Между строк

Эдвард проснулся ещё до рассвета. Он редко спал долго — привычка, выработанная годами. Такая же как пробежки и контрастный душ. Но сегодня он не спешил вставать. Рядом было её тело — тёплое, мягкое, доверчиво прижавшееся к нему. Сьюзи спала спокойно, её дыхание было ровным, её ладонь всё ещё лежала на его груди. Он чувствовал каждое её лёгкое движение, как будто её сон растворялся в нём. Он повернул голову и посмотрел на неё. На то, как прядь волос упала на щёку. На её губы, едва приоткрытые во сне. На её плечо, скользнувшее из-под теплого одеяла. Он обнял её крепче, прижал к себе, и в груди стало тесно — от чувства, которое не оставляло его уже несколько дней, но именно сейчас стало таким явным, громким, что сдерживать его было невозможно. — Сьюзи, — прошептал он хрипло, почти боясь разбудить. Она тихо зашевелилась, зарылась еще сильнее носом ему в грудь и только пробормотала что-то сонное. Эдвард прикрыл глаза, вдохнул её запах, и слова сами сорвались с губ, даже не успев оформиться в осознанную мысль: — Я люблю тебя. Сьюзи вздрогнула едва заметно. Её глаза медленно распахнулись, и она встретила его взгляд. Она даже сквозь сон услышала каждое его слово. Её губы дрогнули в улыбке, глаза наполнились блеском. — Скажи ещё раз, — прошептала она, голос её был тихим, но в нём звучала дрожь. Эдвард замер, сердце заколотилось в груди, но он повторил, бесстрашно глядя прямо ей в глаза: — Я люблю тебя. Больше, чем когда-либо мог представить. Сьюзи провела пальцами по его щеке и улыбнулась так, что у него сжалось горло. Она поймала себя на мысли - что боялась сказать ему первая - слишком бытсро. Но теперь когда он это произнес - все это кажется таким правильным. — Я тоже, Эдвард. Я люблю тебя. Она потянулась и поцеловала его — мягко, почти сонно, но в этом поцелуе было всё: её ответ, её доверие, её любовь, которая начала расти в ее средце. Они так и лежали лениво и долго целуясь. Спокойно, мягко, совсем не похоже на жадность прошлой ночи. Когда они отстранились, Сьюзи всё ещё улыбалась, глядя на него сквозь пряди волос, упавших на лицо. — Знаешь, — тихо сказала она, — я боялась, что если признаюсь первой, это будет звучать… ну… too much and too early. Эдвард усмехнулся, провёл пальцами по её щеке. — Забавно. Я думал о том же. Что если скажу это, ты решишь: слишком быстро. Слишком давит. Но я просто не смог сдержать эти слова в себе. - И я этому несказанно рада... Сьюзи первой выбралась из-под одеяла, накинув (уже по традиции) его белую рубашку, в которой он вчера приехал к ней. Волосы растрёпаны, босые ноги мелькали на паркете — и Эдвард, лежа в постели, поймал себя на том, что никогда ещё ничего не казалось ему настолько прекрасным. — Ты выглядишь опасно соблазнительно, — сказал он хрипловато. — Даже больше, чем в вечерних платьях. Я хотел сказать это еще в прошлый раз. — Ага, — фыркнула она, заваривая кофе на кухне. — Скажи это Джемме. Она у меня полиция моды. Он рассмеялся — редкий, низкий, тёплый смех, который она слышала нечасто. Они устроились завтракать прямо за маленьким кухонным столом: две кружки кофе, тосты и баночка мёда — всё, что нашлось. — Не роскошный завтрак в поместье, — поддразнила Сьюзи, намазывая хлеб. Эдвард взял её руку и поцеловал кончики пальцев. — Самый лучший завтрак в моей жизни. Она вспыхнула и спрятала глаза в кружку кофе. Когда они закончили завтрак, Сьюзи сидела, все также завернувшись в его рубашку, а Эдвард пил кофе, задумчиво глядя в окно. Потом достал телефон. — Мистер Хадсон? Подъезжайте в Челси, куда отвезли меня вчера вечером - мне нужна машина и потом можете быть свободны до понедельника. Да и попросите Миссис Кларк собрать мне джинсы, свитер и кроссовки - любые из шкафа. ... Да, минут через сорок будет идеально. Он отключил звонок и встретил её вопросительный взгляд. — Ты собираешься уехать? — спросила она тихо, в голосе сквознула тень расстройства. Он улыбнулся краем губ и качнул головой. — Нет. Я собираюсь провести с тобой день. Но… — он чуть наклонился и поцеловал её лоб - я хочу одеться по удобнее для выходных... Через час машина ждала у её дома. Эдвард уже переоделся: тёмные джинсы, светлый свитер, лёгкая куртка — безупречно, но просто. Сьюзи, в пальто и удобных ботинках, выглядела легко и свежо. Они вышли на улицу. Эдвард обнял её за плечи и тихо сказал: — Давай сегодня просто будем гулять. Но… не высовываться. Сьюзи улыбнулась и переплела пальцы с его рукой. — Да! я все ломала голову как сказать то же самое. Пусть это будет только наш день. Это наш первый совместный выходной в городе. - Первый из многих. И да - мы утром уже выяснили, что нам одновременно в голову приходят умные мысли (он это про их признание в любви). Они вернулись к машине и решили поехать в центр города. Не в роскошные рестораны, не на светские мероприятия — а просто гулять по тихим улочкам. Пить кофе, обедать в маленьком пабе забитом туристами, сидеть на лавочке на берегу Темзы и греться друг об друга. Потом сьюзи потащила его в Камден аргументируя, что там она ела самые вкусые устрицы в городе. А он повел ее в ответ в крохотную кофейню, где можно было выпить турецкий кофе за столиком на улице. Они бродили без цели. Заглянули в маленький книжный магазин, где Сьюзи с улыбкой показывала ему романы, которые читала в подростковом возрасте. Эдвард, сдержанно улыбаясь, выбрал старое издание Черчилля и сказал: — Вот это я читал в подростковом возрасте. Сьюзи рассмеялась так громко, что продавец обернулся, и Эдвард, сам того не желая, тоже засмеялся. Позже они зашли в маленькую пекарню за углом. Купили два горячих круассана, вышли на улицу и ели прямо на ходу, смеясь, когда у Сьюзи на губах осталась пудра от сахарной пудры. — У тебя тут… — он коснулся её губ большим пальцем, стирая крошку, а потом не выдержал и наклонился, чтобы поцеловать. Она тихо шепнула: — Мы же на улице… - Да мне плевать. Я хочу тебя поцеловать на улице, и я поцелую тебя на улице. Они прошли ещё несколько улиц, наткнулись на маленький рынок. Сьюзи утащила его посмотреть на антикварные безделушки. Эдвард с видом полнейшей серьёзности выбрал серебряный брелок в виде ключа и сказал: — Думаю, это символично. Для тебя. — Ключ от чего? — прищурилась она. Он посмотрел так, что у неё перехватило дыхание. — От меня. Сумерки накрыли Лондон, когда они вернулись к машине. Эдвард сам открыл ей дверцу, как всегда, и только когда она устроилась на сиденье, сел за руль. В салоне было тихо. Сьюзи прислонилась к его плечу, устало и счастливо улыбаясь. — Знаешь, — сказала она, — это был… просто хороший день. Такой, как я люблю. Без планов, без суеты. Эдвард посмотрел на неё пристально. Его ладонь нашла её руку, крепко сжала. — Для меня — это был лучший день в жизни за много много лет. Наверное я так был счастлив разве что в глубоком детстве. Сьюзи удивлённо подняла брови. — Правда? Но мы просто гуляли по городу. — Именно, — кивнул он серьёзно. — Мы просто были вместе. Только я и ты. И мне очень хочется, чтобы таких дней было как можно больше. Когда автомобиль остановился у подъезда, Эдвард не стал сразу тянуться к дверце. Он сидел, сжимая её руку, и смотрел прямо в глаза. — Я не могу пока расстаться с тобой, — произнёс он тихо, но так твёрдо, что это прозвучало как клятва. - я хочу забрать тебя с собой... Сьюзи улыбнулась, но чуть смутилась. — Эдвард… я завтра планировала поработать. Есть пара документов, которые нужно добить к началу недели. Он чуть наклонился, его губы скользнули к её виску. — А если ты составишь мне компанию в одной поездке? Всего на один день. Поработать можно и в понедельник. Она приподняла брови, притворно подозрительно. — Поездке? Это звучит как заманчивое предложение. Но куда? Он не отпустил её руки и, не спеша, ответил: — Увидишь. Я обещаю, тебе понравится. Потом добавил, пока они поднимались в ее квартиру: - поехали ко мне Сьюзан, я хочу видеть тебя в своем доме, я хочу спать опять прижимая тебя к себе... Не вынесу одинокой ночи опять... — Ладно, дай мне десять минут, — сказала она и, скинув пальто, прошла в спальню. Эдвард вошёл следом и остановился у двери, скрестив руки на груди. Он наблюдал, как она открывает шкаф, вытаскивает вещи и кладёт их в дорожную сумку. — Джинсы… свитер… обувь… пижама — бормотала Сьюзи сама себе, пока пыталась всё уместить. Эдвард хмыкнул: - Поверь, пижама тебе не понадобится. Она замерла, а потом тихо улыбнулась и продолжила складывать вещи — уже под его внимательным взглядом, который словно проверял каждую её мелочь. Когда молния сумки захлопнулась, Эдвард взял её сам, словно это всегда было его обязанностью. — Готова? Сьюзи вздохнула и, притянув его за лацкан куртки, быстро поцеловала. — Теперь — да. Сьюзи устроилась рядом с ним в машине, её пальцы лежали в его ладони. Она делала вид, что спокойна, но внутри всё дрожало от лёгкого, почти щекочущего предвкушения. Я ни разу не была у него. Его дом в Лондоне… это же другая часть его жизни. Та, куда никто не допускается. Она повернула голову и посмотрела на него: в полумраке его профиль был строгим, скулы напряжены. Он выглядел так, будто продумывал каждую деталь даже этой поездки. — Я немного нервничаю, — призналась она тихо. Эдвард сжал её пальцы крепче, не отрывая взгляда от дороги впереди. — Не нужно. Там нет ничего, чего я бы не хотел показать тебе. Она улыбнулась. — А я думала, ты держишь свой мир под семью замками. — От всех, кроме тебя, малышка Сьюзи усмехнулась этому прозвищу, прижалась ближе и положила голову ему на плечо. И пока за окнами тянулись огни ночного города, она чувствовала, как в груди нарастает волнение. Не страх — предвкушение. Будто за этими дверями её ждёт новая часть Эдварда. Он прошел такую трансформацию в ее глазах от строгого, застегнутого на все пуговицы, не позволяющего себе никаких лишних эмоций человека до страстного, иногда игривого, иногда шутника и самое главное - любовника. И Сьюзи невероятно грелась от мысли, что этот второй Эдвард доступен только ей. Только с ней он так заразительно смеется, только ее он может назвать "малышка", только с ней у него темнеют глаза и сбивается дыхание от желания и страсти...