Вирус Систем

Прошло чуть больше трёх дней с момента поступления Такамори в Kōdo Ikusei. За этот, казалось бы, недолгий срок Такамори обрёл значительную популярность не только в своём классе, но и во всей школе. Его можно было легко заметить в любой точке школы — в столовой, в коридорах, во внутреннем дворе — всегда в окружении людей. Они буквально тянулись к нему, как светлячки к летней лампе, образуя живой, шумный ореол. Но Такамори, в свою очередь, ни разу не был удивлён таким поведением. Всю жизнь люди тянулись к нему, и он быстро привык рассматривать это как данность, как часть своего ландшафта. Конечно, он понимал, что это не сверхъестественное явление, что люди тянутся к нему не просто так. Скорее всего, это была гремучая смесь его чудовищной, почти магнитной харизмы, непоколебимой уверенности в себе и внушительной, запоминающейся внешности. Такамори никогда не избегал связей. Напротив, он культивировал их с холодной расчётливостью. Связи в этом мире — это всё, — была его незыблемая истина. Связи важнее денег, важнее интеллекта, важнее грубой силы. Человек с правильными связями может буквально всё. И Такамори прекрасно это понимал. На переменах его постоянно окружала толпа одноклассников, имена которых он, к своему лёгкому сожалению, уже помнил наизусть. Их голосы сливались в приятный, но навязчивый гул, заполнявший кабинет 1-А, в котором он стал невольным центром. За это время на политическом поле класса 1-А чётко обозначился новый игрок — Кацураги Кохэй. Спокойный, методичный, с умными глазами и лысиной, он быстро привил массам свою политику: стабильно, осторожно, грамотно сохранять их позицию класса A, не рисковать понапрасну. Его фракция росла, привлекая тех, кто ценил предсказуемость. Сакаянаги же, его главная оппонентка, настаивала на агрессивной стратегии — активном давлении на другие классы и рисковых, но потенциально высокооплачиваемых схемах. В это утро Такамори сидел за своей партой у окна, окружённый одноклассниками. Солнечный свет заливал комнату, пылинки танцевали в его лучах. Он сидел, подперев голову рукой, со скучающим видом слушая очередной поток сознания от своих «друзей». — Такамори-кун, слышал, что скоро первый экзамен? Переживаешь? — с наивным любопытством спросил один из них, Юсукэ Исида. Он выглядел слегка пухлым, его волосы средней длины, кудрявые и чуть сальные, лежали неряшливыми прядями. Очевидно, он попал в класс A исключительно благодаря заурядным академическим знаниям. Переживать? Серьёзно? Мы в ебаном классе A, разве кто-то здесь вообще способен переживать из-за банального письменного экзамена? — с лёгким внутренним раздражением подумал Такамори. — Нет, не переживаю, — ответил он вслух, лениво отводя взгляд к окну, за которым цвела сакура. — И вообще, что за вопрос, друг? Мы в классе A. Здесь все сдадут этот экзамен, даже если будут писать его с завязанными глазами. — В его голосе звучал лёгкий, беззлобный стёб. — Чёрт, Такамори, а ты видел ту девочку из класса C? — перебил другой голос, принадлежавший Симидзу Наоки. Парень слегка покраснел. — Она прям очень... неплохая. Такамори медленно перевёл взгляд с Исиды на Симидзу. В его глазах мелькнула искра интереса. Хм. Интересно. — Эй, Симидзу-тян~, — с внезапной, игривой улыбкой обратился Такамори к приятелю. Он аккуратно отвёл парня чуть в сторону от шумной компании и понизил голос до доверительного шёпота: — Слушай, мне чего-то хреново, понимаешь? Не отпросишь меня с урока плавания? А? — Его тон был настолько ровным и уверенным, что звучал не как просьба, а как констатация факта. — Э-э... как хочешь, Такамори-кун, — слегка задумавшись, ответил Симидзу. — Думаю, если ты пропустишь один последний урок, никаких серьёзных последствий не будет. — Премного благодарен, — с лёгкой, довольной усмешкой на устах сказал Такамори и, не теряя ни секунды, вышел из класса. Несмотря на свои слова о плохом самочувствии, он направился не в сторону общежития, а в противоположный конец здания — в школьную библиотеку. Библиотека Advanced Nurturing High School была поистине огромной, больше походила на храм знаний. Высокие арочные потолки, бесконечные стеллажи из тёмного дерева, до самого верха забитые книгами, и тишина, такая густая, что её почти можно было потрогать. Воздух был наполнен запахом старой бумаги, кожи переплётов и лёгкой пыли. Его, однако, в данный момент интересовали не книги. Он искал кое-кого. Его шаги по мягкому ковру были бесшумными, несмотря на его габариты. Взгляд скользил по читальным залам, пока не нашёл цель. Девушка сидела в одном из уютных уголков на глубоком кожаном диване, полностью погружённая в чтение. — «Манипуляция и контроль: история власти». Интересный выбор для лёгкого чтения, — произнёс Такамори, появляясь из-за стеллажа с характерной ухмылкой. Девушка удивлённо обернулась. Это была Арису Сакаянаги. — Знаете, Такамори-кун, вы слишком бесшумны для человека ваших габаритов, — сказала она, и в её голосе прозвучала скорее шутливая нота, чем испуг. Однако под этой лёгкостью чувствовалось тонкое, как лезвие бритвы, напряжение. — Хм, — только хмыкнул Такамори, театрально пожимая плечами. — Врождённый талант. — Какая неожиданная встреча, Такамори-кун, — продолжила она, и лёгкая, вежливая улыбка вернулась на её лицо. — Разве вы не должны быть на уроке? — Ох, знаешь, Сакаянаги-сан, мне что-то хреново стало, — с нарочито страдальческим выражением лица сказал он, прикладывая руку ко лбу. — Вот прям не могу. Голова кружится, тошнота. Ужасное состояние. — Поэтому решил отдохнуть здесь. С тобой~, — последнее слово он произнёс протяжно и с откровенной игривостью. Сакаянаги на секунду подняла идеально очерченную бровь, но почти мгновенно её лицо вновь стало маской спокойствия. — Знаешь, Такамори-кун, — начала она, перелистывая страницу своей книги с изящным щелчком, — мне кажется, нам с тобой не часто удастся в дальнейшем поговорить с глазу на глаз. Редко бывают моменты, когда мы остаёмся одни, не находишь? Такамори грузно опустился на диван рядом с ней. Пружины жалобно скрипнули. Ухмылка с его лица исчезла, сменившись откровенно скучающим выражением. — Да, да, знаю, — небрежно бросил он, глядя перед собой. — Ты лучше скажи, в какие сроки ты собираешься мне признаваться в чувствах~? — спросил он, и игривая улыбка вновь озарила его лицо, когда он уставился на Сакаянаги. Та медленно улыбнулась в ответ, но в её сиреневых глазах не было и тёплого света. — Ну что ж, похоже, ты заметил, что за тобой следят. Люди из моей... фракции. Мои поздравления, — призналась она с лёгкой, холодной иронией, символически похлопав в ладоши. — Я понимаю, что я довольно симпатичен, — вздохнул Такамори с преувеличенной скромностью, — но всё же мне лучше живётся, когда меня не сталкерит злая маленькая девочка. — Маленькая девочка... — произнесла Сакаянаги, и в её голосе впервые прозвучало лёгкое, но отчётливое раздражение. — Ну да, — парировал Такамори, закинув обе руки за спинку дивана и растягиваясь, как кот. — Ты же маленькая и девочка. Я просто констатировал факт, не воспринимай это как оскорбление. Чтобы ты не обижалась, я могу сказать, что твой беретик довольно миленький. Знаешь, в нём ты мне напоминаешь маленькую художницу, которая хочет казаться взрослой, но она, несмотря на все свои таланты, не понимает, что всё равно обычный ребёнок. — Он наслаждался тем, как на идеальном лице Сакаянаги появляются крошечные трещинки, как растёт её раздражение. Секунда. Две. Воздух в библиотеке казался густым и тяжёлым. Сакаянаги, явно взяв себя в руки, заговорила снова, на этот раз тише и размереннее: — Знаешь... а ведь ты не такой, как все. Такамори с интересом поднял бровь. — Ты не похож на остальных в классе A, — продолжила она, и в её тоне появилась неожиданная искренность. — Они слепо радуются своему статусу, как щенки, получившие лакомство. Ты же... ты с лёгкостью выстраиваешь свои связи, как в классе, так и за его пределами. Люди идут за тобой без видимых усилий с твоей стороны... Но всё равно. Ты — скучаешь. Я это вижу. Такамори прищурился, его взгляд стал пристальным. Она наблюдала за мной несколько дней. Неудивительно, что она смогла разглядеть меня немного лучше, чем все остальные. — Может, я просто не вижу смысла радоваться чему-то, что мне дали, а не что я заработал, — медленно произнёс он, изучая её реакцию. Сакаянаги слегка, почти незаметно улыбнулась, и в этой улыбке было что-то от признания. — Именно. Ты понимаешь, что Class A — это не достижение. Это лишь стартовая позиция. Платформа. Она сделала паузу, давая словам проникнуть в сознание. — И я не хочу, чтобы ты её разрушил, — продолжила она, и её голос вновь стал ледяным, как сталь. Такамори откинул голову назад и рассмеялся — тихо, но очень искренне, его смех странно гулко отозвался в безмолвном зале. — Разрушил? Сакаянаги-сан, ты меня переоцениваешь. — Нет, — отрезала она, и в её глазах не было и тени сомнения. — Я оцениваю тебя правильно. Ты — хаос. А хаос — враг порядка. Моего порядка. Она взяла свою изящную трость и плавно поднялась с дивана. — Мне кажется, было бы разумно, если бы твой путь и мой реже пересекались. Понимаешь, люди склонны ошибаться, когда видят слишком многое одновременно. А я не люблю неопределённость. На секунду Такамори замер. А затем снова раздался его громкий, почти вызывающий смех. — АХАХАХАХ! Эй, Сакаянаги, чтобы ты знала, я не отстану от тебя ни при каких обстоятельствах. В твоих интересах исключить меня, ведь я так просто не уйду, — говорил он, и его улыбка была широкой и абсолютно бесстрашной. Сакаянаги на мгновение обернулась на пороге. Она смотрела на него — с холодным непониманием, с вымученным уважением и с лёгким, едва уловимым шоком. Она ничего не ответила, просто развернулась и вышла, её каблуки отстукивали чёткий ритм по кафельному полу, пока не затихли вдали. --- Уроки закончились. По коридорам хлынули потоки студентов, спешащих в кружки, спортивные секции или просто домой. Западное солнце бросало длинные тени, окрашивая стены в золотистые тона. Такамори, однако, пренебрёг всеми этими маршрутами и направился прямиком в класс 1-C. Слухи о «тиране», который силой подчинил себе весь класс C, расползлись по школе со скоростью лесного пожара. Такамори испытывал жгучее любопытство. Ему было интересно, кто этот большой и страшный диктатор, сумевший подмять под себя целый коллектив. Он постучал в дверь скорее для проформы и вошёл, словно имел на это полное право. Никто не осмелился его остановить. Похоже, он зашёл не вовремя. Атмосфера в классе была гнетущей. Весь класс C сидел на своих местах, но их позы были скованными, а взгляды большинства упорно устремлены в парты. Воздух был спёртым и напряжённым. Стояли только три человека в центре комнаты, образуя внушительную группу. Парень с пурпурными волосами до плеч и пронзительным, колющим взглядом — Рьюэн. Коренастый, похожий на бульдога парень с короткой стрижкой — Ишизаки. И высокий, мощный чернокожий парень, который был примерно одного роста с Такамори, — Альберт. На мгновение взгляд Такамори задержался на Альберте, оценивая его. Они были явно одного роста, может, Альберт даже на пару сантиметров выше. Но по габаритам, по ширине плеч и массивности торса Альберт определённо превосходил Такамори. Рост примерно как у меня, вес — 110–115. Скорее всего, «медленный» качок, силён в клинче, но пока замахнётся, можно успеть увернуться. В общем, опасен, — мысленно сделал пометку Такамори. Все трое в один момент повернули головы и уставились на незваного гостя. — Ой, я не вовремя?!~ — с явной, наглой иронией произнёс Такамори, нарушая давящую тишину. Глаза Рьюэна на мгновение расширились от удивления, но почти сразу же в них вспыхнул знакомый огонёк азарта. — Ку-ку-ку... кого-кого, но тебя я здесь не ожидал, Такамори-кун. Такамори слегка приподнял бровь, делая вид, что заинтригован. — Оу, похоже, я знаменитость, — почти скучающе произнёс он. Он нагло прошёл вглубь класса и встал прямо напротив Рьюэна и его компании, демонстративно нарушая их личное пространство. — Так ты — тот самый Рьюэн, о котором все шепчутся? — сказал Такамори с лёгкой, вызывающей улыбкой. — Честно? Я ожидал кого-то... побольше. Или, по крайней мере, пострашнее. Рьюэн в ответ лишь цинично поднял бровь. В это же время Такамори медленно, не торопясь, осматривал весь класс. Его взгляд на секунду зацепился за одной девушкой, сидевшей сбоку, но этому никто не придал значения. Рьюэн, словно приняв какое-то решение, резко повернулся к классу: — Можете идти, — бросил он коротко, и его голос прозвучал как удар хлыста. Весь класс, кроме одной той самой девушки, тут же, без лишних слов, поднялся и быстро, почти бегом, покинул кабинет. Эта девушка — Ибуки — встала и уверенно подошла к Рьюэну, её лицо выражало открытое недовольство. — Рьюэн, не смей его трогать, — сказала она резко, скрестив руки на груди. — Если с ним что-то случится, класс A не даст нам покоя до самого выпуска. — А кто сказал, что я буду его трогать, Ибуки? — с наглой, растянутой улыбкой спросил Рьюэн. — Мне просто интересно, кто он такой и что ему здесь нужно. — С этими словами он сделал шаг ближе к Такамори, сократив дистанцию до минимума. — Итак, зачем ты пришёл сюда? — спросил Рьюэн, и его лицо стало серьёзным, почти угрожающим. — А разве я не могу наведаться в гости в любой класс и посмотреть, как живут его ученики? — парировал Такамори, глядя прямо в глаза Рьюэну, не моргнув и глазом. — Ваши, судя по всему, живут не в самом лучшем положении. Напоминает муравейник, по которому прошлись каблуком. — Хм. Либо ты слишком глуп, либо намеренно провоцируешь меня, — произнёс Рьюэн, и на его губах вновь появилась насмешливая улыбка. — И, учитывая, что ты в классе A, склоняюсь ко второму варианту. Тебя прислала Сакаянаги, ведь так? — Не-а, — лениво ответил Такамори, покачивая головой. — Мы с ней, можно сказать, не особо ладим. У нас... разные взгляды на искусство управления. Рьюэн несколько секунд молча изучал его, его пронзительный взгляд скользил по лицу Такамори, будто пытаясь прочитать скрытые мысли. — Значит, ты просто идиот, который думает, что с твоими габаритами может спокойно провоцировать меня и выйти отсюда целым и невредимым?! — его голос прозвучал громче, отдаваясь эхом в пустом классе. — Конечно, — с убийственной иронией и всё той же ленивой улыбкой подтвердил Такамори. Ишизаки и Альберт переглянулись. На их лицах было явное недоумение от такой наглости. — Ку-ку-ку... а ты забавный, — наконец рассмеялся Рьюэн, и в его смехе слышалось некое одобрение. — Может, в будущем ты станешь неплохим развлечением. — С этими словами он развернулся и, не сказав больше ни слова, направился к выходу, движением головы показав своим спутникам следовать за ним. --- После визита в класс C Такамори шёл по коридорам, и на его лице играла довольная улыбка. Всё шло чётко по плану. Вечернее солнце заглядывало в окна, окрашивая всё в багровые и оранжевые тона. Прости, Симидзу-тян, но, похоже, тебе придётся немного пострадать ради общего блага, — с лёгким уколом совести подумал Такамори. На пути ему встретилась группа одноклассников. В центре, окружённый своими сторонниками, стоял Кацураги Кохэй. Его лысая голова блестела в закатных лучах, а лицо сохраняло привычное спокойное и дружелюбное выражение. — Привет, Такамори-кун, — вежливо и с лёгкой улыбкой поприветствовал он. — Хей, Кацураги-кун, — кивнул ему Такамори. — Как продвигается твоя предвыборная кампания на пост лидера? — спросил он больше из вежливости, чтобы поддержать беседу, нежели испытывая реальный интерес к политическим интригам Кацураги. — Ну... могло быть и лучше, — слегка разочарованно пробормотал Кацураги. — Конкуренция серьёзная. — Слушай, Такамори-кун, — внезапно, глядя ему прямо в глаза, сказал Кацураги, — присоединяйся ко мне. Такамори сделал задумчивое лицо, изображая размышления. — Ты, считай, уже помог моей фракции в первый день, — продолжил Кацураги, его дружелюбная улыбка никуда не делась. — Этой своей выходкой с Сакаянаги ты здорово подпортил ей репутацию в глазах некоторых сомневающихся. Уверен, после такого ты вряд ли пойдёшь во фракцию Сакаянаги. Поэтому у тебя, по сути, два варианта: либо играть в соло, либо присоединиться ко мне. Что ты выберешь? Такамори ухмыльнулся. Ответ был очевиден. — Конечно, я присоединюсь к тебе, Кацураги-кун, — произнёс он с лёгкой усмешкой. — Но знай, я не настолько талантлив, чтобы в одиночку вывозить всю твою фракцию на своих плечах. Я не чудо-работник. — Я не жду от тебя ничего сверхъестественного, — покачал головой Кацураги. — Я ожидаю такой же поддержки, как и от всех остальных. Ничего особенного, Такамори-кун, не переживай. — Ну, раз уж так, то приятно иметь с тобой дело, Кацураги-кун, — сказал Такамори, и на его лице расцвела самая что ни на есть дружелюбная и открытая улыбка. Он протянул руку. — Взаимно, Такамори-кун, — ответил Кацураги, и его рукопожатие было твёрдым и уверенным. Сделка была заключена. Солнце почти скрылось за горизонтом, и по школьному двору пробежал прохладный вечерний ветерок, предвещая скорое наступление ночи.