Мой Самурай

Напряжение в доме было таким густым, что его можно было резать клинком. Эндрю и Нил ждали в гостиной, освещенной лишь тусклым светом из коридора. — Он связан с Мафией, — тихо сказал Нил, не отрывая взгляда от двери. — Рико Морияма. Я видел, что он делает с людьми, которые его подводят. Нил стоял как статуя. Его голос был хриплым: — Он был моим Лордом. До призыва к вам. Я... я напортачил. Он приказал мне устранить свидетеля, но свидетель был ребенком. Я не смог. Рико сказал, что я сломан и бесполезен. Он хотел… хотел убить меня, чтобы показать пример другим Призванным. Я сбежал, и через две недели меня призвали вы. Он хочет вернуть свою игрушку и завершить наказание. Это объяснило всё: его абсолютный страх перед бесполезностью и его готовность к смерти. — Он тебя не получит, — пообещал Эндрю. Тишину разорвал скрежет — неаккуратный взлом задней двери. Это явно были не профессиональные убийцы, а наемные головорезы Рико. — Пошли, — приказал Эндрю. Первые двое вошли в коридор. Они были крупными, с пистолетами в руках. Они явно не ожидали сопротивления. — Где рыжий? — прорычал один. Эндрю вышел из тени первым. Он метнул один из своих ножей с такой скоростью и точностью, что лезвие вошло прямо в плечо первого наемника. Тот закричал. Второй наемник поднял пистолет, но не успел. Нил сработал как пружина. Он не использовал свой дар Самурая, но его скорость была пугающей. Он обошел Эндрю, прикрывая его. Он ударил второго наемника, целясь не просто в голову, а в болевые точки на шее, выводя его из строя с помощью каноничной, рассчитанной жестокости. — Наверху еще двое, — прошипел Нил, сканируя дом. — Ты идешь впереди, — сказал Эндрю, вытаскивая свой второй нож. — Никакого милосердия. Они поднялись по лестнице. Третий наемник ждал их на площадке. Нил не дал ему выстрелить. Он использовал свои ноги — удар в колено, и парень рухнул с воплем, потеряв пистолет. Нил схватил его голову и с силой ударил о перила. Темно. Тяжело дышать. Рука Рико на его горле. «Ты бесполезен, Нил. Твои ошибки стоят дорого. Ты будешь знать, как выглядит боль, которую ты причинил мне». Удар. Боль. Бесполезен. Глаза Нила вспыхнули янтарным светом. Он потерял контроль. Четвертый наемник, стоявший в конце коридора, увидел это и запаниковал. Нил, уже не человек, а чистая ярость, отбросил третьего наемника и метнулся к четвертому. Эндрю крикнул: — Нил, стоп! Но Нил не остановился. Он был в режиме Самурая, вызванном страхом, яростью и травмой. Вместо того чтобы просто вывести из строя, Нил набросился на него. Он использовал силу, которую Эндрю видел в ту ночь на улице, но умноженную на десять. Нил не просто сломал руку, он изуродовал наемника. Он бил его с дикой, расчетливой точностью, пока тот не стал просто комом, хрипящим на полу. Нил стоял над ним, тяжело дыша, его янтарные глаза горели в полумраке. Он был похож на бога войны. — Я не бесполезен! — прорычал Нил, и в его голосе было столько боли и самоненависти, что это резануло Эндрю сильнее, чем любой клинок. — Я защитил его! Я был безупречен! Разве вы не видите Лорд? Эндрю подошел к Нилу. На полу лежали четыре человека, двое из них были в критическом состоянии из-за неконтролируемой жестокости Нила. Нил был покрыт чужой кровью, но ни царапины на его теле не было. Эндрю не почувствовал страха. Только отвращение к насилию, и глубокое, жгучее чувство защиты по отношению к Нилу. Он положил руку на плечо Нила. — Хватит, — сказал Эндрю. Это был не приказ. Это была просьба, тихая, как шепот. — Нил. Ты со мной. Ты в безопасности. Янтарный свет в глазах Нила медленно мерцал. Он посмотрел на Эндрю. Он увидел не осуждение, а понимание. — Эндрю… я… я вышел из-под контроля. Я был… не безупречен, — Нил дрожал, его ужас теперь был направлен на самого себя. — Ты был моим, — сказал Эндрю. Он взял Нила за подбородок, заставляя смотреть на него. — И ты выполнил мой приказ. Ты уничтожил угрозу. Никто из них больше не встанет. Эндрю проверил пульс наемников. Они были живы, но покалечены. — Ты был эффективен. Ты был идеален, — Эндрю знал, что ему нужно сказать, чтобы Нил вернулся. — Теперь я приказываю тебе: вернись ко мне. Янтарный свет погас, оставив после себя ледяную, но человеческую синеву. Нил рухнул в объятия Эндрю. Это было неловко, но Нил прижался к нему, хватаясь за черную ткань его толстовки. — Я готов умереть за тебя, — прошептал Нил, его тело сотрясалось от пережитого ужаса. — Да, ты только что доказал мне это, — сказал Эндрю. — Теперь будь готов жить ради меня. Эндрю отстранился. Они должны были разобраться с телами. Жестокость закончилась, начались последствия. И Эндрю знал, что после этого он уже никогда не сможет смотреть на Нила как на простой инструмент. Странный трепет в его сердце который он прежде не чувствовал тому подтверждение.