Мальчики не плачут

Позволь мне быть всем тем, что тебе нужно, чтобы чувствовать себя хорошо.

— Итак, как ты представляешь дельнейшее развитие событий?       Кацуки спокойно развалился в кресле напротив стола Изуку и хмыкнул себе под нос, отпивая из кружки горячий бодрящий напиток. Урарака, убедившись, что с другом ничего плохого не случится, спокойно вернулась к работе, а их чудо-дуэт теперь может спокойно поговорить. Изуку закрыл глаза и помассировал переносицу двумя пальцами. Меньше всего ему сейчас хотелось думать о будущем. Об очень мрачном будущем, по его мнению, конечно же. — Каччан, можно я хоть чай выпью? Я сплю на ходу. — Конечно, не подумал, извини.       Несколько минут, пока Изуку делал себе зелёный чай, Бакуго наблюдал за ним. Омега выглядел уставшим: мешки под глазами, покрасневший нос, как при насморке, пустой взгляд, даже его гладкая веснушчатая кожа казалась серой. Всё указывало на то, что Мидория плохо спал или же допоздна сидел за документацией, но Кацуки помнил, что в квартирке омеги не было ни одной рабочей бумажки. Светлые брови привычно хмурятся, из-за чего красный взгляд вновь обретает колючесть. — Ты плохо спал?       Изуку молча кивнул, а когда почувствовал на себе испытывающий взгляд, шумно вздохнул, садясь обратно в своё кресло. Каччан, как всегда, просто так не отстанет. — Ужасно. Я проревел весь вечер, и не надо на меня так смотреть. Я пытался успокоиться, но у меня не вышло. А потом всю ночь я просыпался от кошмаров. Утром меня вырвало, хотя к этому я уже привык.       Веснушчатая моська омеги сморщивается, будто он съел что-то отвратительное, а после отпивает из своей кружки чай с тяжёлым вздохом, слыша, как скрипит челюстями альфа. По сути, Кацуки должен сейчас начать его успокаивать, если следовать всем канонам, но Кацуки Бакуго не следует никаким канонам поведения. Вот и сейчас тот едва слышно матерится, а когда дотягивается до покрытой шрамами руки и сжимает её, Мидория удивленно поднимает на него голову. — Я не ебу, что говорить в таких ситуациях, Деку. Тебе сейчас несладко, я понимаю. Вся жизнь переворачивается с ног на голову, можно сказать, и остановить это невозможно. Прости, что тебе приходится переживать это. Блять. Мы станем родителями, Де-... Изуку. И отцом этого ребёнка буду я, хочешь ты этого или нет. А ты его мать, ну, грубо говоря, да? Блять, я не знаю, что сказать, что тебя успокоит. Просто знай, что ты не один через это проходишь. Я, блять, всегда рядом. И я невъебенно рад этому ребёнку.       Взрывоопасный герой поднимает взгляд на зеленушку, пытаясь прочитать его эмоции, но тот лишь сидел с округлившимися от шока глазами и смотрел, как мозолистый палец выводит на его ладошке узоры. Этот Бакуго был за гранью его понимания. Нет, он, конечно, знал, что эта сторона его личности существует, в детстве даже был тем, на кого она распространялась, но Мидория не думал, что это вновь повторится уже во взрослой жизни.       Как только Изуку заставил себя оторваться от их сплетенных рук, сразу наткнулся на внимательные алые глаза альфы. Он не нашёл и следа презрения и ненависти, что плескались в его взгляде в школьные годы, не было надменности и гордости, присущей Кацуки. Но зато он разглядел там заботу. Заботу, которая была обращена к нему. К Деку. Его это выбивало из колеи. Омега не успел и рта открыть, как Бакуго продолжил, аккуратно сжимая его переломанные пальцы: — Меня волнует абсолютно всё, что связано с твоим здоровьем и здоровьем нашего ребёнка. Я буду ругать тебя, если потребуется. Буду успокаивать и поддерживать тебя. Пытаться, блять... Ты можешь звонить мне в любое время, я даже готов поставить свой номер в твоем телефоне на быстрый набор, даже если ты просто хочешь поговорить. Только не превращайся в прорванный водопровод, я тебя умоляю. Изуку... Запомни, что теперь, ты можешь на меня положиться во всём. — Кто ты такой, и куда ты дел нашего Каччана?       Он услышал его смех. Не то чтобы Изуку никогда его не слышал, но сейчас в этом звуке было больше облегчения и странной лёгкости. — Съел. Не грусти, Деку. Лучше сходи к Старателю, объясни ему всё и переведись только на бумажную работу, иначе я точно, блять, сдам тебя нашим матерям, а они уже запрут дома. — Не надо, Каччан... Они меня съедят. — О, это точно. Потому что у тебя нет инстинкта самосохранения, а я хочу, чтобы ребёнок уцелел, понимаешь меня? Родишь, вернёшься в строй. Я пока погрею место Героя Номер Один. — Ах ты!       Изуку замахивается пустой чашкой из-под чая, пока Бакуго, всё ещё весело смеясь, вскакивает на ноги и пятится задом к выходу. — Да ладно тебе, Деку! Нужно уметь делиться! Кстати, у тебя чё, грудь появилась, или у меня от работы уже глюки?       Альфа склоняет голову к плечу, пытаясь рассмотреть, правда ли под рубашкой омеги наметились очертания женской груди. Чёрт, а выглядит сексуально. — А они ещё вырастут? Приду сегодня в гости - потрогаю! — Пошёл вон, извращенец! — Ладно, ты что-то не в настроении. Гормоны, наверное... Отложим разговор на вечер, а ты надень что-то сексуальное.       Кацуки подмигивает пышущему гневом герою, а после выскакивает за дверь. Как раз вовремя, чтобы услышать, как летящая в него чашка разбивается о деревянную поверхность.

***

— Круглолицая, иди за мной. — И как всегда этот командный тон.       Урарака закатывает глаза и, шумно вздохнув, встает с места, идя следом за Взрывокиллером в конференц-зал. Хорошо ещё, что до них нет никому дела, хотя слухов никто не обёрется уже от того, что Кацуки приходил в кабинет к Изуку, чего не делал никогда по своей воле, так ещё теперь сам решил поговорить с Очако. Странный какой-то день.       В конференц-зале Бакуго сразу переходит к делу. — Ты же в курсе всей ситуации? — Конечно, Деку со мной ходил в больницу. Вы поговорили? Что ты хотел? — От тебя помощи. Присматривай за ним.       Кацуки шумно вздыхает, проводя рукой по своему лицу, будто пытается стереть усталость. Омега непонимающе нахмурилась. — В каком это смысле? — То, что он может сотворить какую-то глупость, и ты, и я прекрасно знаем. Поэтому прошу, наблюдай за тем, что он тянет себе в рот. И следи, чтобы он вёл себя, как беременный, а не как никогда не устающий, всех спасающий герой со всеми вытекающими. Очако только молча кивнула, а сама поразилась, как Бакуго уже вжился в роль заботливого папочки. — И если что-то с ним или с ребенком случится, пожалуйста, свяжись со мной в любое время. — Хорошо. А, почему ты вцепился в этого ребёнка, если не секрет? — Потому что он от Деку. Ты, кстати, проверила бы его. А то я, кажется, его раздраконил, когда уходил. Он был в бешенстве.