Катострофа

Круглосуточный магазин «QuickStop» был залит слишком ярким, больным светом. Нил, «Беглец», одной рукой крепко держал брата за локоть, другой — листал меню сэндвичей. Натаниэль, «Катастрофа», стоял, съежившись, в своем потрепанном худи, глаза его бегали по стеллажам, словно считывая невидимые данные. В наушниках Аарона Миньярда раздавались их голоса, усиленные направленным микрофоном. — Просто булочку с корицей, Натаниэль. И молоко. Для Белоснежки, — голос Нила был спокоен, но в нем слышалась стальная нить напряжения. — Она не хочет молоко. Она говорит, что в нём что-то есть, — пробормотал Натаниэль, не отрывая взгляда от банок с энергетиками. — Это пастеризованное молоко. Оно чистое. Я проверю, если хочешь. — Не надо. Король уже проверяет. Аарон перевел взгляд на другую камеру. Черный кот, «Король», сидел на крыше припаркованной рядом машины, неподвижный, как сфинкс. Его зеленые глаза, казалось, смотрели прямо в объектив скрытой камеры. Аарону на мгновение показалось, что кот знает. — Эндрю, ты это видишь? — тихо спросил он в ком. — Вижу, — послышался в ответ сухой голос старшего Миньярда. Он наблюдал с оперативного фургона в двух кварталах. — Животное ведет себя как дозорный. Интересно. В магазине Нил заплатил наличными, всегда наличными, и вывел брата на улицу. Натаниэль прижимал к груди булочку и маленькую упаковку молока. Он что-то беззвучно шептал, его губы шевелились. — Они возвращаются, — доложил Аарон. — Стандартный маршрут. Но «стандартный маршрут» нарушился через три минуты. Нил вдруг резко остановился, заставив брата споткнуться. Он не обернулся, но его поза выражала предельную собранность. Его рука сжала локоть Натаниэля так, что кости белели. — Что-то не так, — мгновенно среагировал Эндрю. — Дэн, твоя группа, отход! Немедленно! Дэн Уайлдс, притворяясь пьяной студенткой, бредущей по тротуару, тут же свернула в переулок. Но было поздно. Нил медленно, слишком медленно повернул голову. Его взгляд скользнул по темным окнам, по крышам, по мусорным бакам. Он не видел их, но он чувствовал. Он был «Беглецом», и его инстинкты, отточенные годами жизни в осаде, кричали об опасности. — Нил? — испуганно спросил Натаниэль. — Ничего. Просто холодно, — соврал брат, снова тронувшись с места, но теперь его шаг стал быстрее, целенаправленнее. В оперативной квартире Ваймак смотрел на экран, его лицо было каменным. —Инцидент. Уровень 1. «Беглец» почуял наружный контур наблюдения. Меняем группы. Аарон, усиль мониторинг их сетевой активности. Если «Катастрофа» получил от брата сигнал тревоги, он может начать сканирование. Аарон уже влетел в их домашнюю сеть через бэкдор, который ему с таким трудом удалось создать. На экране его монитора бежали строки кода. —Пока всё спокойно. Он играет в какую-то инди-игру. Но... подождите. Он увеличил окно с логами одного из фоновых процессов Натаниэля. —Это что? Он запустил пассивный сканер портов. Не целенаправленно. Как... рефлекс. Как кошачий ус, который шевельнулся от дуновения ветра. Эндрю, вернувшись в квартиру, мрачно наблюдал за происходящим. —Он не знает, что мы здесь. Но он знает, что кто-то здесь. И его брат активировал его защитные системы на подсознательном уровне. Ваймак тяжело вздохнул. —Первый контакт, и мы уже на грани провала. Укрепить легенду всех наружных групп. С сегодняшнего дня работаем в предположении, что «Беглец» имеет шестое чувство, а «Катастрофа» дышит угрозой как мы воздухом. Тем временем в своей квартире Нил запер дверь на все замки. Он посмотрел на брата, который, устроившись на полу, наливал молоко в блюдце для белой кошки. —Натаниэль. Ты... чувствуешь что-нибудь странное? В сети? В эфире? Натаниэль поднял на него свои огромные, пустые глаза. —В эфире всегда что-то есть, Нил. Но сегодня... сегодня тихо. Слишком тихо. Как будто кто-то подложил звукопоглотитель. Он взял на руки Белоснежку и прижался лицом к ее белой шерсти. —Они еще далеко, — прошептал он кошке. — Но они идут. Правда, Снежка? Кошка, словно в ответ, уткнулась мордочкой в его щеку. На другом конце города Эндрю Миньярд откинулся на спинку кресла. На его лице впервые за долгое время появилось нечто, отдаленно напоминающее улыбку. Сложная, опасная игра только что стала еще интереснее. Их обнаружили, даже не увидев. И это был всего лишь первый ход.