Отражаясь в глазах чудовищ

Мех хэчхи пахнет каменной крошкой и дикорастущими ягодами, одновременно свежий и кисловатый, удивительно бодрящий. Синий зверь, призывно рокочущий под боком, потянулся и облизнул изогнутые клыки, дожидаясь, пока его новая хозяйка достаточно пропитается флюидами самого терпеливого из котов, дабы начать новый день, полный свершений. Увы, порой друзья хозяйки вмешивались в её утро, беспардонно вламываясь прямо через ни в чём не повинную дверь. Со времени разборки с Saja Boys и королём демонов все участницы Huntrix договорились между собой, что не только не будут иметь друг от друга секретов, но и начнут работать над своими слабостями, дабы те больше никогда не стояли у них на пути. В случае Зои, которая как раз и взяла штурмом комнату Руми, это было обещание не пытаться угодить до последнего, и теперь она проявляла гораздо больше своей любопытной натуры… даже если это было весьма раннее утро. Макнэ группы несколько притормозила, увидев хэчхи, представшего пред её взором скорее как сгусток синеватого тумана, их которого виднелись изжелта-алые буркала, и Дерпи с характерной для него неторопливостью слез с кровати, перестав греть Руми, которая, поморщившись и пошарив рукой перед собой, не нашла более тёплого объекта, а потому, протерев глаза, уставилась на сияющую от довольства подругу: – Зои? Сколько времени? – Время посмотреть на интересности! – плюхнувшись напротив неё, рэперша быстро разблокировала телефон, показывая некую картинку, – В Корее увидели странную птицу, не знают, что это такое, она большая и чёрная, столько версий, может, из–за парка сбежала, а может даже из какой-нибудь лаборатории, представляешь? – Это фейк, фото смазанное, по нему ничего не понятно, – простонала глава группы, пытаясь нырнуть обратно в сон, но куда там, Зои уже было не остановить: – Пишут что её вроде бы поймали, наверняка скоро запостят и фото получше! Быть может, сходим посмотреть? Это же так волнительно, а вдруг новый вид? – Хорошо, хорошо, да, – полукровка прикрыла глаза на всего-ничего, пытаясь ухватить ниточку того благостного морока, который преследовал её во сне. Корея, совершенно другая, полная полей и зелёных пятен, с людьми, одетыми совершенно иначе. Такое чувство, что это воспоминание Джину, чья душа теперь обреталась то ли в ней, то ли в её оружии, и очень хотелось разобраться с этим со всем... Ровно до того момента, пока Зои не попробовала выбить дверь с петель. – Чего вы расшумели с утра пораньше? – в открытом проходе показалось заспанное лицо Миры, и Зои, словно тигр, рванула к ней навстречу, вытягивая вперёд телефон словно щит: – Мира, Мира, посмотри какую птицу видели! – Вау, – пусть и не будучи особо бодрой, танцовщица, однако же, прищурилась, – Какая уродливая. Вроде бы они… Ну эти, в Африке ещё живут, огромная такая голова и шея лысая. – Нет, это не марабу, – воистину чудом поняв вид птицы по столь пространному описанию, замахала ладошкой макнэ, – Но да, мне тоже показалось, будто падальщик. – Девочки, а вы можете перенести дискуссию за пределы моей комнаты? Я ещё не проснулась, – попросила Руми, и те, кивнув и протянув «извини», действительно вышли он, пока на кровать полукровки снова вскарабкался хэчхи, и девушка, приподнявшись на локте, зарылась носом в широкий лоб зверя. – Ну ты даёшь, часик-другой не подождала бы, что ли? – проворчала Мира, поглядывая на младшую вокалистку их группы, на что та сложила губы в узелок: – Так ведь интересно же жутко, да и с кем мне ещё делиться? Плюс, ты знаешь, с кем мы сегодня встречаемся, хотелось как-то... Отвлечь её. – И то верно, – вздохнув, Мира нахмурилась, – Слишком уж многое на неё свалилось: сначала барьер, потом Джину, потом правда о происхождении, и в итоге нам не избежать визита к Селин. – Предлагаю сходить пораньше, – краем уха услышав их разговор, Руми ободряюще улыбнулась повернувшимся к ней подругам, – Я в порядке, правда. Конечно, всё пошло не по плану, вы и сами знаете, но всё же Селин воспитала нас как охотниц, даже если некоторые методы её были сомнительными… – Ничего себе «сомнительными», – взгляд Миры стал грозным, что Зои, что Руми помнили, как их боевая подруга буквально устроила Селин разнос, не посмотрев даже на разницу в возрасте, буквально-таки орала, что сама выросла как паршивая овца, но то хотя бы было из-за провокативного поведения, а вот Руми всегда была хорошей и послушной и точно не заслужила такого активного подавления со стороны собственной тётки. Так что теперь встреча наверняка будет наполнена неловкостью. Плюс... – Я просто обязана использовать свои демонические силы, в том числе и те, что переносят меня в пространстве. Учиться, если хотите, – Руми потянулась, и скопление полосок пробежала до самого её лица, наполняя желтизной левый глаз, – Раз уж я от вас теперь ничего не скрываю, да и от себя тоже. – Это правильно, мы на твоей стороне, – мягко погладила её по плечу Зои, на что полукровка улыбнулась: – Не уверена, что Селин будет этому рада. Но что поделать, в последнее время мы её активно огорчаем, я в особенности. – Да какая разница, – сразу же упёрлась Мира, – Вот нам всё твердили, что этот самый хонмун должен был стать золотым. Но ведь он же и предыдущие годы как-то держался, верно? Да, демоны пролезали, но в остальном охотницы прошлых лет справлялись, так что нечего переживать. Хотя я прямо-таки вижу, что не обойдётся без моралей на тему того, что теперь мы должны работать ещё больше, дабы передать это следующим поколениям. Кроме этого у Руми было некое предчувствие, вовсе не касавшееся недовольства Селин, которая, впрочем, пыталась действовать с терпением и тактом. Сегодняшний сон… Джину. Быть может, это был его морок? – Готовы? – как только завтрак подошёл к концу, полукровка протянула подругам обе руки, дабы они переместились все вместе, и, получив утвердительные кивки от обоих, зажмурилась, – Тогда идём. Селин действительно не ожидала такого перемещения, более того, не ждала их так рано и даже умудрилась покачнуться, стоя на стремянке возле священного дерева, увешанного лентами. Вооружившись ножницами, она снимала самые старые из них, те, что уже мешали дереву расти или окончательно обтрепались. Если раньше Селин казалась непробиваемой, то теперь стало заметно, что охотница прежних лет ощущает подкравшуюся старость, кроме того, всё ещё чувствует свою вину перед Руми и остальными. В ней появилась суетливость, и сейчас, увидев явно демоническое явление перед собой, она насилу удержалась от того, чтобы не встать в боевую стойку, и наконец выдавила из себя улыбку: – Девочки, не ожидала увидеть вас так скоро. Смотрю, освоение… способностей идёт полным ходом. Только Руми, прошу, контролируй... – Я контролирую, всё в порядке, чувствую, где ещё можно напрячься, а где уже нельзя, – как её племянница ни старалась, полностью вытравить холод из интонаций всё же не получилось. То самое: руки сломаны, и хотелось бы обнять, да уже не получалось. – Сейчас барьер стабилен, полагаю, тот отпуск, что вы всё же взяли, пойдёт только на пользу, много всего произошло, восстановите силы – и снова в бой. Песни тоже слушать продолжают, а значит, есть время сочинить новые, – спустившись со стремянки, Селин проводила их до дома, намеренная угостить чаем, и вдруг замерла. Руми тоже ощутила это странное напряжение в воздухе, кроме того, ни она, ни Зои с Мирой ни разу не видели свою наставницу в такой оторопи. – А я говорила твоей сестре не забирать у меня малышку, ничего путного из этого не выйдет, но вы, люди, сами себе на уме, – им навстречу продвигалась весьма бодрая старуха неопределённого возраста, с белоснежными, собранными в пучок волосами, одетая в ханбок цвета весенней травы, – И вот что мы получили. – Бабушка Самсин, – Селин склонилась так низко, что её воспитанницы ни на шутку испугались за целостность её спины, – Что привело Вас сюда? – А, я вовремя, здравствуй, Руми, последний раз, когда я тебя видела, ты ещё умещалась у меня на руках, – взгляд старухи мимоходом потеплел, но затем в нём отразилась горечь, – Ни в коем случае не виню вас, молодые, в случившемся, исключительно вот эту вот, – узловатый палец указал на так и не разогнувшуюся бывшую охотницу на демонов, – Но за все годы своего существования барьер никогда не, – как бы вы сейчас сказали, – перезагружался. – Что это значит? – пропустив вопрос о том, кто это, почему они ни разу не общались и почему эта самая бабушка Самсин знала её во младенчестве, спросила Руми, и мудрые глаза снова взглянули на неё: – Хонмун есть барьер между мирами, между этим миром и миром демонов, но существует множество областей, где живут по своим порядкам и другие существа. Можно сказать, разрушение барьера стало для них как землетрясение, и теперь они бестолково мечутся по этому миру, способные навредить не только себе, но и людям. – Раз мы это заварили, нам и расхлёбывать, – решительно сжала в руку в кулак Мира, но Зои повисла у неё на локте, в знак протеста, а затем, снова выудив телефон и открыв нужную страницу, подошла поближе к новой знакомой, показывая фото: – Эта птица одна из них? Старуха цокнула языком, а затем молча показала в сторону Селин, мол, продемонстрируй и ей тоже, а затем произнесла: – Ты, бывшая охотница, знаешь ли, что это за птица? Хотя да, какое тебе дело до мифологии, ты же учила девочек подавлять свои чувства и делать вид, что с таким походом каким-то образом всё точно получится. – Это, кажется, посланник, но названия я не знаю, – совершенно не сопротивлявшаяся ни одному обвинению, тише обычного проговорила Селин, на что Самсин хмыкнула: – Иного я и не ждала. В принципе, верно. Называется она иджо, и предвещает беспорядок в мире людей. Через три дня пойманная или не пойманная, сытая или голодная, иджо погибнет, знаменуя собой начало хаоса. – Мира права, – выдвинувшись на передний план, решительно проговорила Руми, – Бабушка, как мы можем помочь? Мы натренированные бойцы, сражаемся с нечистью с того самого момента, как стали охотницами, и… Сухая ладонь поднялась на уровень её лица, прерывая и успокаивая одновременно: – Погоди, дитя. Ваша новая задача будет отлична от той, к которой вы привыкли. Но если вы согласны оказать помощь, в целом свете нет повитухи счастливее меня, ведь когда ты родилась, я была рядом и уже тогда сказала, что ты будешь особенной. Только вот, – старуха снова перевела взгляд на Селин, и её глаза сузились, – На это время возьму-ка я вас троих под свою опеку, на демонов вы охотиться научились, а вот с квемулями будет совсем другой разговор. – Так ведь чудовищ называют, правильно? – уточнила Зои, и новая знакомая даже похвалила: – Умница, схватываешь на лету. Твоя подруга, та, что побойчее, явно сначала делает, а потом думает, но это ничего, в иных ситуациях пригодится. – Такая уж я, – не то чтобы с обидой, но произнесла Мира, пока Руми оглянулась на тётю, которая и не думала разгибаться. Подошла к ней поближе, тронув за плечо. Та вздрогнула, выпрямляясь: – Руми, я... Прости, что не рассказала, я имею в виду, об обстоятельствах твоего рождения. Я и не подумала бы, что вы однажды пересечётесь, тем более при таких обстоятельствах. Если таково твоё искреннее желание… – Это не только мое искреннее желание, но и долг, ведь хонмун был повреждён и разрушен из-за меня, – проговорила полукровка, на что Селин решительно замотала головой: – Не надо так, моей вины здесь гораздо больше. Да и поздно уже рассуждать об этом. Зои, Мира, рассчитываю на вас, учитесь хорошо, и пусть у вас всё получится. – Раз уж люди умеют пестовать людей, – снова заговорила с Селин старуха, – То и у нас, божеств, получится не хуже, а может быть, и гораздо лучше. – «Божеств»? Я ослышалась? – громко зашептала на ухо Руми Мира, когда они действительно пошли за новой знакомой, куда бы та ни направлялась. – Чему вас молодых только теперь учат, – Самсин обернулась через плечо, однако ей взгляд не то чтобы был недоброжелательным, скорее, уставшим, – Я покровительница деторождения, и поскольку никого подобного Руми не рождалось долгие тысячи лет, я пришла на помощь её матери лично, не то Селин могла бы лишиться их обоих. – В таком случае, – Руми тоже согнулась в поклоне, но старуха лишь рукой замахала: – Всё это дела давно минувших дней, кроме того, моя работа. То, что ты особенный ребёнок, ты и сама знаешь... А ну-ка, проказник, выходи сюда, хватит уже прятаться. Трава возле её ног засияла синим, и хэчхи, когда-то принадлежавший Джину, явился пред светлы очи старухи, и та, протянув ладонь, погладила зверя по переносице: – Сколько же ты историй собрал, создание, живущее между миром людей и демонов. Девочки, вы же знаете, что душа хэчхи настолько чиста, что он подходит гладиться только к добрым людям, да? Воспоминания о Джину отозвались тяжестью в груди, и Руми невесело улыбнулась: – Да... Мне приходилось в этом убеждаться. – Мне кажется, или вокруг что-то изменилось? – Мира повертела головой и дёрнулась, – Дерево! И дом Селин, они... – Как я и говорила, – Самсин показала в сторону, где виднелось странное сооружение кубической формы, будто сооружённое из земли, – Помимо мира людей и мира духов вокруг вдосталь складок пространства, и в одной из них живу я. Добро пожаловать в мою обитель, охотницы.