Без права на чувства: семейная жизнь она такая

Со-ён лежала на широкой супружеской кровати, лениво перекинув ногу через ногу и держась одной рукой за телефон. Постель ещё хранила лёгкий запах Ин Хо — он уехал утром в офис, как всегда, аккуратный, серьёзный, а вот дома осталась она с «булкой» на руках. Рядом по одеялу деловито топталась Со Ми. Маленькая карапузка в бодике с зайчиками, буквально пару месяцев назад едва-едва научившаяся держаться на ножках, теперь с особым энтузиазмом практиковала свои «шаги чемпиона». Стоило ей почувствовать под ногами что-то мягкое — будь то одеяло или мамино бедро, — она сразу начинала топтаться туда-сюда, раскачивая руками, будто на тренировке у какого-то смешного тренера. — Осторожно, булка… — Со-ён откинула волосы с лица и чуть улыбнулась, наблюдая краем глаза. Со Ми что-то забормотала на своём малышовом языке, села прямо посреди кровати и сосредоточенно принялась тыкать пальчиком в мягкую игрушку, которая оказалась рядом. Со-ён вздохнула с облегчением. Хоть пару минут свободы! Она скользнула пальцем по экрану — TikTok, бесконечная лента чужих жизней. Тут танцы, тут рецепты, тут очередная красотка жалуется на парня…Со-ён, усмехнувшись, пролистала дальше. И вдруг на экране появилась девушка, которая, сидя на диване, делала вид, что звонит в салон: — Здравствуйте, хочу записаться на массаж…Только к мужчине, у вас ведь самый опытный есть? Дальше на видео мужик с другой стороны кадра буквально подпрыгнул, глаза округлились, и начался скандал. Девушка едва сдерживала смех. Со-ён прыснула в ладонь. — Вот идиотки… — пробормотала она, но при этом глаз от видео не оторвала. Видео сменилось следующим, суть та же — только теперь речь шла не о массаже, а о лазерной эпиляции. Девушка специально подчёркивала: «Да, к мужчине. Конечно. Я слышала, он лучший!» И парень снова срывался, чуть ли не с телефоном в зубах пытаясь отобрать. Со-ён, подперев щёку рукой, прищурилась. В её голове мгновенно нарисовалась картина: Ин Хо, сидящий в кресле, спокойно листает документы…и вдруг слышит, как она, совершенно невозмутимо, при нём, «записывается к мужику на глубокое бикини». Она представила его лицо — сжатая челюсть, поднятая бровь, голос, который станет низким и опасным: «Ты куда это собралась?!» Со-ён хохотнула вслух, так что Со Ми обернулась и вопросительно посмотрела на маму. Малышка подняла игрушку и протянула её в сторону матери, будто спрашивая: «Чего ты смеёшься?» — Булка…ты не понимаешь, — Со-ён подмигнула дочке. — Но твой папа скоро узнает, что значит пранк. Она снова ткнула пальцем в экран, пересматривая то самое видео, уже заранее прокручивая в голове все свои будущие реплики и выражения лица.

***

Ин Хо сидел на диване в гостиной, в домашней чёрной футболке и спортивных штанах, на вид расслабленный, но как всегда аккуратный. Он держал в руках щиколотку Со-ён и большим пальцем лениво поглаживал её ступню, иногда чуть сильнее сжимая пальцы, будто массируя. Со-ён сидела поперёк, развалившись с видом королевы, закинув обе ноги на колени мужа. — Ммм…вот так хорошо… — протянула она, прикрыв глаза. — Хоть какая-то польза от тебя. — Хочешь сказать, я только как массажист годен? — Ин Хо скосил взгляд, уголок губ чуть дёрнулся. — Ну… — она притворно задумалась, — иногда и как муж. Но это реже. Он тихо фыркнул, но ничего не ответил, продолжая медленно гладить её ногу, будто не хотел спорить. На коврике неподалёку в это время хозяйничала Со Ми. Маленькая босоногая исследовательница, в розовом бодике с рюшами, уже уверенно топала своими ножками по мягкому ворсу, наклонялась, поднимала игрушки, стучала ими по полу, потом шла к журнальному столику, чтобы потрогать там книги, и снова возвращалась к своим кубикам. Иногда она падала на попку, но тут же с улыбкой вставала и шла дальше — каждый шаг был для неё открытием. Со-ён, лениво вытянувшись, взяла телефон со столика. Экран мигнул — и она моментально вспомнила видео из тиктока. Губы её хитро изогнулись. — Ох…надо бы записаться… — пробормотала она достаточно громко, чтобы Ин Хо услышал. — Куда? — он бросил короткий взгляд, не прекращая своего «массажа». — Ну…кое-куда, — уклончиво ответила она, листая экран. Потом резко приложила телефон к уху. — Алло, здравствуйте! Это салон «beauty star»? Ин Хо чуть нахмурился, уже насторожившись. — Да, хотела записаться к вашему специалисту…А как его зовут? А, Ким Мин Су…Отлично! У него напряглась челюсть. Он даже убрал руки с её ног и сел ровнее. — Мин Су? Мужчина? — медленно переспросил он. Со-ён едва сдерживала смех, но держала каменное лицо: — Да-да, именно к нему. Я слышала, он самый лучший по лазерной эпиляции…Глубокое бикини, ага. Мне нужна именно запись к нему, потому что девочки советовали. Ну вы понимаете, опыт, профессионализм… Со Ми в этот момент радостно хлопнула в ладоши, будто поддерживая маму, и засмеялась, падая на колени и снова вставая. Ин Хо резко выдохнул и уставился на жену: — ЧТО? — голос его стал ниже, опаснее. — Со-ён…Ты сейчас серьёзно?! Она кивнула, играя до конца: — Да-да, к Мин Су. Я слышала, у него такие нежные руки… — тут она едва не сорвалась на смех, прикусила губу и отвернулась, якобы продолжая «разговор». — Женщина… — Ин Хо сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает, — положи телефон. Немедленно. Со-ён скосила на него глаза, в которых искрилось озорство. — Ага, да-да, к Мин Су… — Со-ён кивала в никуда, делая вид, что внимательно слушает «администратора салона». — Ну конечно, я понимаю, такие места — это интимное дело, поэтому хочется к опытному мастеру. Он же ведь самый популярный у вас? Ин Хо перестал дышать на секунду. — Интимное…что? — Да-да… — она продолжала сладким голосом, будто специально смакуя каждое слово. — Подруги говорили, что у него такие руки…лёгкие, нежные…всё аккуратно, без боли. А самое главное — он знает, как к девушкам подход найти. Прямо чувствует тело… Ин Хо рванулся вперёд, выдернув ногу жены с коленей: — СО-ЁН! Ты вообще понимаешь, ЧТО ты сейчас несёшь?! Она повернулась к нему с невозмутимым лицом, прижав палец к губам: — Тише-тише, не мешай…я записываюсь… — Ты записываешься на…глубокое…бикини…К МУЖИКУ?! — он чуть не задохнулся. — А что такого? — Она развела руками, будто это было самое обычное дело. — Хочется, чтобы всё было идеально. Я же женщина, мне нужно чувствовать уверенность. А Мин Су, как я поняла, настоящий профессионал. Он, говорят, даже делает всё так…м-м…нежно, что девчонки смеются: «будто приласкал». Представляешь? Ин Хо вытаращил глаза, побагровел. — Ты сейчас закончишь этот разговор. ИЛИ Я САМ СДЕЛАЮ ТЕБЕ ЭТУ ЛАЗЕРКУ! Со Ми, будто чувствуя напряжение, остановилась посреди ковра и с удивлённым лицом посмотрела на родителей. Со-ён еле удерживалась, чтобы не засмеяться в голос, но держала образ: — О, да-да, запишите меня именно к Мин Су…только к нему. Ну вы понимаете, я доверяю только опытным мужчинам… — ОПЫТНЫМ?! — Ин Хо уже наклонился, пытаясь выхватить телефон. — Да я этого твоего Мин Су лично…! Она откинулась назад, подняв руку с телефоном выше головы, чтобы он не достал, и с невинным видом добавила: — Так приятно, когда о тебе заботится такой внимательный мужчина… Ин Хо замер на секунду. — …Со-ён…ты…в край охренела. — Да-да, записывайте… — Со-ён мурлыкала в телефон, вытянув ножку так, будто позировала. — Только к Мин Су, я не хочу никого другого. Всё-таки это очень интимная зона, и доверять могу только мужчине, который…ну…понимает женщин. — Отдай сюда! — Ин Хо вскинулся, пытаясь дотянуться до её телефона. Со-ён откинулась дальше на диван, прижала трубку к уху и, с абсолютно невозмутимым видом, сказала: — А это не обращайте внимания. Это мой папа кричит. Немного…ммм…с психикой у него, бедный. — Она театрально вздохнула. — Ну вы же знаете, возраст, нервы… Ин Хо завис. — Ч-ЧТО?! У него даже челюсть отвисла, глаза расширились. — Ты… — он показал на неё пальцем. — Ты меня…ПАПОЙ назвала?! Да ещё и психом?! — Ш-ш-ш… — Со-ён прижала палец к губам и чуть отодвинулась, будто боялась, что он вырвет у неё телефон. — Не мешай! Я записываюсь. Ин Хо схватил её за талию, рывком подтянул к себе и начал тянуть руку с телефоном к себе. — Отдай! Немедленно! Со-ён, уже не в силах держать серьёзное лицо, закатила глаза и почти расхохоталась, но всё ещё делала вид, что ведёт «разговор»: — Да, конечно…ой, не обращайте внимания, он буйный иногда. Но безвредный. — Она улыбнулась так мило, будто говорила о добродушном дедушке. — Вы же понимаете, старики… — СТАРИК?! — Ин Хо взревел, как будто его ударили ниже пояса. — Да, ты меня в гроб вгонишь! Он рывком перехватил её запястье, но Со-ён извернулась, выгнулась в его руках и, смеясь, подняла телефон ещё выше. Со Ми, наблюдая этот цирк, радостно захлопала ладошками и закричала своё «ба-ба-ба!», решив, что это игра. — Со-ён, — прорычал Ин Хо, — я тебе говорю последний раз: отдай телефон. Она, всё-таки не выдержав, прыснула в смех и сквозь смешки выдавила: — Да ну тебя…я же пранк делаю! Со-ён всё ещё смеётся, прикрыв рот ладонью, а Ин Хо смотрит на неё так, будто сейчас реально уронит её с дивана и уйдёт. — Ты… — он медленно отпустил её руку, и от этого стало даже не по себе. — Это тебе смешно, да? — Ну…да! — выдохнула она, всё ещё держа телефон, хоть и экран уже давно потух. — Ты бы видел своё лицо! Ин Хо провёл рукой по лицу, закрыл глаза на пару секунд, а потом, сжав челюсть, сказал ровно и тихо: — Знаешь, Со-ён…вот ты иногда ведёшь себя как ребёнок. Я тебе не пацан из ТикТока, чтобы вот так «разыгрывать», — Он поднялся с дивана, и её тут же пробрало — этот спокойный тон всегда значил, что он реально злится. — Я что-то делаю не так? — продолжил он уже в полный голос, посмотрев прямо на неё. — Или тебе настолько скучно, что надо вот таким бредом заниматься? Со-ён перестала смеяться и надула губы: — Да ладно тебе, это же шутка! Все так шутят! — Я не «все». — Ин Хо указал на себя. — И ты моя жена. Если я слышу, как ты при мне записываешься к какому-то мужику на процедуры…ещё и называешь меня «папой больным»… — он покачал головой. — Это не смешно. Это неуважение. Со-ён уже было хотела огрызнуться, но взгляд Ин Хо её резко осадил. Он снова сел, но уже не прикасался к её ногам, просто откинулся на спинку дивана и тяжело вздохнул. — Со-ён…я многое терплю. Но с такими шуточками аккуратнее. Ладно? Малышка Со Ми подошла к нему, вцепилась ручонками в его колено и попыталась залезть наверх, отвлекая от разговора. Ин Хо тут же поднял её на руки, поцеловал в макушку и буркнул: — Вот ты у нас настоящая радость, не то что мама с её «пранками». Со-ён прищурилась, но промолчала — стало ясно, что перегнула. Со-ён села рядом, скрестив руки на груди и делая вид, что обиделась. Но внутри её уже начинало подтачивать чувство вины. Она-то думала, что Ин Хо будет ругаться, может вспылит и забудет…а он наоборот закрылся и это было хуже. — Ну всё-всё… — она подтянулась ближе и осторожно тронула его за плечо. — Ты чего, правда обиделся? Ин Хо не посмотрел, продолжая держать на руках Со Ми, которая уже радостно хлопала ладошками и тыкала папе пальчиком в щёку. — Я же пошутила, — тихо добавила Со-ён, уже без дерзости. — Никаких мужиков, никакой лазерки у мужика… — Вот именно, — наконец он посмотрел на неё. — А если бы ты мне сказала, что реально к мужчине пойдёшь? Я должен сидеть и терпеть? — Ну не пошла бы я, — Со-ён закатила глаза и, пододвинувшись вплотную, уткнулась носом ему в плечо. — Ты знаешь, что я тебя специально подкалываю… Ин Хо молчал, и это снова бесило. Тогда она пошла в наступление: наклонилась ближе, поцеловала его в шею, задержалась губами у уха и прошептала: — Ты у меня самый лучший. И самый красивый. И самый…горячий. Даже слишком для своих пятидесяти. Он фыркнул, но уже не так холодно. — Да? — пробурчал он, удерживая на руках дочь, которая всё пыталась схватить маму за волосы. — Ага, — ухмыльнулась Со-ён, отцепляя ручку малышки от своей пряди. — Ты просто у нас старомодный и не понимаешь современных приколов. Но я тебя всё равно люблю, даже такого «скучного». Ин Хо посмотрел на неё исподлобья, и уголок его губ дрогнул. — Скучного, говоришь? — Угу, — она нарочито кивнула. — Но ночью я тебе докажу, что скучный ты только днём. И, подмигнув, снова чмокнула его в щёку. Ин Хо покачал головой, но уже не мог скрыть улыбку. Он обнял обеих — жену и дочь — и тихо сказал: — Ты неисправима, женщина. — Зато твоя, — довольно ответила Со-ён и ткнулась носом ему в ключицу. Со-ён устроилась на диване, подтянула ноги и лениво обвела мужа взглядом. Казалось бы — пранк закончен, всё, точка. Но нет, её чёртик внутри снова толкнул её на подначку: — И всё же я тебя не понимаю, — она сделала невинные глаза. — Ну что такого записаться на лазерку к мужчине? Он же просто работник. Какая разница, мужчина, женщина…лишь бы аккуратно делал. Ин Хо сидел с дочкой на руках и пытался сосредоточиться на Со Ми, которая игралась его воротом. Но в следующую секунду он резко вскинул взгляд на жену. — Какая разница?! — голос его стал громче, чем он рассчитывал. — Со-ён, ты вообще понимаешь, что говоришь? Она невозмутимо потянулась за подушкой, обняла её и тихо хихикнула. — Ну что? Работа как работа. У врача же ты не возмущаешься, что он мужчина. — У врача! — Ин Хо почти взорвался, но тут же спохватился, чтобы не напугать дочку. Он осторожно поставил Со Ми на коврик, и малышка, шатаясь, пошла к своим игрушкам. А он вернулся к разговору. — Ты сравнила врача и мужика, который лезет тебе в… — он запнулся, махнув рукой. — В такие места, в которые кроме меня никто и никогда! — Ой-ой, — Со-ён прыснула, прикрывая рот ладонью. — Ревность уровня «бог». — Это не ревность, — он ткнул пальцем в её сторону, нахмурив брови. — Это здравый смысл. Я мужик, Со-ён. И я слишком хорошо знаю, что мужики думают, даже когда делают вид, что они «профессионалы». Со-ён сузила глаза, вскинула подбородок и прижала подушку к груди, будто щит. — Минутку, — протянула она, уже повышая голос. — То есть ты хочешь сказать, что сам смотришь на других женщин? Ин Хо приподнял бровь, уставившись на неё как на сумасшедшую. — Я этого не говорил. — Но ты сказал, что все мужики только туда и смотрят! — она ткнула пальцем в его грудь. — Значит и ты тоже! Ахренеть, Ин Хо! Ты просто признался! Он прикрыл лицо ладонью и шумно выдохнул. — Ты специально сейчас мне мозг выносишь? — Нет, я пытаюсь понять, что у тебя в башке творится! — она резко встала с дивана, руки в боки, и уже пошла по комнате туда-сюда, как прокурор в зале суда. — Значит, когда женщина идёт к мужчине на процедуру, это плохо. А когда мужчина «профессионал» — это хорошо? Но ты же сказал, что мужики только и делают, что пялятся! Так выходит ты тоже?! Ин Хо медленно поднялся на ноги, с каменным лицом. — Со-ён… — Что?! — она всплеснула руками, изображая драму на миллион. — Ты сам себя только что сдал! И после этого я должна спать спокойно? — Господи, — пробормотал он себе под нос. — За что мне всё это… — Не бубни! — Со-ён указала на него пальцем, будто собиралась его расстрелять из воображаемого пистолета. — Ответь! Ты смотришь на других женщин?!! Может, у тебя уже и баба есть?! — Со-ён буквально взорвалась, уставившись на мужа исподлобья, словно готовая бросить в него что-нибудь тяжёлое. — Где-то там, в офисе, на стороне?! Наверное, молоденькая секретарша, да?! Ин Хо замер, глядя на неё с таким выражением лица, будто у него внутри всё оборвалось. Потом медленно провёл ладонью по лицу и резко выдохнул: — Ты вообще слышишь, что несёшь? — Слышу! — вскинула она руки. — И знаешь что? Очень даже логично! Ты постоянно задерживаешься, ходишь весь такой «занятой», домой поздно приезжаешь…Вот скажи, может, это не работа вовсе, а твоя вторая жизнь?! — Со-ён… — голос его стал опасно низким, но она, похоже, этого не заметила. — Что?! — почти выкрикнула она, размахивая руками, как дирижёр перед оркестром. — Скажи честно, я всё равно узнаю! В этот момент Со Ми, сидевшая на коврике с игрушечной пирамидкой, удивлённо подняла голову на маму, моргая большими глазами. Потом захлопала по ковру ладошками и что-то пробормотала на своём детском языке. Ин Хо закатил глаза к потолку, сделал шаг к жене и жёстко, но аккуратно рывком прижал её к себе. — Всё. Хватит, — рыкнул он. — Эй! — возмутилась она, дрыгаясь. — Не смей меня затыкать, у тебя точно баба есть! — Со-ён! — он резко наклонился к её лицу, глаза в глаза. — У меня есть только одна женщина. И она сейчас вот тут, передо мной, и доводит меня до инфаркта своими идиотскими пранками! Она застыла, дернулась губами, как будто хотела что-то ещё сказать, но он неожиданно закрыл ей рот ладонью. — Тссс, — процедил Ин Хо. — Ещё одно слово про «бабу» — и я тебе устрою такое, что забудешь, как разговаривать. Со-ён, едва он убрал ладонь, моментально взорвалась: — Ну да! С появлением дочки секса стало меньше! Так ты на стороне трахаешься, да?! Кобель! — она почти выкрикнула, уперев руки в бока. Ин Хо застыл. Его обычно спокойные глаза сузились, челюсть напряглась так, что жилы на шее проступили. — Что ты сейчас сказала? — голос прозвучал опасно тихо, с тем холодом, от которого мурашки бегут. — Ты всё понял! — Со-ён дерзко вскинула подбородок, словно нарочно провоцируя. — Думаешь, я дура?! Мужик ты, а у мужиков одно на уме! Нашёл себе молоденькую и там… — она сделала красноречивый жест рукой, явно намекая. — Со-ён… — он шагнул ближе, и навис над ней всей своей фигурой. — Хватит. — Нет! — огрызнулась она. — Хватит — это когда ты мне правду скажешь! Он резко провёл рукой по лицу, словно сдерживаясь из последних сил, и вдруг заговорил низко, грубо, с нажимом: — Я каждый день вкалываю, чтобы у тебя и нашей дочери было всё. Каждый грёбаный день! Думаешь, после работы у меня силы есть «на сторону бегать»?! Она вскинула брови: — Ага! Хорошо звучит, прям как алиби. — Со-ён… — Ин Хо рыкнул, резко схватил её за запястья и прижал к стене так, что она даже охнула от неожиданности. — Перестань. Я тебе не мальчишка, чтоб терпеть такие выходки. Со Ми, заметив, что мама с папой слишком громко разговаривают, начала хныкать и тянуть ручки к ним. Со-ён, всё ещё прижатая к стене, попыталась вывернуться и прошипела: — Руки убери, изменщик! У Ин Хо на лице дернулась скула. Он склонился совсем близко, так что её дыхание смешалось с его, и прорычал: — Я изменю только одному…твоему терпению. И он почти силой поцеловал её, злой, жёсткий поцелуй, больше похожий на наказание. Со-ён попыталась вывернуться из его хватки, но жёсткий поцелуй сбил дыхание, а злость внутри смешалась с внезапным жаром. Она хотела рвануться, хотела огрызнуться, но губы сами дрогнули в ответ, и всё внутри сжалось от напряжённой близости. И тут резкий крик Со Ми разорвал момент. Уже не просто хныканье — настоящая истерика. Малышка стояла рядом с ними, вся покрасневшая, с трясущейся нижней губой. Ин Хо мгновенно отстранился, но руки с её запястий убрал не сразу. Его лицо потемнело, губы сжались в тонкую линию. Он перевёл тяжёлый взгляд с жены на дочку, потом снова на Со-ён и процедил угрюмо: — Смотри…до чего твои грёбаные пранки приводят. Он отпустил её руку так резко, что она сама отшатнулась к стене. Прошёл мимо, даже не обернувшись, и уже через секунду поднял Со Ми на руки, прижимая к себе и тихо качая. Голос его изменился — всё то же спокойствие и забота, только теперь без тени улыбки: — Всё, солнышко, папа здесь…тише, не плачь… Со-ён стояла, прижимая ладонь к губам, которые всё ещё горели после поцелуя. Смотрела на то, как он держит дочь, и внутри всё сжималось от вины. Она перегнула. Ей казалось, что в комнате стало холоднее. Со-ён осторожно шагнула ближе, будто по тонкому льду. Сердце колотилось — она слышала собственный пульс в висках. Со Ми уже не плакала так надрывно, только всхлипывала, спрятав личико в плечо отца. — Дай её мне, — тихо попросила Со-ён, протянув руки. Ин Хо даже не обернулся. Его ладонь крепко держала дочку за спинку, а другая гладила её по волосам. Его голос был ровный, но в нём слышалась сталь: — Нет. Со-ён растерянно замерла. — Ин Хо…я просто…это был пранк, — прошептала она, словно оправдывалась. Только теперь он медленно повернул голову. Взгляд тяжёлый, холодный, почти колющий. — Твои “просто” — сделали так, что ребёнок в истерике, — Он чуть покачал Со Ми, снова прижимая к себе. — Твои “просто” ломают мне мозг каждый день. Он снова отвёл взгляд к дочке, всем телом показывая: разговаривать больше не хочет. Со-ён прикусила губу. Хотелось огрызнуться, закричать в ответ, но что-то внутри сжалось от страха потерять его внимание. Она знала — в такие моменты он словно отдаляется, и достучаться до него невозможно. Со-ён сделала шаг ближе, осторожно коснулась плеча мужа. — Ин Хо…ну ты чего, — голос её дрогнул, но она постаралась придать ему привычную дерзинку. — Мне скучно было…Я просто хотела повеселиться. Думала, ты потом тоже посмеёшься. Он не шелохнулся. Только сильнее прижал к себе Со Ми, которая всё ещё посапывала в его объятиях, уткнувшись щекой в его грудь. — Веселье у тебя всегда такое, что после разгребай полдня, — отрезал он, глядя куда-то поверх её плеча. Со-ён прикусила губу и обняла его за талию сбоку, будто цепляясь. — Ну не дуйся, а? — шепнула, заглядывая снизу вверх. — Я же не со зла…Видела в тиктоке, решила попробовать. Честно думала, это будет забавно. Ин Хо медленно опустил взгляд на неё, и в глазах мелькнула усталость. — Забавно? — повторил он. — Когда дочка кричит в истерике, а ты орёшь на меня, что я якобы “бабу завёл”? Это забавно? Со-ён сникла. Обычно она отшучивалась, выкручивалась, но тут даже слов не находилось. — Ин Хо…я… — она не договорила и вместо этого осторожно потянулась к нему ближе, почти прижимаясь боком. — Прости. Он молчал, только ладонью продолжал гладить спинку дочери, будто всё его внимание было только на ней. Со-ён поняла, что если оставить его в этом мрачном состоянии, он может злиться до вечера. А ей этого не хотелось. Поэтому она прижалась к нему ещё ближе, осторожно ткнувшись носом в его плечо. — Ну ладно тебе, — протянула она почти мурлыча. — Ты же знаешь меня. Я иногда с придурью…Но ты же любишь меня такой, да? Ин Хо не ответил. Со-ён не отставала. Она чуть-чуть потянулась рукой, провела пальцами по его груди, где аккуратно лежала головка уснувшей Со Ми. — Папочка… — шепнула она, нарочно протянув слово. — Ты такой серьёзный, когда злишься. Мне прям страшно-страшно… Она изобразила испуганные глаза, а потом сама же прыснула от смеха. Ин Хо сжал губы, стараясь не улыбнуться. — Со-ён, — проворчал он низко, — ты вообще понимаешь, что у тебя мозг на уровне ребёнка? — Ага, — кивнула она без тени стыда. — У меня тоже бывают истерики, капризы и вот это всё. Мы с Со Ми одинаковые. Только у меня зубки не режутся. Она специально состроила “детскую” гримасу, и на этот раз уголок губ Ин Хо всё-таки дрогнул. — Во-от, — Со-ён заметила это и довольно прищурилась. — Уже улыбаешься. Я знала, что смогу тебя расколоть. — Ты невыносима, — вздохнул он, покачав головой. — Но любимая, — шепнула она, дотягиваясь и целуя его щеку. Он наконец хмыкнул и покачал головой, прижимая их обеих к себе — и жену, и спящую дочку.