Когда поднимется бриз

— Итак. Вчера ты сбежал, но сегодня не отвертишься.       Эван чувствовал, что Никки не просто так предложил свозить его утром в супермаркет. Прошлым вечером омега наплавался и проспал практически всю обратную дорогу. Проснулся, когда мицубиси уже отъезжал от отеля. Никки попытался завести разговор о его странном поведении в отношении Адама. Но они слишком быстро доехали. Эван спасся бегством. Утром же Никки написал на Воцап. Омега сразу же сказал, что сегодня он абсолютно точно занят уборкой и у него нет ни единой свободной секунды на пустую болтовню, ведь ему нужно идти в магазин прямо сейчас. Никки предложил подбросить. Эван согласился — альфа в любом случае достал бы его даже из-под земли, чтобы поговорить, но так хотя бы закупка будет менее утомительной. Сейчас омега пожалел, что уступил своему стремлению к комфорту. — Хватит меня игнорировать, — начал альфа, стоило сесть в машину. — Какого черта случилось, пока мы с Джимом ходили за едой? Тебя как подменили. Он надавил запугал тебя или что? Ты в порядке? — Боже, что ты там себе напридумывал? — А что мне еще думать? Мы уходили — ты бегал от него. А через десять минут ты уже строишь ему глазки. Черт! Какого хрена ты лезешь? — из-за угла выехал фургон, перегородив половину и без того узкой дороги. — Завтра фестиваль. Но вчера утром я видел Саймона. Он сказал, что в этом году запретили парковку для фургонов. Теперь им нужно останавливаться далеко от основных площадок. Ужасно, да? Это убивает дух на… — Эван! Что за чушь ты мне втираешь? Мы вообще о другом говорим. — Это ты говоришь. А я пытаюсь избежать этого разговора, — омега вздохнул. — Нет, мамочка, большой и страшный альфа не принуждал меня ни к чему. — Не смешно. Насилие над омегами это реальный статистический показатель. И он не маленький. — Это ты как будущий социолог говоришь? — Эван уставился в окно, чувствуя себя неловко от гиперопеки еще недавнего ребенка. — Никки, я все же мужчина. Меня так просто не завалишь. — Мужчины тоже подвергаются насилию, — альфа сильнее необходимого вывернул руль и слишком резко повернул. Машину тряхнуло. — Я ценю твою заботу, но все в порядке. Правда. Я не хочу говорить об Адаме. И тем более о своем поведении. — Послушай, — Никки как-то разом сдулся и печально посмотрел на Эвана. — Это уже не совсем дружеская забота. Она физиологическая. На тебе мой феромон. И меня дергает, когда ты на что-то бурно реагируешь. Так что если ты не хочешь, чтобы у меня включился режим папаши на страже девственности единственной дочери… Короче просто успокой меня, — Эван всем телом повернулся к альфе, удивленно разглядывая его и принюхиваясь к себе. — Как это вообще работает? Ты чувствуешь феромон, который уже вышел из тебя? — Э-э… А ты нет? — они переглянулись, явно не понимая друг друга. — Хотя я ни разу не встречал запах омеги на других людях. А как вы помечаете территорию? — Помечаем… Что?! Помечаем территорию? Мы же не псы. Ну, омеги, очевидно, не псы, — Эван насмешливо улыбнулся. — Я о том, как вы отмечаете партнера? — Зачем его отмечать? Может еще флажки на нем развешивать? — Эван побарабанил пальцами по колену, снова вздыхая. — Омеги почти не чувствуют феромоны других омег. А по феромону альфы могут разобрать только сильные эмоции. Альфы более чувствительны. Виктор говорил, что он по запаху может даже понять, о чем именно его хотят спросить. — М-м, ну да. Типа того. Как омеги вообще понимают друг друга? — Словами через рот в ухо. Довольно действенно. — Так это поэтому с омегами так сложно? Вы же, получается, как слепые!       Никки с трудом припарковался у Лидл на Вулбрук-роуд. Похоже, весь город решил закупиться в преддверии недели фолка. Мужчины практически одновременно хлопнули дверями и направились в магазин. Народ набился плотно, как пух в подушку, несмотря на то, что открытие было всего полчаса назад. Товары с полок сметались подчистую. В бытовой химии почти не осталось средств от плесени. А в овощах разобрали весь сельдерей. Эван ненавидел такие столпотворения. Присутствие запаха Никки рядом очень выручало его нос и самообладание. В магазине они проторчали больше часа. И еще двадцать минут на кассе. Потом сложно было выехать с парковки. Это было ужасно. Но вот они наконец спокойно ехали обратно домой. — Так и что у тебя с Адамом? — А что у меня с Адамом? Я просто немного ему поулыбался, чтоб он не выглядел как побитый щенок. — Благородно, — хохотнул Никки. — Но я тебе скажу, раз уж у тебя, как выяснилось, не работает обоняние, он оставил на тебе пометку. — Наклеил мне на лоб стикер? — Скорее поставил на твою задницу табличку «Reserved». Ты пахнешь мной и все еще Виком, хоть и слабо, — упоминание Виктора царапнуло изнутри. — Для альф вокруг ты сейчас как Людовик XVI, а любая попытка к тебе приблизиться — это его казнь. В любой непонятной ситуации начнется война. И Адам казнил сраного Людовика. — И что это значит? — Это значит, что до того, как мы с Джимом ушли, от тебя пахло типа: «этот омега поссорился с парнем, поэтому сейчас живет у братика». А когда вернулись это уже было «этот омега бросил парня и теперь объявляет шлюший период», — Эван подавился воздухом. — Этот феромон Адама звучит как аукцион. Как бы любой желающий цену может перебить. Он ведет себя как трепетный цветочек, но его запах говорит об обратном. Если бы он хотел сказать другим, что-то вроде «у этого омеги есть поклонник, так что брысь», то это был бы абсолютно другой след. Поэтому я тебя спрашиваю, не сделал ли он тебе чего. Теперь понимаешь? — Никки выжидательно смотрел. — То есть вчера вы с Джимом так пялились на меня из-за этого запаха? — Да! Фонило так, как будто он зажал тебя в толчке, но ты с боем сбежал. — Почему ты не сказал?! — Ты как приклеился к этому Адаму. А в дороге спал. Потом смылся, — мицубиси подъехал к квартире Эвана. — Зайдешь?       Эван забрал пакеты из багажника и занес в дом. Даже успел разобрать, пока Никки уезжал парковаться. Сейчас они были на кухне. Омега мыл окна, забравшись на стул, а гость пил Лагер и хрустел волкерсом с луком. Они поговорили о детстве и воспоминаниях, связанных с этой кухней, бабушкой, дедушкой и их ретриверами, которые тогда превосходили мальчиков в размерах. Затем немного помолчали, пока омега полоскал тряпку. — Он сказал, что вы идете на свидание, — Эван порадовался, что стоит спиной к альфе и тот не увидит его красное лицо. Честно говоря, наваждение прошлого дня спало. Омега до сих пор был в поиске отговорки, которая звучала бы правдоподобно. Например, он уже три дня совершенно не занимался работой. Редактор будет недоволен. — Да уж. Я явно вчера перегрелся на солнце, раз дал ему шанс, — стул переместился к следующему окну. Сзади раздался смех. — Это точно! — альфа закашлялся. — Черт! у меня пиво носом пошло. Ты виноват! — А потому что нечего насмехаться, — Эван прыснул средством для мытья стекол в раздражающего Никки. — Как теперь слиться? — Скажи, что я заставил тебя пойти со мной на гольф. — Лучше на свидание, чем опять играть с тобой в гольф. — Мистер, вы хотели сказать «проигрывать мне в гольф»? — кажется, в комнате материализовался Николас Мать-родила-меня-сразу-с-набором-клюшек-прямо-в-заднице. — Иди к черту, маленький жулик! — они рассмеялись. — Эван, мое предложение в силе. Я все еще могу сказать ему, чтоб он шел в Ад. — И он послушает? Я посылал его несколько раз. — Ты. А не я. У меня сейчас вроде приоритет на тебя. Если мы оба будем рядом с тобой и он начнет со мной спорить например, то сработает… Э-э ну, типа право первого или право сильного, потому что мой феромон это будет воспринимать как защиту омеги и его нормально так приплющит, — Никки сосредоточенно вытрясал крошки из пустой пачки от чипсов. — Вы что ли все время занимаетесь этим э-э взаимодействием? — Эвану опешил. Ему никто из альф никогда не рассказывал, как именно феромоны работают для них. А уроки биологии не освещают эту тему подробнее, чем «альфы чувствительнее к запахам, чем омеги». — Да, наверное. Ты же не контролируешь то, как ты дышишь. А мы не контролируем восприятие запаха. На самом деле если бы не твои пластыри, я бы не задавал вопросов, потому что и так бы все знал. И про то, что было вчера, и про то, что происходит в твоей голове сейчас, да даже твои планы на вечер я бы в целом уловил. Ну ты понял какого рода планы. — У меня нет таких планов. — Рот может врать, а феромоны не могут. Ты с Виком тоже скрывал запах? — Эван отрицательно покачал головой, — Ну уже неплохо. — Это никак не помогает. Мы все равно постоянно ссоримся. Ссорились. — Я, конечно, не был внутри ваших отношений, но могу предположить, что большая часть начиналась с твоей подачи. Получается ты для него как открытая книга, а он для тебя как слепоглухонемой пленный шпион.       Эван задумался. У него никогда не возникало чувство, что Виктор его понимает. Он наоборот будто специально все делал вопреки. Когда Эван злился, ему хотелось, чтобы альфа подошел и обнял его, но тот просто выходил из комнаты. Или когда омега начинал скандал из-за того, что слишком сильно смутился от присутствия красивой омеги рядом. Он сразу же хотел сбежать подальше. Было вдвойне стыдно от мысли, что кто-то поймет как жалко себя ощущал Эван. При этом ему было буквально необходимо, чтобы Виктор остановил его и сказал о своих нежных чувствах. Учитывая миллион таких ситуаций, история про супер нюх альф казалась глупостью. Если все так, то почему Виктор никогда не поступал так, как того на самом деле хотел Эван. Или это было осознанно? Альфа не хотел идти на поводу? Или что? Эван запутался. — Ты скоро дыру протрешь, — тряпка в самом деле остервенело скрипела о стекло. Эван зло ее отбросил. Слез со стула. Подошел к столу, отобрал у альфы бутылку лагера и присосался к ней. Потом рухнул на стул рядом с Никки. — Это бред! — Информативно, — Никки открыл себе новую бутылку. — Может у Виктора отшиблено обоняние? — Точно нет. — Тогда у меня проблемы с феромонами. — Или с головой, — Никки покорно поднял руки. «Сдаюсь». Маленький нахал не выдержал грозного взгляда Эвана. — С чего ты взял? — Если он может все прочитать по запаху, тогда что не так? Точнее почему тогда все не так? — Откуда мне знать? Я же не ваш семейный психотерапевт, — пришлось вскрыть еще одну пачку чипсов. — Он меня не понимает. Совсем! И я его тоже абсолютно не понимаю. Это такой бред. Может мы ошиблись? В этом вообще можно ошибиться? — Я не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь. — Мы очень совместимы, — Никки приподнял бровь. — Ну… То есть мы постностью совместимы в том самом смысле, — глаза альфы удивленно распахнулись. — И вы умудряетесь разбегаться при этом? Помнишь Тришу? — Эван кивнул. Она вдребезги разбила сердце малыша Никки спустя три года отношений. — Мы хотели пожениться после школы, но она меня бросила, потому что встретила парня, с которым у них высокая совместимость. Высокая, а не полная, прошу заметить, — Никки погрозил пальцем. — Триша сказала, что после того, как она впервые почувствовала его феромон, ей все остальные кажутся неприятными. Если омеги действительно воспринимают запахи, как ты говоришь, но при этом на нее это так подействовало… Я даже не представляю, насколько сильно это ощущается со стороны альфы. Но тот чел взглядом с меня шкуру спустил, когда мы просто случайно в парке пересеклись. Так что теперь я еще меньше понимаю, какого хрена у вас с Виком происходит. — Он мне изменял, — Эван опустил голову, чтобы не видеть реакции Никки. — Я не думаю, что ошибся со своей стороны. Но… Может это просто не взаимно? Может он уже не чувствует во мне этого? — Ты уверен? Не скажу, что я его очень часто вижу, но мне кажется я бы заметил, если бы он вдруг превратился в ублюдка. Он всегда, когда говорит о тебе, похож на сопливую школьницу. Я не могу представить, что он после этого пойдет и развлечется с какой-нибудь омегой. — Он уходит из дома, когда мы ссоримся. Не появляется иногда неделями. Я пару раз видел его с девушками. Да и вообще с самого начала его ужасно напрягало, что я парень. Нам было лет пятнадцать, когда мы поняли, что происходит. И он игнорировал меня! Почти месяц! Потому что я был парнем, а он «не гей». — Э-э… Ладно. Я не буду его защищать, но в целом могу понять. Знаешь, я бы тоже малость с ума сошел, если бы мой мозг сказал мне пойти нагнуть парня. — Да господи! О чем ты думаешь? Пятнадцать! Какой «нагнуть»? — Вот именно, что пятнадцать. Гормоны шалят, а феромон пытается перепробовать всех вокруг. Я уверен, что ему просто оторвало голову. Вы что ли никогда это не обсуждали? — Что значит «феромон пытается»? Альфы — рабы своего феромона? — Ну не совсем, но это как второе бессознательное. Серьезно. Ингибиторы спасают общество от анархии. Слава прогрессу! — Никки отсалютовал полупустой бутылкой. Эван вяло поддержал. — Почему тогда все так? — Я думаю тебе нужно поговорить с Виком, а не делать вот это все, что у тебя с Адамом. — Я не хочу снова навязываться. Если бы он хотел решить этот вопрос, то хотя бы написал мне, а не молчал две недели. — Ну как знаешь.       Они еще недолго посидели, но вскоре Николас Не-только-играю-в-гольф-но-и-подрабатываю-психологом отправился по каким-то своим делам. А Эван наконец посвятил время уборке. Время отчаянно приближалось к пяти. Он все еще не решил, стоит ли идти. Или все же остаться дома. Или прийти и быстро уйти. Они списались с Адамом в районе трех часов. Договорились пойти в The Swan Inn — симпатичный паб в очаровательном белом каменном домике в глубине Йорк-стрит. Эван бывал там с дедушкой много раз. Омега подумал, что в целом может хорошо провести время, несмотря на спорную компанию. К тому же он должен выяснить, какую игру затеял чертов альфа.