Трещит хрусталь: Вселенная бесконечна

— Соня, он такой чудесный человек! Не могу поверить, что он сумел договориться за меня. Лиза сидела на кровати и все лепетала и лепетала о модели, точно решив для себя — он ее благодетель. Через полтора часа она должна была быть на кастинге и уже во всю готовилась. Она скорыми движениями наносила крем, подготавливая кожу к макияжу, — планировала нанести немного тонального средства и румян, а также ее любимый блеск для губ кофейного оттенка, — но все время вертелась из стороны в сторону. Лиза попросту не была способна сконцентрироваться на чем-то одном, ведь ее переполняла радость. — Тебе так повезло, что ты познакомилась с ним! Когда ты мне сказала, я не поверила, ведь он же модель, да к тому же мирового уровня. Я подумала, ты шутишь, но, когда я встретила его вживую… О, Соня, он такой красивый! Вокруг него какая-то царская аура, будто он аристократ, нет, король, нет, царь или даже император! Соня молча слушала похвалу, предназначенную не ей, и медленно надевала рабочую одежду. Невольно она вновь представила образ молодого человека. Что-то в нем Софию очень напрягало, однако она не могла понять — что именно. — Ты согласна со мной? — спросила Лиза. Она всегда спрашивала так, когда хотела услышать обратную реакцию. — Ну, как сказать… — София замялась и застегнула ширинку темных джинс. — Хорошо, что он договорился за тебя, — только это и смогла сказать. — Можешь сходить со мной? — спросила Лиза и повернулась в сторону подруги, продолжая вбивать крем в кожу. — Нет, у меня утренняя смена в студии, — моментально отрезала Соня. — Но Соня, раз уж тут такой шанс подвернулся, то давай и ты тоже сходишь! Ну? София взглянула на свое отражение в зеркале и нахмурилась. — Если я подойду, то это будет плевок в сторону всей модельной индустрии. — Ну почему?! Как ты можешь так говорить? — Ждут тебя. Мне там делать нечего, да и я совершенно не горю желанием. — Да я уверена, если ты придешь, они сумеют разглядеть в тебе потенциальную модель! Астер сказал, что изначально заинтересовался тобой и хотел предложить тебе прийти на кастинг. И попросил он за нас обеих. Он сказал, что мы можем приехать вдвоем. Ну правда хороший? Кажется, это судьба — быть нам моделями. — Господи… — устало пробубнила София. — Вот у меня вечные проблемы с бедрами, постоянно выходят за нормы параметров. А у тебя все как надо. — У тебя красивые женственные бедра. Ты эталон красоты, Лиза. Перестань нести чушь и собирайся, иначе опоздаешь. — Ну, а хотя бы в качестве поддержки? Соня надела серую кофту и собралась выйти, но решила сказать кое-что напоследок: — Это не моя мечта, а твоя, поэтому будь добра справляться с волнением самостоятельно, — несколько секунд она помедлила, продолжила уже тише: — И будь аккуратней с этим человеком, потому что он очень странный. — Странный? — Да, подозрительный тип. И твоего восторга насчет него я не разделяю. Будь осторожна и не обольщайся. — Чем же он подозрительный и странный?! Лиза спросила с таким возмущением, будто кто-то оскорбил ее лично, бросив мусор на ее территорию. Она взяла больше легких в воздух, словно готовилась произнести длинную речь в защиту ее благодетеля, однако София лишь усмехнулась на подобную реакцию. — Нормальные люди коротышек в модели не ищут. Он тебе лжет! Она показала язык и закрыла за собой дверь. Лиза осталась со своими возмущением и контр-аргументами одна. И в первую очередь ей отчего-то хотелось отстоять рост Софии. Ей было неприятно даже то, как пренебрежительно ее подруга назвала себя «коротышкой», пускай и в шутку. — Ты что, действительно низких людей не видела? Дура! — крикнула вслед Лиза так громко, чтобы София наверняка услышала ее перед уходом. *** После кастинга Елизавета столкнулась с Астером у лифтовой зоны. Возбужденная от события, она принялась осыпать молодого человека благодарностями, в ответ на что получила довольную, но достаточно сдержанную улыбку. Первое время она не замечала, что собеседнику то ее совсем не было дела ни до нее, ни до ее радостей. — А где Софи? — спросил он нетерпеливо, перебив девушку. — Софи? — Лизе данное сокращение было непривычно. — Ах, она отказалась идти, ни в какую не соглашалась. Пошла снова работать. Не пойму ее, чем уборка лучше работы моделью. Она работает на двух работах, а платят ей, ну, гроши, — пожаловалась Лиза. — Ну попробовать прийти на кастинг хотя бы стоило. Но что поделать, она всегда такая… Так себя принижает. — Софи нельзя так много работать. — Говорят, как человек себя оценивает, так он и живет. Я для себя решила, что горбатиться не буду, нет уж. У меня есть минимальные требования к жизни и ниже я не опущусь. — Тогда, если человек не способен себя адекватно оценить… Правильно оценить за него? — спросил Астер. — Стоит решить, что для него лучше. — Если это такой человек как Соня, то да. Такие люди совершенно не знают, что для них лучше. — Это хороший совет. Я так и поступлю. — Что? Лиза поняла, что упустила какую-то важную деталь в их разговоре, а молодой человек уже все для себя решил и что-то задумал. Двери лифта открылись, и Лиза вошла в него. — А вам на какой этаж? — спросила она. Но ее благодетель ничего не ответил и в лифт не вошел.       «Что? Разве он не ждал лифт вместо со мной?» *** В холодную пору смеркаться стало намного раньше. В этот день ресторан был почти пуст, однако не из-за того, что число посетителей сократилось — просто большинство столиков были забронированы и пустовали. — Нельзя ли снять бронь? Уже который человек недоволен ситуацией. Люди же не слепые, прекрасно видят, что у нас пустой ресторан. Софии третий раз пришлось разворачивать посетителей и выслушивать их жалобы. Постепенно недовольство странной ситуацией накапливалось. Было бы проще работать, если бы ей позволили впустить посетителей и спокойно их обслужить, чем тратить время на разбирательства. — Нет, это оплаченные столики. Бронь стоит… О, тут до конца смены, — ответила менеджер. — Кажется, кто-то решил здесь мероприятие устроить. Но нас не предупреждали о банкете, только оплатили бронь. Работники ресторана ожидали людей, забронировавших столы, вплоть до конца смены, однако никто не пришел. Коллеги Софии то жаловались, то любопытствовали, отчего вышла такая ситуация. Менеджер за час до закрытия ресторана позвонила по контактному номеру и, переговорив с человеком, оплатившим бронь, объявила, что никто не придет. — Как странно. Зачем тогда этот человек оплатил бронь почти за все столы? — обсуждали коллеги. — Кажется, у кого-то не удался праздник? — Сегодня машина не сможет осуществить развоз. Придется вам самим заказать такси, — сообщила менеджер, вызвав негодование сотрудников смены. В итоге многие договорились скинуться на такси, однако в сторону дома Софии, как назло, никто не ехал. — Нет, у нас машина полная поедет. Можешь с другими поехать, — предложил коллега. — Да ладно, сама доберусь. Мне дорого выйдет. Если сначала до вас, потом до меня маршрут выстроить. Я дойду до остановки автобусной, чтобы без пересадок. После смены София переоделась и вышла с заднего хода ресторана. В ее ушах играла музыка с наушников, какой-то грустный японский рок, который рекомендовало музыкальное приложение. София не переключила, так как такое музыкальное сопровождение как нельзя лучше соответствовало ее внутреннему состоянию.       «Удивительно, и как только они угадывают мое настроение?» — дивилась София современным алгоритмам. После смен на нее обычно накатывали усталость и уныние. Ноги болели от непрерывной ходьбы. За этот день она почти ни разу не присела, даже в метро и в автобусе не довелось посидеть, все места были заняты. А завтра новый день, новые трудности. И все так однообразно, так предсказуемо. Ей казалось, будто она в круговороте серых будней и будущее неизменно клонит ее куда-то вниз. В рабочей суматохе и нескончаемом стрессе она не могла найти просвета. В ближайшее время не могло ничего измениться. Да, как же мучительно беспросветна ее жизнь. Возможно, Соня так и «пробежит» свою юность, свою молодость, свои «лучшие годы», а далее и зрелость… Возможно, только там, под каменными плитами она догонит свой покой и, наконец, отдохнет. Странно, и чего это на нее накатило? Что с ней происходило, Соня и сама не понимала. Совсем недавно она не позволяла себе предаваться унынию, знала, что это грех, и что от тревог и негативных мыслей жизнь не улучшится. Да и разве это не то, чего она желала: убежать от себя, от клейма собственного прошлого, — и вот она, наконец, уехала из маленького городка, где все знали ее прошлое и ее саму.       «Перемен душа требует или я просто интуитивно чувствую, что скоро что-то изменится?» Ее пугало и вместе с тем будоражило это чувство. Она испытывала страх перед будущим — как будто на нее надвигалась огромная волна, способная снести ее, — но также трепетала перед ним. Перемены — это всегда страшно, они смывают понятно выстроенный мир. Однако, если этих перемен не будет, ее жизнь пойдет по самому ожидаемому сценарию… И это приводило в уныние. Мысли сгущались подобно тучам на ночном небе, а в наушниках продолжали играть меланхоличные мотивы гитар. София остановилась, когда увидела в темной улице его. Он стоял в черном дизанерском пальто, будто позировал для съемки высокобюджетной рекламы. Однозначно, он оказался здесь не случайно. У Софии не было сомнений в том, что он ждал конца ее смены здесь, чтобы пересечься с ней. Однако она не понимала, для чего. К тому же на улице было холодно, а пальто не казалось теплым. Если он ждал больше двадцати минут — наверняка замерз. Это подтверждал покрасневший кончик его носа. Она упустила важный вопрос: «Почему он знал, что она будет сегодня проходить по этой улице?» — Здравствуйте, — спокойно поздоровалась София и сняла наушники.       «Что вы тут делаете?» — у нее не получилось спросить, как будто на этот вопрос ей поставили запрет. Почему этот парень ею заинтересован? Он взглянул на нее и улыбнулся, но ничего не ответил. Он в общем был достаточно молчалив, часто ответ передавал одними глазами, и это вынуждало ее часто смотреть в эти глаза, очаровываясь их красотой. — Ах, да, передаю благодарности моей подруги. Она очень вам благодарна, что вы договорились за нее. — Софи много работает, — его голос звучал сухо. Он был чем-то недоволен. Астер. Как только София дошла до него, далее по улице она шла уже вместе с ним, словно они изначально шли вместе. — Да, много. Но это всего лишь подработки. Моя основная деятельность — учеба. — Устала? Внутри образовалось напряжение. Этот вопрос из его уст прозвучал совсем иначе. Она поняла, что он заложил в него сразу несколько смыслов. — Да, — призналась честно. Она устала. И работать ей действительно было тяжело. Он знал, он видел это. И забота, скрывающаяся под этим вопросом, сковыряла гнойную рану, причинила боль. София не жаловалась близким, даже отцу не писала о том, что она очень устала: и от работы, и от того состояния неведения, в котором продолжала жить, и от этих выматывающих миражей сознания, этих грез о несуществующих мирах, людях, после которых ее собственный мир казался ей не мил. Но ему ответить честно было можно. Ведь они не близки, значит, это не заставит его сильно волноваться, как, например, отца. И вместе с этим он не осудит, София чувствовала, что этому человеку она могла вложить свою искренность. Астер тревожно замолк. Она чувствовала, как тяжело он размышляет, продолжая следовать за ней. — И как мне быть? — он усмехнулся, с еле уловимой горечью. — Разве могу я оставаться наблюдателем. Это законно? — О чем вы? — София не поняла, но под ребрами что-то тревожно защекотало. Она с опаской переметнула взгляд на его лицо, вспомнив, что вообще-то сейчас она с едва ли знакомым ей мужчиной в темной, мало проходимой улице. — Я имею ввиду Божий суд, Софи, — он усмехнулся.       «Какой же он все-таки странный…» — Знать, но просто наблюдать. Если я поступлю эгоистично, разве это не будет на благо? Почему я не могу? — Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, — София неловко рассмеялась.       «Может, он сектант?» — предположила Соня. Она вспомнила, как накануне обсуждала с подругой насущные проблемы и новости.       «Лиза говорила, что их здесь нынче много развелось» Да, также Соне припомнились и другие слова подруги, что среди этой «богемной тусовки» очень много верующих в какие-то темные силы и эзотерику. — Если я знаю, что могу лучше позаботиться. Разве я должен просто наблюдать? — Не должны, полагаю? — ответила София, даже не понимая, о чем говорил этот иностранец. Для нее Астер звучал так, будто пытался объяснить ей чужестранную загадку на ломаном языке. Он улыбнулся ее ответу. — Да, Софи, ты права. *** Лиза сделала звонок, однако трубку вновь никто не взял. «Абонент временно недоступен» — продолжал вторить женский голос.       «Не к добру это» Геолокация подруги, отображающаяся в приложении, застряла в ресторане, в котором та работала. Значит, телефон перестал ловить сеть примерно там. Впрочем, Соня всегда в этот день недели работала допоздна. Возможно, ее телефон разрядился на работе, а она забегалась и не успела его подзарядить. Скорее всего она уже ехала домой и переживать было не о чем. Однако что-то Елизавету в этот день настораживало. Лиза ощутила тревогу, ей не свойственную, ту самую, от которой обычно мучилась София. Нехорошее предчувствие. Когда же оно зародилось? Лиза отчего-то вспомнила взгляд Астера перед тем, как двери лифта закрылись, а затем в голове ее возникли слова подруги накануне. София говорила, что он странный, подозрительный. И теперь Лиза разделяла эту точку зрения. Да, его поведение было немного странным. От скуки Лиза вошла в приложение видеонаблюдения и начала смотреть запись в облачном хранилище. — Черт… Она увидела жуткие кадры, как в комнате Софии появляется мужская фигура. Сталкер Софии существовал, и тому, наконец, появились вещественные доказательства. Правда в темноте камера снимала черно-белым и качество оставляло желать лучшего, потому с трудом можно было разглядеть черты лица этого человека. *** — Прошу прощения, а почему вы идете за мной? — спросила София, чуть нахмурившись. — Волнуюсь. Я провожу Софи. — Не стоит, я и сама могу дойти. Если ранее общество Астера было ей даже приятно, то теперь ей хотелось поскорее от него избавиться. — Софи, правда, в отличии от меня храбрая. — С чего вы так решили? — На твоем месте я бы чувствовал угрозу. Мало ли, кто захочет тебя заполучить.       «Ах, он снова заводит ту же шарманку» Софии припомнился их разговор возле театра. Тогда Астер рассуждал о безопасности женщин и предостерегал ее от опасности в лице мужчин с девиантным поведением. Да, тяжело было забыть тот причудливый диалог, в котором мужчина представляет на твоем месте и убеждает, что это страшно — быть тобой. Чем чаще она сталкивалась с Астером и слушала его странные размышления, тем более подозрительным он ей казался. — Немного по-больному звучит, — не удержалась она от комментария. — Вокруг столько красивых девушек, живут же как-то. Зачем вообще думать в таком ключе? Досада. Она отвлеклась на него, пошла совершенно не туда и даже пропустила поворот, где можно было пойти вдоль проезжей дороги. Теперь приходилось идти вдоль старых дворов.       «Дорого, конечно, но лучше вызову-ка я такси, — подумала София и вытащила из сумки телефон. Однако он оказался разряжен. — Да не может этого быть! Ах, наушники забыла отключить. Как я не заметила, что в телефоне мало заряда?» — Мне немного любопытно, — Астер остановился. — Если спрошу, ты ответишь мне? Это немного странно… — Что именно любопытно? — его вопрос отвлек от идеи заказать такси. — Софи, а сейчас, — он помедлил, — чувствуешь ли ты себя в безопасности? — В… Каком смысле? — Ночью со мной. Опять же, Софи, будь я на твоем месте, — он пригнулся к ее лицу и начал пристально смотреть в ее глаза, чтобы правда не скрылась от него, — я бы боялся. София осознала, с каким хищным, сумасшедшим взглядом он все это время смотрел на нее. — Что, если я прямо сейчас захочу тебя заполучить? — спросил он. — Что, если не сдержусь? Разве это не страшно? Я могу сделать с тобой все, что угодно. *** Когда человек лучше показался в кадре, Лиза остановила видеозапись, чтобы лучше разглядеть. Да, определенно, эта фигура очень напоминала фигуру модели, причем очень знакомой ей модели. И даже детали внешности, например, стрижка и этот темный приталенный костюм.       «Сегодня Астер был в этом же костюме!» Под записью отображались дата и время. Все совпадало — он заходил в комнату Софии ночью, пока она спала, а утром был в модельном агентстве в том же костюме. — Соня, ну возьми же трубку… Последняя попытка дозвониться не удалась. Лиза решила звонить в полицию, пока не стало слишком поздно. Сердце ее билось в бешеном ритме. В ней была уверенность — если сейчас она ничего не предпримет, то может больше не увидеть подругу. *** По спине прошлись мурашки. Слова Астера звучали как громкий удар в гонг. София замерла, смотря в его глаза, ярко горящие в темноте. Вот оно — осознание: доверять малознакомому мужчине было огромной ошибкой, возможно, стоящей ей… Жизни? Вокруг ни души, проезжая часть в ста метрах, ближайший горящий фонарь в метрах двадцати. Здесь и сейчас этот парень действительно мог сделать с ней все, что ему было угодно. Он мог даже убить ее. Опасный, сильный и жуткий тип — это точно он. В его взгляде во всю плясали бесы. Почему она раньше не ощутила эту тяжелую ауру? — Тогда я сбегу, — ответила София и улыбнулась. Она пыталась скрыть свой страх. Жалкая попытка провести его вокруг пальца? Нет, он знала, что сегодня домой уже не вернется. Но в страстном желании жить она предпринимала попытки хотя бы отсрочить свой жалкий конец. Это тоже было ошибкой. Ее ответ только разозлил его. — Ты не сможешь убежать. Я не позволю. София попыталась отшагнуть от Астера, но он крепко обхватил ладонями ее плечи, не позволяя сдвинуться с места. — Все это время… Это был ты. Пора было раскрыть все карты. Она все поняла, и на ее побледневшем лице отпечатался ужас. Пускай София уже знала наверняка, что сопротивляться было себе дороже, страх взял вверх и она предприняла попытку оттолкнуть сталкера от себя и ринуться с места. Астер этому лишь улыбнулся и прижал ее тело ближе, демонстрируя огромную разницу в их силе. Как легко он мог удержать ее на месте. Если сейчас он решит свернуть ей шею, она не успеет даже попросить о пощаде. Попытку Софии закричать и позвать на помощь он прервал поцелуем, требовательным, полным животной страсти. София не отвечала ему ничем кроме робких попыток сопротивления. Хотела укусить его, но не смогла причинить ему боль. Голова ее закружилась, а ноги ослабели и подкосились. Дьявол, он словно высасывал из нее энергию. И вот она, ослабленная, была в его руках, вся в его власти. София раньше думалось, доберись сталкер до нее, она скорее пошла бы на самоубийство, чем позволила бы ему наслаждаться ее страданиями. Соня была уверена, что худшим чем смерть концом для нее будут поцелуи и прикосновения этого человека. Даже во снах она испытывала отвращение к нему, потому не могла себе представить, что не только не испытает отвращения к его поцелуям, но и почувствует что-то отдаленно напоминающее наслаждение. Сегодня все карты были раскрыты. Этот человек был слишком близко, а она была недостаточно бдительна. Софи объявили без-вести-пропавшей за день до начала зимы.