Клякса - это...

Стелла не могла подняться. Хотя ужасающая боль потихоньку сошла на нет, ноги ужасно ныли и дрожали от усталости и стресса, которому подверглось ее тело. К тому же ее голова, о, ее бедная голова. Целительница почти готова биться лбом о пол, все равно хуже уже не будет. Отвратительная мигрень разъедала ее рассудок, который итак уже на последних соплях держится. Март, отстранившаяся от нее ранее чтобы встать, заметила ее затруднения. Внезапно лучница присела на корточки и обняла Стеллу за талию, закинув руку девушки себе на плечо, а после поднялась, потянув ее за собой. Целительница слабо охнула, наваливаясь на подругу всем телом. Как жалко. Она снова это делает? Заставляет других людей волноваться о себе, хотя по факту даже ничего полезного не сделала. Боже, как стыдно. Стелла сжала челюсть и осторожно попыталась устоять на дрожащих ногах, лишь частично опираясь на Март. Не сразу, но у нее получилось найти равновесие, а к боли в голове потихоньку можно было и привыкнуть. Тем не менее, когда целительница попыталась выпутаться из теплых объятий, лучница тут же подхватила ее под руку. На жалкий взгляд целительницы она только улыбнулась и прошептала, что с ней тоже пару раз происходили подобные случаи. Врала ли она ей, чтобы успокоить, или нет? В любом случае, это милый жест с ее стороны. Это... забота? - Хм, - Химеко задумчиво осмотрела их с лучницей. - Первым делом нам стоит отвести Стеллу в лазарет. Мне сказали, ты была ранена. - Нам точно стоило сделать это раньше, но что уж теперь! - горестно вздохнула Март. - Сейчас бы в душ... Я прямо ощущаю комки пыли на себе после всей этой беготни. - Не больше, чем обычно, - пробормотал Дань Хен, внезапно поднявший Келуса на руки в позе принцессы. От такого вида Стелла поневоле прыснула от смеха, но тут же поморщилась от стрельнувшей боли. Вероятно, ей стоит воздержаться от любых резких телодвижений во избежание. Семь надулась, возмущаясь и размахивая свободной рукой. Вторая ее конечность, однако, все также заботливо поддерживала уставшую девушку. Химеко загадочно улыбнулась мужчине с тростью, который как-то обреченно поправил очки. Закончив их молчаливый разговор, навигатор мягко хлопнула в ладоши, привлекая внимание ребят. - Итак, нам с Вельтом нужно сходить к Асте и проверить, как у них дела. Дань Хен, если ты не против, не мог бы ты пойти с нами в Главную контрольную зону и отнести туда Келуса? Я уверена, что скоро он очнется. Март, а ты отведи Стеллу в мед отсек, а после присоединись к нам. Понимаю, что тебе хочется искупаться, но пока что не безопасно ходить одной по станции. Группа выразила свое согласие с таким планом действий, даже если лучница тяжко вздохнула. Вместе они быстро добрались до лифта, но разошлись по разным этажам. Стелла чувствовала себя неуверенно, не имея возможности находиться со своим братом рядом, но она знала, что члены экипажа Астрального экспресса не навредят ему. Девушка только надеется, что ее рану быстро обработают и дадут лекарство от головы, чтобы она поскорее могла с ним увидеться. Они оказались в базовой зоне, просторном зале отдыха, в котором находилось очень много раненых людей. Почти все они сидели тут и там в группах на полу, но некоторые стояли особняком, с пустыми лицами смотря в никуда. У многих наложены повязки на разные части тела, кто-то баюкал гипс, а некоторые, видимо, были тут за компанию. Март поежилась, и целительница ощутила, как по ее телу прошли мурашки. Помявшись немного, они прошли сквозь толпу к лестнице, ведущей на второй этаж, где и находился лазарет. К счастью, никто не преграждал им путь, и они спокойно добрались до пункта назначения. Тот факт, что они пришли, не вызвал у Стеллы и капли облегчения, так как ее взгляду открылась суматоха. Врачи бегали по мед отсеку от одного тяжелого пациента к другому. Краткие выкрики то тут, то там вызывали напряжение. К ним устало подошла единственная стоявшая без дела медсестра с мешками под глазами и спутанными блондинистыми волосами. На бейджике можно было увидеть ее имя - Джоанна, а розовую форму омрачали темные пятна засохшей крови. - Что у вас? Рана наружная, ушиб, болезнь? - устало спросила сотрудница, осматривая их. - Со мной все нормально, но вот у Стеллы рука ранена и голова болит, - глаза лучницы взволнованно забегали. Ей было явно неуютно видеть вокруг борьбу с жизнью и смертью. На таком поле битвы неизбежно чувствуешь только душевные муки. Целительница осторожно отстранилась от подавленной подруги и успокаивающе ей улыбнулась. - Март, здесь я буду в безопасности. После того, как меня осмотрят, я сразу же приду в главную зону. - Семь с сомнением отпустила девушку, нерешительно оглядываясь, но нетерпеливое покашливание со стороны медсестры не дало ей времени на раздумия. - Ладно, хорошо! Стелла, давай обменяемся номерами, так мы сможем связаться в случае чего! - под раздраженным взглядом сотрудницы они быстро все сделали, и лучница исчезла из медотсека так быстро, словно ее тут никогда и не было. Джоанна грубо фыркнула, привлекая внимание целительницы, и показала ей на ближайший стул. Как только девушка присела на указанное место, блондинка взяла ее руку и размотала бинты. Тут же лицо медсестры стало напряженны, из-за чего Стелла заволновалась. Неужели рана воспалилась? Все же зубы - это полная антисанитария. Однако когда Джоанна зло посмотрела на нее, в голове зародились смутные сомнения. - Девушка, вы пришли шутки шутить? Серьезно? - она резко махнула рукой на суматоху позади, отпуская целительницу. - Посмотрите, позади вас люди борются за свою и чужую жизнь, а вы пришли в игры играть? Уходите отсюда, пока я вас сама не выгнала. Девушка растерянно подняла свое запястье на уровень глаз. Она все еще видела засохшие золотые разводы, а вот рану - нет. Разве что чуть более бледные пятна на коже намекали на старый шрам. Но... Как может быть такой старый след от совсем свежего укуса? Пока она думала, сотрудница грубо подняла ее на ноги и стала выталкивать из отсека, бормоча ругательства. Голова Стеллы запротестовала, посылая волны боли, но девушка не обращала на нее внимание. - П-постойте! Я правда была ранена, но... - Но что? Ваша рана исчезла? - саркастически спросила медсестра. - Я... - целительница зажмурилась от несправедливого стыда из-за чужого осуждения, который пробивал ее сердце насквозь. - Я укусила себя за запястье, чтобы помочь своей подруге. Толчки в спину прекратились. Стелла робко обернулась, прижимая руку к груди. Не смея поднимать взгляд, она стиснула челюсть и собралась с силами. - Мою подругу ранил монстр, и я ничего не могла сделать, чтобы ей помочь. Но когда я была в отчаянии, - руки девушки задрожали от все еще бьющих по живому воспоминаний. - Я увидела что-то странное. Я почувствовала, что во мне что-то изменилось. Это была какая-то энергия, но я не знала, как ее использовать и просто укусила себя. Я-я не знаю, почему я сделала именно это... Стелла сама не заметила, как дрожь рук перебралась на все ее тело, а дыхание стало прерывистым и хриплым. Будь она не так сильно погружена в воспоминания, она бы почувствовала в глазах слезы и отпечатавшееся на лице почти забытое отчаяние. Это был нервный срыв. Как бы вы не бежали от реальности, мысли всегда вас догонят. Девушка пришла в себя от резкого запаха под ее носом. Вскинувшись, она резко осознала себя в пространстве, что вновь сидит на стула, а напротив нее стоит медсестра с пузырьком, который она отстранила от ее лица. - Нашатырь, - коротко бросила та, заметив ее взгляд. - Ты как? В отличие от прошлого, теперь голос Джоанны больше не был враждебным, он был осторожным и мягким. Целительница помотала головой, но тут же поняла, что это было большой ошибкой, когда ее пронзила боль. Схватившись за виски, она тихо застонала, но не отвела взгляда от сотрудницы. - Все нормально, это просто... Я просто... - она замялась, чувствуя неловкость. - Простите, я не хотела вас отвлекать. Я не буду вам мешать. Попытку встать тут же пресекла твердая рука на плече, заставив ее остаться на месте. Медсестра сосредоточенно нахмурилась, оглядывая ее. Спустя пару мгновений она присела на стул рядом с ней и поинтересовалась полной историей. Вначале робко, но постепенно все уверенней, Стелла рассказала ей о травмирующем событии, раскрывшим в ней силу, способную помочь друзьям. Лицо Джоанны от хмурого постепенно изменилось на заинтересованное. - Тогда, если предположить, что ты говоришь правду, ты могла исцелить себя и не заметить этого, - задумчиво подперев рукой подбородок, заключила блондинка. - Хотя рана на запястье исчезла, твоя голова болит. Может быть... Это надо проверить. Джоанна решительно встала и потянула за собой растерянную целительницу. Девушку привели к койке, на которой в беспамятстве лежал мужчина в оборванной форме сотрудника безопасности. Его туловище было полностью закрыто бинтами, а на лице читалась мука. - Ему распороли брюхо, - мрачно прошептала Джоанна, махнув обеспокоенному врачу поблизости. - Его раны практически несовместимы с жизнью, а рук в лазарете не хватает. Как и лишних органов, которыми мы могли бы заменить истерзанные Легионом. Нам пришлось принять тяжелое решение и оставить его, чтобы заняться другими тяжело раненными. Стелла в ужасе смотрела на человека, из которого на их глазах уходила жизнь. - Он мой старый друг и сам отказался от лечения, чтобы облегчить нам совесть. Сейчас он в беспамятстве, и совсем скоро умрет. Ему не станет хуже, если ты используешь на нем свою силу. Если не получится, - медсестра замолчала, и хватка на руке целительницы усилилась, наверняка оставляя синяки. - Но если получится, тогда у него есть шанс. Девушка, не могла бы ты попробовать? Целительница не заметила, как сотрудница перешла на более фамильярный тон. Ее взгляд был прикован к окровавленным бинтам, которые слой за слоем снимала блондинка. Она боялась. Укус на ее руке исчез, словно не было событий с Март. Будто она никогда не прокусывала свою плоть ради лечения подруги. Что, если это ее помутненное сознание пошалило, и она будет бесполезна. Что, если она не сможет спасти этого человека? Тогда друг Джоанны... Стой. Остановись. Хватит с нее этого парада жалости. Она уже была смелой. Она помнит, что такое решительность. Правила созданы для того, чтобы их нарушать. Стелла глубоко вдохнула, а потом достала из инвентаря уже забытый нож. Под пристальным взглядом медсестры она приложила лезвие к пальцу, но, задумавшись на мгновение, перевела острие на запястье. Что-то подсказывало девушке, что в этом случае пары капель недостаточно, и если она и правда исцелила себя ранее, то разве ущерб имеет значение? Решившись, она резко дернула ножом, распарывая нежную плоть. На белоснежной коже тут же образовалась золотая полоса, из которой потекли ручейки жидкости. Целительница закрыла глаза, сосредоточившись. Где-то внутри ее груди, в мерзлом сердце, она чувствовала это. Крохотный очаг, который никогда не согреет ее тело, но смог бы помочь кому-то другого. Пожалуйста. Пожалуйста, помоги спасти ей этого человека. Стелла открыла глаза, нащупав то самое чувство. По ее руке стекала флуоресцентная едва-желтая жидкость. Но не это привлекло ее внимание. Сейчас, без наплыва удушающей паники она смогла почувствовать субстанцию, словно продолжение своего тела. Под ее взглядом капли потекли прямо в кровавое месиво. По ее желанию жидкость вытекала, не хлыстая во все стороны, а тягуче, словно мед. При мысленном приказе тепло словно высасывалось из ее запястья, не подчиняясь правилам физики. Значит, она может контролировать это? С трудом она заставила себя сосредоточиться на первостепенной задаче. Хотя, одного взгляда на бессознательного мужчину было достаточно, чтобы понять, что он уже не плыл на грани смерти. Его скулы налились алым, а внутри раскрытого живота бурлил странный ало-золотой беспорядок. Джоанна рядом с ней вцепилась в койку, кусая губы. Врачи, снующие повсюду, замирали на мгновение на своих местах, смотря на чудо, прежде чем продолжить свою битву против смерти. А ужасающее ранение затягивалось. Стелла не знала, сколько времени прошло, когда ее кровь отступила от чужого тела, паря в воздухе и сверкая, словно мотыльки. На животе мужчины, покинутого всеми, виднелась только тонкая розовая кожа. Ни следа кровавого месива, который шокировал ее ранее. Целительница медленно повела рукой. Жидкие мотыльки плавно следовали ее движениям. Она все никак не могла осознать, что это произошло в самом деле. Она вновь использовала эту силу и смогла спасти человека. Она отказалась отдавать чужую жизнь смерти. Внезапно еее размышления прервала Джоанна. - Людо! Ты живой! - всхлипнув, медсестра обняла мужчину, который пошевелился на койке, приходя в сознание. Стелла опьяненно улыбалась, видя эту картину, но тут ее повело куда-то в сторону. Ее ноги, словно срубленное дерево, подкосились, но она упала не на пол, а в руки пожилого медика позади. Капли крови падали, мерцая, и с большим усилием девушка вернула над ними контроль, заставляя вернуться в рану. Голова раскалывалась на части от ужасающей мигрени. Старик позволил целительнице мягко осесть на пол. Откуда-то он достал бутылку воды и таблетку, и, самостоятельно подняв ее лицо, он надавил на щеку, намекая открыть рот. Девушка с трудом расцепила стиснутые зубы, дождалась, пока на язык упала капсула, и с помощью медика запила ее, глотая. Джоанна, оторвавшаяся от друга, помогла медику оттащить Стеллу обратно на стул. Краем глаза она могла заметить, как другой врач осматривает исцеленного мужчину, ахая от восторга. Впрочем, даже если она на периферии замечала происходящее, сил вникнуть у нее не было от слова совсем. В животе словно поселились жуки, органы чесались изнутри, причиняя не боль, но мерзкое зудящее чувство, которое она не смогла бы описать. В ее голове взрывались фейерверки, а перед глазами мир то прерывался вспышками света, то тьмой. Она едва могла бороться с ускользающим сознанием.

- ́#ͅ@͡%ͅ..͘$&;͝.. Кто?

- ̂Ѐ͡е ͒дӓж͐е м͘ать͐ ͠и т͜аͅ броͅсила. Бедня̌жка̀.

Мама?

- ́З͠а͑че͛м͡ м̄неͅ ну͝жна ̓ж͂еͅнщӣн̍а͟,͝ ко̿то̍ра͊я́ н̚ё̂ см̉о̽же͐т ͘#͝@̅%̿?̚

-͟ Мы ч̉то-̿т͝о ͗прид͝умае̑м͝! ͛Пожа̐луйст͘ӑ,͐ ͐ты͆ ͜н̏е͟ мо͠ж́ешь ̅п͟р́ос̌тӧ͠.͙.̈.

- ́#ͅ@͡%ͅ..͘$&;͝..

Чьи голоса она слышит? Кто они? Кто она? Знала ли она этих людей, что говорили эти злые слова, разбивающие ее сердце. Одиночество, словно ледяная буря, остужала ее душу. Но хотя она не помнит свою маму, разве она была одинока? Келус. У нее есть звезда.

- ͅЌа͝к͟ ду͂маеͅш̕ь͝, ͒мы ͛смо͠гл̏и͌ ͘б̏ы кос͜н̽ут̇ься с̾олн͝ца?͘

-̕ ͐Этӧ нͅёв̃озмо͝жн͛о̋.

-̾Н͋о̿ в̀ед͜ь͋ со́лнцӗͅ, эт̑о ͑зͅв̈ез͂д̉а̚,̇ а мы̀ ̕уж́е к̅ н͛и͡м̾ ̾п̅р́ик̀а̑са̓ли̑с͝ь.͜

Ей не нужна мать, пока в своей руке она чувствует тепло ладони брата. Она не помнит желания завести семью с другим мужчиной. Она не помнит ничего, но почему тогда она чувствует это пугающее одиночество?

***

Легко заводить друзей, когда ты ребенок. Стоит лишь выбрать куклу или машинку, как ты уже можешь подойти к другим детям и предложить поиграть. Сл͘ож̿нӗе̋ ̕за̊водͅи͆т͘ь̚ дру̉зе̋й,̉ ̀ес͟л͠и͗ ͝т͠ы ͅсирот͘а.͘ В детстве у тебя есть опора. Взрослые вокруг любят тебя и воспитывают, они всегда рядом с тобой, ведь дети не могут жить самостоятельно. Е͑с͜ли ̃даͅӝ̓е̌ ̌вос͝п̽ита͟т͜ё͝ля͜м все равн́о,͘ ̑тебе͌ ͒п͝рид̇етсͅя б͝ы͟ть ̚са̒мͅос͠т́о͝ятель͡но́й͡.͟ Хотя дети могут быть злыми, в более взрослом возрасте они куда более толерантны. Т͛о͝л͘ь͡к͠о е͝сли ̌на те͡б͌е̋ нѐ̽ в̓и͘с̉и̑тͅ я̄рлы͡к̽ "͝С͆тр̇ан͜ная͟ ́оди͡ночка"̋.͟ В конце концов ты находишь свою вторую половинку и заводишь семью. Детей. Т̔о̚л͘ь͛ко͝ ёсл͡и̚ ̃т̕ы̅ ̅не͝ ̾беспл͝о͠дн͠а. А потом ты стареешь и умираешь в кругу внуков. А п̂отом ̚ты ͝у͡мираеш͘ь͠, ̔зад̍ы͝х͠аяс͜ь̊ о͡т с͝трӓха. На ͟рукͅе͜ кро͝вь.͝ Н́а п̉ол͑у̕ ͝кͅр͜овь̓. Вез͝дё т͜ол̓ькͅоͅ.͟.. к̚р͠ов͝ьͅ

***

Стеллу растормошила медсестра. Девушка кое-как смогла приоткрыть глаза, чувствуя себя даже хуже, чем раньше. Пространство все еще кружилось, голова болело, а тело ныло. Она, словно в замедленной съемке смотрела, как Джоанна садится рядом с ней и осторожно промакивает ее лоб мокрой тряпкой. Девушка хотела спросить, сколько времени прошло с того момента, как она отключилась, но из горла вырвался только болезненный хрип. - Ты очнулась, я рада, - тихо, на грани слуха, сказала сотрудница, убирая руку. Стелла хотела потянуться за успокаивающим холодом ткани, но ее тело онемело и не подчинялось ее желаниям. - Людо очнулся. Он в полном порядке, не считая небольшого сотрясения. Спасибо тебе. В глазах Джоанны блеснули слезы. Она тихо вытерла их и мягко улыбнулась целительнице. - Твоя сила идет от Эона Изобилия. насколько я знаю, только идущие по этому пути могут лечить чужие раны. Но я никогда не слышала, чтобы кто-то мог делать подобное тебе, - Стелла попыталась повторить ее слова, но в горле у нее было сухо, как в пустыне. Она закашлялась, и медсестра тут же поднесла стакан воды к ее губам. Медленно напоив ее, она продолжила. - А еще мы успели просканировать твое тело, пока ты была в обмороке. Девушка, твоя сила словно обоюдный меч. Пока ты лечишь других... Ты вредишь себе. Вот как. Значит у чуда есть своя цена, и это вовсе не раны, что она наносит себе, чтобы пустить кровь. Это расплата за нарушение правил, за то, что она противостоит планам Смерти. - Все не так плохо, - заметив, что Стелла смиренно прикрыла глаза, Джоанна обхватила руками ее скулы, нежно поднимая ее лицо. Девушка устало посмотрела на блондинку. - Хотя твоя способность вредит тебе, это кратковременное явление. Мы отслеживали твое состояние. Вначале оно ухудшилось до того, что было у Людо, но потом тебе становилось лучше. Прошел всего час, а ты уже чувствуешь только истощение. Головная боль, увы, это последствие траты сил. Тут ничего не поделать. Но даже так, разве это не удивительно? Пока она может спасти других, пока ее раны будут исцелены, разве имеет значение сопутствующий ущерб? Она говорила так себе перед тем, как помочь Людо. Ей не была важна цена за исцеление Март. Она была так решительна, так почему сейчас она сомневается? Стелла горько улыбнулась Джоанне, чувствуя себя немного лучше, чем раньше. Она осторожно отстранилась от чужих рук и оглянулась. Медики продолжали сновать вокруг, но, кажется, уже не в такой спешке, как раньше. - Все пациенты в стабильном состоянии, - хмыкнула сотрудница, расслабившись на стуле. - Только у Людо был безвыходный случай. Не беспокойся. Сейчас тебе стоит восполнить недостаток крови и энергии в теле и отдохнуть. Как твоя голова? Целительница прикоснулась к вискам, вслушиваясь в свои ощущения. Хотя мигрень не отступила, она уже не разрывала ее в клочья. Заметив это, Джоанна подала ей пузырек с таблетками. - Это от головы. Я думаю, тебе это понадобится в будущем, - они встретились взглядами, полными понимания. - Принимать по 1 таблетке, в день 3 штуки - максимальная доза, но лучше не перебарщивать. Стелла с благодарностью приняла подарок, но медсестра только отмахнулась, сказав, что после ее подвига это вообще не проблема. Внезапно девушка почувствовала вибрацию в кармане плаща и достала телефон. Включив экран, она увидела, что ей пишет Март. СемьЭтоНеПростоЦифра: Стелла, где ты? Неужели тебя положили в палату? СемьЭНПЦ: Прошел целый час, и в главной зоне никто тебя не видел! Дань Хен сказал, что даже Келус уже очнулся. СемьЭНПЦ: Ответь мне, когда увидишь, я волнуюсь! Целительница хихикнула. Как мило со стороны лучницы заботиться о ней. Стелла: Все хорошо. Стелла: Врачи были заняты и мне пришлось подождать своей очереди. СемьЭНПЦ: Наконец-то ты ответила! Ты сейчас пойдешь в главную зону? Если что, Келус должен был пойти к Асте. Стелла: Да, скоро буду. Спасибо. СемьЭНПЦ: ₍ᐢ. .ᐢ₎ ₊˚⊹♡ Стелла: ㅤ/ᐠ - ˕ -マ Целительница выключила телефон и вновь обратила внимание на Джоанну. Та понимающе кивнула головой, прощаясь и оставляя ее наедине с собой. Девушка вздохнула и посмотрела на пузырек с таблетками. Эон Изобилия - это бог, что дал ей силу помогать другим. Она следует его пути? Что ж, на некоторые вопросы она смогла получить ответы, только это не решило ее проблемы. И те смутные видения только оставляют в замешательстве. Ей бы обдумать все спокойно, но укоренившееся одиночество умоляло ее найти брата. Вздыхая, Стелла неловко поднялась и вышла из лазарета. Покидая помещение, она оглянулась на врачей и поняла - это не последний ее визит сюда.