Лестница на второй этаж.

-Ох, Моррен, сколько же лет я тебя не видел… Хотя сферы нашей работы в какой-то степени перекликаются! -Я уже давно Миллс, - хихикнула я. Хоть Адам порядком поправился и обзавелся залысинами, хотя ему и тридцати еще нет, он всё еще шумный и амбициозный молодой человек, которого я видела во времена учебы. И его амбиции я считаю лучшими из возможных — он сталкивался с системой и видел ее жертв, но не сдался, не сломался, напротив, в нем пробуждался какой-то невероятный спортивный интерес и он изо всех сил отстаивал справедливость, в которую поверил ещё мальчишкой. Не всегда он добивался успехов, но никто никогда не упрекал его в том, что он где-то отработал не так, как положено. Всегда из шкуры вон лез, чтобы в наших реалиях добиться лучшего исхода даже для «особо сложных», для «людей из целевой аудитории» и всё такое. По крайней мере, то, о чем я читала в газетах и то, о чем Эдвин время от времени говорит за ужином, согласовывается с тем, что я всегда знала об Адаме Сойере. -Миллс… Да… - задумчиво протянул мужчина, наблюдая, как я присаживаюсь в кресло напротив его стола. - Знаешь, Моррен, я думаю, что мое шестое чувство точно знает причину твоего появления. -Неужели? - скептично посмотрела на него я. Было бы удивительно, если бы человек с его любопытством и информационной жаждой не слышал о проекте по переселению. -Проект по переселению, да? Вознамерилась защищать слабых и обездоленных? -Я знаю, что у тебя много работы, но… -Мы не сможем помочь всем и каждому, Веста. -...Я понимаю. Повисло молчание. Я чувствовала себя предельно неловко. Конечно, я предполагала, что исход будет именно таким, но всё же надеялась, что… -Знаешь, если ты столкнешься с каким-то вопиющим случаем или дело будет касаться какого-нибудь героя, то заглядывай. -Вопиющий случай? Например? -Господи, ты же в социальной службе уже лет восемь работаешь, - проворчал Адам. - И прекрасно знаешь, как могут относиться к… Как там в брошюре написано? «Целевой группе». Вряд ли поначалу будет что-то запредельное, всё-таки необходимо поддерживать иллюзию добровольности. Но со временем сантименты будут отброшены. Кого-то могут попытаться вывезти принудительно, кого-то просто вызовут на разговор по типу «почему Вы так против освоения новых территорий?», а потом не найдут… А что по поводу особенных эльдийцев? В смысле, в вашей социалке много ветеранов или бывших пленников гетто, которые проявили себя во время Дрожи? -Достаточно, - отозвалась я, поразмыслив. - Но они все распределены равномерно по сотрудникам. -У тебя есть исключительные? -...Почти нет, - я покачала головой. - Единственная исключительная личность, которую я курирую, сам может отлупить кого угодно. -Любопытно, - Адам почти прыснул. - Те вояки, которых я видел, ведут себя более-менее приземленно, принимают порядки Марли и особо много себе не позволяют. -Капитан Леви Акерман, - дала ответ на неозвученный вопрос. -Охренеть, - ахнул адвокат. - Но для работы не годится. У него слишком серьезные покровители, я думаю. Такого даже тревожить не станут. Я мысленно согласилась, вспоминая письмо с королевской печатью в папке капитана. -А бывшие дети-солдаты? - уточнила я. -Которые были отобраны из гетто для будущего Марли? Возможно. Более подходящий материал, нежели Акерман. Но я не думаю, что они сейчас включены в программу социальной защиты. Молодняк еще. Физически сильный, к тому же. -...Ты прав. Не включены, - кивнула я. Но и не подумать о милом Фалько и неугомонной Габи в этот момент я не могла. -Кто-то из твоих знакомых? Впрочем, можешь не отвечать. Я сказал тебе, как мы поступим. Дальше смотри сама. -Спасибо, Адам. Не буду больше тебя задерживать, - я встала, чтобы уйти, когда заметила картинку в рамке на стене. - Какая прелесть… Я даже остановилась, чтобы рассмотреть бабочку, которая сидела на траве. Любитель высокого уровня, если не профессионал. Очевидно, что рисунок уже видел что-то в этой жизни — его явно не один раз складывали пополам, прежде чем поместить в рамочку. -Моя Рина рисовала, - с гордостью отозвался Адам. -Не знала, что вы поженились. -Мы не только женаты, но еще и двух дочек успели сделать. То, как горько он это сказал, дает понять, что он еще и потерять кого-то успел. В итоге я задержалась еще минут на 15 и мы успели вспомнить всякие забавные мелочи со времен учебы и тех, кто нас вдохновлял и, увы, больше не с нами, в том числе его Рину. -И да, Моррен, - окликнул он меня на прощание. - Решишь развестись — дай мне знать. Мы твоего благоверного оставим без половины состояния, это точно. -Спасибо, конечно, но я, вроде бы, не собиралась. Он только усмехнулся и пожелал мне удачи. Конечно, раньше я не так сильно разделяла его ориентиры в этой жизни, но, как и он, во время учебы я получала комментарии, что впоследствии мой фокус может сместиться и в будущем я могу «представлять опасность для общественного строя Марли». Но я не приобрела радикальные взгляды и просто в целом в работе стараюсь быть человечной… Насколько это возможно. Оставшееся до сентября время пролетело незаметно. В бытовых хлопотах, в рабочих гонках и (о боже, я все-таки тряпка, которая сдалась) обустройством комнаты Эльзы в нашем доме. Такое ощущение, что иногда они просто играют на моей доброте, чтобы получить желаемое. Радовало только одно — женщина успела к осени обзавестись новыми знакомыми и теперь проводила большую часть времени в развлечениях и походах в гости, интересуясь новыми сплетнями и созданию новых связей. Как-то мы все втроем, даже вместе с Эдвином, ходили на званый ужин к молодой паре. Он — сорокалетний клерк в Министерстве обороны, она — молодая дурочка, которая удачно вышла замуж. В какой-то момент мне подумалось, что этот брак очень похож на тот, что был у Эльзы с отцом Эдвина. Терпеть не могу такие сборища. Да и чего стоило ожидать от новых знакомых моей свекрови?.. Что касается обстановки в обществе, то легче не становилось. Я даже представить боюсь, сколько за прошедший месяц было роздано листовок… И сейчас, когда я разливала овощной суп по тарелкам (господин Акерман ждет своих «детей» с визитом), я с ненавистью покосилась на подоконник. Чёртова брошюра была всучена, очевидно, Габи или Фалько. Впрочем, приятные мелочи тоже имели право на существование. Например, господин Акерман теперь занимается не тупыми тренировками для здоровых мышц, а вводит в свой режим лечебную физкультуру. Травмированными конечностями он и ранее не пренебрегал — как отметил доктор Штольц, этот мужчина даже не думал забывать о поддержании формы. Конечно, за месяц чудо едва ли могло случиться, но я думаю, акермановская упрямость со временем принесет свои плоды. Габи как-то случайно пересеклась со мной после работы и тихо восторженно призналась, что Фалько — дурак, который сюрпризы делать не умеет и что парнишка начал копить на обручальное кольцо. Ну и маленькие победы на поле капитана — на фоне провальных кулинарных попыток Габи и скромных и однообразных от Фалько — господин Акерман всё-таки позволил мне занять законное место на кухне. Отпуская при этом типичные комментарии, что «даже в работе женщина должна быть на своем месте, правда, Миллс?». После анонса проекта Эдвина, моего молчания и избегания темы эти комментарии стали чем-то вроде нормы. И я молилась, чтобы никаких серьезных происшествий в стране по этому поводу не случилось. -Я закончила, капитан, - крикнула я в сторону коридора, убирая последние следы беспорядка. - Может быть, стол рано подготовили? Вдруг ребята опоздают. -...Они могут опоздать куда угодно, только не сюда, - отозвался Акерман. Как всегда, с непроницаемым хмурым лицом, мужчина вкатил себя на кухню, подъехал к зоне готовки и встал, оценивая обстановку. Убедившись в том, что уровень чистоты сносный, он удовлетворенно кивнул и вернулся в кресло. -Пирог, - буркнул он. -...Не поняла. -В следующий раз приготовь сладкий пирог. Только чтобы начинки было не слишком много. -...О. На каком тесте? Пирог с яблоками? Или с ягодами? Или… -Миллс, твоя задача — приготовить. Не надо посвящать меня в твою кулинарную библию. Сделай… Что-то простое, не знаю. Чтобы можно было в двух словах объяснить Фалько рецепт… Да, речи о том, чтобы научить Габи, уже не идет, - вздохнул мужчина, очевидно, припоминая все неудачные попытки девушки сделать на кухне что-то съедобное. Шум и гам, ворчания и короткие визги — я не успела покинуть квартиру до того, как эта шумная парочка появилась. Пора бы поспешить, конечно, но… Если честно, я замерла в совершенном очаровании от взаимодействия этой странной семьи. Фалько осторожно кружил вокруг капитана, опасаясь разъяренной Габи, а сама Габи так же осторожно кружила вокруг капитана, пытаясь пристроиться и накинуться на Фалько, чтобы отлупить его. Сомнений её намерения не вызывали, потому что… -ПОТОМУ ЧТО МНЕ НЕ НУЖНЫ ВЕСЫ, ЧТОБЫ НАУЧИТЬСЯ ГОТОВИТЬ, ПРИДУРОК! - вопила Габи. -Я же как лучше хотел… Это ведь действительно может тебе помочь, если ты вечно не угадываешь с пропорциями… Я и кулинарную книгу купил… - молодой человек был явно расстроен. Капитан посмотрел сначала на одного, потом на другого и в итоге, тяжело вздохнув, закрыл лицо ладонью. -Там нормальный человеческий суп остывает, а вы тут скандалы устраиваете, - проворчал он. - А ты, Габи, не выделывайся. Мужа надо слушаться. Правда ведь, Миллс? Я вздрогнула. Это уже не в первый раз. ...Он что, подкалывает? Провоцирует? Как вообще оценивать его вот это вот поведение?.. -Ох, госпожа Миллс, хоть Вы ему скажите, что не нужна мне ни книга, ни весы. Мы, женщины, чувствуем еду. Правда ведь? - Габи перевела на меня взгляд, полный надежды. -Если честно, то тебе действительно пригодились бы весы, - покачала я головой, проходя к двери и обуваясь. -И Вы туда же, - надулась девушка. -Но это правда очень удобно. Ты можешь отмерять и специи, и жидкости, а если сверяться с кулинарной книгой, то никогда не прогадаешь. А потом уже глаз привыкнет и сможешь импровизировать. -...Не говорите слово «импровизация», - шепнул Фалько. -Кстати, у меня есть записная книжка с рецептами. Досталась от бабушки, - я закончила со шнурками на ботинках и встала. - Такая потрепанная, очень толстая и подробная. Если хочешь, я принесу в следующий раз. А у тебя будет повод убедиться в том, что Фалько был прав насчет весов. -Я слишком упрямая, да? - пришла к выводу Габи. - Наверное, мне стоит иногда быть более уступчивой… -Госпожа Миллс знает все о том, что значит «уступать». Правда, Миллс? - Акерман пристально смотрел на меня из-под своей прямой челки своим тяжелым взглядом. Габи и Фалько переглянулись. Значит, мне не кажется. Капитан осознанно гнобит меня. М-да, а еще пять минут назад я думала, что у нас наконец-то наступил хрупкий мир. -...Там… Суп уже наполовину остыл, я думаю. Фалько, добавь потом немного бульона в тарелки. Чтобы потеплее был... Хорошего вечера, - я выскочила из квартиры прежде чем кто-то из них успел мне ответить. По лестнице я спускалась почти бегом и выскочила в дождь. Снова забыла взять с утра чертов зонт… -Садись в машину, Веста, - непонятно откуда появившийся зонт, легкий одеколон и мягкий голос над ухом — похоже, он ждал меня уже какое-то время. Попытки возразить вряд ли были бы приняты, да и не хотелось мне промокнуть, пока доберусь до дома. К непогоде добавился еще и холодный ветер, так и простудиться можно. Какое-то время мы ехали в тишине. А потом я наконец-то нарушила молчание, потому что… -Мы едем не домой. Куда? - холодно спросила я. - Потому что я не намерена разделять восторги твоих коллег. -К мосту, - ответил Эдвин. -...Чего? К мосту? -К тому самому мосту, который уцелел и на котором мы разделили первый поцелуй. Я смотрела на него и не могла понять, что чувствую. Ну уж нет. Не сегодня. Я фыркнула и отвернулась к окну, когда до меня дошло, что в машине пахнет выпечкой. Он действительно пытается повторить наше свидание. В то время на мосту стояло много скамеек, но потом этот переход между берегами потребовался для менее возвышенных целей, чем красивый закат. Но мы остановились, не заезжая на мост, в достаточно приятной точке — сидеть тут, в тепле машины, когда стучит дождь, и смотреть на другой берег с его огоньками очень уютно. -Я вижу тебя дома только тогда, когда ты спишь, - произнес Эдвин, положив бумажный сверток мне на колени. Мне даже открывать его не нужно, чтобы понять, что внутри. Клубничный мильфей. Ванильный крем. А между сиденьями стоит термос — могу сказать наверняка, что там мятный чай. - Я соскучился, бусинка, - застенчиво добавил он, разворачивая мой сверток с десертом. -Ты ожидал, что я просто так приму твой идиотский проект? -Да не ожидал я… Просто не хочу, чтобы моя любимая женщина ушла от меня на почве таких разногласий. Мама тоже переживает за нас. Нам надо укреплять семью, а не отдаляться. -Ты же не думаешь, что при такой обстановке мы будем вести разговоры о ребенке? -Я уже понял, что ты пока не готова. Мы можем подождать. -Скажи об этом твоей матери. -...Мы из возвращения домой теперь будем скандалы устраивать?