Hard Reboot

— Слишком сильно ударил тебя? Не рассчитал малость, извини, — во взгляде Мандарина не обнаружилось и тени знакомой враждебности. Он в ожидании протягивал руку в знакомой перчатке рухнувшему соратнику. — Поднимайся, Отто. «Безумие какое-то. Что… что сейчас вообще происходит?!» Чиро обалдело ущипнул себя за мордочку, чтоб поскорее проснуться. Ну, хотя как — «себя?». Это не помогало. — Оставь его пока что в покое. Ты можешь переключиться на более серьёзного противника, Мандарин. На будущее, старайся быть осторожнее. И ты тоже, Отто. Внимательнее. При виде чёрного, ещё не полностью роботизированного, Антари, шагнувшего ближе к ним, очередной кусочек этой сумасшедшей мозаики в голове Чиро словно бы встал на место. Что-то болезненно сжало сердце, при этом осознание всей ситуации ударило похлеще пули в висок. Он, конечно, ранее видел пару фильмов подобного содержания, плюс его любимый часовой спешл Солнечных Рыцарей… и, всё-таки, это полный абсурд. Даже по меркам того, что случалось с командой. «Я что, сейчас… попал в прошлое? Быть не может» — Я… не хотел его ранить! Я правда- — Всё нормально, — Антари сделал подзывающий жест рукой. — Просто в следующий раз слушай, что я говорю тебе… иначе пострадать сможет кто-нибудь другой, и гораздо серьёзнее, — мрачно закончил философ. — … — Нападай, Мандарин. Целься только по рукам и ногам. Правило пяти секунд. Если заденешь меня хотя бы два раза подряд за обозначенное время, считай, что ты победил. Я более тебе и слова поперёк не скажу… до конца этой недели. Но — то же самое работает и в обратную сторону, разумеется. Дважды уговаривать собеседника не пришлось: — Я докажу тебе, что сам сумею со всем разобраться.

***

— Эм… а ты кто? — Чиро словно бы ощутил, как его осторожно стучат по спине. Внутри собственной головы. Аккурат перед ним стоял Отто. Или то, что являлось проекцией его сознания? Час от часу не легче. — Я… я твой друг, — это всё, на что пока-ещё-не-капитана хватило. Слишком много. Слишком много безумия за один раз.

***

Двое (?) отвлеклись на шоу, что разворачивалось прямо у них под носом. Чиро искренне удивило, с какой ловкостью его извечный оппонент в лице Мандарина орудовал своими верными энергетическими щитом и мечом. Да и вся остальная команда, собравшаяся в тренировочном зале, смотрела на выступление двух дуэлянтов, буквально затаив дыхание. — Сегодня я, наконец-то, обойду тебя, вот увидишь! — Не говори «гоп»… — многозначительно протянул Антари, перетекая чуть в сторону из-под очередного выпада лезвия. Меч рассёк воздух совсем рядом с его рукой. — Я даже здесь порыв ветра почувствовала! — пробормотала Нова, стоящая чуть в стороне, зябко обхватив себя за плечи. — Ох, с тобой он ведь не будет сдерживаться… побереги себя, Антари… Однако, и атака самого чёрного примата в который раз пришлась лишь на энергетический щит. — Что скажешь, учитель?! Снова нос к носу идём… — вырвалось у Мандарина вместе с едкой усмешкой. Очередной удар энергетическим лезвием сумел задеть металлическую конечность противника, и Антари поморщился, стиснув зубы. Он вовремя отпрыгнул назад — вторая атака только рассекла воздух перед ним! Грядущая цепочка из нескольких сокрушительных ударов оказалась прервана ещё в зародыше. Теперь Мандарину не одержать победу над учителем! Верно ведь?.. — Я докажу, что занимаю своё место не понапрасну! Обезьяний крик!!! Убийственный поток звуковой энергии аккурат изо рта шестой обезьяны оказался направлен прямиком на учителя. Запрещённый приём. Плохо дело. Антари мигом оказался дезориентирован, и Мандарин подскочил к нему почти что вплотную, отодвинув подальше руку с щитом и повыше занеся меч для решающего, рокового удара. …это и стало его главной ошибкой. Одно молниеносное касание в открывшееся плечо, затем другое, и даже третье. Обезьян выронил лезвие! Он проиграл. — Видишь? Ты пока ещё не готов стать исключением из общих правил. Ступай же к остальным, Мандарин, и продолжай тренировку, — голос чёрного примата звучал тихо и властно. — И при этом, пожалуйста, не забывай держать себя в руках. Никогда. — …знай своё место. Понял-понял, учитель, — нынешний лидер обезьянок натянуто улыбнулся ему. Крепко сжатые возле пояса кулаки заметно подрагивали. — Такой же, как все, да… это точно, хах.

***

— Ты мой друг?! — снова завопил Отто. — У-у-у, давненько хотел я себе воображаемого приятеля! — Э-э-эм-м… — этот момент прошёл гораздо, ГОРАЗДО легче и спокойнее, чем Чиро бы того ожидал в подобном кошмаре. Ну да, пожалуй, с кем-нибудь другим из обезьянок было бы, чего опасаться. Техник же представлял из себя величайшее в мире чудо детской непосредственности и открытости этому миру. Во все свои времена. Чиро ощутил себя стоящим прямо на бомбе, которая только чудом пока что не взорвалась. — Как тебя зовут? …впрочем, рано обрадовался. — Чи-, — собеседник осёкся. Что-то отчаянно подсказывало ему, что называть своё имя сейчас и раскрывать свою личность с порога, даже не начав разбираться во всей этой жуткой ситуации, может быть страшной ошибкой. Фатальной, если не более. — Чанго. — Отлично, Чичанго! Звучит, как что-то из песни. А я — Отто! — Я уже догадался… — Что тебе больше всего-, а?

***

— Отто? Отто?! — Спаркс осторожно помог собрату подняться. Мордочку пилота заняло встревоженное выражение. — С кем ты там разговаривал только что, а? — Я встретил друга! — Здорово. Значит, по голове он тебе всё же заехал… — М? — Отто не понял товарища. — Пойдём, отведу тебя в медпункт, бедолага. Перевяжу голову. Я знаю, что это такое! Мне тоже попало. — Нет, стой! — это вдруг слово взял Чиро, внезапно даже для самого себя. Теперь опять настала очередь пилота ничего не понимать, пока собеседник осторожно высвобождался из его хватки. — Я, эм… я хочу посмотреть, как пройдёт тренировка. Ничего не упустить для себя! Понимаешь? Раз уж он каким-то чудом оказался в прошлом, надо ловить и впитывать каждую секунду этого путешествия! Чтоб потом осталось меньше вопросов уже к настоящему. — Ну, как знаешь, друг, — Спаркс развёл руки в стороны и отошёл. А потом добавил, но уже куда тише, будто сам для себя. — Нет, тебе точно попали в голову…

***

— Кажется, нечто подобное часто у людей называется, — стоящий поблизости Спаркс тихо фыркнул. — «Порнографией»? Смотреть на тренировочное сражение Мандарина и Гибсона оказалось, и впрямь, неловко почти что на физическом уровне. Более всего их спарринг напоминал крайне неловкий танец, где оба партнёра были не особо приятны друг другу, однако отчаянно старались не наступать один другому на ноги. И первый, и второй как будто из последних сил сдерживались. И пока Чиро гадал, с чем подобное поведение может быть связано, выражение наблюдающего за этим с другой стороны зала Антари становилось мрачнее с каждой секундой. — Видишь ли, всё дело в том, что ты — учёный, — в какой-то момент донеслось тихое от Мандарина. Он снова своевременно прикрылся щитом от прицельного выстрела из сверла. Меч в этом бою шестая обезьяна так ни разу и не доставала. — Тебе не потягаться со мной, но с тебя этого и не требуется. Ведь основную часть своей пользы ты приносишь в тылу, а не на поле боя! — Спасибо, я, эм… тебе крайне признателен, — синяя обезьяна подобным словам явно смутилась. — Наверное. — Время боя вышло. Я попрошу вас двоих разойтись, — вмешался в их диалог чёрный примат. Он хмуро посмотрел сначала на одного, а потом на второго партнёра. — Мне, в самом деле, нужно что-нибудь объяснять? — Я не могу выкладываться с братьями на полную силу, Антари! — мгновенно принялся причитать Мандарин. — Ведь я могу довольно сильно поранить их. Для меня бой с ними всё равно, что детские игры в песочнице! Ты не понимаешь меня. Я давно уже вырос из этого! — Зато они в бою с тобой по-прежнему могут почерпнуть достаточно много полезного. То же самое касается и тебя, Гибсон. Не нужно бояться атаковать! В настоящем бою у тебя может и не оставаться времени на раздумья. — Но я не боялся его атаковать! Я… я просто… — под взглядом своего учителя умник поник. — Я понял тебя. Хорошо.

***

— Сам не верю, что спрашиваю об этом, но… — Чиро задумался. — Почему Антари его слова игнорирует? Неужели он настолько сильно уверен в своих методах обучения… — А? — Отто явно не понял вопроса. — Проехали.

***

И последний на сегодня поединок. Мандарин должен был драться с Новой. Спаркс явно не находил себе места в преддверии этого. — Почему ты так нервничаешь? — между делом спросил Чиро голосом Отто. — Вспомни предыдущие их поединки! В пылу боя эти двое могут потерять голову, фигурально выражаясь. А это ни к чему хорошему ещё не приводило… Бой начинался довольно стандартно. Для победы необходимо было дважды нанести удар в открытую зону противника за короткий промежуток времени, либо отправить оппонента в нокаут. Пока что парочка обменивалась ударами в корпус, но весьма безуспешными: каждый либо успевал вовремя поставить блок оппоненту, либо же увернуться. Так как у Новы нет никакого специального оружия — кроме её металлических кулаков, разумеется — то и Мандарину было запрещено пользоваться своим мечом. Остался лишь энергетический щит, но, как показывала практика, если необходимо атаковать, то и за него надолго не спрячешься. Какое-то время противники словно бы изучали друг друга, «ощупывали», находили слабые места в обороне и прицеливались. Затем в бой пошли более уверенные и сильные удары. Хук, увернуться, прыжок, стойка, и опять увернуться. Соперники сходились и снова расходились. — За этим куда интереснее наблюдать, чем за выступлением Гибсона! — выпалил Отто. — Ой, да ну тебя, — учёный явно немного обиделся. Очередной удар Новы пришёлся аккурат в щит Мандарина. — Давай просто признаем, кто сильнее, и закончим уже, — тихо произнесла шестая обезьяна с очевидным намёком. — У меня есть ещё другие дела на сегодня. Его слова заметно подстегнули противницу. Сложно сказать, чего именно Мандарин ожидал, зная её взрывной характер, но-

Хрясь!

…по помещению разлетелся смачный звук удара. И время словно застыло. Следующим, что все увидели, оказался сам Мандарин, застывший вдруг посреди своего сражения, точно не веря собственным ощущениям. Свободной от щита лапой он закрывал рот, но даже так под пальцами виднелась бегущая оттуда тонкая алая струйка. Зрители затаили дыхание. — Я-я не… ты прикусил язык? — не получив конкретного ответа, но увидев что-то весьма красноречивое в одном лишь его взгляде, брошенном на неё, Нова осторожно попятилась. — П-прости меня, пожалуйста. Я сама виновата! Прости. Забыла, что мы можем бить только по телу. Голову трогать нельзя… это моя вина. Извини! Мандарин ничего не ответил. Он только сделал шаг к ней навстречу. Жёлтая обезьянка вытянула руки открытыми ладонями вперёд в знак мирных намерений. — Скажи мне! Что я могу сделать, чтобы-

Ещё один удар.

— Я тебя не спрашивал, чья здесь вина. Нова получила по голове щитом с разворота и тотчас же со стоном рухнула на пол, словно подкошенная. — Теперь мы квиты. Можешь подниматься и продолжать поединок, — властно приказал её лидер. — Если силёнок хватит. — Эм, по-моему, это уже перебор, знаешь, — Спаркс сделал неуверенный шаг к ним навстречу. Крепко сжатые кулаки пилота задрожали. — Лучше не трогай её! — «Не трогай её», а не то — что?! — Мандарин от души пнул Нову как раз в тот самый миг, когда она попыталась подняться. Обезьянка опять упала. — Женщина в команде сделала тебя размазнёй, братец. Просто признай уже это. — Мандарин. По-моему, ты опять забываешься, — властно вмешался Антари, двинувшись к нему. — А по-моему, забываетесь все вы. Каждый справляется сам, да? — не дожидаясь ни чьих нотаций, обезьян вышел из зала с гордо поднятой головой. Оставляя после себя лишь тяжёлое послевкусие давящей тишины. — Тренировка окончена. — Нова! Как ты? — Спаркс уже вовсю помогал боевой подруге подняться. — Никогда это не заканчивается хорошо… — он взволнованно покачал головой. — Буду жить. Но… — она немного виновато улыбнулась ему, тут же отстраняясь. — Спасибо.

***

— И как часто… — Чиро сам оказался не рад задавать подобный вопрос. — Нечто такое у вас тут происходит? Увиденное во время минувшей тренировки до глубин души поразило его — увы, отнюдь не в лучшую сторону. Впрочем, упрекнуть здесь можно было не одного Мандарина: кажется, Антари тоже стал с годами мягче и осмотрительнее. Научился на горьком опыте прошлых ошибок? Но какова цена?.. — Раздоры на тренировках? — Отто горько вздохнул. — Достаточно часто. Я пытаюсь повлиять на моих друзей и хочу, чтобы все ладили, да только… Чиро стало искренне жаль своего наивного товарища. Следующие несколько часов техник провёл, активно мастеря что-то у себя в каюте и обсуждая с новым другом нюансы отношений в команде да всякие забавные мелочи.

***

Двое (?) сидели на скамейке около Супер-Робота и любовались закатом. Вечер на Шуггазуме выдался очень тёплым. Мимо бродили немногочисленные горожане. — Слушай. А ты, вообще, откуда сам появился? Этого вопроса Чиро ожидал гораздо раньше. И опасался его. Ведь, нечаянно бросив взгляд на календарь во время своих хождений по Супер-Роботу, ещё-не-капитан обнаружил, что его забросило аж на тридцать с лишним лет назад, ни много, ни мало! Он постарался ответить так, чтобы не соврать сильно: — Ну-у, издалека. «Кажется, это было связано с теми магическими камнями, которые мы нашли… или ещё найдём, — припомнил Чиро. — Знать бы только, как обратно вернуться…» С собой-то сейчас у него камней не было. Да и вообще, ничего. Так что говорить об этом следует особенно осторожно. — А там, где ты живёшь, кто-нибудь слыхал про супер-силу? — Конечно же! — Как думаешь, какой-

***

…Очередной незамысловатый вопрос от Отто оказался прерван на середине, когда кто-то приземлился на скамью рядом с ним. Чиро обернулся и едва не уронил челюсть: около него сидел Мандарин. Незваный гость протягивал ему рожок мороженого с шоколадной крошкой. Во взгляде не читалось угрозы. — Прости за причинённые неудобства. Я знаю, что повёл себя недавно, как последняя дрянь. Уж слишком много всякого навалилось, понимаешь? — Тебе следует извиниться перед Новой, — без обиняков сказал Отто. Но подарок принял. Подношение оказалось очень и очень вкусным. — Не передо мной. Спасибо за угощение! — Это наши дела. Она знает, что виновата, просто беда в другом. — М? — Я опять это сделал, сорвался! Понимаешь, быть капитаном… — обезьян с трудом подбирал слова, словно не решаясь сообщить о чём-то действительно важном. Несколько долгих мгновений он смотрел на заходящее солнце, то и дело сжимая и разжимая кулаки. — Это постоянно на меня давит. Нужно перед городскими властями отчитываться, контакты всякие важные заводить. Ещё Антари этот, строит из себя праведника! Ну вот. Вас так много, а я один… — Погоди, почему это «один»?! — Чиро мысленно заткнул себе рот, но уже было поздно. — Как «отчитываться»? Что-то здесь всё-таки не сходилось. После пробуждения Супер-Силы и вплоть до изобретения переводчика (а это — где-то пара лет) за связь между командой обезьянок и остальным миром отвечал он: люди попросту не понимали языка обезьян. Сам Чиро по какой-то причине оставался исключением и мог поддерживать контакт с ними в обе стороны. Кажется, это было связано с пробуждённой в нём Силой Примата. Но прямо сейчас-то людей в команде нет! И тогда вопрос: как вообще местные герои держат связь с населением? Была ли эта связь в принципе?! Капитан понял, что прежде даже и не задумывался о подобном… как горожане понимали обезьян в старые времена? — Нет, ну ты прям’ как ребёнок, Отто! Я же уже рассказывал и тебе, и ребятам, что высшие мира сего не так давно доверили мне переводчик! Это огромная честь. Потому что я — лидер, — Мандарин едва не сиял от гордости, ударяя себя кулаком в грудь. — Я не могу никого подвести. Чем ты вообще меня слушаешь? Отто растерянно промолчал. Кажется, он тоже ранее пропустил мимо ушей эту новость. — Чтобы ты понимал, насколько это большая редкость: я говорю о самой последней модели, и о самой продвинутой! На Шуггазуме их всего штуки три сейчас. Только у самых влиятельных и у самых богатых. Простые работяги о такой роскоши могут только мечтать! Вот в каком мире мы с тобой живём, — обезьян приобнял друга за плечи. Чиро от этого вдруг почувствовал себя максимально некомфортно. — И нам дарована великая роскошь не оказаться в самом низу этой пищевой цепочки! — Самых… влиятельных? — он машинально переспросил, не зная, как бы тактично выкрутиться. Отто подобный расклад, вроде, вполне устраивал. Так что тут нужно было либо думать самому, либо расслабиться и терпеть ненавистные ему объятия. — Да, именно так. Городом управляет мэр, но, по сути, он всего лишь пешка в руках нескольких богатых семей. Делает именно то, что они ему навязывают, дабы сохранить репутацию, — охотно делился Мандарин. Всё-таки, ему жутко нравилось что-то рассказывать и при этом чувствовать себя максимально важным. «Если хочу узнать что-то ценное, нужно подыграть ему», — смекнул Чиро. — О каких таких семьях ты говоришь? — Ну, их несколько, но ярче остальных на небосводе нашего города я бы выделил две звезды. Одна — с довольно непроизносимой фамилией, даже пытаться не буду, и весьма богатой историей. Они курируют практически всё культурное достояние Шуггазума! Вторая управляет индустрией развлечений этого города. Конечно же, я говорю о Шенко. «Выходит, Ма и Па здорово обнищают, раз на их попечении к моему времени останется лишь один магазинчик с видеоиграми?» Хотя, не это будет самое главное. Скоро до Чиро дошло. — На плечах именно этих атлантов покоится достояние всего нашего города! — пафосно завершил обезьян. «Да уж… покоится. Лучше не скажешь». Будущий капитан обезьянок почувствовал, как по спине невольно пробежал холодок. Что уж там вспоминать? Совсем недавно (относительно родного времени Чиро) представители обоих гордых фамилий пытались уничтожить кто саму команду, кто и весь родной город. Чёртовы Шенко вообще присягнули на милость ужасного Короля Скелета. Хотя, по итогу, они собирались оставить с носом даже его. И вот от этих милых во всех отношениях людей зависит жизнь Шуггазума в его лучшие времена?! Замечательно… — Отто. У тебя вид, как после хорошей пощёчины… — заметил собеседник, спустя полминуты молчания. Кажется, Мандарин заволновался. — Я просто задумался! О мороженом, — бразды управления телом снова забрал его хозяин. Как хорошо, что он так ничего и не понял. — Я бы побыл с тобой ещё немного, но у меня встреча с важными лицами города, — лидер гордо встал со скамейки. — Назначена через час! Особам вроде меня не стоит опаздывать. — Ладно, не буду тебе ме… — «Отто» внезапно развернулся прямо на середине фразы. — Знаешь, я бы хотел прогуляться с тобой, взглянуть в гла-, кхм, посмотреть на тех, кого мы так отчаянно защищаем. Я тоже герой этого города, как-никак! Имею право. — Ну… если ты хочешь. Вот только, — обезьян добавил нечто весьма неразборчивое. — Не понял? — Пожалуйста, веди себя достойно, когда прибудем! Или ты пожалеешь, — он показал свои довольно острые зубы. — Ведь они считают, что вы… что все остальные члены команды… — эти слова явно давались Мандарину с особым трудом. Обезьян понурился. — К-кхм… — Ну? Я хочу услышать окончание фразы, не томи! — …всего лишь животные.