Somebody I used to know

— Напомни, зачем мы это делаем? — тяжело дыша, прошептала Джилл, едва они успели спрятаться, — мимо двери, не заметив их, прошла пара мутантов. Комнатка, в которой они оказались, раньше служила кладовкой. В прохудившемся ведре все еще стояли швабры со сломанными древками, на полках теснились полупустые бутылки с моющими средствами, распространяя удушающий запах химикатов, на полу валялись рваные тряпки. В дальнем углу притаился непонятно зачем поставленный здесь горшок с зелёным растением. Они уже битый час крались по убежищу выживших, перебегая от одной двери к другой, из одного тёмного угла — дальше, стараясь оставаться незамеченными. Община активизировалась и теперь была похожа на потревоженный пчелиный улей: то и дело был слышен топот передвигающихся по коридорам сторожевых отрядов, до них доносились их возбужденные голоса, обсуждающие «чужаков с поверхности, которым удалось забраться так далеко», на перекрестках они расставили дозорных. Их искали и явно не для того, чтобы устроить банкет в их честь, поэтому идея схватить одного мутанта «для изучения» звучала не только негуманно, а просто самоубийственно глупо. «Крысолов», который, кстати говоря, так и не удосужился представиться, закатил глаза. Джилл была уверена, что под банданой, все еще скрывающей его лицо, он снисходительно ухмылялся. Засранец — В воздухе распылен токсин, который активирует у вас мощный приступ ПТСР, — омерзительно терпеливо объяснил он с фальшивой доброжелательностью в голосе, кажется, уже в третий раз, — И чтобы подобрать наиболее эффективный антидот, мисс Валентайн, нужно исследовать сам токсин и его воздействие на носителей. Что-то в этих мутантах его нейтрализует. А ненависть, — он усмехнулся, припоминая философский вывод Леона после прочтения Книги, — насколько мне известно, таких химических свойств не имеет. Джилл нехотя кивнула, не уверенная, что он вообще увидел этот жест в полутемной помещении, освещенном одной-единственной мигающей лампочкой под потолком. Сама цель звучала до зубного скрежета логично, но что-то не давало ей покоя. Возможно, то, как плотоядно блестели глаза «крысолова», словно у безумного ученого, готового подвергнуть подопытного чудовищным страданиям, лишь бы только докопаться до истины. — Мы всего-лишь возьмём образец крови, — словно прочитав ее мысли, успокоил «крысолов», но не удержался и усмехнулся, — В текущих условиях конвоировать живого мутанта до нашего лагеря было бы неразумно. «Лагерь» они разбили в самом дальнем крыле, в которое удалось пробраться. Стены здесь опасно покосились, пол был завален мусором почти доверху, потолок угрожал в любую минуту рухнуть, поэтому мутанты предусмотрительно не ходили здесь. «Крысолов», не встретив сопротивления, взял командование в свои руки. Крису и Леону он вручил неведомо какими тёмными путями добытую карту NEST и поручил проверить все данные из локальной сети. Он был уверен, что компьютеры и оборудование еще работают, иначе разработать токсин было бы просто невозможно. Сам он отправился вместе с Джилл искать подопытного. На первый взгляд это казалось пустяковой операцией. Возможно, это и было бы просто, если бы мутанты ходили по-одному. Но после обнаружения посторонних они стали бдительнее. Одну бесконечность спустя им все же улыбнулась удача. Одинокий «туземец», насвистывая что-то себе под нос, брел по коридору, вооруженный щитом из столешницы и копьем в виде заточенной ножки от стула. Или от стола — Джилл не могла сказать наверняка. Валентайн тряхнула волосами — ну и чушь же лезет в голову. «Напарник» тронул ее за плечо. — Я обойду спереди по тому проходу, — он кивнул куда-то влево, — Ты зайдёшь сзади и угостишь его этим, — он протянул ей шприц, наполненный голубоватой жидкостью. — Что это? — Транквилизатор. — А если на нем не сработает? Может, лучше угостить его прикладом? Он усмехнулся, глаза довольно блеснули. — И это ты упрекала меня в бесчеловечности? — крысолов вздохнул, — Рану на его черепе могут увидеть, как и лужу крови вокруг. Пулевое отверстие тоже весьма приметное. Лучше, чтобы их Добрый Доктор не знал, что мы подбираемся к нему все ближе. Валентайн кивнула и засунула шприц за ремень. * В «лагере» они развернули мобильную лабораторию. Старенький компьютер низко и монотонно гудел, не справляясь с нагрузкой. Приборы, которые их новый «друг» предусмотрительно захватил с собой, противно попискивали, перегоняя жидкость из одной мутной колбы в другую. В застарелой духоте резко пахли реагенты, вызывая мигрень. — Как я и думал, — оторвавшись от микроскопа, сообщил «безумный ученый», как его успела окрестить Джилл. Она сидела в позе лотоса в маленьком кресле, которое показалось ей наиболее чистым, и читала старые отчеты Амбреллы в поисках возможных ответов. Ноги у неё уже совсем затекли. — Не поделишься результатами с простыми смертным? — спросил Крис, не без удовольствия отрываясь от очередного ничего не значащего документа. Глаза у него были красные и опухшие. — Токсин, как я и предполагал, — наслаждаясь собой, начал тот, — имеет лабораторное происхождение. На мутантов он оказывает то же действие, что и на вас, — вызывает мощнейшие галлюцинации и приступ тревоги. Но! — он поднял вверх указательный палец, обведя зрителей взглядом, — наш Добрый Доктор разработал особый состав, который не только нейтрализует действие токсина, но и запускает ускоренное развитие мутаций, которые позволили этим существам длительное время выживать в темноте под землёй. У них развилось зрение, как у кротов, усилился слух, выросли резцы, чтобы было удобнее есть грубую пищу. Они менее чувствительны к низким температурам. Перечислять можно еще долго. — Надеюсь, нам не нужно будет отращивать зубы и когти, чтобы справиться с токсином? — с надеждой спросил Леон. «Крысолов» усмехнулся: — Я уже работаю над антидотом, нейтрализующим токсин без мутаций. Им показалось, что он явно разочарован таким решением, но и сдержать вздох облегчения они не смогли. * — Поздравляю, команда «Альфа», у нас есть антидот, — триумфально объявил крысолов спустя несколько часов, которые показались им вечностью. Ей бы порадоваться успеху вместе со всеми, но она не смогла. Джилл замерла на миг, уставившись в одну точку. Они пошли за ним добровольно, не зная толком, кто он такой. Словно почувствовали, что за его спиной они будут в безопасности, здесь, в темноте. А он, прирождённый лидер, повёл их, так естественно, будто делал это всегда. Распределял роли, делегировал задачи, зная, на что каждый из них способен, и с чем точно справится. Что-то щелкнуло у нее в голове, словно пришел в движение причудливый механизм. Он не стеснялся в выражениях, не смягчал углы, нагло указывая им на их недостатки, будто другого языка, кроме сарказма, даже не знал. Последний кусочек головоломки встал на свое место. Он говорил о токсинах со знанием, с увлеченностью истинного исследователя, с хищным блеском в глазах. И наконец… Она вскочила с места и молниеносным выпадом наставила на него пистолет: — Кто ты, мать твою, такой? Он оторвался от микроскопа, улыбнулся. Внимательно наблюдал за каждым ее движением, оставаясь абсолютно неподвижным. Крис подался корпусом вперед, готовый в любой момент вмешаться. Леон выглядел озадаченным. — Что с тобой? — обеспокоенно спросил Кеннеди, переводя взгляд с нее на «крысолова». — Командой «Альфа» мы были последний раз в девяносто восьмом, — прошипела она сквозь зубы, рука, крепко сжимающая оружие, подрагивала от злости, — Спрашиваю еще раз... — Ты ведь уже сама поняла, да, Джилл? — перебил ее Вескер, стягивая с лица бандану. Его голос был спокойным и тихим. Он смотрел ей в глаза. Без привычной иронии и вечной ухмылки, но с улыбкой, обычной такой. Человеческой Его будто забавляла ее ярость. Будто он знал, что она врала в тот момент сама себе. В бессилии Джилл опустила пистолет, всплеснула руками: — Да, поняла, — чуть не закричала она, — Ещё когда мы отбивались от крыс. — она повернулась к Крису, — Ты ведь тоже понял? — уже спокойно продолжила Валентайн, — Понял и все равно пошел за ним. Да и я не лучше, — она обрушилась на стул, спрятала лицо в ладонях. Крис молча встал позади, погладил ее по спине. Леон, стараясь не присутствовать при этом «семейном» скандале, тихо выскользнул из комнаты. Альберт подождал минуту, две. Никто ничего не сделал. И не сказал. — Давайте примем рабочую гипотезу, — спокойно прервал тишину Альберт. — Я нужен вам, чтобы раскрыть тайну этого места, вы мне — чтобы свергнуть «Доброго Доктора». Сеанс групповой психотерапии проведём после благополучного завершения миссии. Джилл подняла на него покрасневшие, но сухие глаза. И молча кивнула.