Лета / Lesmosyne

Он внимательно следил за Гарри, следовал взглядом за каждым его движением, завороженный энтузиазмом мальчишки к такой незначительной, бессмысленной задаче, как приготовление завтрака. Волдеморт всегда ненавидел заниматься любой работой по дому — она напоминала ему о приюте, в котором его заставляли делать то, что было ниже его достоинства до тех пор, пока он не научился заставлять других работать за него. Но Гарри выглядел счастливым. Создавалось впечатление, что он наслаждается этим. Волдеморт уставился на спину мальчишки — на то, как двигались его плечи, когда он мыл овощи, ополаскивал травы и зелень, нежно очищая их под проточной водой; и все это время Нагини словно приклеилась к его ноге, хмуро поглядывая на своего хозяина. Гарри одел его змею в пышное зеленое платье с золотой вышивкой и зачесал ее волосы в хвост. Нагини имела наглость выглядеть самодовольной, пока Гарри продолжал сдувать с нее пылинки — она при каждой возможности разваливалась на его руках, словно какая-то пиявка. Волдеморт прищурился на нее, и она отвернулась, чтобы спрятать лицо в ткани брюк Гарри. Волдеморт кипел от несомненного неуважения Нагини и ее полной уверенности, что ей это сойдет с рук. — Том, — Гарри повернулся и улыбнулся ему, — тебе нравятся яйца? О, ты вообще ешь яйца? Есть что-то, что ты не ешь? У тебя есть какие-нибудь пищевые аллергии? О боже, а у нашей дочери есть? — Наша дочь, — сказал Волдеморт угрожающим тоном, — ест все. Она бы и тебя съела, если бы ей дали такую возможность. Не так ли, Нагини? Гарри рассмеялся и наклонился, чтобы покрыть лицо Нагини легкими поцелуями, отчего хмурое выражение на лице змеи растаяло и сменилось радостным. — Это правда, детка? — спросил он, целуя и щекоча Нагини до состояния неконтролируемого смеха. — Ты собираешься сожрать меня? О, нет! Я не хочу, чтобы меня съели. Поддельная встревоженность Поттера была забавной. Он понятия не имел, что Нагини съела бы его живьем, если бы ей дали шанс и возможность. Несомненно, было забавно представлять, как любящее выражение лица мальчишки сменится полным ужасом, если он осознает, что дарит такую незамутненную любовь змее-людоеду своего смертельного врага. — У меня нет никаких диетических предпочтений, — сказал Том, привлекая внимание Гарри. Он не был привередлив в еде. Она его никогда не интересовала, но наверняка готовка Поттера была бы в лучшем случае посредственной — если не совсем ужасной. — Но я не очень голоден. Гарри нежно улыбнулся ему, а затем взял Нагини на руки и усадил ее на высокий кухонный стул. — Милая, дай мне немного времени, и мы позавтракаем, ладно? — пробормотал он, целуя Нагини в лоб. Змея кивнула, хотя Волдеморт видел, что она не очень рада разлуке с Поттером. Поттер был ловок, и, должно быть, неплох в зельях, судя по тому, как мастерски он обращался с ножом, нарезая морковь, перец и свежий сельдерей. Кажется, что он готовил какой-то морковный вишисуаз. Внимание Волдеморта было полностью сконцентрировано на грациозных движениях Гарри, когда он работал с мукой и яйцами, замешивая горсть упругого теста. Он никогда раньше не обращал внимания на чью-либо готовку, но наблюдать за Гарри было интересно, и Том бы солгал себе, если бы утверждал, что не заинтригован. Мальчишка работал быстро и чисто. На маленькой кухне коттеджа почти не было беспорядка, несмотря на несколько кастрюль, активно кипящих и шипящих на плите, и стол с подносами с выпечкой в форме кроликов, которую Поттер заполнял какой-то клубничной начинкой и шоколадным муссом. Волдеморт был так поглощен наблюдением за Гарри, что даже не заметил, что Поттеру помогает Нагини. Ей было поручено смазать кроликов яичной смесью. Проклятая змея выглядела такой самодовольной. Волдеморт вздохнул и притворился, что занят своей книгой, но продолжал наблюдать, как его маленькие крестражи играют друг с другом в дом. Он не был уверен, что чувствует по этому поводу, но точно знал, что собирается наказать Нагини. По кухне разносились аппетитные запахи жареных сосисок и горячих грибов в цитрусовой глазури. Волдеморт почувствовал, что его желудок сжимается от предвкушения, и моргнул, удивленный тем, что он вообще чувствует голод. Должно быть, это из-за всей этой утомительной работы по наблюдению за Поттером. Когда Гарри достал выпечку из духовки, Нагини, увидев сладости в форме кроликов, завизжала как настоящая маленькая девочка. У этой непослушной змеи случится несварение желудка, если она начнет есть сладкое. В конце концов, змеи были плотоядными, хотя Нагини все время забывала, что она змея, а не маленькая дочь Поттера. Нагини нравилось быть человеком? Поттер продолжал работать. И уже через полчаса Волдеморту был продемонстрирован аккуратно накрытый к завтраку стол. Там были чай, кофе, свежевыжатый апельсиновый сок, пышные панкейки, охлажденный морковный вишисуаз, жареные сосиски и грибы с вареными яйцами, миска салата со свежими травами, помидорами хейрлум и молодым сыром. — Кролики! — требовательно воскликнула Нагини, хлопая в ладоши, словно она действительно верила, что она маленькая девочка. — Нет, пока не съешь свой завтрак, — игриво возразил Поттер. Волдеморт с любопытством уставился на тарелки. Он должен был признать, что все пахло и выглядело хорошо, лучше, чем ему подавали в Малфой-мэноре. — Надеюсь, тебе понравится, Том, — сказал Гарри, застенчиво улыбнувшись ему. — Выглядит идеально, дорогой, — с улыбкой ответил Том, и взял вилку. Яйца выглядели хорошо, но у него были сомнения. Он был Темным Лордом, он мог справиться с плохо приготовленной едой. Боковой частью вилки он нажал и разрезал яйцо: нежный желток стек в прожаренные грибы. Волдеморт взял кусочек гриба и яйца, обмакнул их в желток и нерешительно поднес ко рту. Поттер наблюдал за ним, затаив дыхание. Яйцо таяло во рту, а грибы были хрустящими и мясистыми и так приятно приправленными, что он мог почувствовать вкуснейшую цитрусовую кислинку и свежий вкус пикантных трав. Он улыбнулся Поттеру. Должно быть, это осколок его души внутри этого мальчишки дал тому умение готовить настолько прекрасно. — Вкусно? — спросил Гарри, его глаза сияли и… и… — Очень вкусно, — улыбнулся Том, продолжая есть. — У тебя неплохие навыки, моя дорогая душа. Гарри мило улыбнулся ему. Он отодвинулся и налил еще сока Нагини, которая ела как настоящий ребенок — проливая все вокруг, пока Поттер неустанно убирал за ней, не жалуясь и даже немного забавляясь этим. Было увлекательно наблюдать за кем-то, так сильно отличающимся и таким похожим на него. — Кофе или чай? — спросил мальчишка, потянувшись к чайнику. Он бы выпил чай, но сегодня ему нужно было разобраться с Пожирателями смерти, а одно только возникшее у него перед глазами лицо Люциуса, заставило Тома поморщиться. — Кофе, дорогой, — сказал он, подставив чашку. — У меня будет напряженный день на работе. — Не перетрудись, — мягко сказал Гарри, наливая ему горячий кофе. — Уверен, ты можешь передать часть своей работы своим научным сотрудникам. Как будто эти идиотские Пожиратели смерти могли бы сделать хоть что-то без его присмотра. — Конечно, дорогой, — сказал Том, держа Гарри за руку и чувствуя мгновенное умиротворение, когда исцеляющая магия Поттера окружила его блаженным ощущением. — Я позабочусь о том, чтобы вернуться домой пораньше. Постарайся не попасть в беду, пока меня не будет. — Меня накажут, если я буду плохо себя вести, мистер Плохой Страшный Доктор? — с дерзкой ухмылкой спросил мальчишка. — О, дорогой, — ухмыльнулся Волдеморт. — Я могу быть жестоким. Ты не хочешь познать мою жестокость. Мальчишка опять рассмеялся, его плечи очаровательно затряслись, а глаза мечтательно уставились на Темного Лорда. Волдеморту нравилось, как мальчишка смотрел на него. Так доверчиво, так невинно, с такой любовью и игривостью. Было бы так же восхитительно все это разрушить, пытая мальчишку и вглядываясь ему в глаза, когда тот осознает свою ошибку. Но было бы глупо причинять боль мальчишке, учитывая, что он оказался гораздо большим, чем просто сосудом, держащим его душу в безопасности. Кофе был сварен идеально. Выпечка в форме кроликов была несколько детской, но вкус был потрясающим, слои были мягкими, а начинка такой сочной. Мальчишка готовил так, что пальчики оближешь. Он мог бы привыкнуть к этому — держать его здесь, играть с ним в дом, захватывать волшебный мир, а когда все будет под его контролем — он вернет мальчишку обратно, и никому не позволит забрать его. — Я упакую тебе обед, — сказал Гарри, вставая, когда Волдеморту уже почти пора было уходить. — Нет необходимости, — остановил его Том. Он бы не возражал против того, чтобы Гарри готовил позже сегодня, но он собирался оказаться в центре пыток и рейдов. Это было не то место, где можно было бы насладиться идеальными кулинарными навыками мальчишки. — Я буду очень занят. Я поужинаю с тобой, но боюсь, что не успею пообедать. Мальчишка не выглядел убежденным, но он покорно кивнул и сел обратно, сделав глоток своего чая. Волдеморт заметил, что Гарри мало ел. Он приготовил так много блюд, и на вкус они все были совершенно изумительными, и все же мальчишка ел как кролик. — Дорогой, твоя компания восхитительна, но мне скоро нужно будет уйти, — он промокнул губы салфеткой и встал. Он был одет в хорошо сшитые брюки и рубашку, которые для него выбрал мальчишка. Ему придется аппарировать куда-нибудь, чтобы трансфигурировать одежду в мантию, прежде чем он вернется к своим слугам в Малфой-мэнор. Гарри бросился обнять Тома, прежде чем тот успел уйти. Магия играла в воздухе как шторм, который охватывает все на своем пути, и Волдеморт почувствовал знакомое притяжение, спокойствие, заботливое утешение. Он вдохнул, впитывая сладкий запах Гарри, заставивший его мозг высвободить гормоны абсолютного счастья. Он отстранился, чтобы посмотреть на мальчишку, только чтобы получить в ответ счастливую улыбку. Тело Поттера в его руках было таким утонченным, таким хрупким, и эта хрупкость пробудила в нем ощущение невиданной ранее силы. Он обнял мальчишку и поднял его над полом. Гарри вскрикнул от удивления, но затем обнял Тома за плечи и захихикал. — Боже, ты силен, — весело сказал он. Волдеморт ухмыльнулся. Конечно, Поттер заметил бы его силу. Он не просто так был Темным Лордом. Он наклонил голову и заглянул в зеленые глаза, которые были ярче магии, сопровождающей Смертельное заклинание. Гарри приоткрыл губы и застенчиво выдохнул, его щеки окрасились розовым. Волдеморт захватил губы Гарри своими, от чего по его телу распространилось странное ощущение. Он прижал мальчишку ближе и углубил поцелуй. Его магия ревела от восторга, а с кончиков пальцев сыпались искры силы. Это казалось таким правильным. Тело Поттера было тонким и теплым, и Волдеморт чувствовал, как крошечные подрагивания от удовольствия и радости проходили по телу Гарри, когда он крепко держал его в своих объятиях. Его губы были такими нежными и мягкими. Том разорвал поцелуй и посмотрел на мальчишку: зеленое море глаз смотрело в ответ с пылким обожанием, которое заставило Волдеморта содрогнуться. Это было такое странное ощущение. Его многие любили и пытались заслужить благосклонность, но в Поттере что-то было иначе. Мальчишка не смотрел на него с жадностью и эгоистичным желанием. — Хорошего дня на работе, Том, — прошептал Гарри и повернулся к Нагини, наблюдавшей за ними с озадаченным выражением лица. — Малышка, иди сюда и попрощайся с папой. — Иди сюда, Нагини, — прошипел Волдеморт на парселтанге, когда Нагини не пошевелилась. Змея неохотно двинулась к нему. Волдеморт поднял ее. Она была на удивление легкой. Он не думал, что превращение в девочку сделает ее настолько легче. — Смотри за ним, — приказал он тихим голосом, прошипев Нагини на ухо: — Смотри за ним и береги его. Не ослушивайся меня, Нагини. Нагини кивнула. Волдеморт ухмыльнулся и отпустил ее. Она тут же бросилась в объятия Поттера.

***

На полу корчился мужчина, его ноги тряслись, а дрожь боли пронзала его тело. Волдеморт бесстрастно наблюдал. Эйвери кричал и извивался с такой силой, что, если бы он вложил хотя бы треть такого энтузиазма в служение Тому — ему бы не пришлось сейчас наказывать этого никчемного идиота. Рейд прошел не по плану. Орден знал о нападении и ждал их. Эйвери был тем, у кого была информация о том, что конспиративная квартира — где Орден прятал ключевую информацию о Поттере и медальоне Тома — в тот день будет пуста. Но авроры и члены Ордена ожидали их. Дамблдор знал о крестражах. Они не были в безопасности. Он должен был вернуть их, особенно учитывая, что идиот Люциус уничтожил дневник. Ему нужно было собрать все остальные части и хранить их в более безопасном месте. Может быть, он даже подарит медальон своему маленькому мужу. Мальчишка будет выглядеть изысканно с его родовым медальоном на своей красивой шее. Мысли о Гарри заставили его расслабиться, и на мгновение он даже забыл о маленьком ничтожестве, визжащем на полу. Эйвери был громким, и пытки этого жалкого дурака не приносили Темному Лорду никакой радости. Он мог бы вернуться в коттедж и наслаждаться присутствием своей маленькой души, а вместо этого, он застрял в Малфой-мэноре, раздавая наказания. — Мой Лорд, — Малфой чуть не упал на колени, еще сильнее разозлив Волдеморта. — Вернулся Северус с важной информацией о Поттере. Волдеморт замер. Он отпустил Эйвери, и этот идиот распластался на полу, застонав от облегчения. Это послужит уроком для всех его слуг, чтобы они не разочаровывали его. Он последовал за Малфоем к выходу из комнаты, оставив часть своих Пожирателей смерти суетиться, как тараканы, помогая Эйвери. Как и всегда, Северус выглядел напряженным. Волдеморт не понимал, почему этот человек никогда как следует не мыл волосы после варки зелий. Неудивительно, что мать Поттера отказалась от него. Зельеварение включало в себя множество масел и испарений, и любой достойный Мастер зельеварения принял бы меры предосторожности, чтобы не допустить попадания конденсата на мантию и кожу. — Мой Лорд, — Северус склонил голову в знак уважения. — Поттер считается мертвым. В настоящее время Орден рассматривает другие варианты. У Дамблдора был свой способ пройти по следу крови, чтобы всегда найти его — если его когда-нибудь похитят — но сейчас этот след потускнел, и они предполагают, что Поттер может быть мертв. След крови? Это означало, что если он вернет мальчишку в Британию, Дамблдор узнает, что Гарри жив. — Его друзья не верят, что он мертв, — продолжил Северус. — Они думают, что он прячется, и что у него есть план. У Гарри действительно был план — поужинать вместе сегодня вечером. Губы Волдеморта скривились в ухмылке. «Помоги! Опасность! Помоги! Скорее!» Волдеморт схватился за голову от боли. Нагини редко делала это. У него была связь со всеми крестражами, но большинство из них были неодушевленными и не могли дотянуться до него. Нагини посылала сигналы бедствия. — Мой Лорд, — его слуги бросились к нему, к его раздражению заполонив его личное пространство. Должно быть, к Поттеру вернулись воспоминания. Волдеморту нужно было вернуться в коттедж и опять стереть ему память. — Не прикасайся ко мне, — рявкнул он, когда Беллатрикс попыталась поддержать его. Он аппарировал, не обращая внимания на ужас на лицах своих последователей. Аппарации на большие расстояния не были тем, на что способны большинство волшебников, но он был Лордом Волдемортом, и его сила и навыки были колоссальны. Если бы только они должным образом подействовали на мальчишку, ему не пришлось бы опять стирать ему память. Он аппарировал к месту рядом с коттеджем и снял с лица гламур, так что теперь он выглядел собой: молодым и привлекательным. Он планировал в какой-то момент прекратить использовать гламур, но сейчас было выгоднее, чтобы его слуги боялись его. Он снял заклинание со своей одежды, избавившись от превращений, делающих из нее мантию. — Нагини, — позвал он, осторожно зайдя в коттедж и обнаружив, что там царит полный беспорядок. Кто-то перевернул диван и передвинул всю мебель. Все ящики и шкафы были открыты, а вещи разбросаны по полу. — Гарри, — он попытался привлечь внимание мальчишки, но ответа не последовало. Мальчишки и змеи тут не было. Он бросился на кухню и проверил холодильник, но никаких записок не было. Снейп сказал, что Орден считал Гарри мертвым. Небольшая часть его разума запаниковала, представляя себе такую возможность. Но он бы знал, если бы с мальчишкой что-то случилось. Его душа была внутри него. Он знал, что мальчишка жив. Но где он? Что здесь произошло? Он наложил на свое кольцо заклинание поиска. Если его копия все еще была у мальчишки, Волдеморт найдет его. Том обнаружил, что мальчишка все еще неподалеку. Он быстро аппарировал и оказался перед зданием, где должен быть Гарри. Волдеморт поморщился, когда осознал, что стоит перед магловским полицейским участком. Что мальчишка делал здесь?

***

— Мы обзвонили все близлежащие больницы, и нет ни одного доктора по имени Том Риддл, — сообщил Гарри полицейский отрывистым тоном и с сильным акцентом. — Как вы можете не иметь никаких удостоверений личности, и даже не знать, где работает ваш муж? Волдеморт уставился на Гарри широко раскрытыми глазами, когда мальчишка крепче прижал к себе Нагини и обеспокоенно опустил голову. — Мне очень жаль, что так вышло, — закусив губу, сказал он. — Она ребенок. Она испугалась, и подумала, что незнакомец нападает на нас. Обещаю, я поговорю с ней и объясню, что кусать людей недопустимо. Сидящий в углу мужчина покачал головой, сжимая забинтованную ногу. — Ваша дочь распорола мне ногу, — сказал он, скривившись от боли. — А вы ударили другого офицера. — Он назвал мою дочь сумасшедшим демоном, — запротестовал Гарри, но закрыл рот, когда главный офицер прищурился. — Сэр, мы понимаем, что трудно воспитывать ребенка с особыми потребностями, но вы напали на офицера при исполнении, — сказал мужчина деловым тоном. — Ваш ребенок укусил офицера, а вы усугубили ситуацию. Вдобавок ко всему, у вас нет никаких удостоверений личности, как и документов, подтверждающих, что этот ребенок — ваш. Вы довольно молоды, чтобы иметь ребенка такого возраста, и вы утверждаете, что женаты, а ваш супруг — врач-исследователь, но вы понятия не имеете, в какой больнице или исследовательском центре он работает. Вы понимаете ваши обстоятельст… Достаточно. Ему нужно было вмешаться. У него не было времени смотреть, как магловская полиция допрашивает его крестраж. — Гарри, дорогой, — сказал он, входя в комнату. — Что случилось? Поттер с облегчением подскочил, и его лицо тут же посветлело. — Боже мой, Том, — вздохнул он так, словно ему было стыдно. — Мне так жаль. После того, как ты ушел на работу, к нам домой пришли двое полицейских. Люди, которые жили в этом доме до нас — пропали. Офицеры вели расследование, и у нас была небольшая проблема с языковым барьером. Нагини запаниковала и укусила одного из офицеров, а я, возможно, ударил второго, потому что он назвал Нагини демоническим ребенком. Мне жаль. — Ребенок даже не разговаривает, — воскликнул офицер, глядя на Волдеморта. — Она шипит, а ваш супруг даже не пытается должным образом социализировать ее. Волдеморт хотел пытать каждого в этой комнате, в том числе Нагини, за то, что она создала весь этот беспорядок и подвергла себя и Гарри опасности. Он вздохнул. Поттер усадил Нагини на стул, подошел к Тому и обнял его. Ярость, которую он чувствовал, тут же рассеялась, как облако пара. — Мне жаль, Том, — сказал он, спрятав лицо на груди Волдеморта. — Иди сядь, — приказал он. Поттер тут же подчинился, и Волдеморт бы удовлетворенно ухмыльнулся, если бы не текущая ситуация. — Мне позвонили на работу во время очень важной операции, и сообщили, что в моем доме беспорядок, а мои муж с дочерью пропали, — протянул он, глядя на маглов. Он предпочел бы просто убить их, но не мог сделать этого, пока Поттер сидел и смотрел на него с гордостью и любовью. Мальчишка словно чувствовал, что Волдеморт может справиться с парочкой никчемных маглов и решить эту тревожную проблему. — Я требую объяснений. — Сэр, ваш супруг и дочь напали на двух моих офицеров, — сказал мужчина, явно сбитый с толку тем, что ему вообще нужно это объяснять. Это заняло слишком много времени. У Волдеморта не хватало терпения играть в эти игры. Он подчинил мужчину своей воле без слов и без палочки. Он мог поджарить мозг этого магла беспалочковой Легилименцией. Глаза мужчины остекленели. — Но я признаю, что это вина офицера, который не справился с ситуацией деликатнее. Мы приносим свои извинения. Ваш супруг может идти, — сказал мужчина, легко поддавшись воле Волдеморта. — Дорогой, — приказным тоном начал Волдеморт, — забирай Нагини и ждите меня снаружи. — Ладно, — сказал Гарри, притягивая Нагини в объятия. — Ты уверен, что это… — Подожди снаружи, — потребовал Том. — Веди себя хорошо и послушайся. Я разберусь с этим. Поттер мило кивнул, и встал на цыпочки, чтобы поцеловать Волдеморта в щеку, прежде чем покинуть комнату с Нагини. Волдеморт улыбнулся, глядя на озадаченных маглов. Он наложил заклинание тишины и запер дверь взмахом палочки. — Круцио, — сказал он, направив на них палочку. Было сложно удерживать заклинание такого уровня на нескольких объектах одновременно, но он был очень силен. — Никчемные маглы, взявшие мою маленькую душу в заложники. Я не щажу тех, кто осмеливается тронуть принадлежащие мне вещи. Комнату заполнили крики, и он наслаждался, наблюдая за агонией на их лицах. Как они посмели привести сюда части его души, особенно Гарри. — Обливиэйт, — прошипел он, когда был удовлетворен, а затем покинул комнату. Гарри ждал его, держа Нагини на руках, расхаживая по комнате ожидания. — Мне так жаль, что я доставил тебе столько проблем, Том, — сказал Поттер, как только увидел Волдеморта. — Я со всем разобрался, дорогой, — радостно ответил он, притягивая мальчишку в объятия, чтобы вновь почувствовать умиротворение. — У тебя нет причин извиняться. — Спасибо, что заботишься обо мне, Том, — мягко сказал Гарри, глядя на Темного Лорда своими красивыми, доверчивыми глазами. — Я так плох в подобных вещах. Я даже не знал, где ты работаешь. Я сказал им, что у меня потеря памяти, но они мне не поверили, и я понятия не имел, где наши документы. — Я всегда буду заботиться о тебе, душа моя, — ухмыльнулся Волдеморт. — Пока ты будешь послушен. — Эй, и что в этом будет забавного? — осмелился пошутить паршивец, но при этом прижался еще ближе, и Волдеморта окружил сладкий запах выпечки. Он был изысканным. Совершенно достойным носить в себе душу Лорда Волдеморта. Подарок судьбы, который он действительно заслужил, и он намеревался беречь его. Всегда держать его рядом, и, как только все будет готово, он вернет его в Британию.