i will die your son

В министерстве было необычайно душно. То ли из-за того, что на улице-то вовсю лил дождь, то ли из-за морального напряжения. Регулус расхаживал туда-сюда по кабинету, заставляя полы грозно скрипеть под его ногами. Больше никаких звуков не было — никто не открывал рот, чтобы что-то сказать. Или даже вздохнуть как-то не так. Этой ночью нормально спать не смог никто. Гермиона всё время сидела вместе с Роном в больничном крыле. Драко пытался прийти в себя после того, как его отца увели авроры, и смириться с фактом смерти человека. Правда, получалось плохо. Сон всё никак не шёл, а однокурсники под боком продолжали спрашивать, что случилось. Пришлось сбежать от них к своим друзьям — во всё то же больничное крыло. Гарри больше часа точно обивал пороги каждого взрослого в Хогвартсе. Отчаянно молил: «Я тоже хочу туда, я хочу в министерство! Позвольте мне и Драко покинуть школу, мы обязаны быть там... там же мой крёстный! И отец Драко!». Когда декан пригрозила отнять баллы за такое поведение, подросток принялся настаивать на своём ещё яростнее. Так что и его тоже за ручку привели к мадам Помфри. Их четвёрка, собранная в одном месте, как кучка зверюшек, не сумела расслабиться. Даже несмотря на успокаивающие настойки, заснуть не вышло. Максимум лишь подремать, а затем резко вскочить с постели. Впрочем, у взрослых ситуация была ещё хуже. Регулуса грозились посадить в холодную, мрачную камеру. Возможно, так бы и сделали, если бы директор школы в очередной раз не встал на защиту («За мальчика я ручаюсь лично сам. Все доказательства, какие потребуются, обязательно будут предъявлены, но а пока... заключать Регулуса под арест — значит совершить крайне опрометчивую несправедливость, господа»). Причём защиту не только его, но и его старшего брата. Сириус всё ещё считался опасным сбежавшим преступником. Однако наличие тела Питера о чём-то, но всё-таки сказало аврорам. Потому вместо Азкабана, принято было посадить его во временную камеру заключения в министерстве. Без дементоров, без безумных криков, без пронизывающего холода. Если так посудить, то условия райские. Мужчина не жаловался... за него это делал младший брат. Регулус не желал униматься. Вопиющая несправедливость, что происходила прямо на глазах, вызывала гнев. Буквально заставляла дёргаться изнутри. Даже многое повидавший Северус не мог не коситься на него, шепча: «Мерлин правый... угомонись, а то ненароком убьёшь кого-то всплеском магии». Мужчина его не слушал. Не покидая министерства, он всё требовал провести честный суд. Дамблдор и Снейп в это время рассказывали аврорам, уже ведущим новое расследование, все детали. В другом месте, конечно же. — ...мистер Блэк, понизьте тон голоса, — с раздражением выплюнул пожилой, седеющий волшебник. Крауч-старший. Горе всего магического сообщества. И личная головная боль братьев Блэк, — Также, прошу, утихомирьте своё недовольство. Мне уже становится дурно от Ваших бесконечных претензий. Что ж... такое поведение тоже можно понять. Всё-таки он уже пару часов спокойно спал дома, как вдруг его разбудили и заставили срочно явиться на рабочее место. Любой человек бы вёл себя грубо и капризно после такого. — Ваш брат совершил несколько доказанных преступлений. Вы же ему помогали. За укрывательство убийцы положен гигантский штраф или по меньшей мере год заключен– — А то, что Петтигрю был жив все эти двенадцать лет?!.. Одного меня это смущает? — Мистер Блэк, замолчите. Видно, что пожилому мужчине было неприятно об этом говорить. Наличие тела (причём, совсем свежего, только остывающего) разрушало то, во что люди верили годами. И хуже того — говорило о том, что Крауч совершил ошибку. Двенадцать лет назад посадил за решётку абсолютно невинного человека, позволяя настоящему убийце разгуливать на свободе. Если магический мир об этом узнает... его ведь обязательно снимут с поста. А затем и всему министерству перестанут доверять, раз там сидят одни идиоты. Ох. Как же не хотелось со всем этим разбираться — что двенадцать лет назад, что сейчас. — Если забыли, мистер Крауч, то я напомню. Мой брат попал в тюрьму по Вашей вине. Вы даже его не выслушали... просто отправили в Азкабан без суда и следствия, — венозные руки главы Отдела слегка задрожали. Лучше бы так переживал о чужих жизнях, нежели чем о своей должности... — Вы обязаны провести честный суд. Это – меньшее, что можете сделать после своего фиаско. Чуть выпрямившись, мужчина постарался собрать себя в руки. Даже набрал в грудь как можно больше воздуха, чтобы заявить: — Я никому ничего не обязан, мистер Блэк. — Обязаны. Мой брат не убивал тех магглов, он убил лишь Петтигрю, — лицо аристократа гневно скривилось. Всё же безразличие и равнодушие в глазах Крауча всерьёз так выводило его из себя, — Петтигрю, который и был убийцей, предателем... да мой брат всем одолжение сделал! Сделал то, чего Вы не смогли двенадцать лет наза– — Когда кто-то убивает одного преступника, число убийц в мире всё равно не меняется, — философское высказывание чуть не заставило Регулуса зарычать. — Сейчас не то время и не то место, чтобы размышлять над подобным. Впрочем, Краучу-старшему было всё равно. Для него слова молодого волшебника — не более, чем надоедливый писк. Так ещё и в столь позднее время, когда не хотелось ничего, кроме как спать. Мужчина решительно стоял на своём — а то есть, над тем, что суд не требуется. Будь тут Дамблдор, наверняка ситуация бы немного изменилась. Но тот занят, а разрешения на суд нужно было добиться уже прямо сейчас. «Нет, — резко вобрав в себя воздух, подумал Регулус, — Нет. Что, я один не смогу справиться, что ли? Я один не сумею добиться справедливости? — подобные мысли совсем немного, но помогли успокоиться. Небольшое поднятие самооценки уверило в том, что ещё не всё потеряно, — Я – Блэк, в конце-то концов. Всегда получаю то, чего хочу» — Ладно, — выплюнул аристократ, чем удивил главу Отдела. На секунду повисла тишина. Правда, рад ей Крауч не был — предчувствовал, что это затишье перед бурей. — Как я вижу, Вам для начала нужна мотивация, не так ли? — а вот и она, вот и подступающая буря, — Не переживайте, сэр. Непременно замотивирую тем, что сожгу всё Ваше гнилое министерство до тла. — Регулус! Мальчишка, ты не– — Для Вас – Лорд Блэк. — Лорд Блэк – твой дед, а не ты! Мелкий хулиган! — наконец, Крауч-старший вскочил со своего места и начал проявлять хоть какие-то эмоции. Наконец, он показал настоящего себя. Регулус не мог не ухмыльнуться с грустью, подумав: «М-м, теперь понимаю, почему его сын так его ненавидел». — Mon grand-père давным-давно умер. Уже много лет глава семьи – я, — смотря прямо в злые глаза главы Отдела, аристократ стал вынимать палочку. Медленно, чтобы действовать на нервы больше нужного, — Вы будете подчиняться только мне, иначе гореть всей этой рухляди в Адском Пламени. Прежде чем Крауч успел бы среагировать и ответить, аристократ сделал лёгкое мановение палочкой. И почти в тот же миг рядом загорелось растение в огромном горшке. Всполыхнуло, моментально сгорая за считанные секунды. — Ч-ч-что ты... что ты творишь, щенок?! — пока Глава тушил зародившийся «пожар», Регулус еле сдерживал смех. Сам не знал, искренний или притворно-злобный. — А, и думаю, мне стоит подвергнуть каждого члена Визенгамота действию Круциатуса. Это было бы довольно справедливо, м? — Я тебя засужу! Затаскаю по судам, приговорю к пожизненному... дементорам отдам! Это противозаконн– — Сажать человека за преступление, которое он не совершал, тоже противозаконно, — когда длинная палочка повернулась в сторону Крауча, его мелко затрясло, — Но, Мерлин правый, как же так вышло? Вы именно это и сделали. Нарушили закон. Одного взмаха палочки итак сполна хватило, чтобы разжечь панику в мужчине. Он решил, что сейчас, в самом деле, может начаться настоящий пожар. Не только в горшке с растением, но и во всём Министерстве. Блэки ведь искусны в тёмной магии — Адское Пламя получится на раз два. — Ты– ты бы не– — О да? «Я бы не»? — ощутив себя доминантом в этом споре, Регулус внутренне ликовал. И как же он сразу не понял, что нужно было зайти с угроз? — А что меня остановит? Кто меня остановит? Раз даже сам Дамблдор на моей стороне. — Ты... мальчишка, ты должен понимать, что... — глава Отдела всё ещё старался держать свой голос чётким, ровным и строгим. Но выходило не очень. Когда Крауч-старший нервно поправил свой идеально выглаженный воротник, аристократ не смог сдержать широкой ухмылки. — Нет, простите, я не понимаю. Я ведь Блэк, я ведь сумасшедший. Затем, продолжая актёрскую игру, слегка повернулся телом к выходу. Он сполна насмотрелся на безумие брата в Хижине. И теперь прекрасно знал, как именно следует запугивать людей. Даже пародировал некоторые движения Сириуса — взмах ладонью или покачивание туда-сюда. — Сумасшедшие не понимают, что от них нужно адекватным. Но Вы... — осталось ещё немного, чтобы сломить этого гадкого старика, — Вы и сами наверняка это знаете. После ситуации с Вашим любимым сыночком-то. — Регулус! — Прощайте, мистер Крауч. Обязательно увидимся в суде... если от него ещё что-то останется к утру. — Регулус! Регулус, немедленно вернись сюда!.. — Кхм-кхм. Пожалуй, начну вершить правосудие прямо сейчас. Финд– Стоило только Блэку открыть дверь, как вдруг она тут же захлопнулась — заперли невербальным заклинанием. Волшебник, правда, не повернулся. Триумф в его глазах не должен был видеть никто. — Хорошо! Хорошо, твоя взяла! — прекрасно. Всё-таки вопросы этого мира могут решаться и без Дамблдора. Просто нужно немного веры в себя, — Будет... будет твоему поганому брату суд! Завтра же, в девять утра! — Ох, и нам нужен честный суд, мистер Крауч. С сывороткой правдой, со всеми свидетелями, с– — Будет, будет!.. Всё будет... только немедленно прекрати это безумие! Кивнув самому себе, Регулус всё-таки подчинился. И спрятал палочку обратно в карман мантии. — И учти... учти, его всё равно не оправдают, — продолжил глава Отдела, к которому наконец-то вернулось самообладание, — Даже после честного суда твоего брата отправят в Азкабан. И по-хорошему тебя тоже... хах, будете сокамерниками, разве не мило? — А это решать уже не только Вам, а всему Визенгамоту. — Мальчишка... подлый, гордый мальчишка... Оскорбления и принижения Блэк предпочёл игнорировать. Всё равно победителем из ссоры вышел он. Остальное — уже неважно. — Спокойной ночи, мистер Крауч. Желаю выспаться, чтобы завтра сделать свою работу хорошо, — дверь снова открылась. Прямо перед тем, как исчезнуть за ней, аристократ мрачно бросил, — А не так, как в прошлый раз. Кажется, глава Отдела запустил в него заклинание или что-то такое, но уже неважно. Закрытая вовремя дверь спасла. Улыбаясь, Регулус вылизнул из кабинета хитрой змеёй. Справедливость почти что восторжествовала. Вот только жаль, что таким жестоким и кровавым способом. Всё-таки стоило оставить Петтигрю в живых. Не только, чтобы помучить в Азкабане, но и... «Он тоже был человеком, как никак, — невольно напросилась мысль. Блэку пришлось помотать головой, чтобы от неё отмахнуться, — Ладно уж. Что сделано, то сделано. Прошлого всё равно не воротишь...» — О, вы только гляньте на него, — в коридоре вдруг натолкнулся на Северуса. Видимо, его уже закончили допрашивать, а во Дамблдора – пока что нет, — Какой довольный, аж зубы сводит. — А отчего же не должен быть довольным? Я добился своего. Сарказм пропал и во взгляде, и в голосе зельевара. — Правда?.. Тебе... удалось уговорить Крауча на суд? — Спрашиваешь ещё. Конечно же, удалось, — левый край губ сам потянулся вверх в ухмылку, — Завтра ровно в девять утра буду здесь как штык. — Девять утра... — задумчиво прошептал Северус. Потом, будто что-то подсчитав в мыслях, кивнул. И попрощавшись с приятелем, сказал: «Мне уже пора в школу, возвращаться на свой пост». Ну, здесь он был абсолютно прав. Ведь Хогвартс без директора и вселяющего во всех страх декана — это настоящий хаос. *** На само судебное заседание никого из детей не пустили — решили, что дело слишком серьёзное для их присутствия там. Проведя лишь небольшой опрос рано утром, подростков вскоре оставили. Ни с кем из взрослых (даже с директором их школы) увидеться не давали. Драко, естественно, негодовал больше всех: «Почему я не могу повидаться с отцом? Он ведь не преступник!», но взрослые волшебники его не слушали. Кругом царила одна сплошная несправедливость. — Да ладно тебе, успокойся... — попыталась приободрить Гермиона. К Гарри не лезла, потому что тот сейчас больше напоминал бомбу замедленного действия: нервно топал ногой, буравил взглядом закрытую дверь и ждал хоть каких-то новостей. Рона тоже лучше не трогать. Он всё ещё пытался смириться с фактом того, что двенадцать лет его домашний питомец был человеком. Именно был. Потому что больше его уже нет. — Я... я уверена, что всех, в итоге, оправдают. С ними же Дамблдор. Он поможет. — Всё равно нечестно! Мой отец даже не сделал ничего плохого. — Мы понимаем, Драко, понимаем. Главное, чтобы теперь это поняли ещё и в суде... — мрачно прошептал рыжеволосый парень, тоже изредка поглядывая на дверь. В этом плане же суд... суд с самого начала разделился на два лагеря. Кто-то поверил в невинность обоих Блэков сразу, кто-то, наоборот, захотел отрицать её до последнего. Сириус сидел на стуле закованным, его брат — рядом, но без магических цепей. Вроде бы считался обвиняемым, а вроде бы и нет. Защищал их обоих Дамблдор. Он всегда знал, какие слова именно стоит подбирать, глядя в глаза высоким чинам. В этот раз, конечно, не врал. Просто аккуратно прятал её под красивые фразы, приплетая ещё и факты. Питер был Хранителем и настоящим предателем. Убийцей своих друзей и всех тех магглов. Сириус же не сопротивлялся аресту, признал свою вину и даже принял сыворотку правды по собственной воле. «Если этого им недостаточно, — думал Регулус, пока слушал и речь директора, и ответы старшего брата на все вопросы, — То я без понятия, что тогда нужно. Будь я главой Отдела, давно бы уже оправдал» — ...даже так, — прервал вдруг седой мужчина. Возможно, потому что заметил, как ловко перо репортёра Скитер записывало всё происходящее, — Сириус Блэк убил Питера Петтигрю. Применение Убивающего заклинания запрещено и строго карается по закону. — Вы очень даже правы, мистер Крауч. Услышав это, Сириус слегка поджал губы. Весь мир точно был против него. И суд абсолютно бесполезен, как ни крути. В своём отчаянии он еле слышал, как брат пытался приободрить шёпотом: — Хэй, хэй, спокойно. Спокойно, всё будет хорошо. Тебя оправдают. — Нет, не оправдают... — он всё ещё находился под действием сыворотки правды, а значит... значит, это было его честное мнение. Ни на секунду он не поверил, что сможет выбраться из этой ситуации свободным и оправданным, — Редж, это была плохая идея. Мне не следовало тебя впутывать, тебе не следова– — Заткнись, — прошипел волшебник, сжимая ладонь брата в своей. — Редж... Младший Блэк старался больше сосредоточиться на своём гневе, нежели на страхе. Мысли вроде: «Мы их ещё сами засудим. И на нашей улице будет праздник, ещё как будет» придавали сил сидеть здесь дальше. Просто нужно следить за братом. Поддерживать, чтобы тот совсем не раскис и не опустил руки. — Однако, — продолжил Дамблдор, ступая ближе к Совету, — Сириус уже отсидел свой срок за убийство Питера, разве не так? Хоть и много лет заранее, но... — глаза за очками-половинками заметно помрачнели, — Но только по Вашей вине, мистер Крауч, — руки седого мужчины вновь затряслись. Прямо как несколько часов назад. — Это... это никоим образом не моя вина. Перо Скитер запищало ещё сильнее, еле успевая констатировать все события. И забавно, но почти каждый член Визенгамота смотрел больше на неё... нежели чем на убийцу внизу. — Это правда или Вы просто сами хотите так думать? — от саркастичного замечания не удержался и Северус. Обстановка явно накалялась. Особенно учитывая, сколько масла волшебники подливали в этот огонь. — Мистер Сней– — Думаете только том, что про Вас напишут в Пророке, — продолжил он под шумный, резкий скрежет пера о бумагу, — Если всё это попадёт в газеты... кто потом станет доверять Вам? Регулус довольно хмыкнул. Всё-таки Северус молодец. Знал, когда было правильное время блеснуть своими интеллектуальными способностями и задеть человека за живое. Не давая суду опомниться, продолжил уже аристократ: — Да, действительно, кто же станет? Всё-таки члены Совета... вполне могут скрывать ещё больше секретов, связанных с Азкабаном, не правда ли? Одного взгляда в сторону Крауча хватило, чтобы тот затрясся сильнее. По губам у него так и читался немой шёпот: «Что ты знаешь? Что тебе известно, мерзкий мальчишка?». На самом деле, Блэк даже удивился. Не ожидал, что слова заденут настолько сильно, а это означало только то, что... глава Отдела действительно что-то скрывал. Осознание поразило, как гром среди ясного неба. Что он скрывал, в таком случае? Всего-навсего политическую тайну? Или неужто, в самом деле, нечто связанное с Азкабаном? Быть даже может, с кем-то из заключённых? Регулус понятия не имел. Но знать и не нужно. Достаточно уже факта наличия секрета. — Кто-то, сидя здесь, прямо сейчас... может скрывать от нас страшные тайны, — кадык старого волшебника нервно дёрнулся, — Я же могу о них кое-что знать, — это была максимально нечестная игра – Регулус сам понимал. Но директор позволял играть дальше. Кажется, сам был не меньше заинтересован исходом, — А могу и нет. Просто держу рот на замке. — Мальчишка... — без какого-либо уважения, прошептал глава Отдела. Его руки боязливо сжались в кулаки. Будто вот-вот был готов накинуться, чтобы затеять драку. — Но кто знает. Вдруг однажды я решусь открыть свой рот, м? От Сириуса, сидящего рядом, не ушёл триумф в глазах брата. И если честно, он был горд за него. Да, это наглые манипуляции и шантаж. Но всё это работало просто на ура. Даже остальные члены Совета, слегка занервничав, начали отводить взгляды. Или вовсе прятать лица. Один лишь Бартемиус пытался заглянуть прямо в душу молодого мужчины. Старался добраться до хотя бы одной-единой мысли, но не выходило: легилименции тот не подавался. Когда перо Риты застрочило быстрее, наконец, тишина прервалась: — М-мы отвлеклись... давайте продолжать судебное заседание, — остальные члены Советы поспешно согласились с главой, — Дамблдор, давайте. Вы защищаете обвиняемых, так что... давайте, послушаем Вас ещё. — С превеликим удовольствием, мистер Крауч. Едва заметно директор подмигнул обоим братьям. *** «СИРИУС БЛЭК ОПРАВДАН: Слушание, повергнувшее магическую Британию в шок» «Что скрывает Министерство? Новая волна скандалов?!» «Братья Блэк: герои минувшей войны или лживые убийцы?» «Может ли общество отныне и дальше верить Министерству?» «Репортаж Риты Скитер, специального корреспондента «Пророка» Вчера в Министерстве Магии состоялось заседание Визенгамота, которое уже называют самым громким судебным процессом десятилетия. На скамье подсудимых оказался не кто иной, как печально известный Сириус Блэк — человек, чьё имя долгие годы ассоциировалось со смертью, предательством и Азкабаном. Как всем было известно, он убил двенадцать магглов и своего лучшего друга, Питера Петтигрю, а также предал героически погибших Джеймса и Лили Поттеров. Однако — о, чудо! — судьи вдруг решили, что всё это было... ошибкой. Нам предлагают поверить, что Министерство целых двенадцать лет держало за решёткой невиновного человека. Обязано ли общество проглотить эту басню? Блэк, как всегда, выглядел вызывающе. В дорогой мантии, как с иголочки, и роскошной причёской. Каждому сразу стало ясно, кто помог ему предстать в столь эффектном виде — его младший брат, Регулус Блэк. Человек, укрывавший у себя дома «преступника» практически год! Столько же ему следовало бы провести в Азкабане, но... На этот раз за обоих братьев вступился директор Хогвартса, Альбус Дамблдор. Что нам стоит думать о нём? Великий стратег, умеющий вовремя выставить на свет свои фигуры, или пожилой болтун, потерявший связь с реальностью? Слишком много вопросов и слишком мало ответов. Регулус Блэк же вёл себя на заседании настолько нагло и развязно, что даже члены Совета вынуждены были опускать глаза. Самый виноватый взгляд, несомненно, принадлежал главе Отдела международного магического сотрудничества в Министерстве магии, Бартемиусу Краучу-старшему. «Кто-то, сидя здесь, прямо в эту же минуту может скрывать от нас страшные тайны», — так выразился мистер Блэк, глядя прямо в глаза вершителя правосудия! Неужто ему известно что-то о семье Крауч? Нечто большее, чем простому люду? Ведь, как известно, много лет назад Бартемиуса Крауча-младшего тоже приговорили к заключению в Азкабане... Неужто и это — глупая ошибка? Назревает вопрос: что же от нас скрывает Министерство? Почему сам Крауч-старший, известный своей непреклонностью, задрожал от одних лишь намёков? Неужели в коридорах власти есть тайны, куда более страшные, чем ошибка с делом Блэка? А что касается самого «оправдания»... Перо Пророка обязано заметить: сыворотка правды — вещь коварная. Кто знает, были ли вопросы заданы так, как нужно? Кто проверял зелье на подлинность? Не исключено, что Дамблдор сыграл свою партию и здесь. Только правды, боюсь, мы никогда не узнаем. Так ли уж невиновен Сириус Блэк? Или же перед нами просто ещё один пример того, как влиятельные и богатые люди перекраивают правду под себя? А самое главное — почему спустя целых двенадцать лет? Один факт очевиден: Министерство совершило фатальную ошибку. Но единственная ли это ошибка? И совпадение ли, что в таких «ошибках» вновь и вновь всплывает фамилия Блэк? Подробнее о самом заседании и всех деталях печальной судьбы Сириуса Блэка Вы сможете найти на страни–» Дальше Регулус читать не стал. Просто отбросил газету подальше, гневаясь, что рядом не было камина. Сжечь бы эту поганую статью. Вот только смысла ноль. Почти сразу после утреннего суда новость за мгновения разлетелась по всему магическому миру. В каждом уголке Британии уже читали столь язвительный фарс. Рита, несомненно, постаралась. Наверняка на следующих страницах текст был ещё красочнее (и естественно, хуже). Северус, наблюдая за реакцией приятеля, невольно ухмыльнулся. А потом отпил глоток чая. — Что, все твои тощие косточки перемыли? — О, можешь не сомневаться, — пробурчал волшебник. От раздражения он даже всё никак не мог сесть, — «Вёл себя нагло и развязно»... какая же всё-таки ведьма. Да пытать её мало будет. — Ну-ну, спокойнее. Уверен, сейчас всех больше интересует о великий Сириус Блэк и тайны Крауча, нежели чем твоё поведение на суде, — сильно сквозило сарказмом. Но дружеским. Регулус помолился, чтобы так оно и было. А ещё, чтобы на дальнейших страницах поганая корреспондент нигде не упоминала его прошлое, связанное с пожирателями смерти. Не надо ему такого счастья. Не надо, чтобы Драко об этом что-то знал. На остальных плевать, но вот сын... Всё-таки стоит перечитать статью, причём полностью. Правда, попозже дома. Сейчас же он сидел в подземельях школы вместе с Северусом. По-хорошему стоило бы пойти домой и отоспаться, но старший брат решил иначе. Из всех возможных дел он выбрал именно переступить порог Хогвартса. Уже как свободный, оправданный человек. Наверняка сейчас вовсю объяснял последние события Римусу в больничном крыле. Или ходил по коридорам с важным видом, до обмороков пугая детей одним только своим существованием. Ну, что ж, раз уж это его желание — так тому и быть. Он заслуживал этот глоток абсолютной свободы после стольких лет несправедливости. Действительно заслуживал. Хоть и сам до последнего не верил, что когда-либо сможет избавиться от клейма преступника. Если бы его не брат, ничего бы этого не было. Сириус прекрасно это понимал. Так же, как и то, что по-крупному задолжал Регулусу. Наверное, всей жизни не хватит, чтобы отплатить... так что для начала стоит постараться просто быть хорошим старшим братом. — ...так, а что теперь будет с Петтигрю? — уже немного успокоившись, спросил аристократ, — Дамблдор говорил с тобой на этот счёт? — приятель как-то неприятно поморщился, но всё-таки на вопрос ответил. — Его скромно похоронят на юге Уэльса. — Уэльса?.. — Да, подальше от Хогвартса и обильного скопления волшебников, — продолжил пояснять Северус, после очередного глотка. Правда, Регулус его всё равно не очень понимал, — Чтобы избежать вандализма на могиле. Сам ведь понимаешь... предателей не любят. Пусть промолчав, волшебник всё равно вынужден был согласиться. Он и сам ведь не жаловал Петтигрю. Наоборот, ненавидел и презирал. Но даже несмотря на обиды, понимал: этому человеку тоже полагалась могила. Затерянная где-то на окраинах Уэльса, но всё-таки могила. — Знаешь, Блэк, — молчание опять нарушилось, — Поздравляю, — Регулус немного удивился, вскинув одну чёрную бровь вверх. В честь чего поздравления-то? — И тебя, и твоего никудышного братца. Из этой битвы вы вышли победителями. Что-то во взгляде аристократа сменилось. И тихо выдыхая, он пробормотал: — Я благодарен за то, что ты был на нашей стороне в суде. Я этого не забу– — Просто помог разрешить несправедливость, — резко перебил Северус. То ли из-за своего сварливого характера, то ли из-за стеснения, — Пусть мой поступок будет пищей для мозга Блэка. Если тот вообще у него есть. — Ага, как же... у этого придурка с рождения в голове только ветер и гуляет, — мужчина мрачно хмыкнул. Спустя недолгую тишину, однако, вскоре заговорил вновь. — Послушай, я... мне жаль, что всё так вышло, — теперь настала очередь Снейпа удивляться, — Мы должны были сделать всё иначе. Но Сириус меня не послушал, пошёл в Хижину без меня, я... ума не приложу, что у него вообще творилось в голове. Ненормальный псих. После Азкабана как с катушек слетел. — Ох, поверь мне, он был таким ещё до своего заключения, — не мог не пошутить зельевар. — И затем пришёл Люпин, и ты, и даже Драко там был, и... Тяжёлый вздох заставил Северуса отложить свою чашку чая. Даже немного приподняться в кресле, хоть он сам не понял зачем. — Все мои планы постоянно летят коту под хвост. Я ужасен в этом. — ...нет. Нет, с твоими планами всё нормально, — слабо ухмыльнувшись, Регулус лишь помотал головой. Мол, да не нужно меня утешать, — Просто не везёт с людьми, что окружают тебя. И возможно, я как раз один из таких людей, — тут же волшебник едва не четырехнулся. — Не– нет, Снейп, нет. Ты ни в чём не виноват. Ты думал, что мы все поехавшие злодеи, что мы убийцы... и просто хотел защитить детей. Когда молчание затянулось, он продолжил в уже более мягком тоне: — Ты защитил моего сына. Сн... — и вдруг за весь этот разговор всё-таки позволил себе улыбнуться, — Северус. Спасибо. Я в огромном долгу перед тобой, потому можешь просить у меня всё, что пожелаешь. Ответить чем-либо профессор зелий не сумел, так как в комнату резко ворвался Сириус. Знакомая картина: с картой в руках и слегка растрёпанными волосами. Наверное, это Драко дал ему пароль. Или кто-то из перепуганных слизеринцев пропустил внутрь, чтобы избежать проблем. Оба волшебника смерили его крайне недовольным взглядом. Впрочем, и он сам был не особо рад видеть кое-кого — а именно Северуса. — Редж, хватит уже сидеть в сырости на пару с летучими мышами! Пойдём лучше к Лунатику. Он как раз очнулся и хотел перед тобой извиниться, — от сердца вдруг отлегло. Ну слава Мерлину, с этим идиотом тоже всё в порядке. Через день или два должен быть как новенький, — Пойдём, ну пойдём! Ему правда жаль, но сам он дойти до ваших катакомб не в состоянии. — Сириус, говоря об извинениях... может, и сам тоже скажешь кое-что? — Чт– что? — Ты забыл кое-что кое-кому сказать. И это нечто важное. Наклонив голову вбок, Блэк мог только удивлённо моргать. Прошло две секунды, три, четыре, пять... до него, что, действительно не доходило? Или он придуривался? Со вздохом младший брат почти по губам заставил прочитать: «Из-ви-ни ме-ня». И стоило мозгу Сириуса хоть немного заработать, как он сразу же скривился. Ему придётся извиняться? Перед Снейпом? Да ни за что, лучше снова в Азкабан. С громким фырканьем Блэк взмахнул волосами и вскинул подбородок. Ещё чего, не будет он извиняться. Особенно перед какими-то грязными, ненавистными полукровками... — Сириус. — Оставь его, — пробормотал профессор, — Видно же, что– — Нет, он должен это сделать. Это всего два слова. Два слова, Сириус. Пальцы мужчины невольно сжались в кулаки. Костяшки побелели ещё сильнее, а сам он выглядел, будто вот-вот кого-то ударит. — Даже ребёнок справится с тем, чтобы произнести всего лишь два слова. А ты, что, хуже пятилетки? — настоял младший брат, после чего надменно усмехнулся, — Или, может, забыл, как выговаривать буквы? Могу помочь с этим, если хочешь. — Редж– — Извинись перед Северусом. Извинись перед тем, кто защищал тебя в суде. Губы невольно сжались в тонкую линию. О, несомненно, Сириус был зол или даже взбешён. Это же надо — так его унизить. Да лучше бы попросили погавкать или станцевать, чем такое... знал бы Джеймс, в гробу бы перевернулся! Однако явно никто отсюда не уйдёт, пока не прозвучит заветное извинение. Аж не по себе становилось от осознания. Отводя взгляд, Блэк настойчиво молчал. Упёртый баран, не иначе. Снейпу же даже стало интересно, что в итоге, из этого получится. На извинения плевать — он давно оставил надежду услышать их, ещё в далёких семидесятых. Но вот на унижения этого придурка посмотреть бы хотелось. Очень бы хотелось. — Реджи, ну что ты... пристал. Пойдём, там Лунатик уже– — Извинись за всё плохое, что ты делал, — сразу же Сириус весь сжался и как-то в омерзении поморщился. Ну как ребёнок малый, в самом деле, — Северус выступал в твою защиту на суде. Обычное «прости» — меньшее, чем ты можешь ему отплатить, — громкий возмущённый вздох услышало, кажется, всё подземелье, — Давай, мы оба ждём. Торопиться некуда, можем хоть до ночи тут просидеть. — Ну уж нет! Я просто вернусь на Гриммо сам, без тебя, — «домом» это место он не называл. Слегка обидно. Задело даже, можно сказать. Именно поэтому Регулус стал требовать извинений в два раза настырнее. — Кричер и Добби не впустят, если я прикажу им того не делать. Так что давай, Сириус, проси прощения. Говори, что тебе жаль за травлю. «Травля» — это слишком громкое и плохое слово. По крайней мере, для старшего Блэка. Он-то считал всё обычной школьной забавой, чем-то, чем можно убить скуку меж уроками. И явно никак не ожидал, что через много лет ему всё это припомнят. Так ещё и заставят просить прощения! — ...тц, — кулаки волшебника резко сжались. Пару секунд он что-то бурчал и тарахтел себе под нос, будто старый мотоцикл. И лишь затем на выдохе произнёс: — Désolé, — младший брат с возмущением вскинул руки, а Северус же хмыкнул. — Может, ты не в курсе, Блэк, но я не говорю на языке богачей. — Да, Сириус. Скажи нормально. — Что?! — аристократ приготовился уже чуть ли не рвать и метать, — Я– я сказал! Что ещё от меня надо? Ответом ему стал грозный, мрачный взгляд Регулуса. Ясно. Значит они действительно не уйдут отсюда, пока не прозвучат нормальные извинения. Собирая все силы и всю искренность, которая только имелась, Сириус поначалу молчал. Долго над чем-то думал, морально готовился. И затем прошептал: — Прости меня, Снейп. Я не должен был... — если скажет «шутить», младший брат мгновенно оторвёт ему голову, — Травить тебя. Мне жаль... но не придумывай себе лишнего, ага? Я твою больную на всякие фантазии голову знаю. — Портить концовку было обязательно? — с разочарованием поинтересовался Регулус. — Это слова, исходящие прямо из глубины моей души. Либо так, либо никак. Зельевар слегка прищурился, в то время как уголки губ поползли в кривую усмешку — хорошо известную обоим Блэкам. Вызывающую у Сириуса искреннее отвращение. В ответ он уже приготовился услышать смех или оскорбления, но... последовало лишь сухое и почти ленивое: — Я всё равно тебя не прощаю. И это ничего между нами не меняет, — хотя чувствовалось: за этой маской он скрывал, насколько счастлив из-за унижений Сириуса. — Естественно! Ещё бы я хотел, чтобы что-то менялось! — не теряя ни секунды, аристократ вспылил сразу же. Потом грозно топая ногами, последовал к двери, — Редж, пойдём уже, а?! А то скоро плесенью покроемся в этом сырятнике!.. — брат покачал головой, всё с тем же глубоким разочарованием. — Дорогая Моргана, у меня словно два сына... Хотя, признаться честно, Драко и то воспитывать легче. Нежели чем этого ребёнка-переростка. Как вообще Вальбурга в своё время с ним справлялась? Ещё и продержалась довольно долго — целых шестнадцать лет. «Мать-героиня, не иначе», — с лёгким шлейфом сарказма подумал Регулус. Но долю искреннего почтения матери всё-таки оказал. И только уже собирался уйти, как за спиной услышал тихое: — Регулус, — собственное имя изо рта зельевара звучало чужеродно, необычно. Как слово на иностранном языке, — Спасибо, — а вот это уже больше напоминало заклинание Ступефай. Так же заставило замереть на месте без движения. — А? Чт– за что? Когда повернулся, то посмотреть прямо в глаза Северуса не смог. Тот специально отвернулся от него почти всем телом. Вот же скользкий гад. — Если бы не ты, боюсь, он бы никогда не извинился. Ни за что. — А... хах, — неловко смеясь на выдохе, волшебник потёр шею. И не понял, почему вообще из всех жестов выбрал именно этот. На минуту сам себе напомнил кое-кого, — Да, что ж, мой брат... мой брат не из самых лёгких и приятных людей. — Но зато теперь моя ненависть к нему немного угасла, — продолжил Снейп, совсем не поворачиваясь. Стеснялся, наверное. Сам не мог поверить, что вообще говорил такие слова. Хорошо хоть Сириуса рядом не было... а то этот идиот сразу бы начал валяться и лаять от смеха, мол: «Нюниус благодарит кого-то? Ещё и искренне? Мне, что, уши заложило?». — Спасибо тебе, Регулус. За всё спасибо. — Да я даже не... Закрыв рот, он не стал договаривать своё «даже не сделал ничего особенного». Мать ведь учила быть вежливым и, когда подходило нужное время, просто молча принимать комплимент. Не напрашиваться на целую гору лести, а вести себя порядочно. Именно это Регулус и сделал. После чего в небольшом смятении поспешил за братом.