Упиваясь властью

      Ки Хун никак не мог придти к единому решению по поводу репетиторства с офицером Хваном. С одной стороны: учёба Ки Хуна была не так плоха, да и не хотелось нагружать другого человека своими заботами. Ин Хо наверняка до смерти устаёт на работе, пытаясь держаться стойко и решать чужие проблемы. А тут Ки Хун со своими домашками и зачётами… А с другой стороны… тут бесплатное репетиторство предлагают! Ещё и помогать будет не абы кто, а сам Ин Хо! Разве не об этом Сон мечтал последние года? Ки Хун тут же смутился своим мыслям, когда мозг подкинул воспоминания о том, как мальчишка очарованно, и действительно, как будто влюблённо, представлял подобные моменты… наставничества с офицером. Нет, всё-таки не стоит поддаваться импульсу! Всё же, Ки Хун перерос свой фанатизм, и какой будет смысл от похвалы Ин Хо, если Ки Хун добьётся всего не своими силами, а с помощью других?       И всё же… Ки Хун переводит свой взор на тетрадь по криминалистике, которая небрежно валялась на полу, смешанная с другими тетрадями и учебниками. Ки Хун встаёт и берёт её с таким отвращением, будто держит что-то грязное и противное, а не обычную вещь, состоящую из бумаги и скрепок. Сон раскрывает тетрадь — все проверочные завалены, поля наполнены самыми низкими баллами, которые оставил учитель. Казалось бы, не самый сложный предмет… И как бы Ки Хун ни старался, всё никак не удаётся вытянуть свои оценки на ступень выше.       Тогда Ки Хун сдаётся, поняв, что помощь Ин Хо ему нужна.       Ки Хун не стал напрямую спрашивать номер офицера у матери — раз они общаются, то вдруг она на радостях сообщит об этом Ин Хо? У Ки Хуна в таком случае не будет выбора передумать. Мальчишка решает действовать самостоятельно. Пока матери не было дома, Ки Хун пробирается в её комнату, подходя к шкафу, на нижних полках которого хранились её сумочки. Взгляд цепляется за старую лазурную сумочку, с которой мама приходила тогда в отделение. Рука ловко пробирается во внутренности, пальцами ощупывая всякие мелочи, по типу фантиков от конфет и миниатюрные упаковки салфеток. И тут, во время блуждания, чувствуется небольшая картонка, которую Ки Хун вытягивает так ловко, как рыбак пойманную рыбу. На синеватой визитке золотыми, вычурными узорами был написан номер и имя того, кому он принадлежит.       Забирая визитку и возвращаясь в свою комнату, Ки Хун берёт телефон и дрожащими руками вбивает номер. И что теперь делать, когда номер набран? Позвонить? А не поздно ли? Ки Хун украдкой взглянул на часа — семь вечера. Офицер Хван наверняка всё ещё на работе… может, лучше написать? Да, точно, так легче! А то если позвонить, зная себя, Ки Хун растеряется, с трудом связывая слова. Ки Хун припадает к компьютеру. С его помощью и помощью номера, Сон решает отыскать аккаунт Ин Хо.       Страница Ин Хо находится без проблем. Ки Хун зажимает кнопку мышки, задерживаясь, боясь заходить посмотреть. Неуверенно отпустив пальцы, вкладка обновляется, и теперь на экране компьютера красовался профиль офицера. Ки Хун тут же припадает к экрану, начав изучение. Сообщения были открыты для всех. Отлично. Дальше была попытка посмотреть фотографии, но у Ин Хо было их всего две: на одной из них Ин Хо был в обычной одежде, сфоткался на фоне природы, видимо, отдыхал в лесу. А вторая… это был давний снимок. На нём Ин Хо был молодым, возможно, того же возраста, что и сейчас Ки Хун. Юный офицер Хван лучезарно улыбался, держа в руках пушистую кошку. Ки Хун неприлично заглядывается на фотку, рассматривая каждую деталь.       «Чёрт… был бы я девчонкой — точно влюбился бы», — заключает Сон, чувствуя, как от смущения пылают щёки. И чем дольше смотрел, тем больше внутри всё скручивало в трепетный узел. Ки Хун жмурится и закрывает фотографию, иначе его совсем бы размазало. А размышлять о том, почему у него такая реакция на офицера Хвана, совсем не хотелось. Дальше Ки Хун решил мельком пролистать список друзей и посты, ничего интересного не заприметив. Помимо фотографии, в глаза бросилось только то, что Ин Хо не был женат. По крайней мере, не указано. От этого факта Сон почувствовал облегчение. — «Я… я просто очень бы переживал, если бы отвлекал Ин Хо-сси от жены», — в мыслях Ки Хун оправдывался перед собой же.       Наконец, Ки Хун решается написать. Перед глазами был пустой диалог, и Ки Хун буровил взглядом строку ввода, набираясь сил и смелости. Руки мальчишки неуверенно тянутся к клавиатуре. Ки Хун много раз писал и тут же стирал. Мысли надо формулировать правильно и грамотно. Ки Хун перебирает самые подходящие слова и накидывает их, перепроверяя каждую запятую.       — Вроде нормально… — Ки Хун ещё раз пробегается глазами по тексту, а после, глубоко вздохнув, отправляет.       «Здравствуйте, Ин Хо-сси! Прошу прощения за беспокойство, но я подумал над Вашим предложением и решил дать своё согласие. Было бы славно, если бы вы подтянули меня по криминалистике!»       Ин Хо тут же появился онлайн. Сообщение было прочитано; Ки Хуну даже не дали дополнительного времени, вдруг тому захотелось бы исправить сообщение или он передумал бы? Сейчас уже поздно метаться. И хоть Ин Хо и прочитал сообщение, ответа не последовало. Тогда Ки Хун от страха решает закрыть вкладку, быстро выйдя из сети.       «А вдруг он не отвечает, потому что полез смотреть мою страницу, чтоб узнать, кто ему написал?! Я ведь даже не представился!» — Ки Хун с полным ужасом и тревогой возвращается обратно, тут же прокручивая свою страницу, молниеносно удаляя кринжовые посты. — «Чёрт, надо было думать об этом раньше, он наверняка уже всё увидел». — Молчание офицера только усиливало страх и сомнение юнца. И тут Ин Хо начинает печатать… Ки Хун снова в панике закрывает страницу, переводя дыхание. Почему было так страшно, будто на американских горках катаешься?! Через пару минут Ки Хун возвращается обратно. В строке диалогов висело одно непрочитанное сообщение.       Ки Хун медлит, боясь резким движением открыть диалог раньше времени. Сердце бешено билось. Казалось бы, из-за чего? Ин Хо вряд ли написал что-то плохое, неприятное. Даже если он передумал насчёт репетиторства, то его отказ будет вежливым, оттого не таким обидным. Собравшись с силами, Ки Хун открывает сообщение:       «Здравствуй, Ки Хун. Рад, что моё предложение тебе всё-таки приглянулось. Можем начать занятия с завтрашнего дня. И если тебе будет удобнее, то вместо прихода ко мне в участок, я могу заглянуть к тебе домой.»       — Домой? Ко мне? — Ки Хун оглядел свою комнату: на стенах развешанные плакаты с персонажами аниме и комиксов, на кровати валяется кучу фантиков и упаковок от чипсов, пыль на полках лежит годами, а содержимое рюкзака гордо распласталось на полу. Если бы офицер Хван увидит этот ужас, то он никогда не захочет больше общаться с Ки Хуном! Подумает, какой Сон неряшливый мальчишка…       «Ахахаха, спасибо за заботу, но лучше встретимся у Вас в кабинете или в тихом кафе!^^»       Ин Хо прочитал и не ответил. Наверно, это из-за смайлика. Офицер теперь думает, что Сон инфантил, общающийся как подросток! Ладно, надо прекращать загоняться и вернуться к выполнению задания, но блин, это так сложно; особенно когда Ин Хо начинает печатать. Печатает, останавливается, потом опять печатает. Прилетевший ответ вообще был на другую тему.       «Заметил, что у тебя очень интересная страница. Сразу видно — будущий юрист». — Значит, Ин Хо действительно потратил время на то, чтоб изучить страницу Ки Хуна? Слава богу, тот догадался удалить все глупые посты и неудачные фотки! — «Качественные фотографии, красиво оформленные посты, никакого цифрового мусора, только грамотное введение». — Ки Хун гордо заулыбался от похвалы, про себя говоря: «Да, я такой! Смотрите и восхищайтесь, Ин Хо-сси!». И пока Сон наслаждался приступом самолюбия, Ин Хо продолжает:       «Что не сказать о твоих друзьях… страница Пак Чон Бэ вызывает сомнения. Но всё же, одна фотография привлекла моё внимание».       И тут Ин Хо скидывает скриншот фотографии с комментариями со страницы Чон Бэ: это была фотография пятилетней давности. На ней были Ки Хун, Чон Бэ и Сан Ву. Мальчишки кривили лица, держа в руках банки энергетиков, а в зубах были сигареты. Это был момент, когда Сан Ву стащил у матери сигареты, и ребята впервые попробовали покурить. В тот момент они залились гордостью от своей крутости и решили сфоткать на память. Ки Хун, минутами ранее окрылённый от похвалы, тут же застывает, и уши краснеют от стыда. Как же они всё-таки глупо выглядят! И кумиру Ки Хуна именно эту фотку надо было увидеть! И комментарии… о боже, он специально их заскринил. Там знакомые Чон Бэ хвалили фотку, а Пак им отвечал, используя сленг и делая ошибки в легчайших словах! Почему Ки Хун должен испытывать стыд не только за себя, но и за друга?!       Ки Хун ничего не ответил Ин Хо. Вместо этого он побежал в диалог с Чон Бэ, требуя удалить фотографию в срочном порядке. На этой ноте общение с офицером Хваном закончилось, и весь вечер Сон не мог успокоиться, ложась спать с недоделанной домашкой.       На следующий день, после занятий Ки Хун отписался офицеру Хвану, оповещая о том, что освободился и готов к встрече. Ответа не было, хотя Ин Хо светился в онлайне. Ни через полчаса, ни через час, ни через два, Ки Хуну так и не ответили. Сон одновременно ощущал облегчение и одновременно был расстроен; хотелось бы, чтоб офицер навестил мальчишку и помог… но тем не менее, в присутствии Ин Хо, Ки Хун всегда был на нервах. Добравшись до дома, Ки Хун решил сначала отдохнуть, прежде чем сесть за домашку. Сон переодевается в домашнее и запрыгивает на кровать, включая сериал и открывая пачку чипсов, тут же пожирая, запивая газировкой. Ки Хуна разморило. И пока сериал идёт на фоне, убаюкивая, Ки Хун прикрывает глаза, плавно засыпая.       Ещё через час мальчишку будит телефонный звонок. Ки Хун лениво открывает глаза, не сразу соображая, где находится и что происходит. Было жарко, голова чуть болела, а рингтон телефона только добивал, противно отбиваясь в ушах. В попытках дотянуться до тумбы, на котором лежал гаджет, Ки Хун не удерживает равновесия, падая с кровати, больно ударяясь конечностями. Сон болезненно застонал, развалившись на полу. Трубку взять не успевает. После звонка следует уведомление о сообщении. Ки Хун, найдя в себя силы, встаёт с пола и берёт в руки телефон: и стоило увидеть, кто звонил и написал, Ки Хуна как ледяной водой обливает, и он мгновенно просыпается.       «Буду у тебя через пятнадцать минут». — Перед фактом ставит офицер Хван. Так Ин Хо всё-таки решил заявиться к Ки Хуну домой?! Он же просил этого не делать! Нужно срочно привести себя в порядок! Ки Хун бросает телефон и бежит в ванную комнату, смотря на себя в зеркало:       — Ну и рожа… — В отражение Ки Хун видел не успешного студента юридического, а помятого и заспанного задрота, усыпанного крошками от чипсов и мелкой щетиной. Ки Хун обливает лицо водой, причёсывается и переодевается во что-то более приличное, чем растянутую футболку и обляпанные шорты. Забежав в комнату, Ки Хун тут же открывает окно нараспашку и хватается за мешок, скидывая в него весь срач, а то что не помещалось — толкал ногой под кровать. Поняв, что дело гиблое и комнату от многовековой грязи и беспорядка не очистить за пару минут, Ки Хун хватает рюкзак и закрывает дверь на замок, решив, что сегодня позанимается на кухне.       Ин Хо приезжает ровно через пятнадцать минут.       «Откуда он вообще знает мой адрес?» — Ки Хун дёргается, когда трель звонка отдаёт на весь дом. Красиво обустроив утварь на кухне, Ки Хун плетётся к двери, попутно поправляя домашние штаны и безразмерную, тёплую кофту, купленные матерью совсем недавно. — «Наверно, мама сказала, да и он же полицейский… они всё знают!» — Сон проворачивает ключи, распахивая перед Ин Хо дверь.       — Здравствуйте, Ин Хо-сси! — Дружелюбно встречает Ки Хун, расплываясь в светлой улыбке, за которой скрывается нервозность; и скрывается плохо, Ин Хо её считывает сразу. Хван в ответ кивает, проходя в дом так уверенно, будто это он был здесь хозяином. Ки Хун забегал вокруг офицера и стремился за ним поухаживать, как ухаживает за матерью, когда она приходит злая с работы. — Давайте ваше пальто, я повешу! — И Ин Хо не сопротивляется, давая Ки Хуну снять с себя пальто, которое мальчишка аккуратно вешает.       — Миленько у тебя тут. — Заключает Ин Хо, когда Ки Хун проводит мужчину на кухню, и тот шустро оглядел её. Ки Хун смущённо поблагодарил и неловко почесал затылок. Ин Хо садится за стол, вальяжно раскидываясь. — Дай свою тетрадь, посмотрю, что у тебя не так. — Ки Хун подбегает к рюкзаку и достаёт оттуда тетрадь по криминалистике, с дрожью в руках протягивая. Ин Хо тянет руку в ответ, чтоб взять, но его пальцы случайно соприкасаются с рукой Ки Хуна; тот тут же покраснел, отдёргивая руку и извиняясь, хотя за что?       — М-может кофе? — Ки Хун не может стоять спокойно, пока Ин Хо с серьёзным и сосредоточенным видом проверял тетрадь мальчишки. Его дёргало из стороны в сторону, и не успев дождаться ответа офицера, как Ки Хун подбегает к чайнику, ставя его кипятиться.       — Можно. — Ки Хун кивает и достаёт свою любимую кружку с пикачу, которую мама недавно заставила отмыть до блеска. Закинув кофе и залив кипятком, Сон достаёт из холодильника сливки и с размышлением на них смотрит. Наверно, Ин Хо, как все крутые взрослые, пьёт обычный кофе без всего, и сливки будут неуместны. — Добавь сливок. — С нотками приказа говорит Ин Хо, прежде чем Ки Хун их убирает, и мальчишка не может ослушаться.       — П-пожалуйста. — Сделав кофе, Ки Хун протягивает кружку офицеру, и Ин Хо, скептично оглядев изображенного на ней пикачу, тянется, и их руки снова неловко соприкасаются. В этот раз Ки Хун не отдёргивается, застывая и ощущая, как с одной стороны горячая жидкость греет ладонь, а с другой её обжигала тёплая рука Ин Хо; и Ки Хун боялся пошевелиться, думая, что резкое движение может привести к ожогу.       — Ки Хун, садись. — Голос Ин Хо приводит Сона в себя, и когда того отпускает, замечает, что рука офицера уже давно не накрывала его собственную, а спокойно держала кофе. Ки Хун послушно садится напротив, и Ин Хо протягивает мальчишке его же тетрадь.       Началась подготовка. Ин Хо указал Ки Хуну на его ошибки и объяснил, что не так, и на удивление, Ки Хун сейчас улавливал лучше и больше, чем на лекциях. Спокойный тембр Хвана расслаблял, и Ки Хун слушал внимательно, впитывая каждое слово; даже задавал вопросы, на которые Ин Хо отвечал чётко и без промедлений. А ещё Ин Хо периодически вставал с места и гулял вокруг Ки Хуна, действительно напоминая преподавателя, крутящегося у доски; и иногда Ин Хо был слишком близко, наклоняясь к Ки Хуну, желая увидеть, всё ли Сон записал в тетрадь. В такие моменты у Сона внутри всё перехватывало, и тот невольно задерживал дыхание, будто боясь спугнуть или разозлить офицера неверным движением. К концу занятий Ин Хо садится рядом с Ки Хуном, давая ему переписать одну из последних проверочных, которую они сегодня разбирали. Он задавал вопросы, и Ки Хун, нахмурив брови и временами грызя кончик ручки, подробно расписывал ответы. Ин Хо внимательно смотрел на мальчишку и замечал, как его ноздри улавливали запах парфюма, местами отвлекающий его. Записав ответы и продемонстрировав Ин Хо, Ки Хун сидел в ожидании похвалы, с надеждой смотря на офицера. И, проверив, Ин Хо дарит Ки Хуну одобряющую улыбку, от которой Сон расцветает.       — Утром всё повтори и потом расскажи преподавателю. Сообщишь, какую оценку получил. — Диктует Ин Хо перед уходом, обуваясь, пока Ки Хун накидывал на мужчину пальто.       — Х-хорошо, Ин Хо-сси! — Ки Хун открывает перед офицером дверь. — Спасибо за помощь! — Ки Хун в благодарность поклоняется. И тут тёплая рука, которую Ки Хун дважды задел за вечер, накрывает макушку, слегка растрёпывая кудряшки мальчишки. Ин Хо треплет Ки Хуна как щенка, обучившегося новой команде. Ки Хун медленно выпрямляется и поднимает голову, смотря на Ин Хо с обожанием.       — Увидимся. — Ин Хо уходит, оставляя Ки Хуна одного. Сон ещё долго преданно смотрел вслед, прежде чем ворваться домой, с трепетом убираясь на кухне.       На следующее занятие по криминалистике Ки Хун показывает исправленную работу и отвечает на вопросы, доказывая, что написал сам, а не списал с интернета. Впервые Ки Хуну поставили самый высокий балл по криминалистике.       Занятия с Ин Хо продолжились, став всё чаще, распространяясь и на остальные предметы. Каждодневный кофе на кухне Ки Хуна стал как ритуал. Недолгие и неловкие касания тоже. Темы для разговоров расширялись, не ограничиваясь учёбой. Ки Хун больше узнавал об Ин Хо и рассказывал о себе, иногда где-то приукрашивая; и Ин Хо всё равно это считывал, как бы Сон ни пытался. Занятия на кухне постепенно перекачивали в комнату Ки Хуна, когда тот нашёл в себе силы убраться в ней.       И, несмотря на радость от сближения с Ин Хо, Ки Хун очень сильно выматывался после занятий с офицером. Хван так часто был наяву и в мыслях мальчишки, что не отпускал даже во сне, быстро истощив свою нервную систему. У него даже подушка пропиталась парфюмом Ин Хо! В одной из пятниц, перед выходным, Ки Хун решил отменить занятие, сказав, что ему нужно отдохнуть. Нужно разгрузить мозг. Ин Хо принял это спокойно.       Вздохнув с облегчением и почувствовав, как с плеч скидывается тяжкий груз, Ки Хун договаривается встретиться с Чон Бэ и Сан Ву после занятий. А то Чон Бэ все уши прожужжал, что надо срочно встретиться, ибо добыл «крутую штуку».       — Чон Бэ, что ты задумал? Меня это напрягает уже. — Встретившись с ребятами, Чон Бэ так и продолжал одержимо рассказывать о своей находке, и Сан Ву напрягся, когда друг вывел всех на безлюдную дорогу, ведя в незнакомые места. Ки Хун был согласен с Сан Ву. Зайдя за гаражи, на небольшой пустырь, Чон Бэ достаёт из карманов то, о чём так трепался весь день — самокрутку с травкой.       — Т-ты что! — Ки Хун тут же огляделся по сторонам, надеясь, что никто их не видит. В фантазиях сразу же всплыло осуждающее лицо офицера Хвана. — Выкинь, сейчас же!       — Пацаны, вы даже не представляете, какой кайф от этой штуки! — Чон Бэ игнорировал, продолжая нахваливать травку. — Я уже пробовал на днях. Это куда круче обычных сигарет и алкоголя!       — Я бы попробовал. — Выдаёт Сан Ву, который минутами ранее был против всех сомнительных идей Чон Бэ. Ки Хун оскорбился и посчитал себя преданным.       — Да пошли вы! Я не с вами! — Ки Хун отошёл в сторону, поворачиваясь к ребятам спиной. Чон Бэ с дрожью в руках держит косяк, поднося к концу зажигалку, поджигая. Воздух тут же пропитался пряным и жжёным запахом. И только Чон Бэ собирается поднести самокрутку к своим губам, как слышится знакомый голос, полный осуждения:       — Интересная картина. — Чон Бэ и Сан Ву вздрагивают, медленно поднимая глаза на офицера Хвана. Ки Хун был последним, кто среагировал; его лицо наполнилось ужасом, и казалось, что он даже чутка посидел от страха. От появления Ин Хо, будто понизился градус, а его бесстрастное лицо обжигало мальчишек ледяной яростью. — И чем вы это тут занимаетесь?       — Н-ничем! — Чон Бэ тут же выкидывает самокрутку, туша её. Мальчишка тут же побледнел, а его язык неловко заплетался. — О-офицер, В-вы чего тут делаете?       — Хотел прогуляться до магазина, как заметил знакомое трио. Стало интересно, куда вы так спешили. — Ин Хо обращался ко всем, но как и тогда, в участке, его взгляд был устремлён только на Ки Хуна. Сона будто испепеляли, перед этим порвав на куски. Мальчишка просто встал, как вкопанный, и боялся неровно дышать. Ин Хо запускает руки в карманы пальто, подходя к ребятам. — Вы хоть понимаете, что делаете? Это преступление. Я прямо сейчас могу забрать вас в участок. Пак Чон Бэ, ты хочешь увидеться с сержантом Намом?       — Н-нет, прошу! — Чон Бэ не выдерживает и пускает в ход слёзы. — Простите нас, мы больше не будем! Умоляю! Я могу заплатить, только не сажайте нас в тюрьму!       — Предлагаешь взятку? — Ин Хо усмехается. — Мне не нужны твои деньги, стянутые из кошелька родителей. Хочешь избежать наказания? Тогда возьми то, что ты сейчас выкинул. Уничтожь эту дрянь до молекул, которыми никто не сможет воспользоваться. И скажи, где ты это достал. Давай, я жду. — Чон Бэ послушался и схватил самокрутку, ломая её на несколько частей, измельчая до пыли, раскидывая крошки по разным сторонам.       — Это…это мой одногруппник мне дал… Чан Док Су… — Мысленно Чон Бэ извинялся перед товарищем за предательство.       — Хорошо, я наведу справки, кто это. А теперь… Ки Хун остаётся, а вы двое — пошли вон. Немедленно. — Чон Бэ и Сан Ву слушаются, сваливая так быстро, будто их никогда здесь и не было. Оставшись наедине с офицером Хваном, Ки Хуну становится ещё страшнее; он чувствовал себя кормом, закинутым в клетку хищника. Ин Хо приближался, и Ки Хун инстинктивно отходил назад. — Значит, ты рецидивист, Сон Ки Хун?       — Никак нет! — Отчаянно вскрикивает Ки Хун. — Я даже не собирался пробовать! И отговаривал Чон Бэ! Агх! — Изо рта Ки Хуна вылетают слюни и болезненный стон. Ин Хо ударяет мальчишку кулаком в живот, и тот складывается пополам. Хван ещё какое-то время держит крепкий кулак на животе, а после отстраняется, и Сон тут же падает коленями на землю, держась за место удара.       — Так вот из-за чего ты решил отменять занятия. Как жалко. Я трачу на тебя своё время, стараясь ради твоего благополучия, а ты отвечаешь мне… этим? — Ин Хо разочарованно вздыхает. — Твоя мать очень переживает по поводу твоих оценок, считая, что преподаватели тебя специально заваливают. А оказывается, вместо того, чтоб учиться, ты предпочитаешь курить травку на пару со своими недоразвитыми друзьями.       — Ин Хо-сси… — Жалобно скулит Ки Хун, поднимая взгляд на офицера. — Я правда не виноват… — Ин Хо игнорирует слова мальчишки.       — Что мне с тобой делать, скажи мне? Ты же правда подаёшь надежды. Давай так, — Ин Хо садится на корточки перед Ки Хуном, становясь с ним на равных. — Первый вариант: я сдаю вас в полицию. Твоя карьера юриста закончится не начавшись. Мать будет плакать. Сан Ву тоже пострадает, а Чон Бэ посадят в тюрьму за хранение и распространение наркотиков. Вряд ли ты хочешь такой судьбы. — Ки Хун отрицательно мотает головой, и Ин Хо, выдержав паузу, продолжает: — Второй вариант… ты полностью переходишь под мою опеку. Ты будешь слушаться меня также, как слушаешься мать. Даже выше ставь. Ты будешь отчитываться мне о своих планах на день, о своём расписании занятий, показывать свои оценки. И если твои оценки не улучшатся за месяц — мы возвращаемся к первому варианту. Понял меня? Какой выберешь?       — Второй, второй выбираю! — Ки Хун соглашается на предоставленные условия без раздумий. И даже не пытается выбить ещё вариантов. Ин Хо одобрительно кивает и протягивает Ки Хуну руку, помогая тому встать. Ки Хун хватается за офицера и на трясущихся ногах встаёт, пытаясь держать равновесия. Тут же отряхивается от пыли и грязи, пока Ин Хо двигает в сторону, собираясь уходить.       — Ки Хун… я знаю, что ты не виноват. — Бросает напоследок Ин Хо и гордо удаляется, оставляя Ки Хуна в полном смятении.