Hard Reboot

Вверх по эскалатору, ползущему вниз, Обогнать пытаясь медленный механизм, Задыхаясь, кашляя, споткнулся и скис, Плавно уезжаешь обратно.

Мимо проплывают лица хмурых людей, Мило улыбается с плаката модель, Миру наплевать на твою странную цель, Людям ничего не понятно.

— Лучше похода в любимый торговый центр может быть только одна вещь на всем свете: хорошенько перекусить после похода в любимый торговый центр! — радостно размышлял о жизни БиТи, пока они вместе с Чиро спускались в метро. Здоровяк лениво допивал свою шугга-колу (теперь, как гласила рекламная вывеска, без сахара!). Гленни сегодня снова патрулировал город, а вот у оставшейся парочки выдался общий выходной. Оба как раз собирались сесть на поезд и поехать домой. БиТи закупился какими-то «клёвыми шмотками», а Чиро всю прогулку завистливо глазел на витрины, уставленные фигурками дорогущих боевых роботов. Даже самый скромный из них был экс-капитану команды явно не по карману. Зато он всё-таки прикупил парочку свежих комиксов о Солнечных Рыцарях! Ну что же, уже хоть какая-то радость. — Мне всё-таки трудно поверить, — задумчиво ответил Чиро, сложив руки за головой. — Что город спокойно живёт бок о бок с этой штуковиной, — он осторожно оглянулся в сторону Стены, тень от которой падала на заполненные беззаботными горожанами улочки даже в столь светлый день. Прошло уже несколько суток с тех самых пор, как бывший капитан перестал упорно искать ответы на тревожащие его вопросы (пока что) и просто старался вливаться в новую жизнь. Потому что необходимо жить дальше. Как бы порой больно ни было при осознании, что всё, что некогда принадлежало ему… больше не принадлежит. — Ну, та штука и меня здорово пугает, но давай будем честными! Это всяко лучше, чем терпеть постоянные набеги от нежити, что обретается с другой стороны. И зловонные Миазмы Разрушения, пропади они все пропадом. — Нежити? Разрушения?.. — Чиро моргнул. Прежде никто настолько открыто не заговаривал с ним о сути проблемы, таящейся за рукотворной преградой. Люди просто боялись об этом лишний раз упоминать, игнорируя вопросы либо всячески переводя тему. А сам молодой человек не спешил приставать к ним с расспросами, чтобы не вызывать подозрения. Но, видимо, другой избранный не справился со своей задачей… ещё больше, чем он сам. — Нет, ну а что ещё оставалось, когда тот огромный червяк сросся со скелетообразным?! Терпеть не могу, когда плохие ребята объединяются… они успели сделать непригодной для жизни добрую половину города прежде, чем- …рассерженный монолог БиТи вдруг оказался безжалостно прерван раскатистым грохотом откуда-то сверху. Своды метро содрогнулись. А после зашумел сигнал экстренной эвакуации. На несколько долгих мгновений жизнь в недрах метро словно застыла. Люди настороженно подняли головы ввысь. — А? Ну вот, снова началось, — с грустью протянул здоровяк. — А ведь такой день был хороший! Поезд подъехал к платформе, гостеприимно распахнув свои двери и пригласив «на борт» пассажиров. Здоровяк потянул товарища за руку, но тот застыл. Дважды объяснять не нужно — вот уж к чему, а к городским сиренам Чиро давно привык. Значит, какая-то огромная тварь снова нападает на Шуггазум. Обычное дело. Мы с таким быстро упра- — Эй, бро, чего застыл?! — негодовал БиТи. Мимо него к дверям поезда активно проталкивался народ. — Да ты поторопись! Сейчас ведь без нас уедет. Если по городу объявят чрезвычайное положение, следующего может очень долго не быть! Я не хочу снова заночевать где-то в тоннеле… месяца не прошло. Ну ё-моё! Собеседник словно бы его не слышал. Двери захлопнулись всего в паре метров от темнокожего здоровяка, когда рука Чиро выскользнула из его хватки. Заполненный под завязку транспорт лениво полз прочь. Пока над их головами раздавались всё новые и новые удары, бывший капитан обезьянок уверенно шагал к середине станции, просачиваясь сквозь беспокойную толпу: сюда стекались всё новые и новые застигнутые врасплох на поверхности горожане. На голову посыпалась штукатурка — Чиро отряхнулся. Он наконец-то залез на большой рекламный щит и прочистил горло, говоря почти буднично: — Прошу всех соблюдать спокойствие и оставаться на своих местах! Помощь уже здесь. …А затем огромное существо, сильнее всего напоминающее гигантскую красную сороконожку, наконец-то пробило свод. Здесь чудесная реакция не подвела! Бывший капитан успел вытолкнуть из-под летящих обломков пару порядком растерявшихся зевак. Теперь же фасеточные глаза насекомого-переростка деловито изучали содержимое зала, должно быть, высматривая себе цель повкуснее. Впрочем, искать долго не пришлось: — Сразись со мной! — Чиро остался совсем один на опустевшем пространстве. «Молодцы, люди! Верно смекнули. Доверьте работу профессионалу — мне приходилось валить тварей и покрупнее». Экс-капитан кровожадно разминал кулаки, с азартом глядя на готовящегося к бою противника. Сороконожка также вся поднялась и подобралась над проломом, как ядовитая змея перед броском. Её жвалы хищно задвигались, а с них на пол метро медленно капала какая-то тягучая, исходящая паром субстанция. Насколько молодой человек знал, неестественно огромные глаза — самое слабое место подобных тварей. Всего одно Лезвие Чиро, и песенка для мерзкой гусеницы будет спета! Он приготовился выпустить молнии из своих рук по врагу. «Ведь чем выше шкаф, тем он громче падает!..» — Что за- …чего-то сейчас словно бы не хватало. Странное ощущение. Между руками проскочила вспышка, но больше ничего не произошло. Чиро в последний миг увернулся от броска атакующего насекомого, ничего не понимая. Он повторил попытку атаковать. Тот же результат! Вернее, никакого. Люди, теснящиеся теперь по углам, закричали ещё громче. — Святой Шуггазум! Почему не работает?.. Стук сердца отдавался в ушах. Тварь медленно обернулась на своего противника, глядя ему в глаза и будто гипнотизируя. На плохо слушающихся ногах Чиро осторожно попятился, стараясь придумать план для дальнейшей атаки и внимательно следя за огромной сороконожкой-мутантом. Чудовище издало пробирающий до глубин души визг — экс-капитан споткнулся о лежащий за его спиной обломок потолка и растянулся на холодном мозаичном полу. Не собираясь давать времени на передышку, монстр навис над ним. Парочка жалких пинков не оставила и следа на хитиновой броне твари. Это было поражение, полное и безоговорочное. Это было отчаяние. Молоточки в голове вдруг застучали сильнее, в горле разом пересохло — Чиро не смог выдавить из себя даже жалкого звука. Его бросило в пот. Острые, огромные жвалы нависли аккурат над лицом бывшего капитана. С них неспешно капала ядовитая слюна. Чиро пришлось выставить перед собой руку, чтобы вязкая прозрачная субстанция не попала ему на лицо. Он слышал, как яд с громким шипением разъедает рукав, на который попал. Его конечность словно горела. А потом экс-капитан услышал непередаваемый грохот, когда приземлившийся почти на самый край пролома Супер-Робот, спешащий на помощь, начал стремительно уходить вниз вместе с ломающимся потолком. И вот — ноги многотонной металлической громады опустились совсем рядом с Чиро, на развалины. По полу зазмеились многочисленные трещины. Похоже, что некоторым сегодня повезло намного меньше, чем ему самому: пылающая от жгучей боли рука уже не казалась молодому человеку такой большой проблемой, когда он услышал где-то неподалёку оборвавшиеся истошные крики множества голосов, прерванные душераздирающим чваканьем — звуком, который появляется, если наступишь на что-нибудь влажное — и треском десятков и десятков ломающихся костей. Когда Чиро увидел оставшееся под ногами Супер-Робота кровавое месиво из тех, кого не удалось спасти, его едва не стошнило. Похоже, что даже тварь, нависающая над ним, подобного не ожидала. — У-ух, блин, б-блин, блин! И-извините! Нужно будет как можно скорее уволиться… — изрядно заикаясь, прокричал Гленни, показавшийся откуда-то из металлической махины. Теперь он стоял на плече великана. — Я с-сейчас вас спасу, люди!.. Его и самого, похоже, порядком потряхивало. Однако, стоит отдать новому избранному должное — в бою он оказался… не так плох, как Чиро того боялся. — Удар Силы! Вооружившийся энергетическим мечом, очень похожим на тот, что был у Мандарина, Гленни обрушился на гигантскую сороконожку со всей своей яростью, и тут же разрубил монстра (горизонтально) напополам, угодив остриём точно между сегментами хитинового тела. — Чувак! Ты ещё долго так лежать будешь?! Оставь работу профессионалам, и валим отсюда скорее!.. — БиТи, не на шутку взволнованный, поспешно помог Чиро подняться и едва ли не силком потащил остолбеневшего друга прочь. Слова приятеля дошли до разума бывшего капитана обезьянок довольно нескоро, его сознание словно бы окутала толстая, не пропускающая звук пелена. Ситуация же на поле боя, между тем, стремительно изменилась… когда отрубленная часть сороконожки стала самостоятельной тварью. На помощь, чтобы справиться с ней, пришли обезьяны. Оставшуюся часть поединка Чиро и БиТи не досматривали — они вместе с несколькими оклемавшимися горожанами решили направиться в сторону следующей станции через тоннели, подобру-поздорову. — Ну вот, — между тем, причитал здоровяк. — Опять всю зарплату на успокоительные просаживать. А ведь могли бы уже почти дома быть. Что скажешь в своё оправдание?! Собеседник молчал, словно воды в рот набравши. — Ладно уж, пойдём с тобой к ожоговому доктору… кажется, дело серьёзное.

***

— Нет, я всё реально решил, и я… я точно собираюсь отсюда уйти! И не как в тот раз! Вы, ребят, только не подумайте: я люблю всех вас, но… то, что там совсем недавно случилось, это полный п-пиздец, — Гленни оглядел сгрудившуюся вокруг него команду обезьянок. Его до сих пор трясло. — Вам будет лучше дальше спасать этот город без меня, ребята. Герои собрались около приборной панели Супер-Робота, когда опасность уже миновала и гигантские сороконожки отправились на тот свет. Отсюда команде всё ещё открывался вид на бойню, устроенную в метрополитене. Трагедию, в которой оказалось виновно не только и не столько порождение Короля-Скелета. В комнате затягивалась долгая, неприятная тишина. — Ну-у… по крайней мере, ты разобрался с этими тварями… с одной из них… достаточно эффективно, дружище, — неловко попробовал Спаркс. — Как мы тебя и учили. А ошибки у всех случаются! — Я тоже вот вчера турели позабыл смазать, — резво поддакнул Отто. — И ничего страшного! Никто ведь не умер. — Отто, — пилот хмуро взглянул на приятеля. — Что?.. — Но из-за ваших ошибок здесь не гибнут люди! — капитан очень нервно всплеснул руками, а затем стал стучать себя кулаком в грудь. — Я, эт’ же я должен был грамотно посадить Робота! Я всё это учил. И я знаю правила безопасности… но опять психанул! Там же были мои ребята. Мне нет прощения!.. — Гленни, — Нова немного приобняла сидящего рядом друга, осторожно похлопывая его по спине. — Мы все сейчас очень переживаем. Ты не один. Только Шуггазум никак нельзя оставлять в опасности! Что-нибудь снова может вырваться из-за Стены. И тогда кто спасёт жителей? — Ты — тоже важная часть команды, — солидно добавил Гибсон, глядя капитану в глаза. — Без тебя, по статистике, наши шансы на успешный исход в бою падают аж на целых двадцать процентов! — Эх, хотел бы я выслушать, что мне скажет Антари! — Гленни с тоской оглянулся на сидящего чуть поодаль у стены и смотрящего в пустоту чёрного примата. — Его советы всегда помогали в такие минуты… На мгновение взгляд мыслителя прояснился, когда он обернулся в сторону назвавшего его имя и заговорил: — Не спеши… не спеши с выводами, Ман-, Мандарин. Путь, на котором ты стоишь… ты стоишь… он приведёт тебя только к дурному исходу. Сомнения, увы, здесь не помогут. Другое решение мне не понятно. — Н-да-а, — Отто сделался совсем грустным. — С тех пор, как настоящий Мандарин ударил его своим мечом прямо в голову… наш Антари стал очень плох. Я иногда его совсем не понимаю. — Это мне не удалось прикрыть его! — Гленни в отчаянии закрыл лицо руками, покачал головой. — Червя того дурацкого упустил, да и друга не спас… что я за капитан?! Надо с этим завязывать… — Слушай! Ну, во всяком случае, — натянуто улыбнулся Спаркс. — Он не умер. Твоими стараниями никто из нашей команды не умер. Верно ведь? Да, ребята?! Он словил на себе крайне недовольные взгляды от остальных обезьянок. — Что такое? — Надо… надо скорее мобилизоваться, команда, — бывший мудрец тяжело поднялся и, пошатываясь, начал вдруг весьма уверенно собираться куда-то. — Я чувствую что-то нехорошее. — Три раза за последнюю ночь, — чуть слышно вздохнула Нова, обращаясь к своему капитану. — Он в последнее время стал очень, очень беспокойным. — Спокойно, спокойно, без паники, приятель! — пилот подбежал к Антари, бережно обхватывая его за плечи. — Куда это ты вдруг так резво засобирался? А твою каюту охранять от сил зла кто будет? Ну-ка, пойдём назад. А то ведь уже полдник. Время позднее... — Настоящая угроза приходит не из-, приходит не-, не приходит, Гибсон, — мудрецу явно не очень нравилось подобное с ним обращение. Он немного нахмурился. — Я… да, я думаю, что прекрасно понял тебя, — Спаркс даже не попытался исправить собеседника. Это давно уже не помогало. Вместо этого киборг обратился к учёному. — Ты ведь сегодня давал ему те таблетки для памяти? Я просто забыл, какая там у них должна быть последовательность… Гленни наблюдал со стороны, как Гибсон, рассерженный, подбежал к нерадивому пилоту и принялся вполголоса что-то ему объяснять. — Вот видишь? — техник чуть толкнул локтем в бок своего капитана. — Куда же мы без тебя?! Поможешь ребятам успокоить Антари? — Да-а… тут тогда уж совсем всё плохо будет, — собеседник почесал голову. — Ладно. Пойдём, что ли.

***

— Спасибо, что согласился взять меня с собой, БиТи! — Чиро с благодарностью посмотрел на приятеля. — А то я уже чувствую, как тупею дома от телевизора… Бывший капитан снова взглянул на перебинтованную руку, пошевелил ею перед собой и чуть поморщился. Оставшиеся от твари ожоги уже не так сильно горели… если их лишний раз не тревожить. Мистер Гокслаппер оказался очень зол, когда узнал о травме своего «непутёвого работничка». Он тотчас же велел тому взять отпуск за свой счёт до полного восстановления, «так как укусы насекомых страховка не покрывает». Что ж, делать нечего. Чиро очень долго думал о том, как ему быть со своим нынешним положением. Особенно — после истерики со стороны Гленни, которую тот закатил им по телефону, вечером после печальных событий в метро. Насилу успокоили. Однако, если Чиро собирался «прекратить мучения» несчастного избранного, стоило сначала обстоятельно подумать, что же он сможет изменить в старом мире. Для этого необходимо было втереться в доверие к команде или же найти доступ к кому-то, тесно связанному с обезьянками и хорошо знающему их жизнь в те нелёгкие времена. Без подробностей касательно даже того же Клэйтона любые предпринятые шаги будут, вероятнее всего, обречены на провал. Нужен план. От Гленни, как показывала практика, толку в вопросах исследования прошлого команды было немного. Если Чиро хочет действовать, то надо искать дальше. Плюс, для возвращения необходимо любой ценой добыть другой камень (оранжевый экс-капитан всегда носил вместе с собой). Когда он на днях сверился с картой, то сразу же понял: его цель должна находиться по ту сторону Стены. В том самом месте, где сейчас пролегают Заражённые Территории. И даже после этого необходимость встречи с кем-нибудь из обезьян — в зависимости от имеющегося на руках камня — тоже никто не отменял. Только так выйдет активировать скачок во времени. Короче говоря, спешить некуда. — Да ничего такого, друг. Только ты не мешайся, лады? Тип’, разговаривать со всеми здесь буду я, сечёшь? Босс очень не любит чужаков на своей территории. Я бы и не взял тебя, кабы не был уверен, что ты — нормальный парень. — Вообще без вопросов, — Чиро пожал плечами. Сейчас он с интересом осматривал прилегающую к старому заводу территорию, по которой они шли, огибая теснящиеся служебные постройки — ржавые и покосившиеся. Последним уже было, судя по виду, минимум лет сто. Насколько сам Чиро мог помнить, в его родном мире старый завод уж давно слыл заброшенным, привлекая своим грозным видом и разбитыми окнами лишь бездомных бродяг да любителей страшных историй. Однако, здесь и сейчас кругом кипела бурная деятельность: люди деловито сновали туда-сюда, одни таскали куда-то большие коробки и ящики, другие латали ограду по всему периметру, ещё кто-то явно связывался с кем-то через передатчик и отдавал короткие приказы. Кажется, до двух бредущих неизвестно куда чужаков никому решительно не было дела. Экс-капитан попробовал припомнить, чем занимается его приятель. Кажется, он говорил, что поставляет какое-то программное оборудование и запчасти? — Сегодня босс должна будет рассчитаться со мной за прошлую неделю и выдать новый план работ, — поделился между делом БиТи, когда они зашли в огромное старое здание. Здесь тоже кипела довольно бурная жизнь: пока двое шли по обшарпанной лестнице до самого верхнего этажа, здоровяк раза четыре пожал кому-то руку. И три раза громко поздоровался. Забавно, но только сейчас Чиро начал замечать одну любопытнейшую деталь касательно всех тех, кто обитал в этом месте и попадался сегодня им на пути. Как минимум, у большей части повстречавшихся в глаза довольно быстро бросался кибернетический протез вместо какой-нибудь руки или ноги. Иным не хватало родного глаза, либо же целой половины лица. А у кого-то металлическим было уже всё тело, быть может, за каким-нибудь небольшим исключением. Короче говоря, речь здесь шла о людях с аугментациями, либо о киборгах. — Впечатляет? — верно подметил БиТи, когда двое вышли в старый обшарпанный коридор. — Они называют себя «Bad Machines». И очень сильно не любят, если на них долго пялятся. Затем здоровяк осторожно постучал в самую первую дверь. — Входите. «Не может быть». Ошибки быть не могло. От звука до боли знакомого голоса у Чиро пробежала дрожь по всему телу. «Я больше не потеряю тебя». В пространстве маленького залитого светом кабинета, оснащённого стареньким офисным столом и тремя самыми простыми стульями, девушка тихо поприветствовала их. Такая родная, но такая чужая. Похоже, внезапные гости оторвали её от изучения висящей на стене большой карты Шуггазума и его окрестностей, пестрящей какими-то разноцветными пометками. Джинмей заметно изменилась с предыдущего мира: волосы теперь коротко острижены, розовых косичек и в помине не было. Наряд тоже оказался другой: он приобрёл куда более мрачные тона, нежели привычный. Вместо знакомого милого платьица на ней было тёмное, с ассиметричными рукавами, острым вырезом и неровным подолом. У Чиро вдруг сжалось сердце: её левый глаз оказался накрыт чёрной повязкой. Это напомнило ему о своей халатности и о прошлом мире. БиТи сделал шаг вперёд, протянув руку для рукопожатия: — Вот, пришёл отчитаться вам обо всей проделанной работе, начальник.