О чем молчат деревья?

      Воздух в раздевалке женской футбольной команды Вискайока был пронизан запахами хлорки, пота и разогревающей мази. Они смешивались с едким ароматом лака для волос и приторной отдушкой дезодоранта. Девушки неторопливо переодевались в спортивную форму, собирали волосы, завязывали шнурки на кроссовках и закрепляли наколенники.       Обычно здесь в дни послеурочных тренировок витала атмосфера товарищества — все обменивались шутками и последними сплетнями, но сегодня в раздевалке сгустилось звенящее напряжение, и в центре него стояла одна из лучших игроков старшего состава — Таисса Тернер.       Пока младшие девочки болтали о том, кто с кем встречается, и что покажут в следующую субботу в единственном на весь городок кинотеатре, старшие собрались в свою отдельную небольшую группку в отдаленном уголке раздевалки, за шкафчиками.       — Я просто говорю то, о чём все думают, — произнесла Тай раздражённо, скрестив руки на груди и окинув взглядом своих сокомандниц. Капитана — Джеки Тейлор в раздевалке не было, тренер Мартинес срочно вызвал ее для какого-то важного разговора. — Элли — это катастрофа. Три пропущенных паса на прошлом матче. Если мы выпустим ее завтра на поле, то можем забыть о национальных… Предлагаю заблокировать ее, чтобы она не препятствовала нормальной игре.       Элли была одним из новичков в их команде, которая в прошлом году сидела на скамейке запасных. Особых талантов у нее не было, да и в футбольный клуб она вступила только, чтобы общаться с местными звездами, поэтому многие недоумевали, как ее вообще допустили до основного состава, ведь играла она из рук вон плохо.       Шона, темноволосая крепкая девушка, лучшая подруга капитана команды, задумчиво потупилась в пол. На кону стояла ее стипендия в «Браун». От этого матча зависело слишком многое. Однако вместе с тем, внутри она чувствовала себя скверно из-за того, что принимала такое решение за спиной у Джеки. Подруга бы этого не одобрила.       — Мы не можем позволить себе проиграть из-за кого-то, это наш последний год в команде, — наконец, произнесла Шона, вскинув темные глаза. — Я согласна с Тай.       Ван, их бессменный жизнерадостный вратарь, переодевавшаяся у соседнего шкафчика, замерла. Ее взгляд, полный немого укора, скользнул по затылку Тай. Но протест так и остался невысказанным. Ванесса, как обычно, предпочла спрятаться за маской нейтралитета.       — Ты слишком строга к ней, Тай, — не оборачиваясь, заметила Камилла Мэтьюз, самая популярная девушка в школе, стоявшая чуть поодаль и укладывавшая свои блестящие вьющиеся локоны в высокий хвост. — Ей просто нужно время, чтобы влиться. Все мы когда-то были новичками.       Лотти, стоявшая рядом с Тай, неуверенно взглянула на нее, затем перевела взгляд на свою сестру-двойняшку. Их внешнее сходство было обманчивым — там, где Камилла излучала холодную уверенность и собранность, Лотти казалась погружённой в свой собственный мир, её взгляд был расфокусированным и немного отсутствующим. Если сейчас позиция Камиллы была предельно ясна, то на лице Лотти отражалась внутренняя борьба между прагматизмом и честной игрой.       — Решайте это без меня, — наконец, сдалась она, так и не придя к решению, и, не глядя на спорщиц, выскользнула из раздевалки.       — Времени у нас нет, — парировала Таисса, её взгляд скользнул по лицам сокомандниц, ища поддержки. — Вы со мной или нет?       Большинство опускали глаза или отводили взгляды. Идея, которую она предложила, была грязной, неспортивной. В раздевалке повисла тягостная тишина.       — О, отлично! Сначала травим новичков, а потом идем пить молочный коктейль и обсуждать, какая Элли неудачница? — раздался вдруг резкий голос из угла.       Натали Скаторчио, местный аутсайдер, стояла, прислонившись к шкафчикам с видом, полным презрения. Её светлые, выжженные краской волосы были взъерошены, а глаза жирно подведены чёрным карандашом.       — Вы вообще слышите себя? — переспросила она жестко. — Готовы сломать девочке карьеру, даже не дав ей раскрыться? Это грязно и трусливо.       — Прекрасно. Значит, ты готова проиграть из-за своих моральных принципов? — фыркнула Тай, смерив ее презрительным взглядом.       Нат сжала челюсть так сильно, что на коже заиграли желваки.       — Да пошла ты, Тернер, — грубо выплюнула она, сузив свои ореховые глаза. — Лично я в этом участвовать не буду и никому не советую.       — Ага, лучше займись собой, Скаторчио, — ответила ей Таисса, вскинув подбородок и смерив ее надменным взглядом. — Перестань бухать, например, и начни уже, наконец, приходить на тренировки вовремя!       Натали сжала кулаки, и ее щёки залила краска. Она ненавидела, когда её унижали, и ей было неловко из-за того, что это случилось перед всеми. Подняв глаза, она заметила, что Камилла, не отрываясь смотрела на нее, и в ее взгляде промелькнуло что-то, похожее на сочувствие. Это было в тысячу раз хуже, потому что самая популярная ученица школы не могла испытывать сочувствие к такой, как Натали. Все, что она могла заслужить, от Камиллы — это ее снисхождение. И это был особо болезненный удар по самолюбию Натали.       — Полегче, Тай, — неожиданно произнесла Камилла тоном, не терпящим пререканий. — Мы все еще в одной команде, если ты не забыла. Лично я согласна с Нат. Блокировать Элли — это подло. Я пас.       Натали стоило больших трудов не вытаращить на нее глаза. Вначале ей даже показалось, что она ослышалась. Сама Камилла Мэтьюз вступилась за нее? Не может быть.       Они с Камиллой были совершенно разными, и, несмотря на то, что самая популярная девушка в школе никогда не позволяла себе какого-либо пренебрежения по отношению к ней, Нат все равно относилась к ней с настороженностью.       Камилла же видела в Натали не «отброса школы», а кого-то, кто просто пытался выжить на своих собственных условиях, как и она. И сейчас они были единственными, кто осмелился открыто высказаться против затеи Таиссы, что невольно сплотило их.       — Это не дружеский матч в песочнице, черт подери, — заметила Таисса резко, развернувшись к Камилле. — Здесь выигрывают сильнейшие. Я не намерена позволить всей команде опозориться из-за какой-то…       Ее гневную тираду прервал оглушительный зов тренера Скотта:       — ШЕРШНИ! НА ПОЛЕ!       Спор замер на полуслове. Злость Тай, явное неодобрение Камиллы и возмущение Нат уступили место холодной собранности перед тренировкой.       — Что ж, как хотите. Шона и я справимся с Элли и без вашей помощи, — закатив глаза, заявила Тай и с высоко вскинутой головой прошла мимо Нат, задев ее плечом. За ней на поле потянулись недовольная Ван, неугомонная Мари и другие девушки.       Камилла же, закончив туго заклеивать свои шнурки скотчем, поднялась и внезапно дружелюбно обратилась к Натали, посмотрев на нее своим ясным изучающим взглядом:       — Ты молодец, что стояла на своем. Не позволяй таким, как Таисса, диктовать тебе, что правильно, а что — нет.       — С-спасибо? — запоздало выдавила из себя Нат, когда Камилла уже скрылась в дверном проеме.       Вытащив из своей старой потрепанной сумки фляжку, Нат отпила из нее немного виски с содовой и поморщилась, когда жидкость обожгла горло. Только это иногда и помогало ей забыть о том, насколько уродливой была ее жизнь. Это и травка. В криво наклеенном со внутренней стороны дверцы ее шкафчика кусочке зеркала отражалось бледное лицо с потрескавшимися губами, растекшаяся под глазами тушь и помятая синяя форма. Это так сильно контрастировало с идеальным образом местной любимицы Камиллы, что Нат замутило.       Что, интересно, было у Мэтьюз на уме? Зачем первая красавица школы вообще заговорила с такой, как Нат? Они ведь были такими разными. Камилла — богатая, популярная, всегда в центре внимания. А она… Что ж, она была просто школьным лузером, терпящим насмешки. С силой захлопнув свой шкафчик, девушка покинула раздевалку и направилась на школьный стадион.       Теплый осенний воздух был наполнен запахом скошенной травы. Выйдя на ослепительно зелёное поле, Натали присоединилась к остальным. Девочки ждали, когда молодой тренер Скотт, которого они между собой называли Беном, разберется с инвентарем. Он велел им начинать разминку самостоятельно, поэтому девушки разбрелись по полю парами, делая вид, что готовятся к тренировке.       Капитан — блистательная Джеки Тейлор к этому моменту уже вернулась к команде после разговора с тренером Мартинесом. Она сидела на скамье, закинув ногу на ногу, и играла с волосами Шоны, устроившейся на траве у ее ног, делясь с ней какой-то новостью. Шона только делала вид, что слушает, а сама же была погружена в свои мысли. И как только Джеки до сих пор не заметила, что ее подруга почти всегда уходит в себя, когда она начинает говорить о своей жизни? Наверное, нелегко все время быть чьей-то тенью. В общем-то Натали ничего не имела против этих двоих. Джеки была не самым худшим капитаном, и ко всем относилась одинаково. Возможно, единственным, что бесило Нат в ней, были ее неиссякаемые (и бесполезные) предложения о том, как поднять командный дух и сплотить их.       Ван, щурясь от солнца, травила очередную смешную байку для стоявших рядом рядом Акилы и Тай. Ветер трепал ее ярко-рыжие волосы, и смех этой троицы разносился по всему полю. Она постоянно придумывала что-то забавное, эта Ван, знала кучу скабрезных анекдотов и мастерски их рассказывала. Пожалуй, ее можно было назвать душой их команды.       Мари, главная сплетница и «язык без костей», вилась вокруг тренера Скотта, пытаясь привлечь его внимание. Ее пустая болтовня обычно раздражала Нат, поэтому она предпочитала держаться от нее подальше. Лора Ли, набожная и религиозная девушка, воспитываемая в строгой пуританской семье, чуть поодаль заплетала темные лоснящиеся волосы Бритт.       Двойняшки Мэтьюз растягивались на траве. Камилла делала это с ленивой грацией, Лотти — с явной неохотой. Иногда Натали забывала о том, какие они непохожие друг на друга. Лотти чаще всего пребывала в своем замкнутом мирке, куда не было входа посторонним, редко вмешивалась в конфликты и не любила сплетничать за спиной у других. Это Нат в ней уважала. А еще Лотти принимала какие-то препараты и ходила на терапию, но все в команде негласно предпочитали обходить эту тему стороной.       Камилла была совсем другой. Ее не волновало, что думали о ней другие, и несмотря на то, что она всегда была окружена поклонниками, друзьями или просто людьми, привлеченными ее красотой, она была сама по себе. Идеальность Камиллы порой действовала Нат на нервы, но все же Камилла никогда не пользовалась своим положением и не пыталась самоутвердиться за счет других. Она была сама по себе. Рядом с ней Натали испытывала микс странных эмоций — зависть и восхищение тесно переплетались между собой, но помимо них и присущей ее натуре настороженности присутствовало что-то еще. Что-то, чему Натали не могла дать названия. И это странное щемящее чувство пугало ее до дрожи. Проще было держаться от Камиллы как можно дальше.       Наконец, тренер Скотт закончил разбираться с инвентарем и собрал команду вместе, чтобы еще раз обсудить их тактику перед завтрашним решающим матчем с девушками из Уэстфилдской старшей школы.       — Хорошо, «Шершни», слушайте все! — повысил он голос, заставив всех притихнуть. — Завтрашний матч против «Бульдогов» из Уэстфилда — это не просто еще одна игра, это битва за первое место в лиге. Они сильны, быстры и играют грязно. Но мы умнее, и вот что мы сделаем…       Бен еще раз напомнил девочкам слабые места соперников, которые он уже обсудил с главным тренером Мартинесом, затем описал тактику, которую они выработали против «Бульдогов». По его мнению, прессинг по всему полю и быстрая контратака должны были сработать идеально.       — Запомните, — тренер Скотт обвел всех суровым взглядом. — Они полагаются на силу. Мы — на тактику, скорость и то, что мы — одна команда. Мы жалим быстро, жалим неожиданно и жалим вместе. Понятно?       — ДА! Шершни вперед! — раздался всеобщий возглас в ответ.       Тренер Скотт довольно кивнул, и по его команде девочки построилась для бега. Ровный гул десятков ног заполнил стадион. Впереди, как всегда, бежали Тай и Шона с ровным дыханием, за ними, не отставая, грациозно бежала Камилла, позади — все остальные. Элли тяжело дышала и отставала ото всех, поэтому сделала вид, что у нее болит лодыжка и получила разрешение пропустить эту часть тренировки. Тай с Шоной многозначительно переглянулись, что не ускользнуло от внимания Нат.       После пробежки девочки начали отрабатывать пасы. Тай и Шона работали вместе, делая хлесткие передачи друг другу.       — Эй, Шона, не зевай! — Тай вложила в пас всю силу, и мяч прилетел точно в ноги подруге, отскочив с неприятным звуком.       — О, прости, мне показалось, мы играем в футбол, а не в доджбол, — фыркнула Шона, потирая щиколотку. Но тут же, не сбавляя темпа, отпасовала назад, на что Тай кивнула с едва заметным одобрением.       На соседнем квадрате Ван пыталась подбросить мяч и поймать его коленом, выделываясь перед едва сдерживающими смех Лорой Ли и Гэн.       — Видали? Вот что я называю «полный контроль»! — крикнула она, подмигнув девочкам.       — Больше похоже, что это мяч контролирует тебя, Ван! — залилась смехом Акила, нетерпеливо подгоняя ее, чтобы она быстрее прошла с мячом через стойки.       Чуть поодаль, у старых, выкрашенных в белый ворот, Нат яростно пробивала по мячу, из-за чего он со стуком ударялся о металлическую перекладину, возвращаясь к ее ногам.       — Эй, Нат, полегче! — крикнула ей Мари, пробегая мимо. — Эти ворота еще с космической программы «Союз — Аполлон» стоят, они тебе ничего плохого не сделали!       Воздух дрожал от смеха, криков и хлопков по мячу. Тренер Скотт со свистком в зубах наблюдал за своими подопечными. Честно говоря, он не ждал ничего особенного от кучки девчонок-старшеклассниц, когда устраивался сюда на работу. А теперь они шаг за шагом, на протяжении всего сезона, вели его к успеху.       После окончания разминки Бен разделил всех на две команды для тренировочной игры. Каждый раз, когда мяч летел в сторону растерянной Элли, Тай или Шона оказывались у нее на пути, мягко, но настойчиво отсекая ее от игры.       Элли, краснея, от напряжения, сумела вырваться на оперативное пространство, оставшись без опеки. Она была выгодно открыта для паса.       — Тай! Я здесь! — крикнула она, призывно махнув рукой.       Но Тай, получив мяч, даже не повернула голову в ее сторону. Ее взгляд был прикован к Шоне, которая делала рывок по флангу. Короткий пас ушел точно к ней. Элли беспомощно опустила руку.       — Эй! — раздался резкий крик Нат с другой половины поля. — Она же была открыта! Ты что, слепая?       Тай проигнорировала ее окрик. Вскоре Элли, стараясь доказать свою полезность, в отчаянном подкате отобрала мяч у Ван и, поднявшись, снова оказалась в выгодной позиции. На этот раз она смотрела с мольбой на Шону. Шона встретилась с ней взглядом, и на ее лице на мгновение мелькнуло что-то похожее на сомнение, но тут Тай рявкнула: «Шона, мяч!», и пас снова ушел мимо Элли.       — Какого черта?! — возмутилась уже Камилла, остановившись и уперев руки в бока. — Она пытается играть, дайте ей возможность!       — Не лезь в это, Кэм, — жёстко отрезала Тай, выдержав ее полный недовольства взгляд. — Я уже говорила, что мы здесь, чтобы выигрывать.       Напряжение на поле нарастало. После нескольких неудачных попыток перехватить мяч Элли уже была на грани слез, и тогда случилось неизбежное. Мяч после рикошета покатился в ее сторону, и Тай, стремясь его перехватить, рванулась к нему с опережением. Девушки столкнулись. Элли, испуганная, попыталась увернуться. Тай, уже не видя ничего, кроме мяча, с размаху, со всей силой нанесла удар. Раздался влажный, отталкивающий хруст. На мгновение воцарилась тишина, а потом ее разорвал пронзительный, животный крик Элли.       Она рухнула на изумрудный газон, схватившись за ногу, которая вывернулась под неестественным углом. Из порванной гетры торчал белый осколок кости. Кроссовок Элли заливала кровь. По ее щекам струились слезы, ее тело билось в истерике, смешанной с шоком.       — СТОП! — заревел тренер Скотт, поняв, что произошло. Он бросился к девочке, но его опередила юркая фигура менеджера команды — Мисти. К слову, о ней… Никто в здравом уме не хотел общаться с Мисти Куигли. Она была странной, занудной и порою навязчивой в своих попытках влиться в команду.       — Я знаю, что нужно сделать! Я читала о том, как правильно вправить кость! — возбужденно воскликнула Мисти, чуть сместив травмированную ногу Элли, что вызвало у той еще один болезненный визг.       — Мисти, НЕТ! Отойди! — тренер Скотт отшвырнул менеджера от Элли так резко, что та едва удержалась на ногах. — Вызывай скорую! Немедленно!       Девушки сбежались стайкой, образовав плотное кольцо вокруг упавшей. Лотти рухнула на колени, принявшись успокаивающе гладить голову Элли. Кто-то ахнул, увидев рану. Мари, отвернувшись, вырвала свой ланч на траву. Ван стояла, прижав ладонь ко рту, ее глаза были полны ужаса. Джеки, бледная как полотно, пыталась что-то сказать, но из ее уст вырывались лишь бессвязные обрывки фраз: «Все хорошо… все будет хорошо».       Натали застыла в паре шагов. Ярость, горячая и слепая, поднималась у нее в горле, сдавливая его. Она смотрела не на Элли, а на Таиссу. Та стояла, опустив голову, ее напряженные плечи были сгорблены. Тай не могла пошевелиться, не могла издать ни звука. Ее лицо было белым, как полотно, губы плотно сжаты. Ее взгляд метнулся к лицу Шоны и увидел там не поддержку, а отвращение и шок. И тогда на Тай накатила волна тошнотворного ужаса от содеянного случайно. Она ведь хотела вовсе не этого. Совсем не этого.       — Все отойдите. Не толпитесь. Ей нужен воздух, — это была Камилла. — Нужно остановить кровь, — произнесла она, протянув бледному тренеру Скотту, который и сам не знал, что ему делать с напуганными девочками-подростками, переносную аптечку. — Вы ведь знаете, как это делается, так?       — Д-да, — пробормотал в ответ тренер Скотт, будучи совершенно не уверенным в том, что он делает. Кое-как закрепив жгут чуть выше раны, мужчина с надеждой уставился на вернувшуюся Мисти.       — Скорая едет, — доложила она. — Будут через семь минут.       Бен выдохнул с заметным облегчением.       Взгляд Камиллы, полный презрения, скользнул по Тай. Они и раньше не сходились с ней во взглядах, но сегодня был особый случай. Таисса поступила так за спиной у капитана, в обход правил и иерархии команды, и заслуживала наказания, по мнению Камиллы.       Когда карета скорой помощи, наконец, воя, увезла скулящую от боли Элли, тренер Скотт распустил всех по домам. Тренировка перед важным матчем сорвалась. Девушки понуро побрели в раздевалку, взмокшие от пота. Никто не разговаривал. Камилла копошилась в своем шкафчике, не спеша переодеваться, Нат стояла, прислонившись к стене и скрестив руки, и буравила носки своих кроссовок, Ван сидела на скамье, подтянув одно колено к груди и прижавшись к нему щекой. Джеки обвела изучающим взглядом заметно приунывшую команду.       — Эй, девочки, я знаю, это выглядит ужасно… но… но, возможно, все не так плохо! Врачи сейчас постараются сделать с ногой Элли все возможное! Может, это просто небольшое осложнение, — попыталась подбодрить она всех.       — Ну конечно! Если ты не заметила, Джеки, у нее кость торчала из ноги! — грубовато отозвалась Нат, отлипнув от стены. — Это называется открытый перелом. Элли не сможет играть после такой травмы до конца сезона. Мы лишились игрока прямо перед национальными, — и тут внезапно, повернувшись к Таиссе, она гневно выпалила, обескуражив Джеки:       — Ну молодец, Тай. Добилась своего. Мои поздравления!       И с этими словами, схватив свою потрёпанную спортивную сумку, Нат резко рванулась к выходу, даже не удосужившись сменить одежду. Дверь раздевалки с грохотом захлопнулась за ней, оставив после себя звенящую тишину.       Таисса, наконец, подняла голову на Джеки. Ее глаза были полны растерянности и стыда.       — Я… я не хотела этого. Честно. Я просто хотела… чтобы она не мешала. Заблокировать ее. Не… не сломать ей ногу… Это просто случайность, — произнесла она, и ее голос дрогнул.       — Так подло не играют, — раздался ледяной голос Камиллы. — Даже для того, чтобы выиграть. Или ты считаешь, что цель оправдывает любые средства? Теперь на твоей совести травма одноклассницы. И тебе с этим жить.       Лотти тихо тронула сестру за локоть.       — Кэм, не надо… — попыталась было урезонить ее она.       — Нет, Лот, надо, — отмахнулась от нее Камилла, не отрывая хмурого взгляда от Тай. — Джеки заслуживает знать правду. Таисса перешла грань.       Джеки почувствовала, как почва уходит у нее из-под ног. Ее команда распадалась прямо на глазах.       — Прекратите! — в отчаянии воскликнула она, тряхнув волосами. — Нам нельзя ссориться. Только не сейчас! Завтра у нас матч с Уэстфилдскими «Бульдогами». Мы должны держаться вместе, иначе мы проиграем, не успев выйти на поле! Мы — одна команда!       Призыв Джеки утонул в тяжелом, гнетущем молчании. Ван первой нарушила ступор. Она молча подошла к своим вещам, взвалила сумку на плечо и, не оглядываясь, пошла к выходу. Ее уход стал сигналом. Одна за другой, не глядя друг на друга, девушки стали расходиться, и Джеки осталась стоять одна в центре пустой раздевалки.