Потерянные

Наступал вечер, темнело, и солнце скрылось за светло-серыми, не грозовыми, но плотными и низкими тучами. Ветер, лёгкий и тёплый, обдувал кожу. Лютик старался ни о чём не думать и как мог наслаждался последними часами спокойствия. Несколько часов назад он всё же не выдержал и достал лютню. Играл тихо, будто бурчал под нос. На удивление, Мирон и Мерен, сидевшие вокруг догорающего костра, ничего не сказали ему, а наоборот, попросили сесть к ним поближе. В конце каждой баллады они вместо аплодисментов, чтобы не создавать лишнего шума, одобрительно кивали. Для Лютика эти кивки от охотника и земледельца, сейчас были ценнее громогласных аплодисментов от дворянского соцветия Темерии, Редании, Каэдвена и Аэдирна вместе взятых. Лютик, перебирая пальцами струны и наигрывая одну из своих лучших баллад, впитывал в себя реакцию Мирона и Мерена, каждое их мало-мальски заметное движение. Он не замечал глубокой задумчивости Геральта, сидящего в стороне. Пока они трое вникали в песню, чтобы забыться и не думать о том, что будет, когда окончательно стемнеет, Геральт наоборот старался подготовиться. Ведьмак обдумывал, что могли сделать духи, и что он будет делать в ответ. Теоретически, Геральт всё продумал, но многолетний опыт подсказывал: ситуация может выйти из-под контроля за считанные мгновения. Для провала хватит даже одного лишнего движения или звука. Он знал это. И прекрасно понимал, как рискует жизнями Лютика, Мирона и Мерена. Да и своей тоже. В который раз Геральт брал барда с собой на выполнение заказа, и в который раз он жалел об этом. Лютик – обуза. К тому же обуза, за чью жизнь Геральт ответственен. Но ведьмак не мог поступить иначе. Если он не пойдёт за духами, все погибнут в лесу. Их убьют. Повезёт, если это будет быстро и не мучительно. А может им придётся плутать по лесу несколько дней. Медленно умирая от голода и страха неизвестности. Геральт выдохнул. Изо рта вырвался клубок пара. Холодало. Он должен найти тела Савия и Талии и упокоить их. – Г-геральт… – С громким протяжным «треньк» лютня выпала из рук Лютика и шмякнулась об землю. Туман вокруг снова начал сгущаться и приближаться. Он ещё не сгустился, и за ним виднелись деревья с десятками тёмных силуэтов среди них. Силуэты, похожие на тени. – Подкиньте дров в костёр. Как можно больше. И прижмитесь к нему как можно ближе. Не смейте уходить, даже если я буду звать вас. Ждите. – отчеканил Геральт, проходя мимо своих испуганных спутников и выпивая висевший на поясе эликсир. Голос его звучал холоднее и острее любого ведьмачьего клинка. На ходу он доставал серебряный меч и, вглядываясь в гущу леса, старался среди силуэтов-теней разглядеть две фигуры. Настоящие, материальные фигуры, ждущие его на последнюю встречу. Геральт глубоко дышал и медленно, как хищник, переводил взгляд с одного дерева на другое. Тело напитывалось холодом и силой, туманом и темнотой. Мышцы на мгновение размякли и тут же укрепились, стали как камень. В голове помутнилось и тут же стало особенно ясно. Время замедлило свой ход, в то время как Геральт наоборот стал быстрее. Духи не показывались, как будто ожидая, когда туман захватит путников в призрачные лапы и проглотит. Геральт вертелся вокруг себя и ждал. Ждал, ждал, ждал. Туман обхватил его ноги, когда где-то сбоку послышался треск веток, плач и сдавленный крик, переходящий в визг: – Ну где же ты?! Ответом послужила тишина. Туман, как будто из-за этого крика, отступил немного назад и снова Геральт увидел силуэты, беспокойно бродящие среди деревьев. Снова треск веток, теперь немного ближе. – Ну где же?! – Ведьмаку заложило уши. – Где?! Геральт взмахнул мечом и подогнул колени для броска вперёд, но услышал сзади вздох и несколько шагов. Шум от каждого шага разносился по лесу эхом. Он обернулся и увидел Савия – обезображенного, с обклёванной птицами головой и петлёй на шее. С чёрными впадинами вместо глаз, он глядел исподлобья, покачиваясь взад-вперёд и чуть не падая. Но Геральт видел на щеках без кожи две полосы – следы от слёз. Дух не двигался, не пытался напасть или убежать. Он смотрел на Геральта, но ведьмак чувствовал, что взгляд устремлён ему за спину. Туда, откуда раздавались крики. – Где ты?! Я не могу тебя найти… Наблюдая за Савием, Геральт понял, что дух хочет двинуться в туман за его спиной, но у него не получается. Дух казался прикованным к этому месту. Геральт сложил пальцы в знак ирден и на земле вокруг Савия легли ярко фиолетовые руны, заковавшие его в ловушку. Духа дёрнуло ещё сильнее, он попытался выбежать за пределы круга, но наткнулся на невидимую стену, отскочил назад и, падая, исчез. Савий появился довольно далеко, в гуще тумана, среди бегающих теней и деревьев, но с противоположной от Талии стороны. Геральт не смог бы увидеть его, если бы не метка, оставленная ирденом. Тело духа подсвечивалось мягким фиолетовым светом, ярко выделяющим его на фоне леса и тумана. Тем не менее, Савий и метка становились всё тусклее, по мере того как он отдалялся от Геральта, пока не превратились в еле видную точку, больше похожую на звезду на ночном небе. Больше Геральт не ждал. Он прыгнул в туман, туда, откуда продолжали доноситься жалобные крики. Руку с мечом Геральт отвёл назад, замахиваясь, а правую вперёд, подготавливая знак.

***

Геральт редко действовал, основываясь на одной интуиции. Весемир учил отталкиваться от фактов и собственного опыта, и этому учению Геральт старался следовать всю жизнь. Но сейчас он и сам не мог объяснить, из-за чего у него появилась уверенность, что именно дух Талии, а не Савия, приведёт его к телам. На секунду, когда Геральт увидел сидящую на коленях Талию, волосы которой скрывали лицо, он подумал, что его тоже, как Мирона и Мерена, заколдовали. И сразу же отмел эту мысль. Геральт знал, что теперь перед ним не сон, а явь. Он сложил пальцы в ирден, на земле снова появились руны, и Талия была заключена в ловушку. Не прошло и пары секунд, как она исчезла из неё и появилась чуть поодаль, стоя на ногах. Геральт рванул следом.

***

Он бежал за ней, перепрыгивая через кочки, поваленные деревья и кусты, перерубая мечом ветви, настырно лезущие в лицо, и стараясь не поскользнуться на влажной траве. Боковым зрением он видел бегущие параллельно ему тени. Геральту слышал их разговоры, слышал, как они пытались докричаться до него. Он не мог разобрать слов, но тени словно умоляли о чём-то. В какой-то момент Геральту пришла мысль, что эти тени – души убитых, оставшиеся на земле до тех пор, пока живы духи. Он пробежал через одну из теней и почувствовал, как она коснулась его щеки, провела рукой по волосам. Ещё несколько секунд перед его глазами витала тёмная дымка, а на губах появился солёный привкус, как от слёз. Талия забежала на небольшой холм и тут же полностью пропала из виду. Геральт, оказавшийся там же буквально парой секунд позже, не увидел её. Как будто где-то здесь была пещера, в которую она могла прыгнуть и затаиться в ней. Геральт остановился, ещё раз крутанул меч над головой и подумал, что надо обыскать это место, когда увидел впереди два дерева и два трупа на них.

***

Холм спускался вниз, переходя в обширную поляну, полную скрюченных и трухлявых деревьев и кустарников. У одного из таких деревьев протекал родник с чёрной водой. Ведьмак тяжело шагал по рыхлой и мокрой земле, больше напоминающей болото. Только двух деревьев, выросших и раскинувших свои ветви по середине поляны, не коснулась хворь, убившая всё вокруг. Эти деревья не умерли, как всё остальное. Они продолжали расти и цвести, зелёные листья мягко трепетали от малейшего дуновения ветра. Языки тумана ползли к стволам, светлой коре и могучим корням, и сгорали, не пройдя и половины пути. Шипя и скрипя, они испарялись и впитывались в землю. Ведьмак смог определить кто из них кто только из-за одежды. На более близкой к Геральту ветви висел труп Савия. На соседней, спиной к нему, висела Талия. Ветер, бродивший по поляне, колыхал их тела. Вперёд. Назад. Вперёд. Назад. Точно также раскачивался Савий, когда Геральт встретил его около лагеря. Ведьмак спустился на поляну и подошёл к деревьям. Земля хлюпала под увязающими в ней ногами. Десятки гнилых корней словно пытались обвиться вокруг щиколоток Геральта, чтобы задержать его. Ведьмак перерубал их мечом и продолжал идти. Картина становилась всё яснее. Три года назад Талия вышла на эту поляну точно таким же путём, каким сейчас пришёл Геральт, и увидела всё то, что видел он сейчас. Только поляна эта ничем не отличалась от десятков и сотен точно таких же. Земля, кусты, деревья и родник – они цвели и полнились жизнью. Здесь росли растения и обитали животные. И на ветви дерева висело только одно тело. Талия сразу же увидела Савия и побежала к нему, в надежде, что его ещё можно спасти. Она верила. Верила, что она не опоздала. А потом её охватило отчаяние. На мгновение около тела Савия, спиной к нему, появилась Талия, живая и невредимая, но ужасно заплаканная. Она смотрела на мужа и что-то шептала. Геральт не смог прочитать по губам о чём она говорит. Но это и не нужно. Ведь он знал. «Где же ты?» В порыве отчаяния она взяла остатки мотка верёвки, завязала петлю и повесилась, спиной к мужу, на дереве рядом. Последним и самым сильным её желанием было найти Савия и вернуться с ним домой. Талия не смогла принять и признать его смерть, поэтому её не упокоенный дух продолжил поиски. «Савий же может держаться на земле из-за нескольких причин, – подумал Геральт. – Из-за чувства вины перед Талией и потому, что своими поисками она удерживает его». Перед Геральтом появился и тут же исчез Савий с петлёй, затянутой на шее. Его лицо не выражало никаких эмоций. Даже глаза словно заранее остекленели. Она ищет его и не может найти, он же видит её и хочет подойти. Но не может. Они практически не помнят себя, в них всё затмило два желания: воссоединиться и убивать всех, кто зайдёт в этот лес.

***

Геральт оглянулся. Туман поглотил всё вокруг, но обошёл полянку, образовав странную геометрическую фигуру. Тени прекратили бежать за ним и замерли на границе тумана. Они стояли рядом друг с другом, так что между ними не было ни одной щели, через которую можно было бы пройти, при этом не задев их. Теперь Геральт точно мог разобрать, о чём они говорили. Тени упрашивали и умоляли закончить их страдания, похоронить Талию и Савия, снять проклятие с леса. Несколько теней попытались выйти за туман на поляну, но что-то не дало им этого сделать. Их отбросило назад, и на секунду в цепи появились пробелы. Геральт старался не обращать на теней внимания и делать своё дело. Он снял тела Савия и Талии с ветвей деревьев и положил рядом, после чего отошёл на шаг назад, в ожидании, приготовившись к бою. Геральт ждал нападения, ведь он был так близко к их телам. К их месту силы и горечи. Время шло и всё больше теней рвалось выйти за границу тумана. Они уже не молили Геральта, они кричали на него, визжали и рвались на поляну. Вся эта чёрная масса начала сливаться воедино, превращаясь в огромную, грозившую подняться выше тумана и даже деревьев, волну, и тут же рассыпалась. Ни Талия, ни Савий не появлялись. Между деревьями нашлось сухое место, здесь Геральт и стал руками рыть могилу. Земля была рыхлой, он легко откидывал её в сторону. Запачкал одежду, измазал ладони и лицо, но продолжал рыть. К тому моменту, когда Геральт закончил, уже окончательно стемнело. Грязь стекала по одежде и оставляла за собой тёмные полосы. От Геральта пахло так, словно он вылез из канализации. Могила получилась неглубокая, но достаточно широкая, чтобы в неё могли поместиться два человека, и между ними ещё осталось немного места. Ведьмак бережно перенёс тела в могилу, положил их как можно ближе друг к другу. Подумал немного, глядя на тела, наклонился и положил руку Талии на руку Савия и вылез из могилы. Следующая часть ритуала заключалась в сожжении костей. Геральт сложил пальцы, и из его ладони выскочила узкая, направленная в могилу, струя огня. Всё вокруг осветилось ярким светом. Тени, хоть Геральт и стоял далеко от них, отпрянули. Они уже перестали роптать. Наоборот, возмущения сменились радостными выкриками. Ему показалось, что он находится на турнирной арене, а тени смотрят на него с трибун и поддерживают. Их ведь тоже касался этот ритуал, и они это понимали. Каждая секунда промедления со стороны Геральта – лишняя секунда страдания. Тени волновались и внимательно следили за каждым его движением. Они боялись. Схватили друг друга за руки, съежились и завыли. Геральт сжал руку в кулак и огонь остановился. Одежда сгорела дотла, а кости обуглились, стали совершенно чёрными. От них поднимался вверх тёмно-серый дым с запахом, бьющим в нос. Геральт даже не поморщился. Сейчас он был сконцентрирован только на ритуале. Всё остальное, чувства, мысли, ощущения – потом. Геральт опустился на колени и начал закидывать могилу землёй, вместе с этим произнося слова, завершающие ритуал.

***

Геральт поднялся на ноги. Между двух деревьев, посередине поляны, высилась земляная насыпь. Но туман не отступил, и тени не исчезли. «Ещё не всё, – подумал Геральт и закрыл глаза. – Нужно немного подождать».

***

Ждать пришлось недолго. Через полчаса позади Геральта раздался шум. Ведьмак сразу же открыл глаза и обернулся, выставив вперёд меч. И сразу же опустил его, отвёл руку назад. Савий и Талия, бледные и полупрозрачные, как и тени вокруг, стояли рядом и держались за руки. Талия прижималась к нему плечом, и водила большим пальцем по его ладони. Они смотрели на Геральта и улыбались самыми уголками губ. – Спасибо тебе, ведьмак, – Савий поклонился. – Передай Мирону, чтобы не винил себя. Геральт убрал меч и тоже в ответ поклонился. – Спасибо. – Глаза Талии заблестели. – Спасибо… Спасибо и прощай, Геральт. – Прощайте. Геральт закрыл глаза на несколько мгновений, а когда открыл Савий и Талия уже пропали. Пропали тени и туман. Исчезли тучи. Остались звёзды, зелёные листья, земляная насыпь и ухающая вдалеке сова.