Пепел и Ветер

Время остановилось. Для Йо мир сузился до одной точки — до фигуры Рена, скрюченной на земле в мучительных конвульсиях. Тёмная, чужая энергия Хао пульсировала вокруг него, как живое, дышащее существо, вплетаясь в его собственную фурёку, искажая и уродуя её. Басон выл — протяжно, безумно, его форма потеряла чёткость, превратившись в нестабильное, агрессивное сияние. — Рен! — крик Йо был полон такого отчаяния, что, казалось, само небо содрогнулось. Он рванулся вперёд, но Анна резко схватила его за руку. — Нельзя! Эта энергия… она нестабильна! Она сожжёт тебя! — Отпусти! — рычал Йо, его глаза снова вспыхнули зловещим белым светом. Ярость, та самая, что едва не поглотила его, снова поднималась из глубин, подпитываясь страхом и болью. — Нет, Йо, посмотри на него! — её голос был резким, как удар кинжала. — Он не узнает тебя! Ты для него сейчас — просто цель! Она была права. Рен медленно поднимался на ноги. Его движения были неестественными, резкими, как у марионетки. Его голова была неестественно запрокинута, а из его глотки вырывалось низкое, животное рычание. Его глаза, когда он наконец поднял взгляд, были пусты. В них не было ни мысли, ни осознания. Лишь чистая, слепая ярость. Ярость, которую в него вложил Хао. — Видишь? — спокойным тоном произнёс Хао, наблюдая с безопасного расстояния. Его эксперимент удался. — Он стал совершенным оружием. Сильным. Безжалостным. И абсолютно послушным… своей боли. Рен с рёвом бросился вперёд. Но не на Хао. На ближайшую цель — на Хорохоро. — Осторожно! — закричал Йо. Короро едва успела создать ледяной барьер. Удар искажённого Басона разнёс его на куски льда, отбросив Хорохоро на несколько метров. — Рен, очнись! Это я! — крикнул Йо, пытаясь встать у него на пути. В ответ Рен развернулся и с той же звериной скоростью атаковал его. Его движения были быстрыми, дикими, лишёнными изящной техники, что была ему свойственна. Это был ураган из стали и тьмы. Йо парировал удар, но сила, стоящая за ним, была чудовищной. Его отбросило назад, он почувствовал, как немеют руки. — Он… он не в себе! — крикнул Рю, пытаясь помочь, но его дух был отброшен одним взмахом тёмного клинка. Йо отчаянно пытался достучаться до него. — Рен! Послушай мой голос! Ты сильнее этого! Ты всегда был сильнее! Но слова не доходили. Внутри того, кто был Реном Тао, бушевал хаос, разожжённый и направленный волей Хао. Он видел лишь врагов. Всех подряд. Внезапно его взгляд упал на Анну. Она стояла, готовясь к атаке, её дух парил рядом. Что-то щёлкнуло в искажённом сознании Рена. Образ. Соперница. Угроза. Он двинулся на неё. Всё произошло за долю секунды. Йо увидел, как Рен заносит свой клинок для сокрушительного удара. Увидел, как Анна, понимая, что не успеет увернуться, принимает боевую стойку. И в этот миг между мыслью и действием не осталось места для сомнений. Он рванулся вперёд, не для атаки. Для защиты. Йо толкнул Анну в сторону, подставив себя под удар. Он видел, как тёмный клинок, быстрый как молния, направляется прямо в его грудь. Видел пустые глаза Рена, в которых не было ни капли узнавания. И в самый последний момент, когда сталь уже должна была вонзиться в плоть, тело Йо само среагировало. Амидамару метнулся вперёд, не для контратаки, а чтобы принять удар на себя. Раздался оглушительный грохот. Ослепительная вспышка. Когда свет рассеялся, Амидамару стоял, прикрывая Йо, но его форма мерцала, нестабильная. Удар был слишком силён. Дух Йо был на грани. А клинок Рена, отброшенный мощью Амидамару, изменил траекторию. Остриё, предназначенное для сердца Йо, с размаху вонзилось Рену в собственное плечо, чуть выше ключицы. Рен застыл. Острая, знакомая боль, собственная кровь, хлынувшая из раны, — что-то прорвалось сквозь пелену безумия. Он смотрел на лезвие, торчащее из его тела, потом на Йо, который стоял перед ним, беззащитный, с лицом, искажённым болью и ужасом. Пустота в его глазах дрогнула. На мгновение, короткое, как вспышка, в них мелькнуло осознание. Ужас. И бесконечная, всесокрушающая боль. — Й… Йо… — его губы дрогнули, прошептав его имя. Потом его глаза закатились, и он безжизненно рухнул на землю. Тёмная энергия вокруг него схлынула, словно отливая вместе с его кровью. Йо стоял, не в силах пошевелиться, глядя на его тело. Он не видел победы. Он видел лишь страшную цену, которую они заплатили. Он был готов умереть от его руки. А в итоге едва не стал его убийцей. Хао, наблюдавший за этим, медленно покачал головой. — Жалко. Он был почти идеален. Но, похоже, твоё влияние оказалось сильнее, брат. — Он повернулся, чтобы уйти. — Но не радуйся. Следующий мой инструмент не будет иметь таких… слабостей. Никто не пытался его остановить. Все были в шоке. Йо упал на колени рядом с Реном, его руки дрожали, когда он пытался заткнуть рану. — Нет, нет, нет… держись… пожалуйста, держись… Его голос срывался на шёпот. Он проиграл. Проиграл всё. Свою ярость, свою надежду, того, кого любил. И всё, что у него осталось, — это тихий, безутешный шёпот над телом человека, который предпочёл пронзить себя, чем его.