Осколки

      Вылет рейса Москва-Сочи задерживался уже на целых пять часов из-за неблагоприятных погодных условий в городе, расположенном на берегу Чёрного моря. Лена Кулёмина осознавала, что давным-давно могла бы вернуться к себе домой, вызвав такси, чтобы не мучаться бессмысленным ожиданием в дyxoтe помещений - кондиционеры в аэропорту явно не справлялись со своей работой. Но точной информации о переносе так и не наблюдалось: табло обновлялось каждые полчаса. Вылететь пассажиры должны были ещё в шесть утра. Пропустить объявление o посадке в комфортных условиях своей квартиры девушка позволить себе, к сожалению, не имела права. Последний разговор с дедом расставил все точки над “i”. C сегодняшнего дня правила, установленные родственником, требовали неукоснительного исполнения. Иначе... Об этом Кулёмина старалась теперь не думать. Желает он именно этого? Пусть будет так.       - Уж лучше бы они этот рейс вообще отменили, - Лена недовольно пробурчала себе под нос, сидя за барной стойкой одного из многочисленных кафе в зоне вылета.       Она, нервно реагируя на последнее объявление по громкой связи о переносе рейса, закопалась пальцами в своих светлых волосах, чуть взлохмачивая их.       - Девушка, всё, что не происходит, явно к лучшему, - синеглазый брюнет, пристроившийся по правую руку от неё, вдруг словно старый знакомый решил пообщаться.       А они на самом деле могли уже по праву считаться приятелями по несчастью, как минимум, последние пять часов натыкаясь друг на друга на каждом шагу: в магазинах; у окон с красивым видом на взлетающие самолёты; у стоек с зарядками для телефонов; у туалетных комнат. Пытались хотя бы чем-то занять себя в одиночку, не имея под боком компании, дабы не спускать непомерные деньги в кафе и в ресторанах, как большинство пассажиров, заполонивших пространство зоны ожидания из-за задержки вылета. И за столько часов бесконечного сталкивания в коридорах аэропорта эта девушка с тяжеловатым по внешнему виду рюкзаком за плечами, явно нервничающая от ожидания и постоянно кусающая губы, воспринималась Виктором Степновым уже какой-то особенной на фоне остальных людей, мигрирующих по коридорам. Она так кардинально внешне отличалась от его обычного и поднадоевшего "модельного" окружения: свежий глоток воздуха. На последнем часе блужданий ему нестерпимо хотелось, наконец, заговорить с ней. Однако случайная попутчица, в очередной раз столкнувшись с Виктором уже у стойки авиакомпании, где пассажиры пытались узнать хотя бы какие-то актуальные подробности вылета, отвела вгляд в ответ на eго прямолинейную улыбку. Многочасовая усталость всё-таки давала о себе знать, и оба в итоге, не сговариваясь, упали на единственные свободные места в пивном баре, под завязку забитом ожидающими, как и остальные кафе и рестораны вокруг.       Виктор целых тридцать минут украдкой наблюдал за совсем юной блондинкой по соседству, которая, не реагируя на внешние раздражители и окружение, методично пролистывала ленты информационных каналов в телефоне. Она выглядела так неженственно по общепринятым меркам: достаточно высокая, но чуть сутулилась, кутаясь в тёмно-синюю толстовку размера oversize. По факту была просто одета в спортивно-подростковом стиле. Совсем не в его, казалось бы, вкусе. Поначалу, когда они ещё "обтирали" коридоры аэропорта, мужчина подумал, что ей по возрасту-то от силы лет семнадцать. Одни рваные джинсы и белобрысая чёлка, которая постоянно лезла девушке в глаза, чего только стояли. Но после того, как незнакомка уселась за барную стойку и сняла кофту, взгляд Виктора как магнитом притянуло. И всё чаще он задерживал его на красивом рельефе мышц рук и на белой майке, так выгодно обтягивающей аккуратные “формы”. Блондинка явно была на "ты" со спортом, и этого вывода оказалось достаточно, чтобы сердце мужчины застучало по-особенному, мысленно возвращая к ностальгическим ноткам из столичного прошлого.       Отреагировав на фразу соседа, Лена развернулась к собеседнику и, в отличие от ожидаемой Степновым серьёзности, вдруг искренне солнечно улыбнулась, чуть убирая вбок чёлку и открывая заинтересованный и ни капельки не смущенный взгляд цвета нежной зелени. В нём даже нотки вызова отразились. Будто внутренне что-то изменилось в девушке за последние полчаса. И почему-то в мыслях мужчины всплывали строчки из старой композиции группы “Крeмaторий”: “маленькая девочка со взглядом волчицы”. Виктор почувствовал уверенность в том, что и текст этой песни близок им обоим. Лена жевала жвачку, время от времени так по-детски надувая пузыри, не стесняясь и возвращая Степнова в студенческую юность и к популярным тогда строчкам про «Orbit без сахара». И он именно пo глазам блондинки понял, что с возрастом всё-таки прогадал, и теперь хотя бы можно было не опасаться нарушить закон, если общение разовьется в неформальном направлении. Мужчина понимал: девушка молода, возможно, ей исполнилось лет двадцать, но во взгляде краткими мгновениями зеркалилась тень какой-то скрытой боли, словно добавляющая ещё несколько лет. И почему-то Виктору до невозможности захотелось вдохнуть аромат вокруг шеи незнакомки, окунаясь легкими в это пространство. Казалось, что в воздухе сразу проявился запах корицы и яблок, как только случайная попутчица присела на барный стул по соседству со Степновым.       - Думаете всё-таки к лучшему? - Лена лукаво прищурилась.       - Конечно. Так бы мы не познакомились. Виктор, - он смело протнянул ей руку, надеясь на ответ.       - Лена, - рукопожатие случилось - сильное и уверенное.       И такой привычный к женскому вниманию тридцатилетний Виктор Степнов уже через полчаса понял, что эта девушка точно не думает о том, как повлиять на его заинтересованность. Она вела себя настолько просто, раскованно и искренне, не изображая ничего и с каждой минутой всё сильнее очаровывая своего собеседника. Мужчина давно отвык от естественности в своей жизни, особенно на работе. При этом дисциплинировано не переходила на “ты”, несмотря на его предложение, продолжая держать незримую дистанцию. Двое случайных пассажиров c интересом общались на нейтральные темы, ничего толком не рассказывая о себе в подробностях и не задавая лишних вопросов: о погоде в Москве и в Сочи, о море, o духоте аэропорта и о ценах на такси. А чуть позже оба воодушевлённым взглядом выцепили на телевизионном экране напротив футбольный матч и неожиданно оказались болельщиками одной и той же команды. Время летело теперь с ещё большим удовольствием, особенно когда голы влетали в ворота соперника, и Лена вытягивала ладонь победителя, позволяя Степнову радостно стукнуть по ней своей. Блондинка пила зелёный чай, который будто бы ей совсем не подходил. Однако Виктор поддержал её в этом выборе, хотя сам очень хотел тёмного пива, но что-то интуитивно остановило от заказа. И голос этот с хрипотцой, чем-то напоминающий девушек из мира рок-музыки, так завораживал. Почему-то Лена сразу представлялась Степнову в руках с гитарой где-то у костра на спортивных сборах или во время похода в горы. Он подмечал, что если девушка злилась во время неточных пасов футболистов, то нервно крутила головой из стороны в стороны так, что выпрямленные пряди светлых волос красиво разлетались в такт, следуя единым темпом за хозяйкой. Через пару часов такого непринуждённого общения мужчине только и хотелось обнять Лену и нестись с ней в вагоне через тоннели метро, оберегая от московской толпы. В мыслях удивительно всплывали приятные ощущения того, что они, наверняка, когда-то ходили по одним улицам, дышали одним воздухом и, возможно, пересеклись бы гораздо раньше, если бы не обстоятельства, о которых оба молчали, лишь тёмную грусть во взглядах иногда отражая. Два осколка словно столкнулись в невесомости.       Виктор неожиданно осознал, что ранее ни с одной девушкой не общался так легко и неподдельно, как эти последние несколько часов. И когда ближе к ночи их рейс всё-таки объявили на посадку, случайные компаньоны с внутренним сожалением, не озвученным вслух, расстались ещё на входе в самолёт, оказавшись в разных краях салона: Лена - в начале, а он - в конце. Она вдруг скромно улыбнулась ему, потупив взгляд, так легко прячущийся за длинной чёлкой, будто извиняясь. Но тут же, затолкав рюкзак на полку, втиснулась в кресло у окна. Сразу же вставила наушники-"капельки", из которых уже доносились звуки “Moscow never ѕleep”, и накинула капюшон толстовки так, что он полностью спрятал лицо и отнял у Виктора надежду на любые вопросы и предложение пересесть. Не попрощалась. Степнов какое-то время, уйдя на своё место, пытался высматривать впереди светлую макушку, но ещё до взлёта сломался под усталостью и укатил в объятия Морфея. А по приземлении уже не обнаружил Лену ни на выходе, ни в зоне выдачи багажа. Судорожно осматривался какое-то время по коридорам зала в ожидании своего чемодана, но так и не нашёл блондинку, разбередившую давно забытые эмоции чего-то настоящего. Девушка испарилась словно видение. Оставалось только сожалеть, что контактами они не обменялись. Может, и к лучшему. Степнов понимал, что вряд ли Лена дала бы ему зелёный свет, сразу проложив дистанцию в их общении. Юная, но так нетипично для своего возраста закрытая от этого мира. Уж Виктор, как никто, разбирался в вопросах соблазнения. Здесь шансов не было никаких. Его ждала работа и новый сезон. Сколько ещё на черноморском горизонте замаячит курортных романов?