Лестница на второй этаж.

-Спасибо, что проводили, господин Акерман. Но я могла бы и сама... - смущенно начала я, готовясь попрощаться с ним. -...Блять, дамочка, - проворчал капитан, едва удержавшись от того, чтобы закатить глаза. - Пока мы шли, ты чуть не врезалась в столб и могла два раза свалиться, потому что не замечала, что тротуар заканчивается и впереди получается чёртова ступенька. Мне нечего было возразить. Но, если честно, это он виноват. Я и так переволновалась за день и присутствие рядом этого мужчины не делали дорогу домой легче и приятнее. Мысли метались, молчание было неловким (хотя Акермана ничего не смущало). Я всегда спешу и грацией не отличаюсь, а сегодня еще и дрожала так, как будто иду на первое свидание... -Извините. -Просто доберись до двери и не умри при этом, - буркнул капитан, разворачиваясь. -Спокойной ночи, капитан. Он кивнул, не поворачиваясь. Я бросила взгляд на окна моей квартиры. Штора пошевелилась. Не стоит удивляться тому, что мама всё ещё не спала. Очевидно, ждала меня. Конечно, ведь обычно я никуда не хожу, кроме работы и волонтерства, которые заканчиваются по часам. А тут пропала и не появлялась почти до полуночи. Стоит ли говорить, что она не ворчит, что переживала и уже думала искать меня по больницам, а сверлит меня любопытным взглядом?.. -Где была? - поинтересовалась она, ставя чайник на плитку. -У меня был один вопрос, который нужно было решить, - отозвалась я, присаживаясь на стул на кухне. - И нет, это не связано с моей личной жизнью. -Неужели? -Да. У знакомой пары эльдийцев проблемы. Нужно выручать. -Ладно-ладно, никакого красавца-мужчины. Я поняла. Я только тяжело вздохнула. Ну почему у всех матери как матери, а моя такая любопытная и ничего не стесняется?.. -Пахнет вкусно, - пробормотала я, когда она поставила передо мной чашку чая. -Купила в лавке Акермана, - отозвалась мама. - Миленько там у него. Не верится, что бывший военный открыл такое уютное место... Какой он, интересно. Ладно, ладно, не обсуждаем неизвестных мужчин. Обсудим известных, - она широко улыбнулась, присаживаясь напротив. - Кто тебя провожал? Ты выкинула из головы своего подопечного или?.. -Это он меня провожал, - отозвалась я тихо. - Просто проблемы у наших общих знакомых. Поэтому я у него засиделась. Думали, что нужно будет делать. -Понятно, - она подула на чай и немного помолчала. - Невысокий он. Сколько лет? -Сорок. Мама задумалась, прикидывая, на сколько лет наша с капитаном разница в возрасте ушла от социально допустимой, а потом пожала плечами. Лет на пять точно. Но ей всё равно. Должна ли я быть удивлена?.. -Всё равно молодой для проблем с ногами, - задумчиво произнесла она. - Всего сорок, а с тростью ходит. Невысокий... Немощный, что ли? Я чуть не поперхнулась чаем. Капитана можно назвать чистоплюем, ворчуном, грубияном, но точно не немощным. Потому что он, хоть и шел с тростью, умудрялся не только бурчать на мою неуклюжесть, но и вовремя дергать в сторону, чтобы я не врезалась и не вляпалась, а когда я два раза чуть не рухнула, сильная рука неизменно оказывалась на моей талии. Я быстро приходила в себя, а Акерман только недовольно косился в мою сторону и тяжело вздыхал. М-да, мне определенно далеко до той девушки из чайной. Она моложе меня, воплощение грации, красоты и изящества, видимо, помогает отцу-пекарю вести дела, а тут... Я. Под тридцать лет, разведенная... Почти шлюха. Сама себе своими мыслями испортила настроение (или же спустила с небес на землю). -Сильнейший из людей, - отозвалась я. Мама только удивленно приподняла бровь. - Это... Это капитан Леви Акерман, мам. Я едва собрала силы, чтобы не расхохотаться, когда её лицо вытянулось от изумления, а губы образовали букву "О". На следующий день я принимала гостей в моем офисе. Адам пришел практически с самого утра. -Моя помощница сказала, что ты приходила. По поводу переселения. -Я знаю молодую пару эльдийцев. Им документы передали в обход процедуры. Просто пришли домой и поставили перед фактом. -Когда? -1 января. -...Первое утро нового года. Когда вся страна отдыхает. Серьезно? - поднял бровь Адам. Проницательные глаза сверили меня, пытаясь понять, почему подобная ситуация вообще произошла. - Расскажи мне всё, Веста. Я не собираюсь осуждать тебя. Любая деталь имеет значение. Особенно если здесь что-то личное замешано. Я тяжело вздохнула. Похоже, придется ему рассказать. -Я развелась из-за связи с другим мужчиной. Мы не спали! - поспешила ввернуть я. Всё-таки капитан, очевидно, не хотел никакой близости и порочить его образ мне не хотелось. - Я работала с ним как с подопечным соцслужбы. Но Эдвин считает, что мы были любовниками. -...Ты? С другим? - недоверчиво протянул Адам. Его не обманешь. Он слишком хорошо разбирается в людях, а про меня всегда говорили, что я не умею скрывать свои чувства. - Ну и хорошо. Другой так другой. Значит, он не такой скотина, как твой бывший. И эта пара эльдийцев связана с ним? -Да. После того, как он переехал в Либеро, эти молодые люди были ему вроде детей. -Понятно. Значит, твой урод-бывший решил нагадить ему через близких. Интересно, что помешало ему просто мордобой устроить, - Адам усмехнулся. Я помрачнела. - Ох, чёрт, он устраивал? И как? - со злым любопытством поинтересовался он. - О, героический муж ушел поверженным. Какая досада, - уже совсем несдержанно расхохотался он. - Пожалуйста, Моррен, не смотри на меня так, - он попытался успокоиться. - Просто я ненавижу таких людей из системы. И любой бытовой промах для меня сродни анекдоту. Обобщаем: твой благоверный получил по морде, понял, что не сможет дать сдачи и решил отыграться на слабых. А эти ребята почему ничего не делают? Что там вообще происходит? Прошло достаточно много времени с нового года. -Сейчас они проходят медосмотр. Они - почетные солдаты Марли, поэтому... -Почетные солдаты Марли? Из элитного подразделения, которое для вместилищ сил титанов выращивали?! Так, хорошо. Побегу я, Моррен, - он встал со старого скрипящего стула. - Мне нужно как можно скорее с ними поговорить. У меня есть час до судебного заседания. Дай мне их адрес, я заскочу вечером. -...Ой. У меня нет адреса... - рассеянно пробормотала я. На панике я как-то упустила момент, что Адаму нужно будет встретиться с Габи и Фалько лично. -...Твою ж, Веста! -Загляни в чайную лавку Акермана. Это рядом с центральной площадью, но не в самом центре, - я написала адрес. -...А это что за буква?.. Господи, займись почерком, Моррен, - проворчал Адам. - Всё. Я загляну к нему. До встречи. День прошел в привычных хлопотах и заботах - куча бумажек, почтовых конвертов и марок. Остаток дня прошел привычно - волонтерство, ужин с мамой, теплая постель после душа... И снова утро, и снова день, когда вся моя помощь сводится к бумажным попыткам получить хоть что-нибудь. Интересно, встретился ли Адам с Габи и Фалько?.. Он приходил вчера утром. Успел ли? Или пришлось отложить?.. Впрочем, скоро я сама все узнаю, ведь капитан говорил, что будет держать меня в курсе. К тому же, пришло время уходить. И я уже собиралась было прихватить сумку и поспешить на волонтерскую раздачу, когда дверь в мой крохотный кабинет открылась. -Госпожа Моррен, надеюсь, Вы еще здесь... - Оньянкопон, очевидно, немного запыхался. - Я переживал, что мы разминулись. -Я как раз собиралась выходить, - я с удовольствием отметила, что часы показали ровно 15:00. -Пока что некуда, - мужчина опустился на стул. -... - я немного растерялась, когда он это сказал, а рука, которая наливала в кружку воду из графина, слегка дрогнула. - Что значит "некуда"? -Старая хижина сгорела. Я села обратно на стул. Этот домик был символом надежды и помощи для нуждающихся. Там в холодное время грелись те, куда некому пойти. Это было место, которое берегут все и каждый и даже самые пропащие члены общества никогда не оставляли после себя грязь и беспорядок. Это ужасно, отвратительно и топчет саму идею человечности и помощи. -Разве Вы не должны быть на работе, господин Оньянкопон? - тихо спросила я, все еще пытаясь справиться с новостями. -Я полтора года не был в отпуске, госпожа Моррен. И, по мнению моего начальства, то, что я два раза в неделю работаю на полставки, не снижает мои показатели... -Конечно, ведь потом Вы работаете все выходные, - отозвалась я. -Это точно, - усмехнулся мужчина. - Как бы то ни было, начальство отправило меня в двухнедельный отпуск... И я, кажется, знаю, чем займусь, - пробормотал он, неосознанно покосившись на мой органайзер с карандашами, линейками и прочими прелестями. -Собираетесь отстроить хижину? -Собираюсь, - вздохнул он. - Я уже успел поговорить со знакомым, который работает на лесопилке. У него недавно сорвался контракт и есть немного заготовок. Он может их придержать для волонтерской службы, но нужно будет хотя бы сколько-то денег внести. Я понимаю, он тоже не может работать в убыток... Но я знаю людей, которые согласятся помочь. Так что не грустите, госпожа Моррен, - он улыбнулся. - Лучше пойдемте со мной. Я наконец-то покажу, где можно выпить самый вкусный чай в городе. И хозяин - один из тех людей, которые могут помочь с финансированием. А еще мы можем поболтать и подумать, как можно сделать домик лучше. Я замерла. Пойти в чайную господина Акермана, на самом деле, логичное решение. Я могу спросить, как дела у Габи и Фалько, а потом с пользой провести время, размышляя над деталями будущей хижины. К тому же, я... Я не хочу потерять капитана Леви. Ужасно, эгоистично, неправильно, в конце концов. Но та сцена с красивой девушкой в чайной многое перевернула в моей голове. Я думала, что не понимаю, как называется то неприятное ощущение. Но зачем ломать комедию. В конце концов, ни я, ни капитан терпеть не можем враньё. А я и так слишком долго врала самой себе. И совсем недавно призналась себе в том, что это не просто "он сильный духом человек", "все еще физически сильный бывший солдат" (по заявлению Конни, "солдаты бывшими не бывают") и всё в таком духе. Это живой, полностью принятый мной сначала на профессиональном, а потом на личном уровне человек, с его прошлым, которое иногда заставляет меня дрожать и плакать, с внутренним стержнем, с физическими недостатками, с которыми он борется и адаптируется к жизни - с теми, которые не починить, с несгибаемой волей, честный вплоть до грубости, сильный мужчина. Это случилось в ту ночь, когда капитан проводил меня до дома. Все эти мысли, конечно, сидели у меня в голове, и даже не один месяц, а вырвались наружу только сейчас, когда капитан показал себя полностью. Его готовность бороться (и, я уверена, в глубине души - убивать) за близких, его собранность в сложной ситуации, готовность делать выбор, сильные руки, которые физически не дают упасть даже когда он сам идет с тростью и как финальный аккорд - мысль о том, что он женится не на мне. Да, ревность меня добила. Впрочем, это и заставило меня наконец-то оголить то, что так долго было спрятано. -Да, пойдемте, господин Оньянкопон, - кивнула я, поднимаясь и уверенно шагая к двери.