Кинкноябрь по сорокопуту

— Да, молодец. — ладонью он поглаживал по голове полукровного, смотря сверху вниз на старающего партнёра. Только по сексу, естественно. Его уши были красными, что не скрыть ничем, волос не хватало для этого и тому оставалось только делать вид что ничего выбивающего не происходит, в таком душном помещении они покраснеют у всех, Эллиот прямое тому доказательство, тоже сидит весь красный, наверняка из-за жары. Хоть кондиционер и отлично работал, Адам на это внимание никакого не обращал, а Эллиот пока не собирался разрушать эту идиллию незаметности. — Возьми ртом, ты же хороший мальчик. — Я тебя сейчас уебу. — Грубо прозвучало хриплым-возбуждённым голосом, но от взгляда не укрылся дёрнувшийся член парня, смотрящего в глаза напротив снизу вверх. Эллиот рассмеялся, аккуратно нажимая на его затылок, лишь побуждая к действию, но никак не заставляя. Головку опалило горячим дыханием перед тем как взять уже стоявший колом член. Адам сам стал насаживаться, сначала аккуратно, а после резким движением взял полностью, вырвав из Эллиота громкий стон удовольствия, заставив запрокинуть голову вверх и прикрыть глаза от того насколько восхитительно это было. На губах Адама наверняка бы появилась улыбка от этого, но к его же огромному сожалению, губы были слишком заняты "важным" делом. Пик уже предчувствовался, а толчки становились всё быстрее, не дожидаясь пока Адам отстранится, Эллиот опустил руку на затылок, удерживая в нужном для себя положении. Тот не то чтобы противился, но зло зыркнул, всё равно прикрыл глаза стоило горячему семени выплеснуться в горло. Эллиот сразу же после этого убрал руку, давая Адаму возможность отстраниться, чем тот и воспользовался, оперевшись пальцами уже на линолеум, сплёывая в сторону белую жидкость. — Извини, увлёкся. Ты так прекрасно поработал, что я забылся. — На губах Эллиота играла лукавая улыбка в которой не было даже намёка на то что тот действительно раскаивается. Эллиот опустился с кровати на пол, целуя не сопротивляющегося полукровного, а наоборот набрасывающегося и припадая губами сначала в поцелуй, после кусая белую шею с которой уже сошли следы прошлой встречи. Рука чистокровного опустилась к члену полукровного, оглаживая. — Такой умничка, даже не прикоснулся к себе. Адам уткнулся тому уже в плечо, тяжело дыша, не от прикосновения, хоть часть и была связана с этим. Слова действовали более стимулирующе, чем любое другое действие. Стоило Эллиота узнать о таком предпочтение своего любовника, как ни одна их встреча не проходила без этого. Секс же должен приносить равное удовольствие обоим партнёрам, так что не порадовать этим было бы слишком неправильно. Пальцы сжались на члене Адама, стоило тому слишком сильно укусить за плечо, наверное, стоило поругать чтобы усмерить нрав, и он бы сделал, не будь такие редкие действия одним из его фетишей. — Что нужно сказать? — Эллиот уже готовится к тому что его пошлют, а улыбка сама расползается на лице, не давая даже начать говорить, утягивая в очередной поцелуй, уже самому прикусывая язык Адама, заставляя того зашипеть. И лишь отстранившись продолжает. — Всё же тебе больше идёт когда ты молчишь. Такой милый мальчик сразу. На живот обоих брызгает белая жидкость, давая понять что оба получили разрядку и вполне себе довольны этим вечером.