Виновник

      Солнечные лучи прокравшиеся в комнату через шторы пали на лицо немца, освещая скулы с острым носом. Толстое одеяло словно стена прижала к кровати, своим теплом возвращая ко сну не позволяя встать и встретить новый день. Как бы сильно ему не хотелось спать, телефон что уже не одну минуту истошно звонил, не думая замолкать. Через силу поднимаясь на локтях, едва подняв веки, хоть и не видя комнаты, Германия на звук и ощупь подполз к тумбе и взял надоедливый телефон. Яркий свет экрана резал глаза, он провел по экрану несколько раз, но телефон не умолкал, всё же найдя силы, он открыл глаза и понял, что тревожил его сон вовсе не будильник что он любил ставить на два подъема. Перелазами его глазами на ярко белом экране звонок от его хорошего друга, Япония предпочитал личные встречи, общения в живую, сейчас немец этого не вспомнил так как был всё ещё сонным. Германия решил, что ответит после того, как доспит оставшееся время. Сбросив звонок, Германия не успел вернуть телефон на место как имя друга тут же высветилось на экране. Поняв, что возможно звонок поступает с какой-то важной целью, он решил ответить. - Да-а? Зевая протянул немец, пока взволнованный японец сообщал ему не самую лучшую новость. - Германия-сан, ты что, сквозись землю провалился? Или у тебя что-то случилось? Мы тебя уже час дожидаемся. Я не смогу вечно отвлекать Альфреда с Артуром, ради всего мира, ответь хотя бы на звонки Артура, чтобы они не начали твои поиски. Немца как током пробило, он принял сидячее положение и посмотрел на будильник, время было десять часов дня, утро, понедельник. И тут уже немец понял, что так замучился с делами, что даже не заметил как закончились выходные. Перепутать понедельник с воскресением, для него уму не постижима столь глупая оплошность, но поделать уже нечего нельзя было. Немец вскочил на ноги и направился в ванну, попутно говоря с товарищем. - Я тебя понял, Япония, я могу прибыть на место через час, мне нужна будет ещё твоя помощь «Вот, от чего не замолкал его телефон», размышлял Германия, пока одевался и собирал документы. На сегодня назначен саммит в Берлине, начало в восемь часов, и судя по встревоженному голосу союзника, единственный, кто не явился был он. Зная Альфреда и Артура что терпеть не могли немца и видели в нем ходячего актуатора, скорее всего, начали звонить ему в истерике от страха, они и вправду могут подать на розыск немца с надуманной причиной. - Я сделаю всё возможное, чтобы успокоить их, но прошу тебя поторопиться. С ними очень тяжело находиться в одной комнате. Помимо голоса японца, слышался недовольный бубнёж американца, что невозможно было разобрать. Германия взял все необходимое и покинул дом. Сел в машину, и направился к месту назначения по самому кратчайшему пути, что он знал. - Понял, конец связи.

***

- Да чтобы мне газовые станции разнесли! Что, вообще не заводится? Окончательно расстроившись спрашивал стоящий возле такси Иван, водитель с досадой покачал головой. Мужчина уже как двадцать минут возился под капотом машины что-то ища. Иван тем временем звонил в такси но как назло машину найти не могли, ехать не далеко но и пройтись придётся прилично, он понимал что опоздал на саммит знатно и это доставляло ему нервотрёпки, хватало того что изначально он задержался в гостях у сестёр и пропустил вылет. - Нет заглохла окончательно, эвакуатор нужно вызывать. Мужчина махнул рукой, щурясь, доставая телефон. - Да чтобы меня черти драли если ещё хоть раз решу куда либо сам поехать. Очередной раз ругал себя Иван не продолжая менять свои привычки. Не теряя времени Ваня открыл навигатор и в быстрым шагом направился пот маршруту. пройдя несколько улиц, он успевал забрести не туда от чего пятнадцати минутная дорога превращалось в получасовую. Дойдя до перекрёстка, навигатор решил найти дорогу короче и показал маршрут через четырёхполосую дорогу. Ваня не из стекла деланый пользовался возможностями, если они попадаться на пути, а по старой привычке дорогу можно аккуратно перебежать. Перебежал бы, возможно, благополучно, если бы не так торопился, что единственно что он сделал это посмотрел направление на навигаторе и выскочил на дорогу прямо под колёса новенького черного немца. Шипение колёс резко давшим по тормозам, глухой звук удара крупной туши об капот авто и полет на два метра в перёд - всё что успел понять немец. Отойдя от шока он выскочил из машины и подбежал к лежащему на дороге Ивану, в глазах которого мир так закрутился что земля с небом поменялись местами. - oh mein Gott, mein Gott, mein Gott... Германия присел на одно колена и приподнял Ивана к себе, глаза его были открыты и он надеялся что они оба отдалась легко. Из уст России послышался стон боли когда руки германии обвили его тело и легли на спину приподнимая туловище. На слова немца Россия не реагировал, слышно было лишь мычание, глаза смотрели по сторонам словно немца здесь и не было. Иван покорно лежал, немец думая что русского мог сильно удариться головой поднял его на руки и понес в машину, со стороны пострадавшего не было какого либо сопротивления. Блондин аккуратно разместил Ваню на заднем сидении, сам он сел за руль и направился обратно домой. достав телефон он позвонил другу что явно будет не рад новостям. - Алло. ты приехал? У меня голова раскалываться от них. На фоне была тишина и слабое эхо, немец предположил что японец не выдержал и где-то замыкался от остальных. Голос у него был грустным и жалким, похоже он не врал. - Прости у меня случился форс мажорные обстоятельства, я не смогу приехать, сообщи остальным что собрание переноситься на завтра и мои извинения. Немец говорил ровно и на одном дыхании мысли о состоянии русского не покидали голову, всё больше заставляя его волноваться. ситуация в которой он оказался была хуже некуда, сбил Ваню с которым у него были едва налаженные, нейтральные отношения, так и перед саммитом где его союз должен был выступить перед союзниками Россия для переговоров. - Что?? Боже мой что у тебя случилось хотя бы скажи! По голосу и тону можно было понять что друг было явно не в духе от всех обстоятельств с которыми ему придётся разбираться в отсутствие немца. - Ты мой должник, Германия! Трубку повесили, и немец с облегчением выдохнул хоть на одну проблему меньше, да ему пришлось взвалить свою оплошность на плечи другого но сейчас для него это было лучшем исходом. Подъехав к дому, Германия взял Россию на руки и понёс к себе. Положив русского что успел потерять сознание по дороге на диван, и стал снимать с него верхнею одежду. Закончив с вещами он принес холодное полотенце и положил на лоб Вани, тот в свою очередь начал мычать и бессвязно бормотать, попутно вертя головой, видимо мокрое полотенце ему было не по душе из-за разницу температуры. Стакан с водой и обезболивающие он оставил на столе, сейчас немцу придётся дождаться когда Иван придёт в себя.

***

      Иван вертелся под пледом, постоянно меня позу, спать на гостевом диване ему оказалось трудно. Ещё немного поворотившись на твердом месте Ваня начал просыпаться, открыв глаза он не понял где именно оказался, принял сидячие положение он потер голову оглядываясь, на столе был стакан и коробочка с таблетками, в комнате тишина. Иван чувствовал себя странно, вставать не хотелось, возможно из-за этого чувства. Он попытался вспомнить где он может быть как сюда попал, вспомнил лишь утро понедельника в Германии когда он сел в такси направляясь на саммит. Воспоминания были расплывчатыми, дальше он нечего не мог вспомнит, не зная где он решил найти хозяина дома или хотя бы осмотреться. Иван окинул комнату взглядом, нечего обычного, небольшая, гостевая спальня, кровать, шкаф, стол, светлые обои и потолок напоминали больничную палату, окно. Мысли о том что он мог попасть в больницу его совсем не радовали, в ушах раздался визг тормозных колодок резкий звук прозвучал на пару секунд, но так громко что Иван закрыл уши. Ваня поставил ноги на пол и собирался пойти к двери, но только он ровно встал как ноющею боль что медленно растекалась вверх по мышцам, вместе с этим ощущая как что-то нагревало ноги словно он сидел у камина, чем дальше он стоял тем сильнее и отчётливее становились эти ощущения. Иван сел на место, боль была не сильная но неприятная и доставляла ему дискомфорт, пытаясь обдумать дальнейшие свои действия.       Дверь в спальню открылась и перед глазами Вани предстал высокий стройный мужчина, блондин с чистыми голубыми глазами, в свободной майке и домашних штанах. Германия увидел проснувшегося русского с недоумением на лицу и улыбнулся. - Пришёл в себя? Немец подошёл к нему и сел рядом, со стола взял лекарство и передал в руки парня, они были тёплыми, коже ощущалась мягкой, ещё было приятно касаться. - Это нужно принять чтобы головокружения и резких болей не было. Иван хотел что-то спросит но челюсть словно онемела, словно сил не было говорить, он выпил стакан залпом. Людвиг ему улыбнулся, она быстро пропала но Иван хорошо её запомнил, такая легкая, на его лице не появилось складок, уголки губ лишь чуть поднялись и холодный на вид изгиб губ тут же согрел взор русского. Он не помнил чтобы раньше Людвиг когда либо улыбался ему, другим, когда он общался в стороне от него, но не с ним. Разговоры между Иваном и Людвигом были только поделу, конкретная задача обсуждалась быстро, не лишних слов, не вопросов. Вани понравилась эта улыбка, она и раньше ему нравилась, Людвиг очень красив и русский этого не отрицал. Но сейчас она была особенно прекрасна, ему казалось что на секунду он оторвался от пола когда вспоминал её. Людвиг поднялся с места и протянул ему комплект повседневной одежды, где от его только взял или Ваня изначально его не заметил, вопрос быстро растворился. Взяв вещи в руки Иван стал прожигать спину блондину что направился к выходу из комнаты. Людвиг словно почувствовал взгляд развернулся и увидел необычную картину, а именно до глупости наивное, обиженное лицо гостя. Пухлые розовые губы, были поджаты и выдвинуты словно он изображал утку, такие же щечки были намерено надуты, а глаза прикрыты и смотрели не моргая. - Я не хочу тебя смешаться так что оставлю тебя, потом отвезу тебя к твоим помощникам. Немец вышел из комнаты и встал у стены оперившись спиной. Он улыбнулся, тихо смеясь, прикрывая рот ладонью - привычка. Иван выглядел сейчас как ребёнок, очень наивный и капризный ребёнок что постоянно обижается на любое действие, ведь ему некогда нельзя угодить. Вот только для ребёнка Ваня был крупноват, да и по возрасту не подходил. Но ему сейчас простительно обижаться, всё так немец держал на себя обиду что не успел среагировать на выскочившего на дорогу человека, да и откуда он мог знать, он думал только о собрании от которого зависят дальнейшее положение дел. Сейчас он понимал что случившееся вряд ли останется без внимания остальных, надежда немца таилась что они с Иваном смогу договорить как и раньше. Его радовало что Ивану хватило нескольких часов сна чтобы выспаться, сам проснулся, выглядел он бодрым и вполне вменяемым, по крайне мере так казалось немцу. Внешне он не заметил даже ссадин или царапин на коже, хотя он и не снимал одежду чтобы это проверить, всё-таки это было бы некрасиво, неправильно с его стороны трогать Ивана находящегося бессоюзная под одеждой. Людвиг является человеком упертым, чести и слова, это в него заложили с детства, вдолбили и заставили запомнить на все время его существования. Нарушать личные границы или пространство он не позволял себе. Он смог осмотреть внешне его тело, и даже позволил себе ощупать конечности и торс, каких-то неправильных дефектов не было обнаружено так что он решил что лучше всего оставить его на время. В голову лезли разные варианты развития событий, но главный был сейчас, хватить ли ему пары часов чтобы договориться о сокрытии инцидента. Ему пришлось отложить размышления, голос за дверью издал непонятный вскрик по интонации спокойный. Людвиг вошел в комнату и подошёл к лежащему на кровати Ивану, на нем была свободная кофта, брюки, черные носки на ногах что лежали на спинке кресла, в полный рост он не помещался на нем. Голова Ивана была на белой подушки повернутая в спинку дивала, белые пряди волос растрепались и пали на лицо немного закрывая блестящие глаза. Губы и глаза были прикрыты, словно белее обычного. - Как ты себя чувствуешь? Людвиг придвинулся к нему и положил руку на лоб, он был нормальный, температуры не было. Мужчина что-то промычал, и ежись словно от холода или от неудобства перевернулся на бок, глаза непонятного оттенка заглянули прямо в голубые глаза немца, словно внутрь его. Странные чувства ощутил он по всему телу, особенно в области легких. Он сглотнул, во рту немного пересохла, а воздух стал тяжелее. - Что это за взгляд? Иван смягчил взгляд и он стал более детским, создавалось впечатление что он делал это намерено, играясь с ним. - Ноги лопим, особенно суставы, когда сгибаю хруст чувствую. Ещё судорога, так больно, но я вытерплю, мне не впервой. Людвиг услышав это не изменился в лицу, хотя сам расстроился, его задели эти слова. Он не мог знать наверняка что именно под ними подразумевалось. Иван часто испытывал физическую боль, тогда от чего, кто-то вредил ему намерено и он не способен защитить себя, тоже не ясно. Или же он подразумевал своё одиночество, он всегда справлялся с проблемами сам, у него почти нет друзей, он закрытый и тихий, лишнего про себя не выдаст. Немец поминал что эти мысли заставляли его задумать о личности русского которую он не так хорошо знал. Его это беспокоило, легкая тревога поселилась в голове, заставляя шестерёнки в голове крутиться. - Я уверен после того как тебя перевезут в Москву тебе окажут срочную помощь и ты быстро поправишься. Почему-то ему было трудно подобрать слова, возможно голова была перегружена всяким. - Ты уже сообщил обо мне в Москву? Голос Вани дрогнул на полу слове названия его столице, это было отчётливо слышно, словно он начал нервничать, перебирал пальцы в сжатых ладонях. Людвиг отрицательно помотал головой, на это глаза Ивана заблестели и широко открыли, и вправду похож на ребёнка. - А членам саммита? Немец повторил тот же жест и на его удивление на лице Вани посвилась детская улыбка, ряд белых зубов показался во всей красе. Немца уделяла как и красота, так и вызывали смешанные чувства ровные клыки. - Люд будь мне другом, не сообщай некому о случившемся, меня мои заживо съедят Иван продолжил видя как блондин изогнул бровь в немом вопросе. - Меня так достало что со с мной всё время ходят няньки, слуги, охрана, я уже кричать на них готов, постоянно что-то делают передо мной мне вещь в руки не дают взять, ходят толпой окружив. Меня некуда не выпускают без сопровождения в десяти-двадцати человек, машин и слава богу пока что без вертолётов! Иван говорил с такой душевной тяжестью его словам невозможно было не верить, он словно впервые смог кому-то пожаловаться, высказать. - Не могу их больше видеть, не-мо-гу! Ныл не унимающийся русский, пока его внимательно слушал блондин рассматривая жмурящееся от эмоций лицо, выплескивал чувства наружу пока мог, пока разрешали. - У нас был договор если моя сольная поездка пройдёт идеально, то я смогу на месяц быть свободным от прилипал! Если они узнают что я все провалил и бед на хватался меня запрут в бункере, а сверху танк поставят... Людвиг готов был всплакнуть от драмы что сейчас происходила на его глазах, он и не догадывался что Ваня может когда-нибудь так драматизировать, всё таки ему было интересно узнать что-то новое о нем. - У тебя есть идеи? Он знал что нечем хорошим это не закончиться, Иван тот ещё заводила в его духе планы без плана, действия по интуиции и чуйке, он не любитель долгих размышлений, ему нужны действия. - Да! да! Поверь мне всё будет лучше некуда, ты же мне друг, Людвиг, не выдавай меня. Глаза цвета глубины Байкала смотрели с блеском, блеском чистой надежды большого добряка, с душой ребёнка, ну как такому можно отказать. Людвиг не знал на что подписывался, но догадки были, его жизнь и так скучна, может небольшой заговор между ними что не выйдет за рамки дозволенного принесёт что-то новое в его жизнь. - Я тебя слушаю

***

      России всё таки удалось убедить немца согласиться с его идеей хоть и не с первого раза. Вани пришлось не мало аргументов придумать чтобы повлиять на решение немца, несмотря на то что половина из них была абсурдными он они засчитал. По итогу их договорённости Брагинский и Крауц не винят друг друга в произошедшем, по край не мере претензий друг к другу они не имели. Иван извинился перед немцем за то что заставил его переживать из-за аварии, в которой он мог стать главным и единственным виновником если бы всё окончилось иначе. Сейчас Иван чувствовал себя хорошо, казалось его совсем не пугала мысль о том что его жизнь могла оборвать. Людвиг согласился с условием того что Иван будет делать всё возможное чтобы восстановиться, не напрягать себя и свой организм. На его удивление Ваня не стал упираться, даже наоборот с радостью остался у Германии. Русский улыбнулся так что на шеках появились маленькие ямочки, немца умилила такая картина. От части он понимал что это была и его вина что сейчас русский лежал на диване с травмированными ногами, но такая позитивная реакция поднимала ему настроение. Людвик чувствовал свою вину поэтому согласился чтобы Ваня остался у него до полного восстановления, поселил его в гостевой комнате, с собой у русского нечего не было, так что немцу придётся первым делом достать для него несколько вещей по его запросу. Первым из них оказался обед, на удивление немца который ожидал поход за вещами или водкой, которой тоже с собой у него не было, на удивление. Хозяин дома оставил русского на некоторое время, он занялся готовкой, русскую кухню он знал, но если что-то готовить придётся идти в магазин, Ваня же сказал что готов съест что угодно из того что он приготовит. Немец приготовил просто блюдо распространённое в Европе, принеся России еду гость уже сидел за столом ожидая, него была непривычно милая улыбка, возможно до конца восстановления немец будет видеть в нем ребёнка. Поставив перед ним тарелку и сел рядом, Ваня принялся за еду, тарелка быстро опустела, по лицу было видно что Россия остался доволен и даже сделал комплемент кулинарным навыкам немца. - А почему ты не ешь? Немец стал убирать посуду - Я уже обедал пока ты спал, ты проспал почти пять часов Блондин ушёл на кухню, из прохода послышались звуки воды. Россия проводил его улыбкой, и попросил принести воды. Оставшись один он улегся на кровать в полный рост, немец перенос его на кровать что была более удобной в отличии от дивана. Русскому понравилось быть на руках немца, Россия был тяжелее немца на несколько килограмм, но несмотря на это его довольно аккуратно брали на руки. Пока он был на кура немца успел рассмотреть его лицо, острые скулы, чуть загорелая кожа, что неудивительно, последнею неделю в Германии яркое летние солнце согревало всё до чего доходили его лучи, светлые брови на лице немца бывали прямыми от серьезного при разговорах немце, а голубые глаза, Иван был удивлен их светлым цветом, они были чистого небесного цвета. Россия радовался, даже ликовал что ему удалось остаться у немца дома, он стал замечать что с тех пор как немец сменил имидж, и стал одеваться со вкусом, в более фактурную одежду хорошо ложащиеся на силуэт немца чем подчеркивал его физические достатки, всё же частые тренировки давали свои подлы, он стал замечать что немец ему симпатичен внешне. Стоило Ивану вспомнить сильные руки немца мышцы которого напрыгались стоило ему что-то поднять, в принципе все его мышцы вульгарно играли на глаза очевидцев что могли застать немца на тренировках. Ваня стал чаще бросать взгляд на немца во время саммита, здороваться и прощаться перед уходом, немец воспринимал это спокойно, не воспринимая это как что-то особенное.       Россия оглядел комнату в ней было светло, окно открыта и оттуда вы комнату попадал свежий теплый воздух и свет, германия считал что ему это нужно. Телефон сажал рядом но писать некому он не мог чтобы лишний раз некто не спрашивал о его пропажи. Пролежав час после того как немец его оставил отдыхать он начал сильно скучать, и думать было не о чём так что Ваня решил позвать Людвига. - Людви-иг! Мне скучно! Немец сидел у себя занятый какими-то бумагами, услышав детское ныть е ему пришлось подняться и пойти к Ивану. В комнате лежал Ваня забросив ногу на ногу, руками мял подушку что должна быть под головой, когда немец пришёл он отвлекся от подушки и выпрямил руки словно просил что-то дать ему. Немец почесал репу но не мог вспомнить просил ли что-то у него русский. Он решил избавить того от потугов понять его и просто сказать словами, хоть это было не так интересно. - Мне скучно, Люд. Мне нечего делать. Мысли Людвига можно было прочитать по его лицу «Ведёт себя как маленький, неужели я буду всё время это терпеть?». - Можешь посидеть со с мной? Людвиг потер переносицу, у него были незаконченные дела и он планировал закрыться у себя до конца дня. - Я не могу сидеть с тобой несколько чесов без дела. Я могу принести тебе книгу. Немец надеялся что сможет дать русскому что-то из своей библиотеки чтобы скоротать досуг. - Я не хочу лежать в тишине, поговорить с кем-то хочется. Немец начинал догадываться откуда у Вани появилось такое капризное поведение «Неужели брат бегает возле него как нянька, нужно будет поговорить с ним». - Могу поговорить с Гилбертом, возможно он приедет и будет тебя развлекать. На лице русского появилась удивление сменившееся на негодование, он нечего не сказал но по нему было видно что его не устраивал такой вариант. Германия присел рядом с ним так они просидели десять минут не издавая не звука. Ваня отвернулся к спинке, Людвиг скучающи сидел рядом рукой подперев подперев голову. -Может всё-таки книгу? Россия повернулся к немцу кинул на него не двусмысленный взгляд в котором он прочитал четкое «Совсем придурок?», сделал выводы что договориться будет трудное если Ваня сам не скажет чего хочет. Словно прочитав его мысли Иван выдал. - Я хочу чтобы ты лег ко мне Ждать ответа долго не заставил. - Зачем? Ваня закатил глаза, ему было не только скучно но и до нельзя надоедали ворчания немца в такие моменты он был упертым в любых, даже самых простых требованиях. Иван хотел побыть с немцем какое-то время, для начала. У него появился план по "восстановлению" своего здоровья, но реализовать его нужно было так чтобы сразу не спугнуть немца. - Просто ляг ко мне