Пусть смерть никогда не останавливает тебя

Невольно признаешь — для двух людей, которые, казалось бы, вообще не состоят ни в каких отношениях, они уж слишком убедительно изображают влюблённых на медовом месяце. Впрочем, это, пожалуй, единственная связная мысль, что удерживается у него в голове. После безумно раннего рейса из Ханэды, мутного короткого перелёта из Манилы до какой-то взлётной полоски на крошечном островке и не менее укачивающей лодочной поездки до самого «райского» уголка, он был похож на ходячего мертвеца. Ястреб, будь он неладен, выглядел при этом свежим, как утренняя ромашка, и с привычной лёгкостью щебетал с девушками на стойке регистрации. Те, разумеется, уже млели от его улыбки, даже не подозревая, кто перед ними. Всё дело в глазах, отметил про себя Годжо. В улыбке. В смехе. В нём целом, если уж честно. Без своих фирменных крыльев и костюма он всё равно умудрялся сводить всех с ума. (Как, к несчастью, и самого Годжо.) Оставив Ястреба обворожать персонал, Годжо почти театрально рухнул на ближайший диван, бросив чемоданы у ног. Весь холл источал сладковатый аромат белого чая и шалфея — или какого-нибудь нового модного масла, не важно. Все эти роскошные отели пахнут одинаково, и Годжо, проживший не одну жизнь среди них, знал это наверняка. Всё выглядело именно так, как он и ожидал: уединённо, роскошно, неприлично дорого и подчеркнуто конфиденциально — идеальное место для свадьбы наследницы продажного герцога. Отель занимал весь остров. Годжо даже не хотел знать, сколько стоило арендовать его целиком, но, к сожалению, богатство клана Годжо из его прошлой жизни давало ему слишком точное представление о таких масштабах. Странно думать, что это вполне мог быть он сам — если бы у старейшин хватило наглости заставить его выполнить «долг перед родом». Наверное, он и сам стоял бы сейчас под венцом с каким-нибудь бедным заклинателем, избранным только ради продолжения линии Шести Глаз. Мысль настолько отвратительная, что он тут же отмахивается от неё. Нет уж — он бы скорее сжёг родовое поместье дотла вместе со всеми старейшинами, чем позволил бы втянуть себя в такой фарс. Брак вообще никогда не входил в его планы — и не зря. Его родители в первой жизни женились из жалкого чувства долга. Он едва их помнил и, кажется, они никогда не любили ни друг друга, ни его. А во второй жизни… ну, про Старателя и говорить не стоит, а история с Рэй и вовсе вызывает лишь горькое сожаление. Он никогда не думал о свадьбах. Это казалось чем-то чужим, далёким. Ни в одной из своих жизней он не знал никого, кто бы женился. Мысль эта вдруг поразила его. Годжо устало провёл рукой по лицу и невольно усмехнулся. Дважды взрослый — и впервые на свадьбе. Причём на чужой. И — с Ястребом. // (неделей ранее) // Когда он, наконец, настиг её, Эхо была чересчур восторженной по поводу своей встречи со смертью. Ястреб, впрочем, не успел оценить всю «величественность момента» — был слишком занят тем, что пытался собрать своих мокрых котят (читай: стажёров) в хоть какое-то подобие порядка. На самом деле, он совершенно уверен, что с мокрыми кошками было бы легче справиться, чем с этими детьми. Он с унынием осознал: ни у одного из этих четверых нет даже капли инстинкта самосохранения. Главный виновник — стажёр Маньюала, младший брат Ингениума — сник и выглядел так, будто сам ужаснулся своим решениям и, честно говоря, всей своей жизни. Остальные трое, конечно, извинялись, но упорно отказывались признать, что сделали что-то не так. Хуже всего было то, что Ястреб и отругать их толком не мог. Формально они нарушили закон — применили свои причуды без разрешения наставников. Но если бы не они, если бы не те несколько драгоценных секунд, что они ему выиграли, Иида Теня и герой по прозвищу Нэйтив, скорее всего, были бы уже мертвы. Это как раз тот моральный тупик, из-за которого Ястреб порой готов возненавидеть саму систему: поступить правильно и спасти жизнь, или соблюсти закон — и позволить кому-то умереть? Так или иначе, эти трое сумели задержать Стейна достаточно надолго, чтобы Ястреб успел вмешаться — пусть и всего на несколько секунд. Недаром его зовут самым быстрым героем. Да и, если уж быть честным, без них он бы вообще не знал, где искать Убийцу Героев. (Ну, и без Даби, но, разумеется, этого в официальном отчёте не будет.) Впрочем, в отчёте он вообще не собирался упоминать ни одного из них — не хотелось, чтобы из-за какой-то формальности эти дети потеряли шанс стать настоящими героями. Хотя в ближайшее время он всё-таки намеревался выбить из них хоть крупицу здравого смысла. Гнаться за известным убийцей, чтобы спасти друга, и при этом не поставить в известность ни одного взрослого — это, пожалуй, самое безумное, что он слышал за всю неделю. Поймав Стейна, Ястреб как мог оказал первую помощь Индейцу и младшему Ииде. К счастью, смертельных ран у них не оказалось — хотя Индейцу предстоял долгий отдых в больнице. Сам Стейн, по правде сказать, уже не представлял особой угрозы: был тяжело ранен Даби (от одного взгляда на его пробитое плечо Ястреб скривился) и почти не мог пользоваться рукой. После схватки с героем и стажёром он был выжат, как лимон, — так что надеть на него сдерживающие наручники оказалось проще простого. (Впрочем, в цепочке дальнейших событий, которые Ястреб отказывался считать совпадением, полицейские, которым он передал Убийцу Героев, были таинственным образом перехвачены прямо за пределами Хосу — и, по всем признакам, не кем иным, как печально известной бандой «Токио Мандзи». Но Ястребу хватало собственных забот. Последнее, чего он хотел, — это лезть в тонкий нейтралитет между полицией и Томан.) Он пристроил Индейца и Тенью к ближайшим медикам, отчитав троих оставшихся стажёров, а затем буквально прогнал их обратно к месту, где остальные герои добивали Ному. С момента их разделения прошло не больше четверти часа — слишком мало, чтобы Эхо успела вляпаться в ещё одну смертельную ситуацию. У Ястреба сердце ухнуло в пятки, когда он увидел, как огромный крылатый Ному подхватывает её с улицы. Он немедленно послал перья ей на подмогу — но знал: одного сильного удара когтями хватит, чтобы сломать ей позвоночник. Знала это и сама Эхо — по тому, как отчаянно она рвалась из его лап. И прежде чем кто-либо успел среагировать, чудовище исчезло. Просто растворилось — будто его и не существовало. Позже Эхо, дрожа, но с сияющими глазами, скажет, что почувствовала это: жар Пламени Сожжения, прошедший над ней безвредно — и уничтоживший Ному. Мгновение назад она билась в когтях уродливого зверя, а в следующее уже падала с высоты, с криком, полным шока. Ястреб действовал на инстинктах — его перья ринулись вниз, смягчая её падение, пока герои внизу спешили поймать её. Кажется, она приземлилась прямо в объятия Маньюала — как невеста на руках, — но он был слишком ошарашен, чтобы обратить внимание. Вокруг слышались изумлённые возгласы: все только что стали свидетелями самой явной демонстрации способности Даби к возгоранию, какую Ястреб когда-либо видел. — Ух ты… — выдохнул за его спиной какой-то парень в форме спасателя. — Эта тварь просто… исчезла. Ястреб невольно поморщился. Повсюду царила паника — люди шептались, герои и спасатели метались по улице. Никто раньше не видел технику Сожжения Даби воочию… до сегодняшнего дня. И уж конечно, кто-нибудь из этой толпы догадается сложить два и два. Это будет настоящий бардак. — Думаешь, это был Даби? — Откуда ты знаешь? Я вообще ничего не видел! Голоса становились громче, напряжение росло с каждой секундой. Люди озирались, будто надеялись выцепить Даби из толпы — словно тот не мог просто исчезнуть в любую секунду. Ястреб был так погружён в отслеживание реакции толпы, что едва не пропустил тихий разговор позади. — На той крыше, вон там… — произнёс Тодороки, указывая куда-то вдаль. — Ты уверен, что это были они? — спросил Мидория, тревожно косясь на здание. — Я не особо помню, как они выглядели… Ястреб перевёл взгляд туда, куда тот указывал. На крыше никого не было — по крайней мере, сейчас. — Я точно их видел, — упрямо ответил Тодороки. — Я бы узнал этого облакоголового где угодно. — Может, нам стоит… — Даже не думайте, — перебил их Ястреб, не оборачиваясь. Тишина за его спиной выдала всё: троица, несомненно, обменялась виноватыми взглядами. Они ведь действительно собирались снова сунуть нос в неприятности. — Но, Ястреб-сан, вы же с нами, — осторожно возразил Мидория, что, надо признать, было бы разумным замечанием, если бы они полчаса назад не сбежали от всех наставников. — Именно. А потому я говорю вам — стоять. Вы все под арестом. Забираю ваши телефоны и аккаунты в соцсетях, — сказал он с неприлично весёлой улыбкой. Мидория ахнул, потом понял, что Ястреб не имеет права отбирать личные вещи, и смутился. Тодороки, как всегда, не дрогнул лицом, но глаза его слегка округлились. Стажёр Ястреба и вовсе сделала вид, что его не слышит — стояла, уставившись на крышу, с лёгкой тенью на лице. — Ястреб прав, — сказала она наконец. — Не стоит соваться в это. Ястреб снова вспомнил, как именно она — Юи — пыталась тогда образумить остальных, уговаривала не лезть в драку и позвать наставников. Хоть один голос разума среди них… ну, почти разум. У этой девчонки явно есть какие-то свои секреты, и однажды Ястреб намерен их раскрыть. Тем более, когда он подслушивал их пером раньше, она сказала нечто, что он отложил в памяти. Тогда она убеждала товарищей подождать, намекнув, что помощь уже в пути. Мидория сначала засомневался, потом что-то понял — то, что явно ускользнуло от Тодороки, — и согласился, хоть и не был уверен, можно ли полагаться на это. Юи же была абсолютно уверена. До последнего. Конечно, Мидория всё равно решил действовать, а Тодороки его поддержал — и она осталась в меньшинстве. Но разговор тот запомнился Ястребу надолго. — Ястреб, ты это, чёрт возьми, видел?! — донёсся крик откуда-то сбоку. — Пропустить было сложно, — сухо отзывается Ястреб. — Кстати, я нашёл твоего стажёра. Не благодари. Эхо несколько раз моргает, переводя взгляд на Мидорию: — О! Мидория-кун! Куда ты запропастился? — Э-э… — Мидория смотрит на неё с таким ужасом, будто попал под свет фар посреди дороги. Ястреб, сжалившись над парнем, дружески хлопает его по спине: — Да просто свернул не туда, — говорит он с лёгкой усмешкой. — У мальчишки отвратительное чувство направления. Заблудился — и ещё двух стажёров за собой потянул. — Т-точно, — выдавливает из себя Мидория, почти задыхаясь. — Ох, бедняга! — смеётся Эхо. — Тебе, наверное, надо купить часы с GPS или, не знаю, маячок в рюкзак засунуть? — Эм… — Мидория мнётся, а Юи вдруг начинает странно кашлять. Ястреб бросает на неё косой взгляд, но девушка делает вид, что просто поправляет воротник своего костюма. — Ну, в общем, всё хорошо, что хорошо кончается, — небрежно продолжает Ястреб. — Благодаря им я как раз и вышел на Следопыта-героя. Удобно получилось. — Ты его поймал? — глаза Эхо расширяются. — Серьёзно? — Он уже был ранен, — отмахивается Ястреб, будто ничего особенного не произошло. — А ты мне лучше объясни, что тут, чёрт побери, случилось? — Да так, — спокойно отвечает Эхо, будто речь идёт о чём-то обыденном, — ловили странных зомби-монстров. Сам понимаешь, типичный день на службе. Кстати, ты хоть что-то о них знаешь? — Они нападали на нашу школу, — вмешивается Мидория. — Ну… один из них. На вид был почти таким же. — Сенсей называл его Ному, — добавляет Юи. — Ному, значит, — Эхо задумчиво проводит рукой по волосам, растрёпанным ветром и боем. — И он участвовал в атаке на тренировочный центр USJ? Они с Ястребом переглядываются поверх голов стажёров. Выглядит это всё… очень тревожно. — Как Сотриголова их побеждал? — спрашивает Эхо. — Мы едва сдерживаем того, что удалось взять живым. Ученики обмениваются растерянными взглядами, как будто их застали с поличным. — Н-не имеем ни малейшего понятия! — торопливо выпаливает Мидория. — Эм… лучше, наверное, спросить у Айзавы-сенсея… — Да, они всё держат в секрете. Даже от студентов, — подтверждает Юи. Голос у неё спокойный, ровный, но именно из-за этого Ястреб начинает подозревать неладное. Что они скрывают? К счастью для всех, в этот момент появляется Старатель. Завидев сына, он целеустремлённо шагает к ним, и по его мрачному лицу видно — настроение у него, мягко говоря, не лучшее. Похоже, он не успел разобраться с другим Ному и теперь злится, что не смог и этим похвастаться. Ястреб почти уверен: когда тот узнает, что Убийцу Героев схватил он, радости это ему не прибавит. Ну что ж, можно будет предложить допрос в качестве утешительного приза. Сам Ястреб не горит желанием влезать в расследование по делу Стейна — забот и без того хватает. Пусть уж Старатель получает славу и бумажную волокиту. — Старатель-сан! — бодро машет он рукой, не давая тому даже толком завестись. — Как раз вовремя! У меня тут небольшая… ситуация, в которой не помешала бы твоя помощь. @ru-kun | Jesus of Suburbia Я сосредоточенная чихуахуа. Лай и укус — в одном комплекте. Комментарии 799 | Лайки 831 | Ретвиты 808 — Приглашение на свадьбу? — Годжо держал в руках плотную открытку, глядя на неё с выражением откровенного недоумения. На другом конце провода Гиран тихо хохотнул: — Именно, Годжо-кун. Уж не скажи, что ты никогда такого не видел. Годжо нахмурился. Видел ли? Если вдуматься… он вообще знал кого-то, кто дожил до свадьбы? Большинство людей, встреченных им на пути, умирали слишком рано для подобных радостей — печально, но факт. Сам Годжо давно вычеркнул идею брака из своей реальности. — Ну да, видел, — проворчал он, — но почему это сейчас у меня в руках? Конверт с безобидным на вид приглашением пришёл ещё в начале недели, но Годжо вручили его только утром, когда он, заспанный и раздражённый, наконец-то спустился на завтрак в отель. Для персонала это было событие — впервые за недели таинственный постоялец показался на глаза, и они, конечно, не упустили шанс вручить ему почту. Почту. Настоящую. На имя «Годжо Сатору, дата рождения 7 декабря, двадцать три года, мужской пол». Да, формально он всегда был «настоящим человеком». Даже документы ему когда-то подделал Гиран. Но вот эта бумага, доставленная обычной почтой, с аккуратно написанным от руки адресом — в ней было что-то по-настоящему… реальное. Он уставился на конверт, ещё не успев проглотить ни капли кофе, пока вокруг щебетали официанты. Смотрел на него весь завтрак. И лишь после третьей или четвёртой чашки сообразил: единственный, кто знал его нынешнее местоположение и мог прислать что-то подобное — это Гиран. — Ты ведь просил меня разузнать побольше о Такэхару Дзюне, — напомнил тот. — …Так ты достал мне приглашение на его свадьбу?! — Годжо моргнул. — Считай, удачный поворот судьбы, — с удовольствием сообщил Гиран. — Тебе повезло попасть на, пожалуй, самую громкую свадьбу десятилетия. Надеюсь, я не должен напоминать, что нужно одеться соответственно. — Прости, но я всё ещё не понимаю, зачем мне изображать свадебного шпиона. Я просил информацию о его финансах и передвижениях, а не о личной жизни. — Боюсь, в данном случае одно тесно связано с другим, — объяснил Гиран. — Женится он на некой Карине Серрено — юной наследнице старинного рода. Очаровательная особа, говорят. А её отец, герцог Серрено, имеет весьма… подозрительные инвестиции в маленьком государстве под названием Отэон. — Папочка с деньгами, значит? — И с подозрительно раздутыми цифрами в экономике. — И при чём тут свадьба? — Герцога практически невозможно поймать. Он живёт на своей яхте, курсирует по международным водам, команда у него — сплошь молчаливые золотые рыцари. Но, как ты понимаешь, ради свадьбы дочери он наверняка выйдет на сушу. — Даже преступникам, выходит, приходится делать перерыв на семейные торжества, — усмехнулся Годжо. — Понял, к чему ты клонишь. Он покрутил в руках приглашение, теперь уже с некоторым уважением. Надо признать, Гиран умеет добывать нужные вещи. Почти простительно, что он облажался с делом Убийцы героев. Гиран продолжал описывать детали, пока Годжо лениво шарил по мини-кухне в поисках чего-нибудь выпить. Приглашение изначально предназначалось некоему бизнесмену Тацуе Сибе и его супруге, которые собирались отказаться от визита. Но Гиран успел перехватить их ответ и заменить — теперь приглашённым числился Годжо. Гостевой список насчитывал сотни имён, и молодожёны вряд ли знали всех в лицо. Повезло, ведь Годжо и этот Тацуя не были даже отдалённо похожи — никакая краска для волос не помогла бы. Была, впрочем, ещё одна мелкая проблема: приглашение было на двоих. Разумное решение — явиться одному, сославшись на внезапное обострение геморроя у «жены». Абсурдно, но правдоподобно. Но… ехать в одиночку было скучно. А уж тратить на всё это слишком много усилий Годжо точно не собирался. Его злодейская карьера строилась на минимуме труда и максимуме вознаграждения. А ведь этим должны заниматься люди, которых зовут героями. Он постучал пальцами по стойке, обдумывая идею. Да, он — ходячий ящик с плохими решениями. Но почему бы и нет? Что ему, в конце концов, терять? — И как ты относишься к свадьбам? Ястреб моргнул, растерянно. Вот уж чего он не ожидал услышать при первой встрече после всей той истории с Убийцей Героев. Сатору, как всегда, выглядел безмятежным — будто не он на глазах у толпы героев и спасателей в клочья разнёс чудовище с крыльями. Тёмные дизайнерские очки, глубокий вырез майки, обнажающий ключицы… Чертово зрелище. Слишком хорошо он помнил, на вкус они какие. Пришлось резко перевести взгляд в меню, будто то внезапно стало смертельно интересным. — Свадьбы? Эээ… ну… наверное, они интересные, — неуверенно пробормотал он. Никогда на них не был. И вообще, не задумывался. И тут до него дошло. Зачем Даби спрашивает? Он что, женится?! Ястреб замер, ошарашенный этой мыслью. — Ты… ты женишься? — выдохнул он, с круглыми глазами. Рот Даби приоткрылся в идеальном круге искреннего удивления. Под очками затрепетали белоснежные ресницы. А потом он откинул голову и рассмеялся — легко, открыто, с хрипотцой. Белая шея выгнулась, и это почему-то было ещё хуже, чем вырез на его рубашке. — Боже, нет, — всё ещё усмехаясь, ответил он. Странное чувство. Ястреб до конца не понимал, что именно ощущал раньше, но теперь ясно: то, как спала напряжённость в плечах, называлось облегчением. — Меня пригласили на одну свадьбу, — объясняет Сатору, а потом наклоняется вперед с озорной улыбкой. — Точнее, нас пригласили. Ястреб на мгновение замирает, ошарашенный. — Нас?! — выпалил он, голос немного визгливый от удивления. — Ага! — радостно подтверждает Сатору. Наверное, мне стоит смириться с тем, что Даби никогда не делает того, чего я от него ожидаю, — думает Ястреб, ошарашенный. Даби, похоже, полностью игнорирует всякую логику и здравый смысл; его разум, должно быть, блестящий, но одновременно ужасающе хаотичный. Ястреб рассчитывал начать разговор с преступником в своей обычной обходной манере, чтобы в итоге аккуратно перейти к инциденту в Хосу. Он предполагал, что Даби может быть хитрым и не раскрывать ему детали, или, наоборот, быть столь же прямолинейным, как обычно — на темы, за которые большинство злодеев убило бы, даже если их только упомянуть. Пригласить Ястреба, из всех людей, на свадьбу вместе с ним было… крайне неожиданно. Но, в какой-то мере, это вполне соответствовало репутации печально известного «Крематорского» злодея. — Ладно, свадьба, — решает Ястреб, решив не сопротивляться. Его тактика до этого момента срабатывала просто отлично — зачем менять подход? — Когда? И насколько пафосно? Мне смокинг брать? — На следующей неделе, — сообщает Сатору, и Ястреб тут же начинает пересматривать свой ближайший график. — Эээ… это совсем скоро. — Довольно внезапно, — замечает Ястреб вслух. — Немного грубо, знаешь ли, просто так говорить это человеку. — Ничего не поделаешь, — пожимает плечами беловолосый злодей. — Я сам узнал об этом всего пару дней назад. Это тоже странно. И совсем нетипично для того, что Ястреб знает о обычных свадьбах. Разве приглашения не рассылаются за месяцы? С другой стороны, что Ястреб вообще знает? Он ведь ни разу не был на свадьбе. — Понятно, — откидывается Ястреб на спинку стула. — Кто счастливчик? — Жених — мой друг! — улыбается Сатору, обнажая острые, белоснежные зубы. — Такехару Джун. Теперь Ястреб сам не сдерживается и расхохатывается от удивления. — Да ты шутишь? Как тебе это удалось?» — Совпадение и удобная услуга, в общем, — отвечает Сатору с подмигиванием. — Ну теперь счёт неравный, — жалуется Ястреб, раздражённо растрёпывая волосы. Когда Сатору смотрит на него с вопросом, он поясняет: — С таким раскладом я всегда буду тебе должен. Сатору просто пожимает плечами, лёгкая улыбка играет на губах: — Я счёт не веду. Ястреб улыбается в ответ, хотя внутри чувствует лёгкий дискомфорт. А надо бы, — думает он трезво. Их «отношения» полностью строятся на обмене информацией и услугами. Два противника, временно объединившиеся против общего врага. Сатору должен вести счёт, как и Ястреб. Это чисто транзакционные отношения — ничего больше. Или, по идее, так должно быть. Ястреб думает, не обманывают ли они сами себя, считая, что смогут держать всё строго профессионально. Официант выбирает удобный момент, чтобы подойти, и Ястреб автоматически заказывает кофе. На этот раз ему не нужна экстренная доза кофеина, так что он выбирает капучино и один из пирожных, которые Даби порекомендовал в его первый визит. — Так где будет свадьба? — спрашивает Ястреб, когда официант возвращается с заказом. Он откусывает кусочек вишнёвой тарталетки. Даби оказался прав — вкусно, и при том Ястреб даже не сладкоежка. — Какой-то эксклюзивный частный островной курорт у побережья Палавана, — говорит Даби, словно мимоходом. Ястреб жуёт и глотает. А потом почти давится. — Постой, это… где это? — кашляет он в кулак, хватаясь за капучино. Он ожидал услышать название шикарного отеля в центре Токио. — Филиппины, — сообщает Даби. — Говорят, там невероятная прозрачная вода. Я сам не был. А ты? — Я тоже, — отвечает Ястреб, после того как проглотил кусок. До недавнего времени он почти не покидал тренировочные комплексы HPSC. Каждый раз, когда летел из Кансаи в Кюсю, его восхищала огромная прелесть местности. Мысль о поездке на тропический остров никогда не приходила ему в голову как о реальной возможности. Просто… отправиться в отпуск в место, которое он видел только на рекламных роликах, далёкое, словно целая вселенная. — Меня больше интересует торт, чем вода, — признаётся Даби так просто и спокойно, что Ястреб невольно улыбается. — Свадебные торты обычно очень пафосные и дорогие, да? Надеюсь, оправдает ожидания. Его замечание заставляет Ястреба задуматься, может, для Сатору это тоже первая свадьба. Он наблюдает за ним, когда Даби делает глоток кофе. В памяти Ястреба всплывает его первое впечатление о Сатору — молодой, красивый, беззаботный парень, выглядел как студент университета, пришёл в клуб повеселиться. Сатору едва ли старше Ястреба, судя по лицу, возможно, даже моложе. Он может быть легкомысленным и дерзким — две черты, которые обычно ассоциируются с юностью и неопытностью — но эта уверенность в себе и своих силах могла прийти только с опытом и временем. Такая уверенность не возникает без причины. Но потом он делает комментарии вроде этого, и Ястреб снова задумывается. — Я всегда считал свадьбы каким-то разводом, — говорит Ястреб после паузы. — Просто свадьбы в целом. Он, честно говоря, понятия о них не имел. Но Эхо недавно была на одной и бесконечно жаловалась, сколько денег ушло на её причёску и макияж для свадебной церемонии — три раза дороже обычного. — Никогда не собирался жениться? — спрашивает Сатору так спокойно, будто это обычное дело, но живот Ястреба всё равно поджимает. — Да даже мысли об этом не возникало, — честно признаётся он. Даби лишь наклоняет голову, оценивая. — Да, справедливо, — отвечает он, не выдавая ни капли своих мыслей по этому поводу. А что насчёт тебя? — хочет спросить Ястреб, но его цепкая хватка за профессионализм удерживает его. Да и маленький голос в глубине головы подсказывает: лучше не знать ответа, потому что он слишком эмоционально вовлечён в это, хотя не должен. — Когда именно на следующей неделе это будет? — спрашивает он вместо этого. Вопрос вполне безопасный и разумный. — Всю неделю, думаю. Мероприятий много, — отмахивается Даби. — Это нормально? — выдавливает Ястреб, глаза широко раскрыты. Эхо говорила, что обычно свадьба — это всего лишь пара часов днём! Ястреб мысленно пытается уложить всё в свой график, словно играет в безумный Тетрис. Его ассистент, без сомнения, будет готов обвинить его в самоубийстве, но он думает, что как-нибудь выкрутится. Это уже будет третий раз за несколько недель, когда он переносит синхронку с Кобаяши-сан, своей непосредственной начальницей, но она довольно понимающая, учитывая хаотичный ритм работы героя. — Не думаю, что это обычно, но нам так удобнее, — пожимает плечами Даби. — У меня есть информация, что сам Такехару получает деньги от будущего тестя, международного аристократа, которого поймать почти невозможно. В глазах Ястреба загорается понимание. — То есть мы теперь знаем, где он будет… целую неделю. — Он почти живёт на своём супер-яхте, и с международными водами это почти невозможно отследить, — делает глоток Даби. — Но если свадьба его дочери пройдёт на острове… — То там яхта точно будет, — завершает мысль Ястреб, ум лихорадочно прокручивает варианты. Его команда поддержки уже давно теряет голову, пытаясь отследить финансовые потоки Хумариса. Как религиозная организация, они получают «благотворительные пожертвования» от множества людей, большинство из которых иностранцы. Следовать за деньгами — сущий кошмар, почти всегда кончается оффшорным счётом. А подключение международного сообщества героев к делу — отдельная головная боль; расследование такого масштаба — не шутка. Добавьте сюда сложную политику международных вод… Даже мысль о законных процедурах для получения ордера на обыск приводит к головной боли, не говоря уже о попытке реально добраться до яхты. Официально, без ордера на обыск это абсолютно незаконно. Но если хоть одно из свадебных мероприятий, о которых говорил Даби, пройдёт на этой яхте… Ну, Ястреб специально тренирован для таких задач. Он может быть одним из лучших, кто способен справиться с миссией подобного рода. — Хорошо, — говорит Ястреб, думая. — Следующая неделя. Я могу это сделать. — Отлично. А что думаешь насчёт окрашивания волос? — спрашивает Даби. Ястреб моргает, отвлекаясь от своих мыслей и мысленного листания календаря. — Э-э?