Amor aeternus

Amor verus sicut flamma ardet et in aeternum flagrat — Истинная любовь горит как пламя и вечно горит.

* * *

      Когда сквозь мрак и мучительную боль неизвестности, прошлое наконец приоткрыло занавесу тайн, Роксана поднялась с колен и отложила перо в сторону.       Пытаясь собраться с мыслями, она взглянула в собственное отражение в зеркале, провела рукой по немного растрёпанным рыжим локонам. Перед ней предстало отражение совсем юной девушки, той, кого обвинили в колдовстве. Кого пытали. Кого презирали и приговорили к казни. Роксана Монтгомери. Ведьма, что вырвалась из лап смерти, теперь же, узрела всю правду. Истину, что так мучительно долго ускользала, оставляя за собой лишь шлейф неизвестности и пустоты.       Девушка улыбнулась и сквозь пелену слёз рассмеялась. Вымученно, с примесью тоски, печали. Но теперь расслабленно, впервые за долгое время. Саднящая боль в запястье казалась второстепенным, едва заметным явлением на фоне происходящего.       Сердце наконец освободилось от ледяных оков неизвестности. От густого мрака и недосказанности. От лжи. От яда. Утерянный фрагмент наконец нашёлся. И теперь никто не посмеет отобрать обретённое. Она не позволит.       В мыслях тут же возник облик единственного близкого человека. Ромео. Того, чей образ так старательно ускользал всё это время. Того чьё имя каждый раз мучительной болью отзывалось в сердце.       Роксана была уверена. За призрачной маской загадочного союзника скрывалась не менее таинственная личность. Конечно же, только он и мог быть им. Хотелось поддаться незамедлительному порыву и подобно урагану ворваться в его покои. Обрушить на него целый шквал вопросов, но она сдержалась, всё ещё охваченная омутом воспоминаний.       Память вновь и вновь подкидывала образы из прошлого, возвращая её в тот день на городскую площадь Стартфорда. И брошенную мужчиной отравляющую сердце фразу: «Я лично отдал приказ о его казни».       Эдвард всё знал. О каждом их шаге, каждом взгляде, каждом поцелуе. О каждой пережитой вместе строчке. О разлуке и болезненной тоске друг по другу.       «Эдвард. Теперь, я знаю кто ты. Ты тот, кого я любила. До беспамятства, всем своим сердцем любила. Искренне. Настолько сильно, что путались мысли. Мой Ромео».       Долгие годы Роксана была уверена, что потеряла способность любить, что больше никто и никогда не заставит израненное сердце трепетать от любви, словно её магия отразилась на собственном сердце — оставила ледяной отпечаток. Но она встретила его. Как и когда-то. И он вновь протянул руку помощи. Вновь оказался непозволительно близко. И замороженные чувства неизбежно стали оттаивать, как от согревающих лучей весеннего солнца, после продолжительной зимней стужи.       Роксана чувствовала, как её сердце вспоминает, вопреки разуму, тянется к этому холодному и отстранённому человеку, теперь же стало понятно почему.       Она помнила его руки такие сильные и родные. Помнила с каким отчаянием они прижимали её хрупкое тело. Помнила его слова перед тем как мужская фигура растворилась в густой непроглядной тьме беспамятства.       «Новый роман… Старый роман».       Брошенная им фраза в прошлом описывала их историю в настоящем, как нельзя, точно.       Теперь, когда воспоминания вернулись и картинка стала цельной. Роксана облегченно выдохнула. Это знание придавало сил. Дарило надежду.       Из водоворота мыслей девушку вырвали оглушительные раскаты грома за окном. Тёмное небо прорезало острое лезвие ярчайших молний, освещая окрестности близлежащих домов. Роксана спешно приблизилась к окну. В ночной темноте её внимание тут же привлёк высокий силуэт в плаще с капюшоном.       Не теряя времени Роксана накинула на плечи красный плащ Джульетты и незамедлительно выбежала из своей комнаты.