A Court of Whispers and Stars

      В дни после Огненной Ночи напряжение в Весеннем дворе неуклонно росло. Тамлин погрузился в свою обычную угрюмость. Между нами установилась атмосфера вежливой отстранённости. Иногда он сопровождал меня на прогулках по саду, мы виделись каждый вечер за ужином, и на этом всё. Люсьен тоже снова стал прежним, острым на язык.       Я никому не рассказала о встрече с ним. И думала о Ризе чаще, чем, наверное, следовало. О том, как он появился в нужное время, словно посланник судьбы. Как осторожны были его руки, несмотря на скрытую под кожей силу. Как он успокоил мой разум этой странной тьмой. Я постоянно возвращалась к воспоминаниям о том внезапном спокойствии в моей голове, волне тишины и облегчения. И единственным логичным объяснением было то, что это сделал Риз с помощью своей магии. Но в отличие от того, как Тамлин однажды притупил мои чувства своей силой, заставив уснуть, на Риза я не злилась. Наоборот, я была благодарна, потому что он сделал это ради меня, а не для себя. И я правда старалась не млеть от его красоты теперь, когда я могла позволить себе это без страха, что он заметит. Но иногда… это давалось сложнее, что я готова признать. Разве вы можете меня винить? Вы вообще видели эти фиолетовые глаза?       В любом случае.       Его последние слова, прошепчённые на прощание, тоже не выходили из моей головы: «Доверься тому, что чувствуешь, а не тому, что видишь». Склонность Притиании говорить загадками начинала действовать мне на нервы. Сначала Суриэль, теперь Риз. Что он имел в виду? Я не осмеливалась спросить о нём в поместье – это означало бы признаться в моём маленьком ночном приключении – и во всём, что за ним последовало. А нарушать хрупкое равновесие, которое мне наконец удалось выстроить с Тамлином и Люсьеном, совсем не хотелось.       Большую часть времени я пыталась разгадать загадки, которые оставил мне Суриэль. Это было самое главное. Он сказал держаться ближе к Тамлину – и что мне оставалось, кроме как подчиниться? Я перерыла бесчисленные тексты в поисках подсказок, пытаясь понять, правдивы ли слова Суриэля или это всего лишь проделки маленького озорного существа, которому нравилось запутывать чужие мысли и тихонько посмеиваться за твоей спиной.       Как оказалось – да. Суриэль никогда не лгал, хоть и не говорил всей правды. Как ни перевирай его слова, одно толкование всегда оказывалось верным. Поэтому я должна остаться в Весеннем дворе.       Но невозможно было не заметить резкой перемены в настроении Верховного правителя, которая нарастала с каждым днём. Его раздражительность и вспышки гнева постепенно сменялось глубокой меланхолией. Я понятия не имела, почему. Всякий раз, когда я пыталась вытянуть из него ответ – спрашивала, могу ли я чем-то помочь, – он лишь печально улыбался и безжизненно заверял, что меня это не касается.       Люсьен же, напротив, сменил свои обычные колкости и язвительные поддёвки на напряжённость, настолько густую, что она заполняла каждую паузу. Он почти перестал меня подкалывать. Вместо этого он проводил со мной едва ли не каждую свободную минуту, часто просто сидя рядом в библиотеке, словно пытаясь впитать каждую каплю покоя и умиротворения, прежде чем оно улетучится. Словно у нас оставалось совсем мало времени.       И во время одного ужина я узнала почему.       — Через несколько дней Элис отправится во Двор Лета навестить своих племянников, и ты поедешь с ней, – объявил Тамлин так буднично, будто мы уже давно это обсудили.       Эм…нет. Впервые слышу. Совершенно неожиданно.       — Я должна помочь ей с чем-то? – спросила я, немного настороженно, но с готовностью. Было бы неплохо, если бы он задал это хотя бы как вопрос, а не как приказ, но ладно. Я жила здесь чуть ли не как очаровательный нахлебник уже несколько недель – не помешало бы хоть чем-то заслужить гостеприимство.       — Нет. Ты не вернёшься во Двор Весны, – тихо сказал он, даже не подняв глаз от тарелки. Даже не удосужился сказать это, глядя мне в глаза!       Я метнула взгляд на Люсьена, но он тоже избегал моего.       — Я сделала что-то не так? Я не понимаю, – растерянно выдохнула я. Я ничего не натворила! И по словам Суриэля, я должна оставаться здесь!       — Ты ничего не сделала, – ровным голосом продолжил Тамлин. – Но здесь, в моём дворе, вот-вот произойдёт нечто, что сделает этот место небезопасным для тебя.       Что-то должно произойти?       Так, нет. Так дело не пойдёт. Мне нужны подробности.       — Я заслуживаю более ясного объяснения, – резко сказала я, чувствуя, как злость смешивается со страхом.       — Тебя это не касается. Там, куда ты поедешь, будет безопасно и комфортно. Это всё, что тебе нужно знать. Элис останется с тобой, пока ты не привыкнешь, – его голос был раздражающе спокоен, словно он говорил с ребёнком.       — Но я хочу остаться здесь… – я беспомощно переводила взгляд с одного на другого. У меня не было здесь власти. Если Тамлин хотел, чтобы я ушла, я не имела права голоса.       — Это не имеет значения, – произнёс он всё так же безэмоционально. – Это невозможно.       Кто вообще был этот Тамлин? Он звучал так, будто его подменили.       — Тогда, может, мне просто вернуться в земли людей, – огрызнулась я, нарочно задевая его, напоминая, что это он виноват в том, что я вообще оказалась в Притиании.       Люсьен резко оттолкнулся от стола и вылетел из столовой, не в силах слышать это дальше. Тамлин лишь посмотрел на меня, размеренно и спокойно.       — Может быть, и стоит, – согласился он.       Подождите, ЧТО?!       — Но… – начала я.       — Я решил, что тебе будет лучше остаться в Притиании и поехать ко Двору Лета вместе с Элис, – перебил он меня, – но если ты предпочтёшь вернуться домой, мы можем заключить сделку. Такую, которая возложит всю ответственность за твоё исчезновение на меня. Решение за тобой.       Он поднялся и ушёл вслед за Люсьеном.       Я осталась одна за длинным столом, ошеломлённая.       На следующий день я подумывала вообще пропустить ужин из чувства протеста. Но здравый смысл взял верх. Я надеялась переубедить Тамлина, но это оказалось бесполезно. Как бы я не старалась, мне так и не удалось узнать истинную причину его решения.       Разумеется, я спрашивала – появились ли новые угрозы, не зашевелилась ли та самая таинственная королева, о которой они иногда упоминали, и не намечается ли война. Тамлин отмахивался от всех вопросов, придумывая вялые отговорки. Люсьен вообще не поднимал глаз от своей тарелки. Самым пугающим было то, что Тамлин ни разу не вспыхнул – он просто сидел с маской замкнутой отстранённости.       Первая настоящая реакция произошла, когда я была в середине очередного вопроса. Люсьен вдруг резко вскинул голову в сторону двери, а Тамлин тихо зарычал себе под нос. Люсьен моментально вскочил, стремительно оказался рядом со мной, заставил подняться и почти силой потащил в тенистую нишу у окна.       — Молчи, – прошипел он напряжённо, заслоняя меня собой. Я уловила в воздухе резкий запах магии. Тамлин же остался за столом, делая вид, что непринужденно отдыхает.       Шаги гулко отдавались в коридоре – неспешные, размеренные, будто тот, кто приближался, владел всем временем мира. В дверях появилась фигура. Те же чёрные волосы. Те же фиалковые глаза. Та же строгая элегантность – чёрная туника и брюки, сидящие безупречно на теле, одновременно стройном и сильном.       — Верховный правитель, – произнёс Риз, и в его голосе слышалось едва завуалированное презрение.       Я сразу узнала его. Но что-то в нём было… не так. Черты лица резче, хищнее. Губы изогнулись в жестокой улыбке, не свойственной тому Ризу, которого я встретила в Огненную Ночь. От него исходила мощь, словно от едва сдерживаемой бури – холодной, тёмной и необъятной. Он нёс её непринуждённо, как клинок несёт обещание смерти. А в этих зловеще прекрасных глазах таилось что-то дикое, что говорило, что он может разнести это место до основания, если захочет, – и наслаждаться этим.       Он обвёл взглядом столовую, ненадолго задержавшись на Люсьене с улыбкой, полной острого веселья.       — Дорогой Люсьен, можешь не прятать, – промурлыкал он. – Я знаю, что она здесь.       Его взгляд впился в меня – через тело Люсьена, прямо в душу.       У Риза с Огненной Ночи что, имелся злой близнец?!       — Чего ты хочешь, Ризанд? – прорычал Тамлин.       — Пятьдесят лет прошло, а ты всё ещё зовёшь меня Ризанд? – насмешливо наклонил голову Риз. – Так называют меня только враги.       Его полное имя – Ризанд.       — У меня ещё осталось несколько дней, – процедил Тамлин.       — Вообще-то, нет, – холодно ответил Ризанд. В его тоне слышалось предостережение. Он метнул ещё один взгляд в мою сторону. – Аттор уже идёт сюда. Она потеряла терпение, знаешь ли. Решила, что ты проведёшь оставшиеся дни своего пари при её дворе, обдумывая свой ответ.       Люсьен выругался, а Тамлин резко вскочил, опрокинув стул.       — Элис! – рявкнул Тамлин. Когда экономка появилась, он бросил: – Передай всем эвакуироваться немедленно. Каждый знает, что нужно делать – бежать и не возвращаться.       Элис кивнула и исчезла в коридоре. Похоже, времени на прощание нет.       Взгляд Тамлина встретился с моим, и от его выражения у меня застыла кровь.       Я едва успевала уследить за разговором. Они всегда игнорировали мои вопросы о дворах и таинственной королеве, правившей Притианией.       — Мы должны вывести её отсюда, – приказал Тамлин Люсьену.       — Не получится, – лениво вмешался Ризанд. Аттор и его псы наложили на тебя и твоего лисичку отслеживающее заклинание. Они её в мгновение ока найдут. Амаранта будет рада познакомиться с смертной девушкой, гостившую у её любимого Верховного правителя.       Впервые я увидела в глазах Тамлина и Люсьена настоящий страх.       — Но, может, я смогу помочь, – мягко произнёс Ризанд, голосом тякучим, как мелодия.       Он подошёл к нам, оттеснив Люсьена, будто тот был всего лишь занавеской. Он остановился передо мной, и знакомый аромат магии накрыл меня – ржавчины и, в его случае, свежего морского бриза.       — Вот. Гламур скроет её запах от вас обоих, а ваш – от неё, пока он сам не рассеется. Теперь можете притворяться, что никогда её не видели. – Он пожал плечами, будто это пустяк. Но блеск в его глазах был совсем не добрым. – Если, конечно, вы не предпочитаете наблюдать, как её пытают до смерти.       — Чего ты хочешь взамен? – рявкнул Тамлин. Одновременно Люсьен пробормотал: – Её всё равно найдут на землях Весны.       — Сколько вопросов. И так мало воображения, – протянул Ризанд с притворным разочарованием, цокнув языком. – Так трудно подумать? Я выведу её из поместья, – объявил он. – А взамен… одна услуга. От Верховного правителя Весны, которого позже потребуют при дворе Амаранты.       — Ни за что. Я хочу остаться с… – начала я.       — Тише, дорогая, – прошептал Ризанд. – Дай большим и злым фэйри заняться неприятной работой.       О нет, он не посмел меня заткнуть, как ребёнка! Я ему язык вырву!       — Я не… – прошипела я.       — Хорошо. Я согласен, – ровно сказал Тамлин.       Нет, нет, нет.       Я не могла уйти. Если я уйду, как вернусь домой?       — Я обеспечил ей безопасное место на землях Двора Лета, – сухо добавил Тамлин. – Сам увидишь.       Ризанд взглянул на него – и на мгновение Тамлин вздрогнул, словно по нему ударило что-то невидимое.       — Умно, – промурлыкал Ризанд. – Значит, по рукам.       Он улыбнулся – жестокой, хищной улыбкой.       — Я бы остался и посмотрел, как Аттор работает, но, к сожалению, у меня дела, – сказал Ризанд. – Но на вашем месте я бы не рассчитывал на приятный вечер.       Он повернулся ко мне. Я невольно отступила назад, почти вжимаясь в стену.       Он медленно покачал головой.       — Никаких глупостей, дорогая. У нас нет времени. Аттору нельзя позволить найти тебя здесь. Амаранта – ревнивая королева, и она дорожит всем, что принадлежит ей, включая Тамлина, по каким-то странным причинам.       Он протянул ко мне руку.       — Пожалуйста, ты не понимаешь, я должна остаться рядом с Верховным правителем Весны! – выпалила я в отчаянии.       Его взгляд на мгновение дрогнул, затем заострился и полностью сосредоточился на мне.       — Время вышло, – сказал он.       Он в мгновение ока преодолел расстояние между нами. Прежде чем я успела среагировать, он подхватил меня на руки – как невесту. Бороться с ним было всё равно что бороться с камнем. Тамлин и Люсьен тоже проигнорировали мои протесты.       — И советую запомнить, – холодно бросил Ризанд через плечо, – что вы её никогда не знали.       Тени поглотили столовую, а вместе с ней и мою последнюю надежду остаться здесь.       Последнее, что я услышала, были прощальные слова Ризанда:       — Твой маленький весенний отпуск закончился, Верховный правитель. Пора увидеть, как мы, остальные, прожили эти пятьдесят лет.       А затем тьма.       Первым, что донеслось из тьмы, был запах лета. Тёплый, густой воздух, пропитанный сладостью спелых фруктов, лёгкой терпкостью прогретой солнцем земли и далёким, солёным дуновением бриза с какого-то невидимого моря. Мы стояли в саду, где трава была мягкой и сочной, а деревья были увешаны плодами, сияющими в золотистом свете.       Ризанд плавно опустил меня на землю, и отступил назад, засовывая одну руку в карман. Он оглядел окрестности с лёгким весельем, но в то же время сосредоточенно, словно подмечая каждую деталь или потенциальную опасность.       Вдали, за деревянным заборчиком пастельных тонов, стоял небольшой домик. Он был аккуратным, ухоженным, окруженным садом с травами, пышно цветущими зелёными и фиолетовыми цветами. Вид был таким идиллическим, таким умиротворяющим, что на мгновение я забыла обо всём, что только что произошло.       — Где мы? – спросила я, и в моём голосе зазвучала паника.       Неужели Ризанд высадил меня на земли другого двора? Они упомянули Двор Лета, но если он оставит меня здесь, мне конец. Даже с картой, даже с планом, мне потребуются месяцы, чтобы найти дорогу обратно в Весенний Двор, и это если ни один фэйри не решит убить меня по пути.       — Ты не можешь оставить меня здесь, – прошептала я в отчаянии. – Мне нужно быть рядом с Тамлином. – Я повторила единственное разумное указание, которое дал мне Суриэль.       — И почему, дорогуша? – протянул Ризанд с сарказмом. – Я думал, он тебе не очень нравится.       Он кивнул в сторону домика.       — Это место будет безопасным. Пока что. Тамлин всё устроил. Его бывшая служанка – старый друг – поселилась здесь много лет назад. Она согласилась укрыть тебя в обмен на чары, который скроют дом от чужих глаз и защитят от любого вторжения.       Нет, нет, нет!       Я не могла быть сосланной в этот маленький деревенский домик до конца своих дней!       — Дело не в… ты не понимаешь! – выпалила я, хватая его за рукав туники, пока он не исчез. – Умоляю! Я сделаю всё, чтобы вернуться.       Он тихо зашипел и схватил меня за подбородок – крепко, почти до боли, но осторожно, чтобы не причинить по настоящему боль. Он заставил меня посмотреть ему прямо в глаза – в эти бесконечные фиолетовые глаза, полные противоречивых чувств. Там было разочарование. И что-то похожее на жалость. И гнев – и, возможно, проблеск чего-то более глубокого, тёмного, что он быстро отогнал.       — Никогда не говори ничего подобного в присутствии других фэйри, – сказал он, и каждое слово резало.       Он был прав. Я не была глупой – я понимала, чем рискую. Но отчаяние сделало меня безрассудной. Что мне ещё оставалось, кроме как умолять? Угрожать?       Почему бы и нет.       Я вырвала подбородок из его хватки. Во мне закипел гнев, выжигая страх, – моя жизнь снова вышла из под контроля.       — Я сделаю всё, что угодно, чтобы вернуться! – выкрикнула я.       Он холодно посмотрел на меня, оценивая, взвешивая. Словно прикидывая, действительно ли я настолько безумная, чтобы рискнуть всем. Решительность и упрямство в моих глазах сказали ему то, что ему нужно было знать.       Ризанд тихо выругался и, развернувшись, зашагал по мягкой траве медленными, размеренными шагами. Но каждое движение снимало первобытное разочарование, обнажая нечто гораздо более опасное – холодную, хищную хитрость высшего фэйри. Когда он повернулся ко мне, его лицо было сглажено плавными, изящными чертами, но блеск в глазах был острым и беспощадным. Гнев исчез. Его место заняло сияющее терпение фэйри, который прожил слишком много и научился наслаждаться медленным затягиванием силка на своей добыче. Это был не звериный голод. Это был острый, расчетливый восторг существа, которое увидело перед собой дичь и решило наслаждаться каждым её мгновением.       — Значит, – наконец протянул он бархатным, но зловещим голосом. – Ты готова на всё, чтобы вернуться к своим дорогим друзьям? Ты когда-нибудь встречала наги? Или пука? Или, может… богге? – промурлыкал он. – Ты настолько храбра, чтобы путешествовать в одиночку?       Я вздрогнула, вспомнив о богге, но отступать не собиралась.       — Если ты не поможешь, я найду способ!       Он тихо рассмеялся – насмешливо, но с оттенком чего-то похожего на сожаление.       — И что же ты можешь предложить мне взамен?       Каждое слово было медленным, обдуманным. Он ждал, словно смакуя мою беспомощность.       Я поёжилась.       — А чего ты хочешь в обмен на помощь мне? – выдавила я, не позволяя отчаянию взять верх.       — Хм… дай-ка подумать, – он сделал вид, что задумался. – Я не вижу у тебя золота, так что ты явно не можешь заплатить мне богатством. И я сомневаюсь, что у человека есть земли в Притиании. – Он пожал плечами с театральным вздохом.       Было больно. Всего в нескольких словах он обнажил, как мало у меня было – ни власти, ни богатства, ни влияния. Даже этот крошечный домик неподалёку был лишь даром, которую мне подарили другие. Это было так чертовски больно.       Я не могла понять, куда делся тот Ризанд из Огненной Ночи. Тот, кто флиртовал и дразнил, но ничего не ждал, кто смотрел на меня так, словно я что-то значила. Теперь передо мной стоял только этот незнакомец, с суровым и беспощадным взглядом.       Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.       Девушка, которая снова их открыла, была другой – новой версией меня для этой новой версии его. Если наши несколько мгновений вместе в Ночь Огня ничего для него не значили, я тоже не стану цепляться за эти воспоминания. Тогда он обращался со мной как с чем-то редким и интересным, не умаляя того, что я человек. Но, очевидно, того Ризанда больше нет. Если он хочет играть в игры, я буду в них побеждать.       — Чего ты хочешь? – повторила я спокойно, внимательно наблюдая за ним. Я позволила тихой решимости овладеть мной. Он поможет – если нет, я найду другой выход.       Он прищурился. Казалось, перемена во мне ему не понравилась.       Отлично.       Он подошёл ближе, и нас разделяло всего несколько сантиметров. Я подняла подбородок, не дрогнув, встретив его взгляд. Несколько мгновений прошли в молчании. Он явно о чём-то думал.       — Две недели твоего времени. Каждый месяц, – произнёс он наконец, почти мурлыча. – Это моя цена за то, что я помогу тебе вернуться к Тамлину.       — И я настоятельно советую не соглашаться, – добавил он мягче, – Я советую тебе просто развернуться, дойти до этого милого маленького домика и прожить остаток жизни спокойно.       Но моё решение было уже принято.       — Две недели это что? Каковы условия? – уточняла я.       — Ты была гостьей на землях Тамлина. Стань ею на моих, – сказал он. – Обещаю, на землях двора Ночи ты будешь в безопасности. Ты свободна уходить после двух недель каждого месяца, пока действует наша сделка. Но перед тем как мы отправимся туда…       Его голос понизился.       — Я должен вернуться к нашей королеве. И это не то место, где кто-то обещает тебе безопасность. Ни я. Ни Тамлин. Никто.       Предупреждение я поняла. Но разве в Притиании было хоть одно место, безопасное для человека?       — Если Тамлин при её дворе, то я хочу туда, – сказала я твёрдо. Я хотела домой!       — Ты должна притвориться, что не знаешь их, – сказал Ризанд мягким, но властным голосом. – Ты должна вести себя так, будто никогда не встречала ни Тамлина, ни Люсьена. Поняла?       Я сглотнула и кивнула: — Поняла.       — Хорошо. – Его взгляд стал серьёзным. – Королева… ревнива. И властна. Если она хотя бы заподозрит, что у тебя есть какая-то связь с Тамлином, она разорвёт тебя на части, просто чтобы посмотреть на его лицо.       Прекрасно. Их королева – маньячка. Приятно знать…       После этого предупреждения он, как мне показалось, смотрел на меня целую вечность.       — Это ошибка, – пробормотал он.       Я приготовилась к тому, что он уйдёт, оставит меня здесь. Вместо этого он подошёл ближе и взял меня за руку. Магия вспыхнула. Воздух наполнился запахом ржавчины и соли.       Перед моими ошеломлёнными глазами на коже расцвели замысловатые чёрные спирали и узоры, обвиваясь вокруг руки и запястья, а затем поднимались всё выше, словно тонкое чёрное кружево. В центре ладони красовался один единственный, острый кошачий глаз.       Мгновенная татуировка. Круто… наверное. Немного грубовато делать это без разрешения, но это не самая большая моя проблема сейчас.       По крайней мере, это не повредило.       — Что это? – спросила я, и мой голос слегка дрожал.       — Так мы отмечаем сделки при моём дворе, – ответил он мягко.       Он обвил мою талию рукой – и на этот раз больше никаких свадебных стилей – и притянул к себе.       В следующее мгновение тьма снова окутала нас, унося туда, где был Тамлин… как того и требовала моя часть сделки.