Как происходит любовь

– Джин, тебя к телефону! – мама постучала в комнату сына, протягивая ему трубку. Иногда ему звонил Тэхен, но о таком мама сразу предупреждала. Джин поднес к уху телефон, спрашивая аккуратное “Здравствуйте?”. Это не мог быть Тэхен. Джин знал это и без мамы. Тэхен до сих пор обижался на него за то, что тот не пришел на тренировку. – Здравствуй, наш мальчик! – послышался звонкий голос Ли Сана, и на сердце у Джина потеплело. – Здравствуйте, хен. Как вы добрались? – Он спрашивает про нас, Юнджони. Ты нас не забыл? Веселый голос звучал с помехами, но от этого радостного тона Джин повеселел. – Конечно, я вас не забыл. Как новая квартира? Вы уже обустроились? – У нас все хорошо, Джин. Все отлично. Пусан хороший город, только мы скучаем… как там Тэхен? Ты рассказал ему о нашем переезде? Рассказать-то рассказал, Джин снова почувствовал вину, которая и без того давила на него каждый день. – Рассказал. Ему очень жаль. Джин держал телефон у уха и смотрел в окно, пытаясь забыть их встречу после тренировки, но сердце сжалось от воспоминания. – Что-то не так, Джин? У тебя грустный голос… – Ли Сан тонко чувствовал перемены настроения, но Джин не хотел ни о чем говорить. – Не забивайте этим голову, – сказал он. – Это мои проблемы. – Может, хочешь поговорить с Хва Юнджоном? Он сможет помочь? – Ли Сан делил их возможности говорить на разные темы, хотя для Джина не было особой разницы, поэтому он пожал плечами и остановил хена. – Не надо, хен. Просто я накосячил. В тот день, когда вы уезжали, я пообещал Тэхену, что приду к нему на тренировку. Потом увидел вашу записку и… – не нужно было продолжать, чтобы понять. – Тэхен до сих пор на меня злится. В трубке надолго повисла тишина, прерываемая только помехами связи. Джин и сам понимал, что поступил плохо по отношению к Тэхену. Но в тот момент не мог сделать иначе. Или мог. Голос в трубке неожиданно сменился на более глубокий и низкий. – Привет, Джин, – в этом голосе слышалась улыбка. – Это Юнджон. Санни совсем расклеился, не обращай на него внимания. Он может расстроиться из-за любой мелочи. – Простите, что заставил его волноваться, – Джин этого совершенно не хотел. – Не в этом дело, – поспешно добавил Хва Юнджон. – Если бы мы знали, что Тэхен тебя ждет, не заставляли бы делать такой сложный выбор. – Вы не могли уехать позже. А я не мог вас не проводить. – Теперь Тэхен думает, что он не так важен для тебя? – Я не знаю, – вздохнул Джин, потирая висок. – Сколько бы раз я не извинялся перед Тэхеном, он все равно думает, что я просто придумал причину, чтобы не идти. – Но мы ведь действительно переезжали? – Я мог прийти к нему после того, как вас проводил. – Но ты этого не сделал? Джин кивнул сам себе, закрывая глаза и представляя Тэхена. Он сбегал от него всякий раз, когда дело касалось других людей. Сердце сжалось от одной мысли об этом. Веселый, раскованный Тэхен, которого любят другие, который любит всех на свете. Джин зажмурился и почувствовал, как желчь подкатывает к горлу и разливается в груди. Он не хотел приходить на тренировки Тэхена. Никогда. Он не хотел приходить на игру, как бы Тэхен его не просил. Джин просто не мог видеть Тэхена в окружении других людей и друзей, и это чувство было невыносимым. Он боялся почувствовать себя лишним. Потому что он и был там лишним. – Ты ревнуешь Тэхена к футболу? – тихо подсказал Хва Юнджон. Джин открыл глаза и услышал, наконец, название этому отвратительному чувству, которое отравляло его долгое время знакомства с Тэхеном. Сердце больно отреагировало на сказанные слова, и Джин впервые в жизни произнес это вслух, признаваясь самому себе: – Я ревную Тэхена не только к футболу. Я ревную его ко всему.