никогда не видела. — И как ты выжила за всё это время? — спросила она со скептицизмом. — Не знаю, госпожа Сестра, — тихо ответила Карин, её голос был едва слышен. — Милостью Императора. Амели рассмеялась, её смех был резким, полным презрения. — Ха, милостью Императора, — фыркнула она, её глаза сверкнули. — Ну-ну. Теперь понятно, кто сбил мой шаттл. Видимо, СПО из зенитных войск. А мы ожидали просто толпу плохо вооружённых оборванцев. — Что ещё можешь рассказать? — Продолжила Амели. Карин сжалась, её взгляд метнулся к Цизаре, которая снова начала кружить вокруг неё, пальцы женщины скользили по её плечу, оставляя холодный след. — Между нами и Имперской Гвардией стоит огромный лагерь этих странных страшных людей в красном, — выдохнула Карин, её голос дрожал от страха. — Их там очень много. Даже не знаю сколько. — Какой район? — резко спросила Цизара. Она остановилась за спиной Карин, её пальцы замерли на шее той, чуть сжимая. — Север, космопорт, леди, — ответила Карин, её голос был полон ужаса. Она боялась Цизары больше, чем Амели, её инстинкты кричали об опасности, исходящей от этой женщины с тёмными глазами. — Теперь точно через Лабиринт, — сказала Цизара. — Слишком много патрулей. Слишком опасно.. — Он под землёй? — спросила Сестра Битвы, с любопытством. — Да, — ответила Цизара — Старые тоннели, канализация, технические ходы. Они в основном в центре, но некоторые выходят в разных районах. Карин, всё ещё дрожа, внезапно вскинула голову, её голос был слабым, но отчаянным. — Я могу вас провести, — выпалила она, её слова дрожали, как осенние листья на ветру. — Я знаю, где многие входы в подземные коммуникации. Цизара повернулась к ней, её брови приподнялись. Она шагнула ближе, её пальцы слегка коснулись подбородка Карин, заставив ту вздрогнуть. — О, моя дорогая, это так мило, — сказала она. — Ты поможешь нам, обязательно. Она обернулась к Амели, её темные глаза сверкнули. — Теперь ты закончила, Сестра Грейсфол? — спросила она. — Да, Леди Ланьер, — ответила она. — Теперь вам помочь, госпожа? — Чуть позже, — шепнула она, улыбнувшись улыбкой, что не обещала ничего хорошего. — Я скажу, когда надо. Она вытащила нож, его лезвие сверкнуло, отражая солнечный свет, и медленно подошла к Карин. Девушка задрожала сильнее, её глаза расширились, и она начала бормотать, голос был полон паники. — Не убивайте, пожалуйста! — вырвалось у неё, слёзы потекли по щекам. — Я всё сказала, вы обещали меня отпустить! Я верная Императору! Цизара обошла её, не обращая внимания на мольбы, и одним быстрым движением отрезала кусок верёвки от свободного конца, что болтался за спиной Карин. Она ловко завязала им рот девушки, превратив её слова в приглушённое мычание. Карин дёрнулась, её глаза наполнились новым ужасом, но верёвки и кляп не давали ей шанса. Цизара наклонилась к ней, её пальцы нежно погладили щёку Карин. — Я бы с удовольствием послушала твои крики, дорогая моя, — прошептала она. — Но, боюсь, ты призовёшь всех своих друзей. Она выпрямилась, её глаза сверкнули, и она продолжила. — Хочу посмотреть на тебя… естественную. Цизара начала раздевать Карин, её движения были медленными, почти ритуальными. Она скинула её ботинки, их тяжёлый стук эхом разнёсся по пустому зданию. Затем она потянула за штаны, и они соскользнули вниз, обнажая бледные ноги девушки. Карин вздрогнула, её приглушённое мычание стало громче, но верёвки держали крепко. Цизара взялась за китель, растягивая ткань, но в этот момент рука Амели легла на её запястье, останавливая. — Позвольте помочь, госпожа, — сказала Амели, с ноткой возбуждения. Она облизнула губы, её зелёные глаза горели, отражая наслаждение от беспомощности Карин. — Мне нравится её слабость. Я бы сказала… возбуждает. Цизара кивнула, позволяя Амели присоединиться. Вместе они продолжили снимать одежду с Карин. Из-за связанных рук китель не поддавался, и Цизара, потеряв терпение, просто разрезала его ножом, ткань с треском разошлась, обнажая бледную кожу. Карин осталась висеть в одном нижнем белье, её тело дрожало от холода и страха, слёзы текли по лицу. Цизара отступила на шаг, её глаза скользили по фигуре Карин, оценивая ту, как хищник добычу. — Красивое зрелище, — отметила она. — Снимем остальное? Амели кивнула, её улыбка стала шире, а глаза вспыхнули. — Согласна, — ответила она. Они сорвали с Карин нижнее бельё, ткань улетела в кучу одежды на полу, оставив девушку полностью обнажённой. Её тело, хрупкое и дрожащее, висело на верёвке, её глаза были полны ужаса, а приглушённые стоны едва доносились через кляп. Знак Слаанеш на груди Амели слабо пульсировал, отзываясь на её возбуждение от власти и беспомощности жертвы. — Теперь что? — спросила Амели, взглядом не отрываясь от Цизары. Цизара наклонилась к её уху, дыхание было тёплым, а голос — низким шёпотом. Она начала говорить, её слова были слишком тихими, чтобы Карин могла их услышать. Амели внимательно слушала. Она кивала, её пальцы сжали рукоять меча, а знак Слаанеш под кожей запульсировал ярче. Карин, не слыша их, дрожала сильнее, её слёзы падали на пыльный пол, а тело напряглось в ожидании неизбежного. Цизара отступила, её тёмные глаза горели тёмным огнём, а губы изогнулись в хищной улыбке. Она медленно сняла ошейник, предварительно развязав шарф, обнажая истинную природу. Карин увидев истинный облик Цизары, начала мычать и дергаться еще сильнее. Она опустилась на колени перед пыльным полом, её коготь начал вырезать символы — кривые, косые, загадочные знаки, что она помнила по ритуалам одного из членов Совета Шести. Круги, изгибы, змеиные линии сплетались в узоры, их неровность лишь подчёркивала хаотичную природу Тёмного Принца. Пыль и мелкие камни осыпались под её когтем, а воздух вокруг начал дрожать, словно сама реальность чувствовала приближение богини. Амели — её зелёные глаза сверкали возбуждением — шагнула к Карин. Знак Слаанеш на её груди пульсировал, отзываясь на растущую страсть. Она наклонилась к девушке, её пальцы нежно скользнули по щеке той, вытирая слёзы, а затем спустились к шее, оставляя лёгкий след. Карин вздрогнула, её приглушённое мычание стало громче, но Амели лишь улыбнулась, её губы коснулись щеки девушки в медленном чувственном поцелуе. Она целовала её шею, ключицы, её зубы слегка прикусывали кожу, а пальцы щипали бёдра, вызывая дрожь. Карин дёрнулась, её тело напряглось, но верёвки держали крепко, а кляп заглушал её стоны. Амели опустилась ниже, её губы скользнули по животу Карин, оставляя влажные следы, а затем она закинула ноги девушки себе на плечи, её движения были уверенными, почти ритуальными. Карин вздрогнула, её глаза расширились, но стоны, вырывающиеся через кляп, стали громче, полные смеси страха и невольного наслаждения. Амели прижалась губами к её лону, её язык начал медленные, чувственные движения, вызывая дрожь во всём теле Карин. Она сама застонала, её голос был низким, хриплым, пропитанным удовольствием. Карин — её тело билось в верёвках — стонала громче, её разум разрывался между ужасом и наслаждением, что накатывало волнами. Её стоны сливались с тихим шорохом когтя Цизары, вырезающей последние символы на полу. Они, неровные, но похожие на те, что требовались, начали слабо светиться пурпурным светом, их энергия наполняла комнату. Это был хороший знак — Богиня внимала. Цизара поднялась, её глаза сверкнули, заметив, как Амели погружена в ритуал. Она подошла к Карин, её движения были грациозными, как у хищницы. Она встала за девушкой, её когти слегка коснулись спины той, оставляя тонкие царапины. Она наклонилась, целуяю шею, её пальцы прижались к анусу Карин, они начали медленные, дразнящие движения, усиливая её дрожь. Карин, уже на грани, издала приглушённый крик, её тело выгнулось, а стоны стали громче, полные истерического экстаза. Амели и Цизара работали в унисон, их движения были синхронными, как часть ритуала, их собственные стоны сливались с криками Карин, создавая симфонию наслаждения, посвящённую Тёмному Принцу. Карин достигла первого оргазма, её тело сотрясалось, глаза закатились, а разум утонул в волнах наслаждения. Она больше не понимала, что происходит, её мир сузился до пиков экстаза, что разрывали её. Символы на полу загорелись ярче, их пурпурный свет отражался на стенах, заливая комнату зловещим сиянием. Цизара поднялась, её губы блестели, а глаза горели триумфом. Она наклонилась к Карин, её коготь медленно вырезал первый символ Слаанеш на спине. Кровь потекла тонкой струйкой, Карин вздрогнула, её приглушённый крик был полон боли, но наслаждение всё ещё держало её в своих сетях. Второй символ появился на её правой ладони, коготь Цизары врезался в кожу, оставляя кривую, но узнаваемую метку. Третий — на левой ладони, четвёртый — на правой ноге, пятый — на левой. Карин дёргалась, её стоны смешивались с рыданиями, но она была слишком слаба, чтобы сопротивляться. Шестой символ Цизара вырезала на её лбу, кровь стекала по её лицу, смешиваясь со слезами. Она наклонилась и поцеловала Карин в губы, её зубы слегка прикусили её, вкус крови смешался с их страстью. Последний символ — знак Слаанеш — она вырезала на груди девушки, прямо над сердцем, его линии были глубокими, а кровь хлынула, заливая её кожу. Цизара отступила, её глаза сверкнули, и она вложила кинжал в руку Амели. Их взгляды встретились. Карин, всё ещё дрожа от второго оргазма, её тело выгибалось в верёвках, не замечала, как кинжал приблизился к её груди. Символы на полу пылали ярким пурпурным светом, их энергия наполняла комнату, а воздух дрожал от энергии варпа. — За Слаанеш! — прокричали Цизара и Амели в унисон. Амели вонзила кинжал в сердце Карин спереди, лезвие вошло глубоко, кровь хлынула, заливая её руки. Одновременно Цизара — её когти сверкнули — разорвала горло девушки. Карин дёрнулась в последний раз, её глаза потухли, а тело обмякло, кровь текла рекой, пропитывая пол и смешиваясь с символами. Цизара и Амели отпрыгнули из круга, их дыхание было тяжёлым, а глаза горели триумфом. Символы на полу вспыхнули ярким пурпурным светом, их сияние ослепило комнату, а затем медленно угасло, оставив лишь запах крови и странного гнилостного запаха. Тело Карин Лирмон, безжизненное и окровавленное, висело на верёвке, её кожа была покрыта символами Слаанеш, вырезанными когтем Цизары. Кровь стекала на пыльный пол, смешиваясь с угасшими пурпурными узорами, которые ещё недавно пылали в ритуальном экстазе. Разрушенное здание, пропитанное сыростью и ржавчиной, затихло, словно Ксавир замер в благоговении перед Тёмным Принцем. Воздух дрожал от отголосков варпа, сладкий и ядовитый. Цизара не знала, зачем провела ритуал — лишь жгучее желание повторить действия одного из членов Совета Шести, чьи тени всё ещё преследовали её воспоминания. «Получилось? Получилось?», — шепотом повторяла она, вертя головой, пока её взгляд не остановился на Амели, чьи зелёные глаза блестели в полумраке, а знак преданности на её груди слабо пульсировал. Внезапно реальность дрогнула. Зияющая пустота поглотила стены, пол, мёртвое тело Карин — всё растворилось в бесконечной тьме, пропитанной сладким ароматом и шёпотами наслаждения. Цизара ощутила присутствие чего-то огромного, прекрасного и ужасающего. — Получилось, — прогремел мужской голос, глубокий и мелодичный, но с ядовитой остротой, от которой кровь стыла в жилах. Цизара, упав на колени, её когти вцепились в бетонный пол, которого она даже не видела, её разум на грани безумия, подумала: «Неужели сама Госпожа обратила на меня внимание?» Но тут же отбросила мысль. — «Нет, я слишком мала, слишком ничтожна.» — Правильно думаешь, — раздался женский голос, мягкий, как шёлк, но режущий, как клинок. — Но ты привлекла толику её божественного внимания. Как и моего. Я давно слежу за тобой, Цизара Ланьер. С тех пор, как ты впервые вошла в Лабиринт. Цизара подняла голову, её чёрные глаза расширились от ужаса и восхищения. Перед ней возвышалась фигура, воплощение её кошмаров и грёз, прекрасное и отвратительное одновременно. Существо было огромным, его тело до пояса напоминало человеческое, но ниже оно переходило в змеиный хвост, чешуя которого переливалась пурпурными и золотыми оттенками. Лицо было андрогинным, совершенным в своей симметрии, с глазами, что сияли, как само Око Ужаса, и волосами, падающими до плеч, переливающимися всеми цветами радуги. Шесть рук существа двигались с грацией, нижние заканчивались огромными клешнями, способными насадить человека на острие, как бабочку на булавку. Четыре верхние руки были свободны, их пальцы украшали кольца, сияющие неестественным светом. На теле демона струились одежды, сотканные из ткани, что казалась живой, — тончайший шёлк, переливающийся цветами, которых не существовало в реальном мире. Одна грудь была мужской, плоской и мускулистой, другая — женской, мягкой и манящей. На поясе висели четыре меча, каждый из которых, казалось, был создан для одной из свободных рук, их клинки испускали слабое сияние, обещающее боль и наслаждение. Цизара замерла, её дыхание остановилось, а разум балансировал на грани безумия. Это был демон Слаанеш, Хранитель Секретов, воплощение её бога. Её тело дрожало, но не от страха, а от восторга. Она чувствовала, как её собственные мутации — когти и броня — отзываются на присутствие существа, словно признавая его превосходство. Амели стояла на колене неподвижно, опустив голову, словно она тоже была захвачена видением, её знак Слаанеш пылал ярче, чем когда-либо. — Как мне служить вам, моя госпожа? — прошептала Цизара, её голос дрожал от благоговения. — Я готова на всё. Демон улыбнулся, его губы изогнулись в жесте, одновременно ласковом и угрожающем. — Я знаю, — ответил он, его голос теперь сочетал мужские и женские ноты. — Ах, где же мои манеры? Я С’иртала Дающая Наслаждение. Цизара сглотнула, её когти впились глубже в пол. С’иртала посмотрела на Амели, стоящую на колене, её голова была склонена, а знак Слаанеш на груди слабо светился. — Ты молодец, Цизара, — продолжила С’иртала, её глаза сверкнули. — Искренне служишь Той-Что-Жаждет, ничего не прося взамен. Я знаю твою мечту. — Она кивнула на Амели. — Целый орден Сестёр Битвы под твоим началом. Амбициозная цель. Но ещё более амбициозная — не бояться смерти. Ты ведь этого хочешь? Сердце Цизары забилось, как бешеное, готовое вырваться из груди. Бессмертие ради бесконечного удовольствия. Она мечтала об этом, но считала невозможным. Её разум кружился, а когти дрожали от восторга и страха. — Да, есть такой способ, — продолжила С’иртала, её голос был сладким, как нектар, и острым, как клинок. — Стать наполовину демоном, наполовину человеком. Демоничество. Миллиарды пытались, единицы достигли. Первый шаг — стать чемпионом Слаанеш. Начни с малого. Подчини ещё Сестёр своей воле, как ты сделала с Амели. Неподалёку бродит отряд Сестёр Битвы, заблудившихся в руинах. Скоро они столкнутся с ничтожествами, что почитают Бога Крови. Спаси их, помоги, заставь поверить тебе и приведи в Лабиринт. Там тебя ждёт награда от меня. Цизара кивнула, её глаза горели решимостью. С’иртала повернула голову к Амели, которая всё ещё стояла на колене, её голова была склонена. Когда демон назвал её имя, она осмелилась поднять взгляд, её зелёные глаза были полны слёз счастья. — Да, госпожа, — прошептала Амели, её голос дрожал от благоговения. — Падшая Сестра Битвы, ты сделала правильный выбор, — сказала С’иртала, её голос был мягким. — Тебя ждёт долгая жизнь, полная наслаждений. На что ты готова ради неё? — Одна из её рук указала на Цизару. — На всё, госпожа, — ответила Амели, её голос стал громче, полным страсти. — Я убью любого, выполню любой её приказ, умру, если понадобится. С’иртала рассмеялась, её смех был мелодией, разрывающей душу. — Отлично, отлично. Такая преданность. Амели подняла голову выше, её глаза пылали. — Это не только преданность, — выкрикнула она, её голос дрожал от эмоций. — Я люблю её! Люблю до безумия! Я буду её слугой, её рабыней, кем угодно, только хочу быть рядом. Позвольте мне, госпожа! Амели моргнула и огромная демоническая форма С’ирталы исчезла. Перед Амели стояла прекрасная женщина, но черты выдавали её истинную природу: волосы переливались всеми цветами радуги, а одежды струились, как живые, повторяя те, что были на Хранителе. Амели сжала кулаки, пересилив желание броситься к ней, умоляя взять её всю без остатка. Лишь отсутствие приказа от Цизары удерживало её. — Молодец, — сказала С’иртала, словно она читала мысли Амели. — Дай свой меч. Амели посмотрела на Цизару, та судорожно кивнула. Сестра вытащила меч из ножен и, держа его на двух руках, с благоговением поднесла Хранителю. С’иртала взяла клинок, её изящная рука скользнула по лезвию, и меч преобразился, став копией стандартного клинка Сестёр Битвы, что выдали Амели в ордене. — Не бойся, Амели, это лишь иллюзия, — сказала С’иртала. — Потом он станет как прежде. Она продолжила, её голос стал глубже: — И ещё одно. Встань. Амели подчинилась, её тело дрожало от смеси страха и экстаза. С’иртала протянула руку и надавила на знак Слаанеш, пылающий на груди Амели. Адская боль и наслаждение пронзили её, словно варп разрывал душу. Она вскрикнула, думая, что умрёт, но всё закончилось так же быстро. Амели упала на колени, её дыхание было тяжёлым. Она опустила взгляд: там, где раньше был знак Слаанеш, кожа была чистой, но она чувствовала его биение внутри, глубже, чем прежде. — Теперь знак увидят только если его специально искать будут, Амели, — сказала С’иртала. Хранитель Секретов вновь приняла свою огромную форму, её змеиный хвост шевельнулся, чешуя сверкнула. — До встречи в Лабиринте, я ожидаю от вас успехов, — произнесла она, её голос эхом разнёсся в пустоте. Тьма рассеялась, Цизара и Амели упали без сил, провалившись в забытьё.