Третья дорога

Августа ещё раз посмотрела на уснувших за столом людей, осенила себя знаком, перелистнула большую тяжёлую страницу древней рукописной Книги Творца, с которой не расставалась уже несколько десятков лет, и продолжила читать вслух: — …И не подумаете, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб… Знакомые с детства слова вдруг резанули её слух так, что Августа чуть не захлопнула книгу. «Нет! Только не это! Только не этот мальчик! Хавито уже столько всего перенёс! Он только начинает жить по-человечески…» Она решительно поднялась и достала из поясного шёлкового кисета маленькую янтарную шкатулку. — Лэло! Принеси мне несколько горячих углей. И зажги свечи в этом канделябре. — Будет исполнено, ваше сиятельство, — поклонился тот. Когда хранитель короля поставил перед ней на стол блюдо с углями, Августа открыла шкатулку и вытряхнула из неё несколько полупрозрачных зерен. Вскоре по кабинету поплыли клубы благоухающего дыма. — Помоги мне встать на колени! Лэло тут же оказался рядом и выполнил её просьбу. — А теперь, становись рядом, — Августа пристально взглянула в его почти чёрные глаза. — Ты ведь тоже любишь Хавито. Ты не просто слуга или охранник. Уж я-то вижу. Сколько времени ты стоишь за его спиной? Лет десять? — Даже больше. Что мне делать? — тихо произнёс он, вставая на колени. — Если не знаешь молитв, просто говори с Творцом от всего сердца. Расскажи ему, что для тебя значит Хавито, и почему ты хочешь, чтобы мальчик вернулся живым. Говори всё, как есть. Только прошу, следи ещё за свечами. Лэло молча кивнул. Агата посмотрела на дочь, на сына сестры, на откинувшегося в кресле спящего Хавьера, потом перевела взгляд на поднимавшиеся к потолку белые клубы. «О великий Творец! Все мы в твоих руках… На всё твоя воля! И я приму любой твой ответ… Но, Отец! Прошу тебя, пусть Хавито останется жив! Пусть все они останутся живы! Если для спасения мира нужна чья-то жизнь, возьми мою!..» Она осенила себя знаком, положила перед собой Книгу Творца, открыла на первой странице и начала читать вслух. *** Одэль стояла у открытого настежь окна и ничего не видела перед собой. Внезапно налетевший порыв ветра ударил в ставни. Она вздрогнула и спрятала лицо в ладонях. Казалось бы графиня с дочерью ушли совсем недавно, попросив её не покидать эти комнаты, но время почему-то тянулось безумно долго. Одэль глянула на часы. Прошло всего пятнадцать минут с тех пор, как она осталась здесь одна. А такое ощущение, что целый год! Не в силах справиться с окутавшим её наваждением, Одэль подошла к умывальному столику и склонилась над бронзовым тазом в форме большой ракушки. Но только её руки коснулись воды, как та зазвенела. Одэль тут же отскочила прочь, но затем любопытство естествоиспытателя пересилило страх. Она осторожно приблизилась и заглянула внутрь таза. Вода в нём перестала быть прозрачной и спокойной. Она вдруг закружилась и стала похожа на молоко. Затем снова замерла. Из таза послышались чьи-то голоса. Одэль подошла ещё ближе, низко наклонилась над водой и вдруг увидела в ней дочку матроны: Хэлен подбежала к высокой белой стене, прижалась к ней руками, выкрикнула своё имя и то, зачем ей нужно было попасть внутрь. А потом просто исчезла. За ней к стене подошёл князь Тарда, двое каких-то военных, маленького роста женщина и черноволосый мужчина. Все они называли имена и пропадали, видимо проходя сквозь эту стену. И тут появился он. Король. Норрьего! Одэль чуть не отскочила от таза с водой, но в последний момент удержалась и прислушалась. — Я — Хавьер Норрьего! Я хочу пройти, чтобы не допустить катастрофы! Король выкрикнул это и пропал, а взбешённая Одэль чуть не ударила кулаками по воде, выпрямилась и сверкнула глазами. Где-то высоко в углу затрещал фитилёк в лампаде. Одэль быстро обернулась, посмотрела туда и сжала кулаки. — Ты свидетель, я этого не хотела! Я держалась, как могла! Он сам притащил меня в свой дом! Сам! А теперь он собрался не допустить катастрофу! — надрывно крикнула она, а потом громко рассмеялась сквозь слезы. — Не допустить! Да он сам и есть самая жуткая катастрофа на свете! Но больше это чудовище никого не убьёт! Я не позволю! Одэль кинулась к шкафу, достала оттуда сундучок со своими вещами, не глядя вытряхнула из него всё на пол, затем открыла потайное отделение и вынула тонкий длинный кинжал. Крепко зажав рукоять клинка в руке, она минуту стояла неподвижно. Затем подбежала к тазу, полоснула себе по ладони и опустила обе руки в холодную воду, крикнув, что было сил: — Я — Одэль Б‘Ривельен! Последняя из рода! И я хочу попасть туда, чтобы свершить правосудие!