Издержки виноделия

Они были одним целым. Две души полностью отличные друг от друга по восприятию мира, ценностям, целям, характерам и прошлым слились в одну сильнейшую, неповторимую, совершенную, имеющую общую цель – выбраться. Слияние Лололошки и Джона окружала лишь холодная мрачная пустошь и сила друг друга. Держась друг за друга из последних сил, они мчались между бесчисленным количеством временных веток, стараясь достичь нужную – ту, откуда они пришли. Та самая тёмная пустая забегаловка, что проводила их в самый опасный, покрытый толстым слоем таинственности, но успевший стать родным мир. Архей. Лишь одно название терзало сердце, выворачивало душу насквозь, пускало мурашки по всему телу, сбивало дыхание от трепета к живым и скорби к умершим. Особенно к тому, кого Лололошка забыл. К тому, кто в далёком прошлом стал не просто другом, а семьёй, целым миром. К тому, кого пришлось беспощадно убить. Эграссель... «Лололошка! Сейчас не время страдать, соберись!» –Раздался приводящий в себя голос внутри. Это был Джон – причина, по которой он оказался здесь, показатель того, что после потери можно и нужно двигаться дальше. Высокомерие, эгоцентризм, невероятный ум и сила, пафос, великолепие во всём, честность, рефлексия: каждое из этих слов как нельзя кстати описывало Харриса. Казалось бы, только вчера Лололошка с Окетрой вознесли божественные артефакты к Отправлению, открыв путь к параллельной реальности, откуда и явился Джон. Ярко, неожиданно, дерзко, гордо вздёрнув подбородок, глядя на всех свысока, ошарашив каждого настолько, что Лололошка не сразу понял, как оказался с ним в быстром лёгком танце и как чуть не оказался выброшен в величественный круглый портал. Успев вовремя среагировать, мироходец вырвался, упав на колени, а ослепляющее фиолетовое свечение потухло. И как бы Лололошка, его госпожа и верная подруга Окетра и бог Джодах не пытались избежать компании громкого парня в оранжевом, тот находил их, невероятно выводя из себя своим невыносимым характером и повадками. Было принято решение любой ценой найти способ вернуть Джона обратно и избавить себя от его присутствия. Пришлось даже обратиться за помощью в один из прошлых миров Лололошки – Алотерру. Райя Абер – гениальная учёная, правящая целой империей и, конечно же, не менее близкая подруга мироходца, пускай и тоже забытая. Благодаря ей, команда воссоздала в Алотерре подобие исследовательского бункера с отдельными комнатами как для отдыха, так и для экспериментов. Помимо разработки плана по возвращению Джона в свою реальность, общими усилиями друзья помогли Лололошка приблизиться к собственному "Я", с каждым днём возвращая утерянную сотни лет назад силу и воспоминания о последних мирах. Что оказалось только на руку наглому самодовольному Харрису. В один день оба пропали, испарились, хотя вещи остались лежать на своих местах. Будто всего лишь разошлись по своим делам и вот-вот должны вернуться. Но они не появились ни к вечеру, ни через день, ни через месяц. И какой только чёрт дёрнул Ло согласиться с ним на "маленькое" расследование? Именно этим вопросом задавался мироходец первые недели пребывания в Архее. Но чем дальше всё заходило, тем глубже он стал узнавать не только себя и свой родной мир, а ещё и причину попадания сюда. Спустя столько времени, проведённого бок о бок, презрение перетекло в безоговорочное доверие и понимание. Именно они стали главными составляющими их слияния, образуя идеальную золотую середину на стыке двух полностью противоположных людей. И именно этот союз теперь преодолевая время, стремился вернуться туда, откуда всё и началось. Яркая вспышка озарила пространство вокруг, заставляя жмуриться, кривя лицом, но бежать дальше. Свет делал больно, выжигал не только веки, но и кожу, старался разорвать душу вновь на две, но мироходцы, вопреки ему, бойко сопротивлялись, хвались друг за друга. Силы иссякали запредельно быстро, сознание разделялось, но сердца продолжали биться в унисон, будто последняя ниточка, не дающая разъединиться. Новая вспышка. Последняя капля. Нить лопнула. Разлетаясь в разные стороны, Джон и Лололошка проскользили по гладкому кафелю. В ушах зазвенело, неистовая боль одолела всё тело, разливаясь по нему с каждым новым рваным вдохом. Сил оторвать голову не было, но на боль было плевать, Лололошке хотелось лишь знать, в порядке ли Харрис. Он попытался позвать его, но изо рта вырвалось лишь бессвязное жалкое сипение. Картинка в глазах расплывалась, покрывалась яркими и тёмными пятнами, не давая ни на секунду сфокусировать зрение. Сквозь разноцветную пелену начали проступать силуэты двух пар ног. Чужие руки нежно подхватили голову мироходца. –Лололошка! Лололошка, скажи хоть что-то! –Сквозь утихающий звон послышался женский встревоженный голос. –Успокойся, Окетра, дай ему время прийти в себя. –Пробился второй низкий голос. –Хара, Джодах, ты же бог! Сделай хоть что-то! Недовольно цокнув, мужчина присел рядом и, коснувшись макушки лежачего, быстро прошептал неизвестное мироходцу заклинание. Словно вынырнув из воды, писк в ушах резко прекратился, в глазах перестало рябить, а лёгкие будто вновь наполнились воздухом. Но паника застучала пуще прежнего, поднимаясь от груди к горлу, от вида обездвиженного Джона в паре метров от себя. Внутри открылось второе дыхание. Превозмогая раздирающую боль, Лололошка в пару мгновений ползком достиг друга, вцепляясь пальцами в его одежду. –Джон! Мы вернулись, у нас получилось, слышишь?! Джон, чёрт, очнись же! –Он попытался встряхнуть его, но сил в дрожащих руках не оставалось совсем. Мироходец резко обернулся к Окетре и Джодаху. –Да помогите ему уже! Но никто не сдвинулся. Первая смотрела на Лололошку так, будто видит его впервые, а второй, презрительно сощурившись, показательно скрестил руки на груди. Тело в руках зашевелилось, вдохнуло полной грудью с характерным хрипом и закашлялось. Ресницы за сползшими на кончик носа оранжевыми очками дрогнули, веки распахнулись. Зрачки быстро забегали, осматривая окружения и замерли на дрожащем сбоку растрёпанном парне. Уголок губ удовлетворённо дёрнулся. –Джон, ты в порядке! О, Время, как же ты меня напугал... –Заметив движение, Лололошка сжал друга в объятиях, облегчённо выдыхая. Каштановые волосы "брата" неприятно защекотали нос Харриса, чужое плечо неудобно упёрлось в горло, от сентиментальности параллельного себя глаза закатились сами собой, но несмотря на это, губы расплывались в снисходительной улыбке. Пока Лололошка продолжал лепетать о том, как же он всё-таки рад, что Джон жив и здоров, оранжевые глаза зацепились за раздражённых происходящем Джожаха и Окетру. –Ох, ну наконец-то достойно встречают! С самого начала бы так! Учитесь, дорогуши, пока ваш Лололошка куда-нибудь снова не сбежал. –Исказившись надменностью, хитро прищурился Джон, отрывая от себя мироходца. –Да с чего ты взял, что...! –Начала было возмущаться Окетра, но Джодах остановил её, подняв руку. Лишь Лололошка из всей четвёрки светился искренней эйфорией, пропуская колкости союзника мимо ушей. Наоборот, видеть то, как горделиво вздёргивает подбородок Джон, как тот ухмыляется и выдаёт одно саркастичное высказывание за другим, как нельзя ясно давало понять, что с ним всё в порядке. Хотя в виде Джона что-то напрягало. Он вёл себя так же как и всегда, но Лололошка, как бы ни старался задвинуть странное гнетущее чувство внутри и насладиться приливом облегчения, оно витало в воздухе, пронизывая сердце тонкими иголочками. –Моя милая Окетра, не порть своё личико безосновательной злобой на меня! –Продолжал язвить Джон. –Я ведь ничего плохого не сделал, и братца своего я идти за собой не заставлял! –Довольно! Хватит споров! –Грозно прервал его Джодах, в миг оказавшийся над развалившимися на полу парнями. –Я рад, что у тебя остались силы трепать языком, Джон. Сохрани силы на объяснение своего поступка и не будь эгоистом – Лололошке нужен отдых. Пора возвращаться. Окетра приблизилась к парням и на пару с Джодахом помогла Ло подняться, не упустив момента обменяться робкими улыбками. Харрису никто не протянул руку. Поправив сползшие очки, тот быстро вскочил на ноги и привередливо отряхнулся. Бог вскинул руку и пространство в миг озарилось жёлтыми огоньками. Хлопок! Стоило Лололошка открыть глаза после перемещения, как усталость окатила его с головы до ног, наливая тело свинцом. С тяжестью оглядываясь, мироходец подметил, что в бункере практически ничего не изменилось с их с Джоном уходом: на широких металлических столах всё так же были разбросаны непонятные детали разных размеров вперемешку с толстыми книжками и свёрнутыми в трубочки чертежами, приборы кипели от работы, прогревая воздух, жужжали и громыхали с разных сторон, светились разноцветными лампочками, изредка попискивая. Разве что атмосфера стала другой. За все те дни, проведённые в этом бункере, всё вокруг понемногу становилось по-родному домашнем, особенно для того, кто вовсе не знал, где его истинный дом. Этим "домом" стали окружающие его люди, встречающие каждое утро тёплыми улыбками, горячем свежезаваренным чаем, весёлой болтовнёй или будничным ворчанием. Но в Архее что-то надломилось внутри. Появилось осознание того, где он был рождён, где была его первая семья, пускай и не исключительно кровная. Вспомнилось то, почему он получил свои силы, то, для чего он жил. Предназначение. Лололошка должен нести свет мирам, как и обещал Эграсселю. Чувство вины душило. Он провалился. Не смог спасти, лишь дал крохотную надежду на будущее и страх оказаться растоптанным первым, кто удостоился силы Искры. Теперь, когда истинный дом остался позади, бункер впервые показался чужим, непонятным, неизвестным. На первый взгляд ведь всё осталось на своих местах, но на деле... Двери позади с металлическим скрежетом отворились, а в помещение вошла высокая синеволосая девушка в длинном белом халате. –Лололошка! –Увидев друга, та бросилась к нему, сжимая в тёплых объятиях, –Не верится, что ты снова здесь... Прости, что меня не оказалось рядом. Я рада, что ты вернулся... –Тихо выдохнула она в макушку мироходца. –Райя, я... тоже рад... –Слова давались парню с трудом, хотя он действительно скучал. Терзания в душе усиливались. Объятия казались холодными, неправильными. Разве он достоин? Он ведь провалился. Может, усталость так влияет? –Ох, что ж это я? –Райя растерянно выпустила Лололошку из рук, украдкой смахивая выступившую слезу. –Полагаю, тебе нужен отдых. Пойдём, я проведу тебя в комнату. –Нет, всё в порядке! Я сам дойду, не переживай за меня! Уж с тем, чтобы дойти до кровати, проблем точно возникнуть не должно. –Натянуто улыбнулся Ло, невинно разводя руками. Пару раз шмыгнув носом, девушка кивнула, давая добро желаниям мироходца. Лололошка напоследок вновь окинул взглядом помещение: Джодах заваривал кофе для леди Окетры, та в свою очередь, сидя за столом, поставила на него локти и озадаченно массировала виски, глядя куда-то сквозь бывшего абда, а Джона и след простыл. Захотелось побежать разыскать его, но навязчивая мысль о том, что стоит прислушаться к советам друзей и пойти отдохнуть пересилила. Следуя по коридорам бункера, Лололошка невольно водил пальцами по стальным стенкам и торчащим трубам. Они казались бесконечными, плитка под ногами никак не кончалась. В один момент даже показалось, что он заблудился, пока пальцы не нащупали рельеф двери, что тут же раздвинулась, стоило её коснуться. В комнате даже пыли не прибавилось, напротив, стерильная чистота и свежее постельное бельё. Не раздеваясь, Лололошка упал на кровать, протяжно выдыхая. Всё тело зудело от боли, сил держать веки открытыми, как и хоть как-то здраво мыслить, не оставалось. Прохладная подушка остужала разгорячённую голову и требовала забыться в сладком сне, но... Уснуть не получалось. Лололошка поднял голову на настенные электронные часы. Полночь. Когда успело пройти столько времени? Может он всё-таки уснул? Или просто так и пролежал с закрытыми глазами столько часов? Ведь ему точно казалось, что вернулся днём или максимум ближе к вечеру... Нужно найти Джона. Лололошка поднялся с теплой мятой простыни и выглянул в тусклый коридор – никого. Отдалённо доносились оживлённые голоса друзей вместе с трещанием устройств, но понять тему столь громкой беседы не выходило, да и не хотелось. Сейчас это совершенно не интересовало мироходца. Наверняка оглянувшись, Лололошка двинулся вглубь, смутно припоминая расположение комнаты Джона. Раньше его это заботило. А зачем? После такого фееричного появления собрата, не хотелось пересекаться с ним и на долю секунды. Даже если редкий интерес пробивался сквозь толстый слой неприязни, то тут же испарялся, стоило Харрису выдать пару-тройку подколов, а подобное происходило постоянно. Как же было странно впервые пообщаться с Джоном без секретов и высокомерных комментариев, а ещё страннее – слышать их вновь и видеть, как тот уходит втихую. Наконец показалась нужная дверь. Сердце непривычно быстро заколотилось, будто предчувствуя неладное. Глубокий вдох. Металлические створки раздвинулись, открывая вид на светлую комнату идентичную Лололошкиной. По телу в тот же момент пробежали мурашки от концентрации магии в воздухе, а в нос ударил запах хлорки. Судя по всему, никто не заглядывал сюда с момента пропажи парней, и Джону пришлось наводить порядок самостоятельно. Сам же хозяин комнаты лежал на застеленной кровати и сверлил потолок задумчивым взглядом, беспрерывно в считанные секунды собирая и разбирая разноцветный кубик-головоломку. –Джон?.. –Тихо позвал Лололошка. –Можно войду? –Ты уже вошёл. –Без эмоций ответил Харрис, не моргнув и глазом. Учащённое сердцебиение, казалось, вот-вот пробьёт грудную клетку. Мироходец бесшумно прошагал до кровати и мягко присел на её край, собираясь с мыслями. Джон неожиданно раздражённо выдохнул: –Лололошка, если ты пришёл ко мне с целью потратить моё драгоценное время на пустые вопросы из категории самочувствия, то можешь успокоиться и идти спать. Снова этот тон. Сердце замерло, внутри что-то оборвалось. –Когда ты научился врать? Я же не тупой, вижу, что что-то не так! –Начал заводиться Ло, нахмурившись. Руки Джона замерли. Пальцы сжали головоломку до побелевших костяшек, а через мгновение кубик растворился в свете зелёных искр. Одним резким движением мироходел сел, поджав колени к груди. –Вот объясни мне, Лололошка, почему абсолютно всегда, во что бы ты не ввязался, окружающие обвиняют любого, кроме тебя? –Он ткнул пальцем промеж рёбер парню напротив, –Ты, чёрт возьми, куда бы ни шёл и что бы ни делал, всегда первый, всегда лучший, весь из себя идеальный и неповторимый! Даже превосходя тебя по всем параметрам, сделав большую часть работы, восхищаются именно тобой и твоей "невероятной" силой! –Джон показал кавычки руками, после чего уронил их на матрас по обе от себя стороны и, меняясь в голосе, продолжил. –О, Лололошка, ты Первый, один из самых могущественных мироходцев, тебе была дарована моя сила – сила Матери, а что до тебя, параллельный Лололошка, твои способности опосредованные! Ох, Ло, бедный Ло, ты наверное так устал после того, как мерзкий беспощадный Джон утащил тебя не пойми куда! Лололошка, великолепный Лололошка, дружелюбный, милосердный, трудолюбивый и добрый, не то что этот – копия его! –Джон, пожалуйста, прекрати! Не забывай, что в Архее мы работали в команде, а всё остальное... –А остальное?! –Перебил его Харрис, разводя руками. –Почему тебе всё так легко даётся, это ты мне можешь объяснить?! Я всю жизнь угробил на самосовершенствование, а тебе всё досталось просто потому что ты такой какой есть! Тебе не нужно прилагать никаких усилий для того, чтобы с тобой как с ребёнком возился каждый, кому не лень! –Никто со мной не возится! –Лололошка подскочил с кровати, сжимая ладони в кулаках. –Тебе и не понять каких усилий мне стоили такие отношения с каждым, потому что ты не пробовал достать из своей самовлюблённой задницы бревно гордости и наплевательского отношения ко всем окружающим! Джон, открой глаза, даже с таким характером в Архее нашлись те, для кого ты был хорошим! Успокойся и пойми, что в заботе нет ничего постыдного! –Ага, считали хорошим, и я посчитал, Ло! Попробовал побыть тобой, обзавёлся дружескими связями, и какой в этом толк?! –Злился Джон, пуще заряжая воздух магией, от переизбытка которой к горлу подступала тошнота. –Я ослаб, окончательно перестал быть совершенным! Хочешь знать, о чём я думал всё это время? О них и о том, как меня злит, что эта твоя кучка недоумков считает меня истинным злом, Ло! Я стал таким же никчёмным сопляком, как и ты, только вот за мной никто не побежит уберегать от очередного злодея и подтирать мне слюни! Двери комнаты со скрежетом раздвинулись, а в проходе показалась взволнованная запыхавшаяся Окетра. –Что у вас здесь происходит? Лололошка, хара, что ты тут забыл?! Тебе не хватило неприятностей?! –Девушка шустро подхватила друга под локоть и силой потянула к двери. Не ожидавший появления третьего лица, тот легко поддался и, не успев моргнуть, оказался вытолкнут в коридор. –Что и требовалось доказать, лапочка. –Едко протянул Харрис, противно ухмыляясь. Металлические створки, громко хлопнув, закрылись ровно перед носом мироходца. Тело обдало холодком, пробирающимся под одежду по каждому позвонку до самого затылка. Злость и обида не намеревались отступать. Захотелось колотиться в двери, выкрикивать самые колкие слова, задевать любые душевные ниточки Джона, рвать его изнутри, не оставляя ничего живого. Окетра мягко подхватила его ладони, сжимая их в своих, вырывая из слепой ярости. –Всё хорошо, Лололошка. Что бы он ни сказал, не забывай, что он лишь обиженное на всё и всех дитё. Разве это не так? Лололошка упорно молчал, сверля взглядом холодный металл перед собой. –Пойдем, тебе стоит освежиться... –Выдохнула Окетра и потянула мироходца за собой к выходу. Сил сопротивляться не было. В груди образовалась дыра. Она сочилась обидой, горем, разочарованием, злобой, одновременно опустошая и зажигая что-то новое, необъяснимое, но чёрное и тягучее, подобно смоли. Улица встретила свежестью и витающим в воздухе запахом озона. Тошнота и вправду отступала, но трещина внутри с каждым вдохом безнадёжно разрасталась, проникая в каждый жизненно важный орган, ломая кости и разрушая на своём пути всё живое. Взгляд цеплялся за россыпь звёзд на тёмном небе, но и они будто потускнели, казались лишь жалкими безжизненными лампочками на плоском чёрном потолке. Далёкая луна не восхищала, не вдохновляла, сырая вязкая земля под ногами чавкала, утягивая в свою холодную глубь, природа оглушала смертной тишиной, погружая в ещё большее уныние. –Как ты себя чувствуешь, Ло? –Раздался тихий голосок Окетры. –Пусто. –Это из-за его слов? Что он наговорил тебе? –Что мне всё даётся легко, что дружба только мешает и размягчает. –Ровным тоном отвечал Лололошка, не силясь опустить глаза на подругу. –Ну что за чёрствость! –Фыркнула леди, скрестив руки на груди. –Не понимаю, как можно быть таким...! –Я понимаю о чём он, Окетра, –Настойчиво прервал девушку мироходец, обращая на неё опустевшие глаза. –И это меня ещё больше злит. Но это не даёт ему никакого права обесценивать мой пройденный путь. Ощущение, будто я могу понять любого, но мне обидно, что никто не может сделать того же. Джон же всё знает... Он знает, какую вину я чувствую. Знает же, что мне предназначено, в чём я провалился... –О чём ты, Лололошка? Я совершенно ничего не понимаю... Ты так сильно изменился после своей пропажи... В какой момент ты стал понимать такого как Джон? –Конечно ты не понимаешь, –Неожиданно для самого себя усмехнулся мироходец. –Ни ты, ни Джодах, ни Райя с её идеально чётким анализом не поймёт. Трещина стала глубже. Всё то, что излучала из себя, забило новым липким фонтаном, стремительно поглощая каждый сантиметр кожи. Лололошка продолжал: –Только одно место понимало. И только один человек. Я убил его представляешь?! Собственными руками! –Голос срывался на крик. –У меня не было выбора, Окетра! Убил и обрёк мир на новые страдания, стоит Ему восстановить свои силы!! Я не изменился, Окетра, я лишь понял чем и кому я обязан за свою силу! Как я могу теперь спать спокойно, скажи мне, Окетра?! Девушка в оцепенении не сводила взгляда с того, кого считала семьёй. Сейчас же на неё смотрел обезумевший чужак. –Лололошка, п-постой... –Растерянно заговорила Окетра, стараясь звучать как можно увереннее и спокойнее, но сама, казалось, не верила, что обращается к своему другу. –Т-тебе нужен отдых, да! Прошу, давай вернёмся в бункер и ты попробуешь уснуть? Я буду рядом, только давай уйдём, хорошо? Лололошка отшатнулся, словно его облили кипятком. Зрачки в широко раскрытых глазах забегали по девушке напротив в попытках ухватиться за последнюю надежду быть услышанным. Страх – единственное, что они видели. –Нет, Окетра... Нет-нет-нет! –Схватившись за голову, забормотал Лололошка. –Ты не понимаешь! Я не могу! Я должен сделать это, я должен помогать, должен нести свет! Я обещал ему! Обещал Эграсселю! Пространство в мгновение ока осветилось водоворотом жёлтых огоньков. –Лололошка, прошу, остановись! Искр становилось всё больше и больше, мироходец нервно хватал ртом воздух, сжимая пальцами густые потрёпанные волосы. Окетра понимала – времени мало. Нужно предпринять хотя бы что-то! Собрав все силы, девушка бросилась на Лололошку, желая, если не сбить его с ног, то хотя бы переместиться вместе с ним. Время замедлилось. До горящего ярким жёлтыми свечением парня оставались считанные миллиметры, как вдруг раздался хлопок. Она не успела. Лололошка ушёл. Снова.