A Court of Whispers and Stars

      Конечно, я составила список дел.       А кто бы на моём месте не сделал этого, оказавшись в такой безвыходный ситуации, как моя?       Сначала это существовало только в моей голове. Но однажды за завтраком я попросила у Элис лист бумаги и карандаш, и она не возражала. Предложила перо с чернилами, но я вежливо отказалась. Графит вполне устроит. Приятно знать, что углеродные письменные принадлежности существуют и в этом мире.       Понадобилась всего минута, чтобы привыкнуть к короткой, непропорциональной палочке с мягким с чёрным стержнем внутри, совсем не похожему на шариковые ручки, к которым я привыкла.       Затем я приступила к составлению списка приоритетных задач:       1. Разобраться в геополитике этого мира. Мне нужно раздобыть карты. Чем скорее, тем лучше.       2. Понять социальную структуру Притиании. Потому что, нравится мне это или нет, я теперь полностью зависела от неё. Если существует Весенний Двор – вероятно, есть и другие. Царит ли между ними мир? Или на горизонте назревает конфликт? А может, уже идут военные действия? Такие вещи жизненно важно знать, прежде чем случайно пересечь границу не в ту сторону.       Впервые я осознала, насколько на самом деле роскошью является бесплатный доступ к информации.       Также в списке неохотно был:       3. Верховая езда. Что-то мне подсказывало, что в мире, где не было двигателей и транспорта в привычным смысле, рано или поздно мне всё равно предстояло оказаться верхом на каком-нибудь звере.       И, самое главное,       4. Разобраться, как работает магия!       Есть ли тут курсы для начинающих? Методички? Иллюстрированные книжки для маленьких фэйри с базами магических законов? Если я рассчитываю сотворить хоть какое-то заклинание – или хотя бы попросить кого-то сделать это за меня, чтобы открыть портал домой, – мне нужно разобраться, как тут функционирует волшебство.       К моему ужасу, я также осознала, что с момента моего появления в этом поместье прошло почти две недели. Неужели мой эмоциональный срыв длился так долго?       Я всё ещё не понимала, как вести себя с Тамлином и Люсьеном. Из того короткого и неприятного разговора в ночь моего прибытия я поняла, что главным здесь, безусловно, был Тамлин. Элис не хотела делиться подробностями, но мне удалось выжать из неё подтверждение, что Тамлин действительно является Верховным правителем этих земель.       Не то чтобы удивительно – парень раздавал приказы направо и налево, не моргнув и глазом.       А это означало, что крайне важно было не злить его. Одно его слово – «Казнить!» – и всё. В идеале я бы его вообще избегала. Это казалось самым безопасным.       Оставался Люсьен.       Высокомерный фэйри явно меня недолюбливал, но пока что был самым болтливым из всех. Если я буду осторожна и правильно направлю разговор, возможно, он обронит что-то полезное. Он ведь упомянул, что является посланников Весеннего Двора. Значит, должен разбираться в политике и нюансах устройства общества.       Глубоко вдохнув, я отложила список и направилась к двери.       Выйти из комнаты после стольких дней было… странно. Тамлин предоставил мне полную свободу передвижения по поместью и его саду, но я всё ещё чувствовала себя посторонней. Или даже пленницей? Не знаю. Интерьер его дома был прекрасен, но пугающе пуст. Если он тут вроде короля, то где же его свита? Где приближённые? Слуги? Разве за ним не должны были ходить постоянный шлейф элегантных женщин-фэйри, надеющихся на его внимание? Гостей с прошениями и важными государственными делами?       Или он, в приступе гнева, всех их перебил?       Я фыркнула. Ну нет, это уже перебор. Парень был не то чтобы хорошим, но и полным чудовищем его назвать нельзя. Он сохранил мне жизнь, обеспечил комфортную комнату и накормил. С одной стороны это была элементарная вежливость; с другой, он ведь не обязан был ничего из этого делать, учитывая, что моё пребывание в Притиании было, по сути, наказанием.       Что-то хорошее в нём есть. И всё же… я знаю, что едва их знаю, но у меня было ощущение, что между Люсьеном и Тамлином есть разительная разница.       У Люсьена был острый язык. Он знал, как задеть без единого прикосновения, как словом ударить по самому больному. Я не сомневалась, что он мог заставить меня почувствовать себя ничтожеством одним лишь поднятым бровью и меткой фразой.       Но эта жестокость… она казалось сдержанной. Я никогда не чувствовала, что она проистекает из желания доминировать или контролировать. Она ощущалась скорее как броня, как слова, используемые, чтобы держать людей на расстоянии, а не разлучать их. Я не думала, что он причинит мне боль только ради того, чтобы что-то доказать. Гнев в нём был туго сжат. Если Люсьен когда-нибудь и прибегнет к насилию, я думаю, что это будет сделано разумно и целенаправленно.       С ним я видела грань – и могла её обойти. Словесная агрессия не оправдана – никогда. Но она всё же оставляет тебе право голоса. Возможность возразить. Перестать слушать. Выйти и сказать достаточно.       А вот Тамлин…       Я чувствовала, как внутри него нарастает напряжение каждый раз, когда что-то идёт не по его плану. Он ещё не взрывался, но я видела, как сжимается его челюсть, как становится ледяным его голос, когда кто-то осмеливался сказать что-то, что ему не нравилось.       Я не думаю, что он жаждет причинять боль. Но ему нужно было, чтобы мир вокруг подчинялся. Его слово было законом. И если ты не согласен…       Он был подобно насилию, ждущему повода.       И я знала таких. В каждом школьном дворе был такой парень, кто обязан быть первым, самым сильным, самым громким, за которым оставалось последнее слово. Улыбчивый до тех пор, пока кто-то другой не начнёт выигрывать. Это не про гнев. Это про контроль.       Тамлин – отголосок былых времён, когда патриархат правил безоговорочно. Но в западной культуре, откуда я родом, по крайней мере, в благополучных ситуациях, лидерство заслуживалось. Послушание не было любовью, молчание не было добродетелью, а сила не давала права контролировать кого-либо, кроме себя. С ним мне нужно быть осторожной.       Винтовая лестница вывела меня в главный зал. Мой план состоял в том, чтобы найти Люсьена и аккуратно вытянуть из него информацию.       Но первым я нашла не Люсьена.       Тамлин как раз выходил из столовой.       Увидев меня, он резко остановился и окинул взглядом мою фигуру.       Я разгладила блузку, внезапно смутившись. Будучи Верховным Правителем, он, вероятно, привык к безупречной внешности, и я сомневалась, что мне удалось её создать. Однако это длилось лишь мгновение, и я мысленно пожала плечами. Возможно, ему и дела не было до моего внешнего вида.       — Доброе утро, – вежливость не помешает.       Он не ответил, но его взгляд изменился, теперь он стал более сосредоточенным, осмысленным.       Окей. Пора включать операцию «Избегай Верховного Правителя и доживешь до старости».       Я двинулась к входным дверям. Найти Люсьена в саду казалось таким же хорошим планом, как и любой другой. Можно было бы спросить, но если Тамлин даже не удосужился ответить на приветствие, то, скорее всего, не ответил бы и на это.       — Не ожидал тебя увидеть сегодня, – наконец осторожно произнёс он.       Я остановилась, скользнув взглядом по его лицу, чтобы оценить его настроение. Он казался спокойным. Внимательным. И, как ни странно… рад меня видеть?       Странно.       На его лице мелькнуло нечто похожее на облегчение. Может, даже удовлетворение.       — Мне нужно было время, чтобы привыкнуть к происходящему, – ответила я. Как ещё объяснить, что я две недели пряталась в комнате и мечтала о возвращении домой?       Он медленно кивнул.       — Хочешь, проведу тебя по поместью?       Хм. Подвох?       Надеялся, что я соглашусь, или что я вежливо откажусь, чтобы он мог заняться своими делами? Я полагала, что, как Верховный правитель, у него более чем достаточно забот. Да и экскурсия по роскошным залам – не то, что меня сейчас интересует. У меня были более насущные нужды. Но… вдруг мы наткнемся на библиотеку? Она была бы полезна…       Я замялась. Он смотрел на меня так, будто чего-то ждал.       — Спасибо, – мягко сказала я. – Но, может, позже?       Я уловила проблеск напряжения, прежде чем он успел его скрыть. Его кулаки слегка сжались, а мягкость, только что коснушаяся его черт, исчезла так же быстро, как и появилась.       Чёрт. Я его обидела?       — Но я собираюсь спуститься на ужин сегодня, – добавила я поспешно. – Если приглашение ещё в силе?       — Разумеется, – почти прорычал он. – Не по моей воле ты морила себя голодом каждую ночь уже больше недели.       Морила себя голодом? Да не особо. Но…ух ты. Как быстро у него срывает.       Ещё секунду назад он был сдержан, а сейчас – его гордость взбунтовалась. Может, дело в тяжести титула? А может, дело в чём-то другом, с чем он не знал, как справиться.       — Уверяю, я ни разу не была в дефиците калорий. Ранние трапезы были вполне достаточны.       Он странно посмотрел на меня и нахмурился.       Я мысленно вернулась к сказанному. Калории. Современные термины. Чёрт, мне нужно быть осторожнее с тем, что говорю, и с тем, какие слова использую.       — Не буду тебя больше задерживать, – быстро добавила я. – Хорошего дня! – Мой голос звучал слишком бодро и натянуто, пора эвакуироваться. Я стремительно направилась к выходу.       Я обошла розовые аллеи, павильоны, конюшни, надеясь наткнуться на Люсьена. Обширные сады с их опьяняющим ароматом роз и укромными тропинками вели меня мимо прудов и пышных фруктовых деревьев. Наконец, у конюшен я увидела, как он готовит лошадь к поездке, его движения были размеренными и сосредоточенными.       — Вижу, жива ещё, – он не стал поворачиваться ко мне полностью, лишь оглянулся через плечо, поправляя седло. – Я уже поспорил, что ты испаришься к концу недели. Планировал заполучить хорошее вино из Двора Лета.       Он повернулся ко мне, ухмыляясь.       — Но вот ты здесь. На ногах. Одетая и разговариваешь. Элис будет в восторге – она думала, что ты разучилась пользоваться ногами.       Он прищурился, внимательно глядя на меня.       — Ну, и что выманило тебя из уединения? Любопытство? Или просто надоело прятаться от Тамлина, как от большого злого волка?       — Или, может, я просто решила не умирать в неведении, когда дело касается фэйри, – ответила я.       Он фыркнул.       — Я здесь не для того, чтобы тебя учить, смертная, – ровным голосом сказал он. – Но ты права. Сейчас ты бесполезна.       Я вскинула бровь и сложив руки на груди. — Очаровательно сказано.       — Просто честно, – пожал плечами он. – Ты не знаешь наших законов. Ты – обуза.       — Ну, раз уж никто не спешит провести курс «как не умереть в Притиании», я решила начать с того, кто, похоже, рот не затыкает.       Это вызвало у него медленную, резкую улыбку.       — Не знал, что за стеной люди умеют быть такими дерзкими. Или ты у нас особенная?       Чёрт!       Было сложно постоянно помнить, что я должна бояться фэйри; это всё казалось слишком нереальным. Я осознавала силу, которой обладали эти двое, но мои опасения скорее напоминали осторожность перед влиятельными человеком, чем перед существом, способным уничтожить меня по щелчку пальцев.       Должна ли я извиниться?       Но Люсьен лишь с привычной лёгкостью вскочил на коня и взглянул на меня.       — Пошли. Приготовь лошадь, поедешь со мной. Начнём твои уроки.       — Эмм… я не умею ездить верхом, – как можно непринужденно сказала я.       Его реакция была мгновенной и театральной. Люсьен испустил долгий, драматический вздох, будто я его ударила в самое сердце, и прижал руку к груди, словно раненый.       — Конечно, не умеешь. С чего бы вдруг? Это было бы слишком удобно.       Он покачал головой с притворным разочарованием.       — Значит, начнём с верховой езды.