Разрыв границ: искупление демона

      Перед глазами рассеялась темнота, а под плетущимися ногами тихо поскрипывал снег. Истребитель прекрасно знал этот лес, но не мог понять, как он тут оказался и почему его вдруг настигла метель — сильная и коварная, она напомнила о зиме в самый разгар лета.       Юношеские глаза широко открылись от осознания где именно он находился, и парень инстинктивно схватился за клинок, начиная судорожно бегать взглядом по родной местности, оборачиваясь. Чуялся отчётливый подвох.

«Что происходит?»

      Паника подкралась незаметно. Танджиро резко вдохнул и выдохнул холодный воздух, а после прикрыл глаза и попытался прийти в себя — как его учили.

«Успокойся… Надо успокоиться…»

      Провалившийся под ногами снег заставил истребителя оглянуться. По среди непроглядного леса он оказался не один. Ожидая сразиться с демоном, юноша даже и подумать не мог, что до ушей донесётся слабый голос…       — Братик!       …младшей сестры.       Ноги приросли к заснеженной земле, а сердце пропустило удар при виде дома, который почему-то не был замечен раньше. Шигеру и Ханако, что с улыбкой смотрели на старшего брата, выглядели до невозможности настоящими и живыми. Позади детей — родной дом, каким Камадо его и запомнил, а в их руках тяжелая корзина с бельем: как всегда помогали матери.       — Ты уже продал весь уголь? — спросила Ханако, улыбаясь так широко, что у Танджиро защипало в глазах. Давно он не слышал этот милый голосок.       — Как ты быстро вернулся! — хмыкнул Шигеру.       В ту же минуту клинок был откинут в сугроб. Воцарилась трехсекундная тишина, после которой истребитель со всех ног бросился к близким. Падая, хватая ртом холодный воздух и загребая в рукава снег, юноша продолжал упрямо бежать вперёд, в конце концов сбивая младших и падая с ними на холодную землю. Навернулись слезы, к горлу подступил ком, и Камадо не смог сдержать громкого рыдания и отчаянных всхлипов, когда почувствовал столь родной запах своей семьи.       — Братик? — недоуменно уточнила младшая сестра, присаживаясь на колени. Шигеру поступил точно также, и вместе дети принялись сверлить Танджиро взглядами, который при ощущении чёткого запаха сиблингов разрыдался пуще прежнего, решив снова утянуть тех в крепкие объятия.       Плач становился всё громче.

***

За некоторое время до этих событий.

      — Куда ты? — выдохнула Харука, смотря на поднявшегося Энму. Демонесса все ещё лежала на земле — окончательно прийти в себя она смогла не сразу, чего не скажешь о старшем: первая низшая Луна как всегда казался загадочным и неприступным. Непонятно, что было у него в голове, и это злило.

«Если он захочет, сможет погрузить меня в сон? Мерзавец, нельзя дать ему сделать этого.»

      — М? — Энму обернулся. — Ну, как же? Выполнять указание господина… А ты так и планируешь лежать тут? Хочешь пообедать местными горожанами?       Демоница сжала челюсть и подорвалась с места. Как можно быстрее отряхнула с приоткрытого кимоно песок, по привычке поправила волосы, выбившиеся из пучка, и наконец вздохнула полной грудью — ещё никогда шестая низшая Луна не чувствовала себя такой сильной и напитанной. Харука даже представить не могла, что когда-то сумеет ощутить такую мощь. И осознание, что это не предел, заставило ухмыльнуться.

«Если постараюсь, выполню указ Мудзана-сама и стану ещё сильнее. Тогда смогу потягаться с другими Лунами, не переживая, что сама я проиграю, а моё существование продолжит быть бессмысленным.»

      — Что ты хочешь сделать? — Девушка сложила руки перед собой. Энму хмыкнул:       — Я ведь уже сказал, Харука-сан… Ты меня совсем не слушаешь, да? Ничего, понимаю… Я и сам ещё никак не налюбуюсь своей новой силой.       — Что именно ты хочешь сделать, Энму? — бесцеремонно прошипела Харука, сделав маленький шаг вперёд. Первая низшая Луна зацепился за этот жест и проговорил в своей изящной манере:       — Пугаешь меня, Харука-сан? Разве ты сможешь причинить мне настоящий вред?

«Как же действует на нервы… Даже речи Доумы-сан не такие ванильные, как у Энму. Но он прав, я ничего не могу ему сделать. По крайней мере сейчас. Это плохо.»

      Харука выдохнула, а после неожиданно блеснула своими красными глазами, что сверкнули при свете Луны, и улыбнулась: по-доброму и нисколечко не наигранно. Конечно же.       — Нет, что ты, Энму-сан… — качнула головой. — Просто не хочу, чтобы ты рубил сгоряча. Сам ведь сказал, что ещё не привык к новой силе. Не лучше ли подумать над планом и расправиться со столпами на чистую голову?       Первая низшая Луна, кажется, заинтересовался. Он чуть склонил голову и замолчал — на долю секунды, — но демонесса успела уловить в его взгляде задумчивость и смятение.

«Так часто общалась с Доумой-сан, что сама научилась приседать на уши. Да уж.»

      — Неужто переживаешь обо мне, Харука-сан?       — Ни в коем случаем. — С женских губ сорвался смешок, заставивший Энму улыбнуться. Честность он любил, и чтил её не меньше жестокости. — Просто думаю, что после того, как все низшие Луны кроме нас оказались мертвы, мы с тобой можем объединиться. Ненадолго.       — Зачем мне это?       — Разве тебе неинтересно сразиться со мной? Если выиграю я, то останусь в любимчиках у Мудзана-сама. А если ты… Представь, как твой слух будут ласкать мои стоны боли и отчаяния, если я буду умирать от твоих руках.       Харука была готова поклясться, что увидела зажёгшийся в чужих глазах огонек. Конечно же Энму пойдёт на всё, лишь бы насладиться чужими страданиями.

«Я хожу по лезвию клинка, делая такие предложения. Но по-другому мне не победить. Если действительно справлюсь, Мудзан-сама увидит потенциал во мне и даст мне ещё немного своей крови. А вместе с тренировками от Доумы-сан я и вовсе смогу одолеть Энму сама, и остаться единственной низшей Луной в дюжине…»

      — Твои речи так сладки, а предложения заманчивы, Харука-сан… — Энму улыбнулся. — Из тебя бы вышел отличный переговорщик. Разве теперь я могу отказать тебе? Очень сомневаюсь.       Демоница склонила голову, чтобы старший не увидел ухмылку на её лице — уже ни капельку ни добрую, а скорее злорадствующую и победную.

«Пришло время совершенствоваться. Я достаточно сидела в своей же тени.»

***

      — Шинохаруно ханабира! — по залу раздался громкий радостный крик второй высшей Луны, что подскочил с места и бросился на встречу к вошедшей демонессе. Та хмыкнула.

«Даже компания Доумы-сан уже не кажется такой отвратной. Как же быстро я привыкла.»

      — Здравствуй, Доума-сан.       Демон в два счета возвысился над женской фигурой, после чего взял её руки в свои. Препятствовать шестая низшая Луна не стала.       — Ты так резко пропала в нашу прошлую встречу! Зачем же Накиме-сан понадобилось вызывать тебя в Крепость?       — Все низшие Луны мертвы.       Доума громко ахнул и театрально прикрыл рот руками, выпучив глаза.       — Не может быть! Это Мудзан-сама постарался? Ох, как же так…       Харука пожала плечами и обошла демона, решив неспешными шагами прогуляться по залу его храма. Доума тут же поравнялся с ней — в его глазах читались недоумение и жгучее любопытство.       — Я и первая низшая Луна — Энму, — единственные, кого пощадили. Мудзан-сама поделился с нами своей кровью и отправил на особое задание.       — С ума сойти! — вскрикнул старший, достав свои веера и начиная размахивать ими перед лицом. — Помню, как сам впервые попробовал кровь господина Мудзана… Она такая терпкая и вкусная…       Демон резко остановился, и вместе с ним замерла и Харука, что с интересом наблюдала за сменой эмоций на чужом лице. Доума резко заулыбался, а после обхватил девичьи плечи руками и повёл её к двери, что оказалась выходом в цветочный сад. Тот был красив, как и весь храм в целом. Усеянный лотосами и пышными деревьями, он заставил девушку ухмыльнуться. Она тут ещё ни разу не была.       — А что за задание, Харука-чан?       — Мне нужно убить какого-то мальчишку или столпа, — сложила руки перед собой. Доума закинул свою ладонь на чужое плечо, слушая и попутно рассматривая свой сад так, словно до этого никогда его не видел.       — Ох, столпов убить не так просто… — Демон почесал затылок. — Почему же Мудзан-сама дал вам такое тяжелое задание?       — Доума-сан… — демонесса остановилась и посмотрела на старшего снизу вверх. — Ты когда-то убивал столпов?       — Конечно! Что за глупые вопросы, милая Харука-чан? — улыбнулся. — Все высшие Луны убивали столпов.

«Вот как. Быть может, Мудзан-сама хочет перебрать состав дюжины и оставить самых сильных? Тогда почему оставил в живых нас с Энму? Верит и надеется, что мы окажемся лучше высших Лун?»

      Доума, тем временем, продолжил говорить:       — Последний раз я сражался со столпом несколько лет назад… Такая замечательная девушка попалась — билась до самого конца! Жаль, что солнце взошло и я не успел её доесть…       Харука сглотнула.

«Говорит об этом так обыденно, словно убить столпа не было чем-то тяжелым для него. Неужели настолько силён? Или я стану такой же, если буду убивать всех подряд, как это делают все остальные демоны? Почти все.»

      Пока Доума наслаждался навеянными воспоминаниями — хорошая память позволяла прожить тот день заново, — демонесса качнула головой и заговорила:       — Мы не договорили в тот раз.       — Ты про тренировки? Ох, милая Харука-чан, я ещё не успел придумать как тебе можно помочь. Видишь ли, Аказа-сан у нас тоже со своими наклонностями… И сколько бы я не предлагал ему опробовать чистого и невинного тела одной из своих прислужниц, он каждый раз отказывался! Что же я могу сделать для тебя?

«Неужели я настолько безнадежна? Или просто обратилась ни к тому? Но Аказа-сан меня бы даже слушать не стал. Последнее, что он сделает — это поможет тем, кто слабее него.»

      — Это неважно, Доума-сан, — закачала головой демоница. Всё действительно становилось неважным, когда речь шла о собственной жизни. — Если нужно будет убить простого прохожего — я сделаю это. Если нужно будет привести тебе ни в чём неповинных девушек, я приведу. Только помоги мне. Ты ведь… — подняла взгляд. — Помогаешь всем без исключения.       — Харука-чан, твой невинный взгляд так и манит меня! Конечно же я с радостью помогу тебе. В конце концов, не терпится встать с тобой на равных и сразиться — это будет потрясающее зрелище, после которого я позволю тебе отправиться в Рай! — Доума засмеялся и прикрыл рот рукой. — Если ты позволишь, конечно!

«Мечтай. Уж лучше я умру от рук Мудзана-сама или какого-то столпа в честном бою, чем проживу вечность с тобой.»

      Вторая высшая Луна, кажется, действительно взбодрился. Он широко вздохнул полной грудью, а после убрал веера, схватил младшую за руки и проговорил:       — Не будем терять времени, Харука-чан! Нам нужно как можно скорее обучить тебя чему-нибудь!

***

      — Хорошее место для свидания, — хмыкнула Харука, стоило им с Доумой оказаться на поляне, что скрылась среди густого и непроглядного леса. Вокруг — высокие деревья, а сверху яркий свет полной Луны. Тишина вокруг с изредка пробегавшими вдали дикими зверями делала обстановку более секретной — только два демона и никого рядом.       Вторая высшая Луна смущённо прикрыл рот рукой, посмеявшись. Он встал в центре поляны и раскинул руки.       — Ты такая шутница, Харука-чан. Я рад, что у тебя хорошее настроение.

«Не обольщайся, я просто в предвкушении.»

      — С чего ты хочешь начать? — демонесса сложила руки перед собой.       — На самом деле, я надеялся придумать всё по ходу занятия. — Доума снова посмеялся. Если у кого и было хорошее настроение, так это у него. — Но сейчас мне резко стало интересно как ты убиваешь людей. Я знаю, что ты чувствуешь грехи, потом залезаешь в воспоминания, а… А дальше?       Харука нахмурилась. Было что-то унизительное в том, чтобы объяснять технику своей работы.       — Из всех грехов я умею считывать только похоть, — плечи непроизвольно дёрнулись, а губы облизнулись — она давненько не охотилась. — Если нахожу её в человеке, сразу же лезу в воспоминания, где этот грех проскальзывал. И если вижу что-то плохое, начинаю действовать.       Доума неожиданно засмеялся и отмахнулся:       — Как забавно, что ты называешь их поступки плохими. Разве то, что ты делаешь с ними, не плохо?       Харука ухмыльнулась. Действительно, забавно.

«У каждого свой палач. Если не буду осторожной, то и по мою душу придёт истребитель, который захочет избавить мир от демонов также, как я избавляю его от негодяев.»

      — А что ты делаешь с ними, Харука-чан? Ну же, расскажи мне, как перегрызаешь их толстые шеи! — Демон закусил губу.       — Ничего особенного. Они сами ведутся на мою красоту и тело, желая воспользоваться лёгкой добычей. А потом, когда из них уже вовсю хлыщет кровь, сил убежать они не находят.       — Ох, как же я надеюсь увидеть это вживую! Пожалуйста, позови меня с собой, когда решишься выйти в деревню! Мы знатно повеселимся!       Демонесса отстранённо кивнула. Ей без разницы, будет ли она одна или кто-то составит ей компанию.       — Харука-чан, перед тем, как мы начнём, я всё же хочу спросить… — демон, чьё тело особенно красиво блестало при свете Луны, выдохнул. — Почему же ты обратилась за помощью именно ко мне? Знаю же, что не из-за нашей крепкой дружбы.       Шестая низшая Луна задумалась на долю секунды. Если убрать притворство — каковы были её истинные причины? Она осмотрела высокую и статную фигуру взглядом. Демон отошёл подальше, прогуливаясь по округе, и демоница словно впервые задумалась над поставленным вопросом по-настоящему.

«Говоря о том, что Доума-сан поможет мне, потому что мы близки, я была уверена, что вру. Но сейчас понимаю, что он единственный, к кому я могу просто взять и прийти. Остальные даже не считаются со мной, а Доума-сан рад моей компании…»

      Демон достал яркие веера и резанул им воздух.

«… Пусть даже это и притворство. Но разве могут его эмоции и чувства быть ненастоящими, если он реагирует так всегда? Разве они не должны были стать его частью за столь долгое время?»

      Девичьи ладони неосознанно сжались в кулак.

«Доума-сан неспроста заговорил о моей смерти сегодня. Ему будет безразлично, если я отправлюсь в небытие? Но если его эмоции можно расценивать как настоящие, значит все слова про то, как он рад меня видеть — правда… Агх, голова сейчас взорвётся!»

      Девушка резко подняла голову и откинула развивающийся на ветру подол кимоно назад.       — Не задавай мне таких вопросов, Доума-сан. Ни мне, ни тебе не понравятся ответы на них.       — Ох, шинохаруно ханабира, ты так очаровательна. Когда я впервые увидел тебя, даже расстроился, что ты демон. Иначе с удовольствием бы завлёк тебя в свой культ.

«Не сомневаюсь в этом.»

      — Но, в принципе, я и так мог бы это сделать. Если бы захотел… — вторая высшая Луна провёл пальцами по острому краю веера.       — А ты всё-таки не хочешь?

Zenitsu Theme V2

      Доума спрятал лицо за веером, а его радужные глаза заблестели.       — Не задавай мне таких вопросов, Харука-чан. Ни мне, ни тебе не понравятся ответы на них.       В следующую же секунду демон сорвался с места, а после Харука почувствовала касание холодного металла на своём животе. Доума в голос засмеялся — чужая реакция его позабавила. Девушка замерла, чувствуя, как туловище разделилось ровно пополам. Алая кровь брызнула в разные стороны, а Харука всё также стояла на зеленой траве, не в силах пошевелиться. Шок овладел всем телом.

«Он… Атаковал меня?»

      Всё произошло слишком быстро. Ещё недавно Доума стоял в нескольких метрах, а сейчас оказался прямо за её спиной. С ухмылкой на лице, огнём в глазах и окровавленным веером, он бесстрашно встал к младшей спиной и стал вытирать оружие от крови, попутно слушая, как чужие органы сжимаются от разрывов.       — Надо же, у тебя такое маленькое тело, что я сумел разделить его на две части лишь одним ударом.       Харука наконец смогла выдохнуть. Её веки задрожали от четкого осознания, что произошло.       Доума действительно атаковал её.       Прошло несколько долгих секунд, прежде чем рана, что появилась до одури неожиданно, затянулась и все органы встали на место.       — Ты так долго регенерируешься… — вторая высшая Луна грустно выдохнул и обернулся через плечо. — Но это и неудивительно. Это ведь твой первый бой с демоном? Я очень рад стать твоим первым партнером.       По поляне тут же прошёлся громкий смех.       — Я про первый раз заговорил, ты про свидание… Сегодня такая романтичная ночь. Да, Харука-чан? — обернулся и осмотрел дрожащую спину, тут же нахмурившись. — Ох, Харука-чан, почему ты молчишь? Я сделал тебе больно?       Мысли наконец собрались в клубок.

«Доума атаковал меня. Атаковал, зная, что я ничего не умею. Но зачем? У меня даже нет оружия, я никак не могу ему ответить…»

      Демонесса прикрыла глаза и сжала кулаки. Доума зацепился за это взглядом и выдохнул:       — Ох, неужели ты злишься на меня? Извини, я ударил тебя не так аккуратно, как планировал. Но, знаешь, я ведь тоже давно не бился с кем-то! — демон прикусил губу и погрузился в воспоминания. — Последний раз это было не так давно по меркам человеческой жизни. Что-то я растерял хват…       Удар.       Доума резко открыл глаза, а из его рта вышел удивленный вздох, стоило отпустить взгляд и наткнуться на озлобленную Харуку. Та повернулась и занесла руку для удара, который прошёлся точно по мужскому плечу. Небольшой кусок чужого тела отлетел куда-то в сторону вместе с одним из вееров.       — Харука-чан… — удивлённо прошептал демон, мгновенно регенерируя недостающую часть вместо с одеждой. — Ты снесла мне плечо голыми руками?       Взгляд Доумы — удивлённый и немного насмешливый. У Харуки — озлобленный и заинтересованный. Она даже не думала, что сумеет сделать это. Всё произошло на автомате.

«Я демон. Мне не нужны навыки или оружие, чтобы заставить Доуму поверить в то, что я достойный противник…»

      Девичьи ладони снова сжались в кулак.

«… и я могу драться. Потому что сила уже сидит внутри меня. Я чувствую её. Мудзан-сама не сделал бы меня демоном просто так. Не сделал бы Луной, будь я ни на что не способна!»

      Замахнувшись для ещё одного удара, только теперь в другую сторону, Харука мгновенно была откинута в сторону. Толчка Доумы, который решил, что одного веера ему будет достаточно, хватило, чтобы девичье тело отлетело на несколько метров и ударилось об кромку дерева. С того сразу посыпались листья и кора, пока шестая низшая Луна завалилась на живот. Старший хрустнул шеей.       — Не стоит нападать одной атакой два раза подряд. Это очень предсказуемо. — Демон запрыгал на месте и, склонив голову вбок, стал наблюдать за младшей, что с рванными вдохами вставала на ноги. — Ох, ты такая красивая, Харука-чан. Злоба тебе к лицу, — и снова смешок, заставивший демоницу сначала сжать челюсть, а после прикрыть глаза.

«Думай, Харука… Ты не можешь умереть так глупо!»

      — Может быть, мне добыть тебе какое-то оружие, чтобы было честно? Клинок? — Демон хихикнул и прикрыл лицо окровавленным веером. Вдохнув запах, Доума тот час прошёлся длинным языком по лезвию, на секунду позволив себе прикрыть глаза в наслаждении. — Ох, какая у тебя сладкая кровь, Харука-чан. Я чувствую примесь крови Мудзана-сама, какая прелесть! А он ничего не передал тебе вместе с этим прекрасным алым напитком? Я бы задумался на твоём месте.       Голову пронзило четкое осознание, и Харука широко открыла глаза.

«Доума играет. Он мог напасть уже сотню раз, но вместо этого просто болтает со мной. Мне нужно прислушаться к тому, что он говорит…»

      Демон вычистил веер от крови, а после слизнул остатки с собственных губ.       — Да, твоя кровь действительно сладка как сахар. Даже получше, чем у моих невинных приспешниц. Обидно, Харука-чан!       Доума замолк и снова ринулся в бой. Харука успела увернуться в самый последний момент, когда веер коснулся кончиков тёмных волос — удар прошёлся чуть по виску. Целился в шею или промахнулся?       — Так и будешь бегать от меня, Харука-чан? — дьявольская улыбка появилась на лице противника, который, не давая времени на передышку, принялся наносить новые удары. Харуке оставалось только блокировать их слабыми отталкиваниями, которые только забавляли и распаляли высшую Луну. — Да, Харука-чан, отражай мои атаки как можешь! Хоть это и выглядит немного жалко, но я не виню тебя — я всё понимаю, шинохаруно ханабира. Хотел предложить тебе закончить бой, когда ты оторвешь мне руку, но теперь сомневаюсь: дотянешься второй раз или мне наклониться?       Два удара, и левая рука демонессы была отрезана по локоть. Харука, глянув на пропажу, сжала вторую руку в кулак.       — Регенерируй, Харука-чан. Заставь руку расти быстрее. Потому что это твоя рука и её место не на земле.       Новая конечность в одночасье показалась из кровоточащего сгиба локтя. Доума ухмыльнулся и отскочил в сторону. Пока девушка потупила взгляд, он поправил на себе кофту.       — Надо же… Твоя кровь такая яркая, что её видно даже на моих вещах! Хорошая техника: ты отвлекла меня, чтобы нанести удар в шею. Я ведь прав?       Нечёткие картинки поплыли перед глазами.

«Он уделяет так много внимания моей крови… И о какой технике речь? Какой-то приём? Он есть у всех демонов? Мудзан-сама ничего не рассказывал об этом…»

      Демоница нахмурилась и прижала руки к вискам. Голова затрещала от потока мыслей. Доума глянул наверх. Ещё немного, и будет светать.

«Думай же, Харука. Всё не просто так. Кровь… Удары… Веера… Демоны… Техники… Какая техника? Техника…»

      — Ты передохнула, Харука-чан? Я могу напасть? Хочется вновь измазать мой веер в твоей крови.       Глазницы чуть не выпали от мысли, что посетила девичью голову на долю секунды.

«Техника демонической крови…»

      Доума снова пропал из виду, а спустя мгновенье его веер прошёлся по одной груди, разрезая ту пополам.       — Смотри, Харука-чан! Теперь у тебя три груди! Интересно, негодяям, которых ты убиваешь, это понравится или они решат, что…       Ранение затянулось прежде, чем вторая высшая Луна договорил. Он приоткрыл губы в удивлении, а после его груди коснулась девичья ступня, и потерявший бдительность Доума отлетел на пару метров. Он тут же прижал кулак ко рту и закричал:       — Я даже не договорил, Харука-чан! Невежливо перебив…       — Техника демонической крови… — прошептала демонесса, чувствуя, как вся сила собирается в одном месте. Слова полились из уст сами, и Харука не поняла, как приняла решение довериться самой себе. — Облако соблазна.       Появившиеся двойники заставили Доуму оглянуться вокруг своей оси несколько раз. Чистые копии взбудораженной Харуки. Фантомы повторяли каждый её жест, путая противника так, что он действительно растерялся на долю секунды.       — Харука-чан, но я не хочу играть так… — выпятил нижнюю губу и вскинул веер вверх. — Я думал, что сегодня ты просто уйдешь с поляны без руки, но раз ты так хочешь побиться ещё чуть-чуть… Разве я могу отказать даме?       Настоящая демонесса, подпитываемая мощью изнутри, зарычала и вскинула руки вверх. Фантомы, окружившие противника, двинулись вперёд как раз в тот момент, когда Доума обольстительно улыбнулся и заговорил:       — Техника демонической крови: зимние сосульки.       Появившиеся из ниоткуда острые колья мгновенно насадили двойников на себя и прижали тех к самым разным поверхностям, начиная от травы и заканчивая деревьями. Раненные фантомы прямо на глазах рассеялись в белое облако, заставив Харуку сжать кулаки, а Доуму расплыться в победной улыбке.       — Всё складывается так хорошо, Харука-чан. Как считаешь?       — У тебя ещё остались силы болтать? — прокричала демонесса, откинув мешавшую ткань кимоно назад.       — А? — удивлённо вскинул брови. — А ты устала? Мы можем закончить, если ты этого хочешь! Не нужно перетруждать себ…       — Техника демонической крови: зеркало порочных желаний…       Не успевшего прикрыть глаза Доуму ослепило. Когда зрение пришло в норму и демон качнул головой, отбивая назойливую туманность в голове, Харуки не оказалось перед глазами. Попытки оглядеться принесли пользу: демонесса расположилась ровно позади, однако то, как она себя вела, было крайне странным и неуместным. И всё же было что-то притягательное в невинном взгляде и дрожащих руках.       — Подойди ко мне, Доума-сан… — прошептала младшая, поглаживая себя по плечам. Её открытое кимоно сползло чуть ниже, открывая вид на острые ключицы. Вторая высшая Луна позволил себе облизнуться при виде такого зрелища. — Ты представить себе не можешь, как сильно на самом деле я хочу слиться с тобой на вечность… Позволить тебе впитать мою кровь. И… — Доума сглотнул. — Быть может, поддаться греху с тобой… Тому самому…       Длинная бледная ножка оказалась приоткрыта, стоило Харуке нарочно поднять подол кимоно. Стало не до шуток.       — Доума-сан, скажи… Ты поддавался греху со своими приспешницами?       — Ох, Харука-чан, хочешь обсудить это прямо сейчас?       — Нет, не хочу.       Демон замер. Харука перед ним — жаждущая мужского тепла и ласки, — даже рот не открыла, но Доума отчётливо услышал её нежный голос.       Девичье дыхание послышалось практически над ухом, когда демонесса подкралась сзади и отрезала руку противника его же веером, который успела подобрать с земли, пока Доума наслаждался иллюзией. Высшая Луна оторопел. Он за секунду отрастил себе руку, поднял упавшее оружие с земли и закачал головой.       — Как ты… — обернулся и оглядел то место, где ранее расположилась девушка. Никого. — Ах, это был твой приём! Ты спроецировала мои тайные желания, сделав их явными для меня же! Ну, вот, теперь мне неловко перед тобой, Харука-чан!       Шестая низшая Луна, которая уже готовилась к новому удару, чтобы опробовать новую технику, родившуюся в голове саму по себе, неожиданно отступила и выдохнула. Она прикрыла глаза, не переживая за то, нападет ли Доума вновь, а после протянула второй веер его владельцу. Тот хмыкнул и забрал оружие себе, и Харука прошептала:       — Бой окончен. Я отрубила тебе руку, как ты и хотел.

Конец музыкального сопровождения.

«Не могу поверить, что всё происходило вживую… Этот бой был… Потрясающим. Так вот какого это…»

      Доума заулыбался и в одночасье сгрёб младшую в свои медвежьи объятия.       — Как же достойно ты сражалась, Харука-чан! Для своего первого боя ты держалась очень хорошо!       На лице шестой низшей Луны появилась уставшая, но счастливая улыбка. Прося у Доумы помощи, она даже представить не могла, что всё получится так хорошо и в какой-то степени легко.

«Даже эти искусственные объятия уже не кажутся такими мерзкими. Может они и не искусственные вовсе.»

      — Демоны!       Раздавшийся на поляне незнакомый юношеский голос заставил Харуку нахмуриться, а Доуму засмеяться. Демонесса сжала руки в кулаки и вместе со старшим обернулась к незваному гостю.

«Истребитель…»

      Парню, что вытащил свой клинок, на вид было не больше восемнадцати. В меру подкаченный, с яркими белыми волосами, повязкой на голове и большими глазами — он все равно не внушал никакого страха даже в истощенную от боя Харуку. Будь её воля, девушка бы и вовсе скрылась с поляны — тем более, скоро взойдет Солнце, — но Доума этого явно не хотел. Вместо того, чтобы убраться, он обнажил свои зубы и вскинул вверх веера.       — Ах, юный истребитель! Прости, мы наверное напугали тебя своим шумным боем? Жаль, что ты всё пропустил…       Парень резко качнул головой и нахмурился.       — Не заговаривай мне зубы, жалкий демон! Я убью вас двоих и глазом не моргну.       — Думаешь? — Доума ухмыльнулся и поглядел на Харуку, что до этого сверлила взглядом траву. Она резко вскинула голову на юнца и тот замер: сначала от неистовой красоты, а после от увиденных надписей на зрачках.       — Вторая высшая и шестая низшая Луны… — с нескрываемым отчаянием прошептал истребитель, немного склоняя клинок к земле.       — Меня зовут Доума. — Демон приложил руку с веером к груди, а другой указал на младшую. — А это Харука. Мы с радостью разделим с тобой не только оставшуюся ночь, но и последние часы твоей жизни.       По поляне раздался громкий смех и юношеский крик:       — Замолчи! Я уничтожу вас!       Доума театрально выдохнул и отпустил руки вниз, на секунду метнув взгляд на демонессу.       — Харука-чан, ты сегодня достойно сражалась со мной. Покажешь, чему научилась? — и отошёл чуть поодаль, уступая место.

«Он хочет, чтобы я сразилась с истребителем… Хочет, чтобы я убила его. Но смогу ли я?»

      — Либо ты его, Харука-чан, либо он тебя, — пожал плечами.       Девушка замерла, а после сжала кулаки и встала в стойку.

«Отныне нет такого вопроса. У меня больше нет выбора.»

      Доума закусил губу и протянул младшей веер:       — Могу одолжить, если хочешь. Мне для тебя совсем не жалко.       Истребитель замахнулся и едва слышно прошептал:       — Дыхание света… Первая ката: световой щит.       Вдох, и ниоткуда взявшийся свет собрался в юношеских кулаках. Выдох: резко сформировавший слой вокруг тела заставил демонессу на сегодня зажмуриться. В следующую секунду вокруг парня появился фантомный купол, и он прокричал вновь:       — Дыхание света, вторая ката: рассекающий луч!       — Техника демонической крови: призыв воспоминаний!       Не успевший атаковать юноша замер столбом, когда перед его глазами стали мерцать картинки из прошлого. Харука не теряла времени зря. Она выдохнула, прикрыла глаза и сконцентрировалась, одним своим видом отмахиваясь от всего вокруг.       Протягивающий веер Доума пожал плечами и убрал оружие на место:       — Ну, как хочешь.       — Техника демонической крови: гибкое око искушения!       Сердце пропустило удар, и всё вокруг словно замедлилось. Погрузившийся в себя юноша вдруг стал для Харуки полупрозрачным, когда та оказалась в смертельной близости рядом с ним.

«Я вижу его насквозь… Я вижу, как в его венах течёт кровь… И что-то ещё…»

      Задумавшаяся Харука пропустила неожиданный удар парня, что справился с первой атакой демоницы, и пришёл в себя. Его клинок прошёлся по девичьему плечу, которое заросло почти мгновенно.       — Ого, Харука-чан, ты справляешься уже быстрее! Так держать.       — Дыхание света… Пятая ката: пронзающий зенит!       Юношеское тело взлетело вверх и было готово приземлиться прямо на шестую низшую Луну. Та отскочила в последний момент, а когда обернулась к истребителю почувствовала как из шеи потекла струйка крови. Рана затянулась, оставив после себя странный осадок.

«Он почти пронзил мою шею… Почти убил меня!»

      Эмоция, которая окатила демонессу сразу после жестокого осознания — злость. И очень быстро она сменилась на отчаяние и непонимание.

«Доума-сан не позволит умереть мне сегодня. Он вмешается, но я не должна опускаться до этого. Мне нужно самой убить мальчишку. В этом нет ничего зазорного — все демоны так поступают. Я должна… Я… Я должна сделать это, но…»

      Низшая луна прикрыла глаза лишь на секунду, но этого хватило, чтобы использовать способность видения грехов и осознать, что в юнце ничего плохого не было. Чист как белый лист.

«… Но мне не за что убивать его. Почему так тяжело? Почему не могу навредить смертельно? Он ведь не будет меня жалеть…»

      — Дыхание света… Пятая ката: пронзающий зенит!       Харука замерла, услышав чужую атаку.       — Не стоит нападать одной атакой два раза подряд. Это очень предсказуемо, — в голове всплыл образ Доумы, что в данный момент спокойно сидел на камне, подложив под себя ноги.       Слова вылетели из женских уст раньше, чем она о них подумала. Тело затряслось и покраснело, капилляры в глазах полопались, и девушка прокричала на всю поляну:       — Техника демонической крови: кровавый пакт!       Вся сила, скопившаяся в самых удаленных уголках тела, собралась воедино, а после вышла наружу отчаянным криком, что волной откинул истребителя в сторону.       — Техника демонической крови: Голос забвения! — прорычала темноволосая, одним своим криком заставляя деревья рядом закачаться, истребителя упасть, а Доуму прикрыть уши — уж слишком громко.       Прошло несколько бесконечных секунд, прежде чем на поляне резко воцарилась тишина. Гробовая и неслыханная ранее. Вторая высшая Луна разжал уши и замер: лежащий на боку юноша пускал кровь изо рта, попутно подтягиваясь к упавшему клинку, пока Харука завалилась на колени. Силы мгновенно покинули её тело.

«Я… Справилась? Почти справилась... Но почему же так больно в груди? Легкие сейчас словно взорвутся.»

      Доума в две секунды оказался возле младшей, стараясь придержать её за подрагивающую спину. Истребитель шмыгнул носом и встал на ноги, покачиваясь из стороны в сторону. Демон прошептал:       — Ого, ты ещё можешь стоять?       Парень закашлялся кровью и согнулся пополам. Доума прикрыл рот рукой:       — Ох, она смертельно ранила тебя? Я, кажется, слышу, как в твоем порвавшимся желудке скапливается кровь… Бедняжка. Но ты все ещё стоишь на ногах! Это достойно уважения.       Харука вздрогнула, стоило юноше очистить содержимое желудка прямо на траву. Выдохшийся и сломленный, истребитель старался удержаться за последнюю ниточку, что сплеталась с жизнью.       Из-за дерева показались лучи утреннего солнца.