Лестница на второй этаж.

Три дня спустя я ужинала с мамой. Новую работу за это время я, конечно же, так и не нашла. -Мама, почему ты думала, что я беременна? Я наконец-то решилась задать вопрос, который мучил меня с тех пор, как она озвучила свою странную догадку. -Ну... Ты же явно общаешься со своим капитаном периодически. Ходишь довольная такая, ешь с аппетитом. Никогда раньше подобного за тобой не замечала. Прям светишься. Как будто гормоны играют. Вот я и предположила, что у нас на подходе маленький, - отозвалась она. Я покачала головой. Я не хочу детей. Леви, я думаю, тем более. -Сиди, я сама открою, - сказала я, поднимаясь с насиженного места и направляясь к двери. -Ну привет, дамочка, - бросил капитан, поднимая взгляд. - Сопляк принес. Просил тебе передать. -Спасибо, господин Акерман. Я займусь этим завтра же, - пробормотала я, просматривая документы с фамилией "Спрингер". -Тебе спасибо, дамочка, - отозвался мужчина, на секунду переведя взгляд куда-то за мою спину. Я с недоумением развернула голову и, не увидев ничего подозрительного, снова посмотрела на него. -Я пока что ничего не сделала. -Конни сказал, что внизу еще есть старые бумажки с отметками от соцслужбы. Я достала несколько листов снизу и оценила на первый взгляд. Зарегистрировано. Принято к рассмотрению с опозданием. Несколько нелицеприятных заметок на полях. Тяжелая форма инвалидности. Женщина вообще ниже пояса шевелиться не может. Несколько бессмысленных передач из рук в руки. И самое главное - принятие решения неуполномоченным лицом. -Безумие, - пробормотала я. -Ты чего это, злиться умеешь? - недоверчиво протянул капитан, снова мельком глянув мне через плечо. -Нет, господин Акерман. Я в бешенстве, - проворчала я. Да куда он там смотрит?.. Предприняв еще одну попытку понять, что происходит, я, наконец-то поняла. Ну почему у всех матери как матери, а моя не стесняется показывать любопытство пятилетнего ребенка?.. Выглядывает каждую минуту, надеясь, что никто не заметит, а потом снова скрывается на кухне. - Прошу прощения, капитан. Некоторые взрослые иногда забывают, что нужно вести себя прилично, - сказала я громче и в сторону кухни. Мама что-то уронила от неожиданности. -А некоторым пора вспомнить, что существуют манеры и нормы приличия и что гостей принято приглашать на ужин, - её появление не заставило себя долго ждать. И, хотя лицо её оставалось серьезным, глаза её задорно сверкали. - Добрый вечер, я мать Весты, Анна. А Вы?.. -Леви. Или Акерман. Как удобно, - отозвался капитан, привыкший и к тому, и к другому. В памяти некстати всплыл момент, когда мама точно так же знакомилась с Эдвином. Его знакомство с моими родителями и братом было спонтанным. Он тогда провожал меня домой после свидания, а мама затащила его на ужин. Но капитан отказывается в своей прямой манере и мне даже немного грустно от этого. А на следующий день я действительно отправилась в социальную службу. Прямо с самого утра. -Веста! - Анна буквально подскочила со своего места и бросилась ко мне, едва я вошла в кабинет. - Господи, как давно мы не виделись! Как ты? Как мама?.. -Да хорошо у нас все, спасибо, - отозвалась я. -Ты по делам или так, в гости пришла? Соскучилась по нам? - хихикнула девушка. -И то, и другое. Это было чистой правдой. Так что прежде, чем направиться в нужный мне кабинет (который, к тому же, я по пути уже проверила и который был закрыт), я решила провести время в моем старом кабинете. Анна пока что на месте. Один стол пустует, видимо, уже настолько давно, что покрылся пылью. Еще один занимает Анна, еще один кажется вполне обжитым... И мой маленький стол, на котором я умудрялась держать невероятное количество бумаг. Я отвечала на вопросы девушки, сама что-то спрашивала, и была рада тому, что неприятные темы вроде причин моего развода и увольнения не поднимались. И, конечно, я не могла не спросить про некоторых моих подопечных. -Ну, я хожу к Акерману, - задумчиво протянула Анна. - Он особо со мной не общается и только раз в пару недель подписывает бумажки, которые нужны, чтобы доктор Штольц и дальше мог с ним работать... Супруги Майлз скончались. -Что? Как? Когда? -Он - в начале апреля. А его жена горя не вынесла и ушла вслед за ним три недели спустя, - тихо произнесла Анна. - А больше я ни про кого не знаю. От кого-то открепили специалистов в принципе, кто-то передан другим. -Кто теперь начальник отдела? -Все еще Лутц, - отозвалась Анна. - Как она присела на это место еще при тебе, там и сидит. А что? -Почему вот по этой женщине решение принимала не она? - я положила на стол папку со старыми документами по матери Конни. Девушка бегло просмотрела их. -Ах, я помню этот случай, - произнесла она медленно. - Мать того мальчика, который участвовал в сражении с прародителем. Мы все думали, что её примут в систему быстрее, чем прочих. С её состоянием здоровья, к тому же. Но... Но потом этот парень отказался уехать на освоение земель и... -Ах, её отвергли только потому, что её сын недостаточно жертв принес, - почти прошипела я. - Вот почему отметка об отказе поставлена специалистом отдела миграции, - я резко встала и направилась к двери. -Постой, Веста, ты куда?! -Загляну к Стивенсон. Она наверняка уже вернулась в её кабинет, - я быстро шагала в сторону нужной двери. -...Госпожа Миллс, - удивленно произнесла женщина, поднимая голову от документов. - Чем обязана? Давно тебя не было. -Я принесла официальную жалобу на бездействие органов социальной защиты, - я положила перед ней старые документы от Конни с жалобой (пришлось пойти на хитрость. Подписала её я сама). - А ещё я требую принять к рассмотрению заявку по тому же гражданину, - я положила вторую стопку документов. -Я помню эту женщину. Мать того мальчика, который ветеран битвы неба и земли, - пробормотала женщина и покачала головой. - Веста, у нас не хватает людей. Специалисты не хотят работать с эльдийцами. Особенно... С такими. Он был налетчиком во время выступления Тайбера, ты в курсе? -Я знаю, но... -Веста, послушай... -Наши военные тоже убили много гражданских эльдийцев! В кабинете повисла тишина. -Я знаю, что сейчас всё, что осталось нам в этой жизни - пытаться собрать осколки, но... Кто будет работать, госпожа Миллс? Когда один специалист отказывается от эльдийца по подобным причинам, от такого эльдийца отказываются все. Начинается тихий бунт. Забастовка. Простой. Что я должна делать, Веста? Бороться за одного, пока десятки людей сидят без поддержки? Конечно, мне особо нечего было возразить. И я понимала всё. Но это так нечестно. -У нас есть свободное место. Вы можете вернуться. -Моррен. -Что? -Я больше не Миллс. Я снова Моррен. -Но ты все еще Веста. Я могу принять тебя на работу с завтрашнего дня. А выбрать подопечных можешь хоть сегодня, - улыбнулась женщина. -...Я могу забрать Акермана себе? -О, да, - облегченно вздохнула Стивенсон. -И примите эту женщину, - я кивнула на принесенные мной документы. - Я буду её сопровождать. -Хорошо. Принеси завтра всё, что нужно для трудоустройства. Можешь идти и принимать дела. Я шагала к двери и была весьма довольна результатом. -Веста! - окликнула она меня буквально за секунду до того, как я открыла дверь. - Эти слухи, про тебя и Акермана. Это правда? -...Капитан Акерман не насильник. Он никогда ни к чему меня не принуждал. И между нами не было близости. Ну а что?.. Технически это ведь так. Остаток дня и весь следующий день я провела в приёмке дел, а уже в понедельник после обеда пошла к подопечным. И я даже успела зайти и в чайную капитана Леви, который очень кстати оказался на месте. Когда я вошла, мужчина занимал свободную часть кассовой зоны, склонившись над какими-то бухгалтерскими документами. -Господин Акерман, здесь много. У меня меньше должно быть в этом месяце, - воскликнул молодой человек, который стоял за кассой. -Садись, дамочка, сейчас я подойду, - бросил мужчина, не поднимая головы. - Тебе жена двоих сопляков за один раз родила. Тебе что, деньги лишние? Считай это премией. А теперь хватит болтать и разлей чай на двух людей, - капитан встал и присел ко мне за столик. - Уже с новостями? -О, да! Маму Конни зарегистрировали как лицо, которое нуждается в социальной помощи. И даже специалиста за ней уже закрепили. -Хороший специалист? -Терпимый, - отозвалась я, принимая чай от кассира. - Господин Акерман, а Вы как? Довольны соцработником, который Вас сейчас ведет? -В твою бытность было лучше, - буркнул мужчина. - Но писульки эти ваши, чтобы врач со мной остался, я исправно подписываю. Так что, в принципе, то, что действительно нужно, я получаю. А большего и не надо. -...Понятно. Я... Я вернулась в соцслужбу. Если хотите... - я не решилась закончить предложение. -Хочу. То, как спокойно и уверенно он это сказал, почему-то заставило мое сердце биться чаще. -Мы можем сохранить эту практику - будете подписывать документы, а я буду беспокоить Вас настолько редко, насколько это возможно, - предложила я, помня ненависть этого человека к людям из системы. -...Ты чего это, готовить разучилась? - подозрительно прищурился мужчина. -Нет, - отозвалась я, застигнутая врасплох такой живой реакцией... И таким острым, пронизывающим взглядом. -Или снова вернулась к этому ублюдку, который будет запрещать тебе навещать меня как подопечного? -Что?! Нет! -Тогда я не вижу никакой ебучей причины, по которой ты должна обходить мою кухню стороной, - буркнул Леви. - Та дурочка вообще готовить не умела. Поэтому я решил, что дальше бумажек ей делать нечего. -А мне всегда казалось, что Болеко хорошо готовит, - рассеянно пробормотала я. -Я не стал даже проверять, - будничным тоном сказал капитан. А потом... А потом поднялся шум. Хлопки. И на улице воцарилась паника. -Это же... -Выстрелы. Шуруй в подсобку, дамочка, - капитан подскочил со стула, невероятно резво даже для обычного человека, не говоря уже о том, что у него колено сегодня болит. - Мне что, повторять дважды надо?! Дважды повторять мне не надо было. Если капитан отправился спасать людей, то мне действительно лучше пока не мешаться под ногами. Минуты тянулись бесконечно, подсобка заполнялась людьми - напуганными, но практически не раненными. У некоторых были царапины - от осколков стекла, скорее всего, у кого-то были разбиты колени или ладони. Среди них я заметила ту девушку, с которой господин Акерман, видимо, много времени проводит. Чуть позже капитан скажет, что стрелявших арестовали, и попросит разместить людей уже в гостевой части чайной и помочь им привести себя в порядок и напоить чаем желающих. Руки у меня были заняты даже после работы. У той девушки, Элизабет, тоже. И в какой-то момент я поняла, что давно не видела Леви. Примерно с тех пор, как он выгнал меня, чтобы успокоить людей. Я осторожно открыла дверь подсобки. Капитан глубоко дышал - слишком глубоко, ненормально. Элизабет попыталась рвануть к нему, но я схватила ее. -Нет. И не ори. Только хуже сделаешь. Она в панике смотрела на меня, не понимая, что происходит и что делать с этим. -Если я скажу что-то сделать, делай плавно и осторожно. Ты поняла? - я посмотрела на девушку. Элизабет кивнула. - Хорошо. Оставайся здесь. Я вошла и опустилась рядом с капитаном. -Господин Акерман, это я. Дамочка. -Дамочка... А еще стол, стул, шкаф... Коробка. Пять?.. -Пять, капитан. Все правильно, - отозвалась я. Он способен соображать. Он возвращает себя в реальность. Это хорошо. Значит, все не настолько плохо. -Что там дальше?.. -Трогайте. -Стена... Затылком чувствую, холодная и гладкая. Пол... Деревянный. Лаком покрытый. Лицо.. - он накрыл свое ладонью. - Неровное. Теплое. Со шрамами. Шкаф... Металл. Холодный. Ровный. -Хорошо... Что Вы слышите, капитан? -Дыхание... стук обуви о пол... сердцебиение... Три назвал?.. Дальше запах?... Дерево... Пот... Хочу в ванную... -Воды, - я посмотрела на Элизабет, которая скрылась и быстро вернулась, но плавно поставила стакан рядом с капитаном, интуитивно выдерживая расстояние. Капитан Леви сделал глоток и посмотрел на меня здоровым, но пока что замутненным глазом. -Это не война, капитан, - я схватила моток шпагата из близстоящей коробки и вложила в его ладонь, сжимая. Он положил свободную руку поверх моей. - Это социальные волнения, которые закончатся. Вы в Вашей чайной. -Должен ли я сказать вслух, чтобы ты проваливала к херам из подсобки? - пробормотал мужчина. Что ж, по тону понятно, что гордый и неуязвимый капитан вернулся. Я кивнула. Леви на миг сжал мою руку сильнее, а потом отпустил. Я вышла из подсобки. На встревоженный взгляд парня-кассира я только успокаивающе кивнула. Но все-таки подождала пару минут под дверью. Тишина сменилась тихими звуками. Он напоминает себе о настоящей жизни. Это очень хорошо, подумала я, шагая к двери. -Прощу прощения, госпожа... - девушка подошла ко мне, нервно кусая губы. -Просто Веста, - отозвалась я. -Элизабет. Мы, кажется, пересекались с Вами пару раз, но не были представлены друг другу. Я кивнула. Молодая, энергичная. Живая. И чего ей могло понадобиться от меня?.. -Я испугалась. Я... Я хотела помочь ему, но не знала, как. Это... Это приступ паники был? Я вышла из чайной и тихо подтвердила её догадку. -Вы так спокойно справились с этим, - отметила девушка, шагая рядом. -Я социальный работник. Нас учат, как реагировать на подобные ситуации. Ваше желание помочь было правильным. Вы просто растерялись и не знали, как это сделать... На самом деле, даже если знать, что делать, в теории, на практике первые несколько раз можно растеряться. -А Вы... Вы могли бы... - она снова закусила губу. О боги. Эта девочка влюблена в Леви. И она не дурочка и не глупышка. Она понимает, что при всех достоинствах капитана у него есть и тёмные стороны. И она хочет учиться. Она прикладывает усилия, чтобы заслужить право быть с ним. Она не проявляет жалость. Она принимает тот факт, что его проблемы существуют. Эти проблемы вряд ли можно решить раз и навсегда. Но она хочет научиться справляться с трудностями. Для Акермана, человека действия, желание научиться подобному наверняка критически важно. Даже если у нее будет плохо получаться поначалу. Я рассказала ей о технике, которая пришла к нам после Дрожи от марлийской военной верхушки. И она даже карандашом сделала несколько маленьких пометок на клочке бумаги. Молодая, красивая, успешная. Предприниматель, которая всегда носит с собой карандаш и листочки для записей. Шанс капитана Леви на новую жизнь. -Но... Веста, мне кажется, ты тоже влюблена в капитана, - неуверенно произнесла Элизабет. -...С чего ты так решила? -Не знаю. Может быть, это просто... Чувство конкуренции. В любом случае... Ты же понимаешь, что если ты испытываешь к нему чувства, то в эту секунду ты поделилась с соперницей преимуществом? -Кто знает. Может быть, капитан уже сделал свой выбор. О каком соперничестве тогда может идти речь? На самом деле... - я неосознанно замедлила шаг. - Я искренне надеюсь, что он сделает что-то по сердцу. Что-то для себя. Выберет женщину, которая принесет ему счастье в его понимании. Он очень сильный мужчина. Он очень волевой. И очень гордый. Его прошлое - не повод для спекуляций. Элизабет задумалась. Но я-то понимала, что кроме задумчивости в ее взгляде есть что-то еще. Господи, она же на меня как на дурочку смотрит.