Стрелок

      Один из людей Алехандро сопроводил их к командному пункту. Его можно было бы описать как зал для совещаний, однако стены были заполнены оружием, взрывчаткой и полками с доспехами.       В центре помещения возвышался огромный, идеально квадратный стол из акации. Он был собран из сотен маленьких дощечек различных оттенков, мастерски подогнанных друг к другу таким образом, что на них грубо изображался герб Мексики. Словно витраж, гордый орел держал в когтях змею, а его перья и чешуя были вырезаны из маленьких кусочков дерева. Для создания шипов кактуса в дерево были искусно вмонтированы мелкие серебряные осколки. Крупный резной камень бирюзы из Мексики служил глазом орла, а золотистый, сверкающий топаз — глазом змеи. Сам квадрат был выполнен в виде креста, напоминающего «Божье око», где каждая деревянная планка поддерживала соседнюю и закручивалась спиралью к краю.       Никто не выражал комментариев ни насчет стола, ни насчет оружия, но это обстоятельство красноречиво задало тон: Варгас был готов к бою, а Лос Вакерос не планировали отступать.       Помимо Хар и бойцов 141-го отряда, к ним присоединилась четверка мужчин. Если 141-е производили впечатление широкоплечих и статных, то Лос Вакерос казались жилистыми и быстрыми. Одежда их была несколько более стильной, чем экипировка тактически обученных солдат. Снаряжения на них не было – Лос Вакерос, когда это было возможно, предпочитали выглядеть функционально. Рубашки их были отглажены и накрахмалены, на ногах красовались начищенные ботинки из тонкой тисненой кожи, а волосы лоснились от геля. Их смуглые лица блестели, словно их коснулось солнце. У одного из мужчин на шее висела длинная винтовка с полной патронташей, а у другого на поясе болтались два огромных охотничьих ножа. Он как раз играл одним из них, ковыряя грязь из-под ногтя большого пальца, когда Хар и 141-е вошли в помещение. — Vaqueros! Este es el Capitán John Price y su equipo, el 141. Creen saber quién financia Las Almas y están aquí para ayudarnos a exterminar estas ratas.         Кивки, несколько рукопожатий. Прайс заговорил: — Un hombre llamado Phillip Graves ha traicionado a nuestro equipo y él y sus hombres nos persiguen. Su dinero pagó por el tráfico de esas armas a través de la frontera, y estamos aquí para reunir información que lo demuestre, — Прайс объяснял, тщательно выговаривая слова, осознавая свой сильный акцент.       Один из парней пожал плечами и заговорил на смеси английского и испанского: — Как это нам поможет? Intel no es acción. — Доверяйте и верьте, что если мы увидим доказательства этого, мы будем готовы к действиям. Грейвс — мертвец, — к ее удивлению, именно Газ откликнулся на вызов.       Прайс ничего не сказал — переминался с ноги на ногу и ждал, когда его оценят. Алехандро улыбнулся и продолжил объяснения: — Это то, что мы хотим услышать. Esta noche, nuestra pequeña fiesta recibirá a uno de los jugadores clave en Las Almas: Héctor Vasquez. Sabrá exactamente quién pagó el envío y sabrá exactamente dónde está. — ¿Por eso trajeron a la mujer? ¿Como cebo? — спросил другой парень. У Хар екнуло сердце.       Алехандро заметил панику в ее глазах. Он слегка закусил губу, уточняя: — Мы называем Васкеса ‘El Cazador’. Охотник. — ¿El Cazador de que? — поинтересовался Прайс, его голос выдавал его панику лишь своей громкостью. — Его не привлекают ни наркотики, ни оружие. Он известен тем, что занимается похищением женщин и торговлей ими. Васкес однажды уничтожил целый лагерь, лишь для того, чтобы добраться до одной девушки, которая улыбнулась ему из машины. Он выслеживал её три дня, — Алехандро перешёл на английский, чтобы убедиться, что Газ и Соуп его понимают. В лингвистике они были слабее Прайса.       Хар пристально взглянула через стол на Алехандро. — ¿Entonces eso es lo que soy? ¿Carnada? Podrías haberle dicho que me dejara, pero no lo hiciste, — она знала, что Прайс будет хотя бы немного расстроен планом, который придумал Варгас. — No es nada que no puedas manejar, mi morena, — Алехандро пожал плечами и улыбнулся еще шире.       Прайс молчал, будто застыв в безмолвии, но по выражению лица читалось — внутри что-то надломилось. Стоя возле неё, он стиснул кулаки, слышно было, как скрипят затекшие суставы, пальцы хрустели с тихими хлопками. Дыхание его стало прерывистым. Соуп, устремив взгляд вниз, на свои сапоги, покачал головой, предчувствуя скорую вспышку гнева. — У Гектора длинный язык. Используй немного обаяния, и ты получишь всю информацию, какую захочешь, — пожал плечами Алехандро, не понимая ее нежелания. — Парра свяжется по телеграфу, и как только эта змея сообщит тебе местонахождение тайника, muy fácil. No te ahogues en un vaso de agua, amigo. — И что мы должны делать, пока она делает за нас грязную работу? — Прайс кипел от злости.        Лицо Алехандро было лишено той теплоты, которая обычно скрывалась за ним, холодно и безжалостно, он обращался непосредственно к Прайсу: — Es una fiesta, compa. Haz tu mejor esfuerzo para disfrutarlo.       Алехандро отпустил своих ребят, сам, все еще находясь во главе стола, свирепо вперив взгляд в Прайса, осознавая, что у того наверняка найдется что сказать.       Джон неотрывно следил за Варгасом. Напряжение в комнате достигло предела. Капитан, не отводя взгляда от Алехандро, обратился к Соупу: — Сержант, проводи ее в холл. Я встречу вас, ребята, снаружи. — Так точно, сэр, — ответил Соуп, схватив ее за руку и повел к выходу.       Хар выскользнула из его объятий, удалившись по своей воле, взглянув на Соупа так, будто он потерял рассудок. Его глаза молили о прощении, но его больше тревожила ярость Прайса, чем ее чувства. В коридоре Хар оказалась у двери, ожидая вместе с Гоустом, Соупом и Газом. Даже когда дверь захлопнулась, было слышно все происходящее, главным образом потому, что оба мужчины орали, перекрикивая друг друга. — Ты что, совсем с ума сошел, мать твою... — Ты не должен обращаться с ней como su hija- — Когда она пришла сюда, по собственной воле, в твой проклятый дом... — -pero quieres pinche контролировать каждую крошечную деталь. — Скормить ее этому мудаку как приманку? Только через мой- — Один разговор с другим мужчиной, и ты...       Этого было достаточно. Хар рванула дверь, увернувшись от хватки Соупа. —Хватит! — Хар заговорила громко, внезапно привлекая их внимание. Лица мужчин были искажены яростью.        Прайс отвернулся от нее и повернулся к Варгасу. — Убирайся, Харон. Мы еще не закончили. — Ты закончил. Разговор окончен. Мне нужно поговорить с тобой. Наедине, — настаивала она. — Алехандро, уходи. — Он не станет тебя слушать, morena. — Мне без разницы.       Алехандро покинул их в своём кабинете, стремительно удалился, хлопнув дверью. — Джон, — начала Хар, но он ее перебил. — Тебе не надо ничего делать, любимая. Есть и иные пути выудить из человека информацию, и я в них разбираюсь превосходно. Я попрошу Газа отвезти тебя назад. Ты можешь... — Джон! Остановись. Ты знаешь, что это превосходный способ разговорить Гектора. Ты в курсе, что этим я, собственно, и занималась... долгое время. — Для Мигеля, — Джон выплюнул имя это, будто горькую отраву, — ты была приманкой для Мигеля. Разве не это ты хотела сказать? — Какое это имеет значение? У меня хорошо получается. Люди доверяют мне. Они видят меня и думают, что я не такая уж важная персона, и рассказывают мне разные вещи. Со мной все будет в порядке, и я не понимаю, почему ты придаешь этому такое значение, — Хар пожала плечами. Он презрительно усмехнулся., — Ты не... ты не понимаешь, что это может быть для меня проблемой? Использовать тебя, как он? — Всё, что от меня требуется, это всего лишь побеседовать с Гектором на этой вечеринке! Вот и всё, что нужно. Как только мы выясним местонахождение оружия, ты возьмёшь всё в свои руки и сделаешь то, что умеешь лучше всего.       Прайс, с трудом сглотнув, обошёл стол, чтобы встать перед ней. — Это ведь намного больше, чем просто какой-то грёбаный разговор, не так ли? Тебе нужно будет его расположить к себе. А я видел этих ублюдков. Ты думаешь, я спокойно буду стоять и смотреть, как он тебя щупает? Наблюдать за его… чёрт, я не знаю. Это слишком рискованно. А если он тебе навредит? Что, если он захочет, чтобы ты пошла с ним? Попытается тебя похитить? Мы просто раскроем твой прикрытие и останемся ни с чем? Потому что такого мира просто не существует, в котором он сможет забрать тебя с собой, — распалялся Прайс, кипя от ярости. — Я пущу ему пулю в эту гребаную голову раньше, чем он успеет добраться до своей проклятой машины! — Почему ты не хочешь доверить это мне? — Хар разочаровалась в его упорстве. Операция не должна была представлять из себя ничего сложного.       Из груди Прайса вырвался раздраженный выдох, он сжал переносицу пальцами, борясь с головной болью, вызванной стрессом. — Я доверяю тебе, любимая, просто... — Тогда позволь мне выполнять работу, которую я умею делать, капитан.       Он не ответил, лишь уставился на неё, ведя какой-то внутренний безмолвный диалог. То, что Хар обратилась к нему по званию, заставило Прайса выпрямиться, вытянуться, отчего он стал выглядеть ещё выше и неприветливее обычного. Лицо его исказилось от гнева. — Я пойду приму душ и переоденусь. Если это вечеринка, нам нужно выглядеть соответственно, — сказала она, и в её голосе прозвучали сдержанные нотки. — Не стоит, — Прайс потянулся к Хар, схватывая её руки своими огромными ладонями, — Не надо... тебе не нужно этого делать. — Я не хрупкая, Джон. Тебе следовало бы это уже уяснить, — отчеканила она, покидая кабинет и направляясь в свои покои.       Хар начала перебирать вещи в сумке, отыскивая припасенное платье, и разделась, готовясь принять душ. Долго она держала себя в руках, но как только струи воды коснулись тела, почувствовала, как подкатывают обжигающие слезы. Хар пыталась их удержать, но пара-тройка все же скатилась с ресниц.       Она не могла понять, что это за ощущение. Разочарование, конечно, но что-то еще. Безымянная чернота разъедала ее душу.       Закончив все приготовления и наложив макияж впервые за долгое время, Хар, распустив туго заплетенную косу, перебирала волосы пальцами, когда услышала стук в дверь. — Entra, — воскликнула она, поворачиваясь к нему лицом.       Это был не он. Это был Газ. — Привет, это я… извини. Можно войти? — с некоторой опаской спросил он, словно нехотя нарушая её личное пространство. — Да, Кайл, заходи. Я почти закончила. Что-то случилось? — Хар улыбнулась ему, радуясь его учтивости. — Принёс тебе прослушку, — Кайл протянул пачку, его взгляд оживился, когда он заметил её наряд. — Чёрт, Хар, ты великолепна. Хорошо подготовилась. — Спасибо, — ей было приятно услышать комплимент, хотя и от него; Хар хотелось услышать такое от Джона.       Ей хотелось, чтобы он потерял дар речи, глядя на неё, как на цель, которую нужно покорить, как на награду, которую необходимо завоевать.       Кайл расстегнул молнию на сумке и приступил к креплению проводов, его длинные пальцы осторожно касались краев платья, а он старательно отводил взгляд, пока Хар прятала маленькие детали от чужих глаз. — Знаешь, у него там не все в порядке, — подал реплику Кайл. Хар догадалась, о ком идет речь. — Вот оно как, — выдавила она единственно возможную фразу. — Послушай, я-то знаю, ты способна на куда большее, чем просто сбором информации заниматься. У тебя репутация отличная, хотя со стороны, конечно, не выделишь особо, — начал он, продолжая гнуть свою линию. — Но капитан... он чувствует, ну... он просто не желает тебя ввязывать. Ему кажется, что это его дело. — Не думаю, что платье подошло бы ему по размеру, как думаешь? — Хар пошутила, пытаясь поднять настроение.  — Ах, да, нет. Он не смог бы выглядеть так же хорошо, как ты, это точно. Но, я имею в виду... — Газ усмехнулся. — Я понимаю, о чем ты, Кайл. — Да, я просто... может быть, ты с ним поговоришь? Он на заднем дворе. Видимо, вышел покурить. — Мы побеседовали. Мне больше нечего добавить, — Хар повернулась к зеркалу, подкрашивая губы блеском, хотя в этом и не было нужды. — Он хочет, чтобы я пошла на уступки. Чтобы я оказалась на втором плане. Не вмешивалась в происходящее. Я здесь не для того, чтобы быть бездействующей частью обстановки; я пришла работать, как и вы.       Газ кивнул, вперив взгляд в пол, его губы сжались в тонкую, серьезную линию. — Увидимся там, — бросил он, снова оставив ее наедине.       Варгас недооценил масштаб мероприятия. Повсюду толпились люди. Алехандро стоял возле огромной ямы, контролируя процесс приготовления свинины и дегустируя соус. Он выглядел как обычно, в своем классическом стиле Norteño: черное на черном, с белыми кантами на рубашке и жемчужными пуговицами. На Варгасе была строгая черная фетровая шляпа, искусно выполненная в стиле вакеро и зафиксированная кожаным шнуром с элегантными серебряными элементами. Его черные сапоги из кожи аллигатора, казалось, стоили больше всего его облачения вместе взятого: их серебряные мыски были заострены и изящно выгнуты к небу.       Было прохладно, но не холодно, и она чувствовала, как ветер развевает полы платья, спина которого была скорее модной, чем функциональной, особенно ранней весной. Алехандро заметил Хар, когда она наблюдала за ним, и помахал рукой.        Хар подошла к нему, и под обувью захрустела сухая грязь. — Morena, — тон полковника был обвинительным. — Я знаю, что он тебя разозлил, но не нужно так сыпать соль на рану. ¡Caracoles! — Cierra la pinche boca, cerdito, — Хар прокомментировала, стараясь не улыбаться так широко, как улыбался Алехандро в ответ на его нескромное восхищение. — Eres tan hermosa, Charon. Tú lo sabes.       Хар пожала плечами, отвергая его любезность, в воздухе все еще витало напряжение, возникшее ранее. Варгас пошел с ней в один из баров, которые он открыл у бассейна. — Es un poco controlador, ¿no? У тебя определенно есть типаж, — проворчал Алехандро и налил два шота текилы, протянув один ей. — Он совсем не похож на Мигеля. Не говори так, — быстро пресекает Хар его. — Нет, не похож. Но зачем он привел тебя, если не для того, чтобы использовать твои таланты? Он лучше всех знает, что podrías convencer al diablo para que te dé la llave del infierno.       Она вновь пожала плечами, не находя нужных слов. Хар смаковала свою текилу, осознавая ее высокую стоимость, и слегка нахмурилась, вспоминая о Прайсе.       Алехандро продолжил свои рассуждения: — Гектор, возможно, даже не придет сегодня. — Ммм, — она кивнула, соглашаясь с вероятностью такого исхода, тоскуя по уюту и защищенности родного дома, мечтая о глазах, освобожденных от косметики, представляя себе плед и горячий шоколад, воображая блаженство согревания ног о мощное бедро желаемого мужчины, испытывая разочарование от того, что текилу она пьет не с ним.       Сверху, из одной из спален, вышли Гоуст и Соуп. Сержант заканчивал застегивать верхние пуговицы на своей рубашке, расцвеченной бирюзовыми и черными полосами. Варгас, заметив ее взгляд, резким свистом подозвал мужчин присоединиться к ним. — Соуп, присаживайся, compa. Siéntate. Варгас порылся за стойкой и налил им еще по два бокала. Мактавиш улыбнулся, беря свой бокал с элем. — Slàinte. — Выпьем, приятель, — сказал Гоуст, снимая маску с губ и пригубляя напиток. — Выглядишь очень мило, Чар. Он тебя видел? — Брови Соупа взметнулись вверх, полные удивления. — Спасибо, Джонни. Я его не видела. Уверена, он расстроен из-за меня и курит где-то за домом, по словам Газа. — Не знаю, расстроен ли он, девочка. Просто немного обеспокоен. Ему трудно оставить все как есть. — О, ¿verdad? — саркастично уточнил Варгас. Гоуст налил всем еще по стаканчику. Она выпила с ними немного, разбавляя алкоголь водой и стараясь не шуметь.  Газ присоединился к группе, помог ей включить микрофон и немного посидел с ними. Алехандро пошел проверить, как там еда, а Гоуст и Соуп ускользнули, чтобы проверить, где находится Гектор. Они с Газом снова остались вдвоем.  — Ты готова, Хар? — он улыбнулся. — Думаю, лучше не будет, — улыбнулась Хар в ответ.  — Пойдем перекусим. Тебе станет лучше, — предложил он, выпрямляясь и предлагая ей свой локоть.       Хар схватила его за руку и последовала в загон, где Варгас подготовил яму и расставил столы вокруг огромного костра. Здесь было куда теплее, а шашлыки оказались просто восхитительными. Жирное мясо было теплым и мягким, пряным и изысканным. Приготовлено идеально, не подкопаться. Хар не чувствовала голода, но опустошила свою маленькую тарелочку скорее из-за желания, чем из-за необходимости.       Газ уничтожил две огромные порции еды. Было немного пугающе наблюдать, как быстро он способен съесть такое количество свинины, но, по крайней мере, ему нравилось. Варгас нанял группу tumbado, и они играли свои лучшие композиции. Несколько человек танцевали. Было неплохо, но это никак не соответствовало ее представлению о хорошем времяпрепровождении. Столько незнакомых лиц заставляли Хар нервничать и чувствовать себя не в своей тарелке.       Когда она рассматривала толпу, стоя с Газом возле костра, у нее перехватило дыхание, когда она увидела его.       Во рту дымилась сигара, борода аккуратно подстрижена, подбородок и шея свежо выбриты. Движения его были размеренными, взгляд — острым, как бритва. Одежда — в стиле Алехандро, будто он наскоро выбрал что-то из его гардероба. Прайсу, видимо, пришлось позаимствовать парадную одежду у кого-то из вакерос. Но сидела она на нем, словно сшита по мерке.       Джинсы, наглаженные и накрахмаленные, были из черного денима, со стрелкой посередине, в нарочито ретро-стиле, а узкие прямые штанины выгодно подчеркивали бедра. Серебристое пальто, черный кожаный ремень, обтянувший его тонкую талию, и рубашка в черно-серебристую полоску, заправленная в джинсы. Пуговицы на рубашке поблескивали в свете камина. Ковбойские сапоги и, явно чужая, шляпа дополняли образ. Он то и дело снимал и надевал ее снова, поправляя. — Ого, вот это да, — тихонько произнесла Хар, стараясь, чтобы Газ не услышал. — Ну что, потанцуем? — Газ не видел капитана, тот сидел, отвернувшись, и пытался быть любезным. Предлагал себя в качестве партнера.       На самом деле у нее не было причин отказывать, поэтому она протянула руку, и они направились к танцполу. Это была небольшая бетонная площадка с громадным фонтаном в центре. Терракотовая плитка казалась старинной, и Хар гадала, сколько лет она здесь.       Танцевать с Газом было приятно, но постепенно разговор свернул на рабочие вопросы. — Он уже здесь? Гектор? — спросила Хар. — Нет, — Кайл мотнул головой. — Гоуст наблюдает с самого приезда первых гостей. Пока спокойно.       Она оглядела край внутреннего дворика в поисках Прайса, гадая, где он может быть. — Прайс только что сказал, что у Гоуста снова пусто, так что цели нет, — сказал ей Газ.  — Что? Откуда ты знаешь? — Хар была ошеломлена. — Он нас слышит, — указывая на свое ухо, Кайл напомнил тебе о своем наушнике.       Хар совсем забыла, что на ней жучок, и была немного смущена тем, что, возможно, вся команда слушает, как они с Газом болтают Бог знает о чем. Она пыталась вспомнить все, что наболтала. — А, — ответили Хар, не зная, как реагировать.  — Сэр? — теперь Газ, очевидно, обращался непосредственно к капитану. — О, да, сэр. Всегда пожалуйста. — Что он сказал?       Газ улыбнулся, глядя на нее сверху вниз, и пожал плечами. Через несколько секунд Хар напугал знакомый голос. — Спросил, можно ли мне вклиниться.       Хар развернулась к нему, и первым делом ее поразил его аромат. Это был его одеколон, с верхними нотами апельсина и жженого сахара, а глубже ощущались мускус и табак, от него веяло мужественной чистотой. Он казался воплощением мечты. Вблизи его одежда и ухоженный вид говорили о внимании к деталям. Линии, проведенные бритвой, были безупречны, кожа гладкой. Щеки казались мягкими, словно сливочное масло. Прайс пригладил бороду, поправляя серебряные пряди. Хар нравилось, как светлые волосы окаймляли его подбородок.       Он улыбнулся ей, и морщинки вокруг глаз напомнили о том, каким он был в поле возле ее дома, какой аромат от него исходил, как он жадно ее целовал.       Капитан не поцеловал Хар в этот раз. Вместо этого он отвлек ее от Газа и заставил принять позу для Norteño corrido, которая только что заиграла. Этот северный стиль танца, чем-то схожий с бачатой, был довольно прост в основе, но требовал мастерства. Однако Прайс превратил его в настоящее искусство.       Он много времени провел в Мексике, и то, как он погружал нос в ее волосы, прижимал ее щеку к своей, обнимал одной рукой, полностью ее охватывая — все было безукоризненно. Хар казалось, что она парит. Он держал ее так крепко, что с усилением ритма она оказалась прижата к нему. Его мощное бедро уперлось прямо между ее ног, и, разворачивая ее, он направлял Хар туда, куда хотел. По сути, она была всего лишь сторонним наблюдателем.       Когда они кружились в танце, для разговоров оставалось мало времени и пространства, но он словно пытался собрать её, Хар, воедино. Она сжала его ладонь в своей, при этом, ухватившись за его плечо, провела ногтями по гладкой ткани его рубашки. Он ответил на это, обняв девушку ещё сильнее.       К концу мелодии Хар уподобилась пластилину в его объятиях. Он мог придать ей любую форму, и она с радостью растворилась бы в ней. Когда аккордеон заиграл последнюю ноту, Прайс отстранился и вновь прижал Хар к себе, касаясь её телом, уткнувшись лицом в её волосы и шею. — Джон, ты не говорил мне, что умеешь танцевать, — сказала девушка, затаив дыхание.  — Потанцуешь со мной еще? — на танцполе зазвучала медленная, грустная баллада, и Хар кивнула головой в знак согласия.  — Послушай, Джон, я просто...       Прайс удерживал её, не ослабляя хватку, но поменял положение. Он сильно стиснул Хар, затем, коснувшись своего уха, напомнил о тех, кто их слышит. Всё, что она хотела высказать, придётся отложить. Пока же она лишь позволяла ему вести танец, скользя по паркету легко, будто воздух, словно они всю жизнь только этим и занимались.       Неожиданно Прайс прервал танец, вперив взгляд в глаза Хар, будто размышляя о чём-то. Потом он возобновил танец, ускоряясь. Тихо, почти шепотом, он произнёс: — Они здесь. Гектор со своей бандой. Гоуст, Соуп, отходим. На цели сосредоточьтесь.       Она почувствовала, как по коже побежали мурашки, и осмотрела зал, просматривая барную стойку и столики в ожидании прибытия незваных гостей.       Спустя секунды Прайс вновь прижал её к себе, прошептав: — Видишь того, в белой шляпе, от тебя на девять часов? — Это он? — Да, любимая. Ты всё ещё хочешь это сделать?       Хар хотела сказать "нет", хотела закричать во всю глотку. Желала, чтобы Прайс вернул ее обратно в Артезию Уэллс, где все было так паршиво, и трахал ее, пока солнце не утонет на востоке. Много чего хотелось. Но ничего из этого она не сделала. С трудом собрав остатки своей старой удали, казалось, давно погребенной, Хар отступила от Прайса, боком приближаясь к бару, будто ей срочно нужен был выпивать.       Гектор прибыл с целой свитой, включавшей в себя дам. Одежда девушек кричала о дороговизне, они напоминали манекенщиц. Гектор выделялся ростом и чем-то кошачьим в облике. Его движения завораживали, напоминая течение воды, плавные и гибкие, словно ему все давалось без усилий, легко, не как всем остальным. — Dame una cerveza. Sí, esta, — она разговаривала с человеком за барной стойкой.       Хар знала — Гектор наблюдает, поэтому любезно улыбнулась мужчине, угостившему ее пивом, немного пофлиртовала с ним, а затем отвернулась от него и Гектора, сосредоточившись на фонтане. — ¿Realmente puedes ser tú? — глубокий баритональный голос раздался позади, и сначала Хар проигнорировала его, сделав вид, что не услышала. Затем он произнес нечто такое, от чего у нее замерло сердце. — Así es, la puta del Matador.  — Lo siento, señor. Estás equivocado, — Хар обернулась, пытаясь сдержать выражение лица. — No, de verdad, eres tú — он улыбался так, как улыбается крокодил, неспособный радоваться, и все же у него было так много зубов. — ¿Y qué? ¿A quién le importa ahora que está muerto? — она быстро превратилась в жестокого человека, пытаясь контролировать игру, в которую он с ней играл. Гектор приблизился. — Miguel fue un buen amigo para mí, perra. Fue el padrino de mi hijo, — от него сладко пахло сливами или ягодами, а его одежда была шелковистой и так точно сидела на его высоком теле, что было очевидно — сделана на заказ.       Хар сузила глаза на Гектора, отказавшись от задания, которое все равно было проиграно, раз он узнал, кто она. Теперь девушка пыталась выжить в этой встрече. — Miguel es la razón por la que nunca tendré un hijo, — Хар выплюнула в ответ. — Solía decir que tenías la boca sucia. Pero dijo que tu coño era dulce como la miel. ¿Si una es cierta, por qué no la otra?       Гектор быстро оказался на её месте, вцепился в челюсть и рывком перекинул через стойку, отчего та упёрлась спиной в массив дерева. Хар отчаянно сопротивлялась, пытаясь высвободить лицо от его мертвой хватки. Внезапно воздух разорвал треск. Мучительный стон вырвался у нападавшего, он потерял равновесие и, бросившись на неё, вынужден был схватиться за край стойки.       Гектор развернулся, освобождая девушку, и Хар увидела, как Прайс уже заносил кулак, только что сломавший Гектору ребро. — Ты, блядь, покойник, — Прайс говорил тихо, но его слова не нуждались в усилении. Его голос был подобен кипящей лаве.       Она сама не поняла, как это случилось, но в одно мгновение к её виску прикоснулся холодный ствол пистолета, а дорогой пиджак Гектора начал душить. От его одеколона и выступившего пота подступила тошнота, и тело охватила паника от того, как сильно он сжал её шею. — Bueno, la estrangularé o le dispararé. Quédate ahí y elige, — человек, державший Хар, угрожал Прайсу.       Она не собиралась расставаться с жизнью в этом месте, уж точно не от выходок подобного типа, как Гектор. Харон зашла слишком далеко, чтобы допустить подобное развитие событий. Однако, когда в ушах громыхнул выстрел, она подумала, что уже мертва. Лишь ощутив тяжесть и безжизненность тела Гектора рядом, она осознала произошедшее.       Вокруг закипела перестрелка, и она почувствовала, как Прайс дернул ее за стойку бара, едва не вывернув руку и прижав Хар к полу. Он извлек пистолет из-под голенища и открыл ответный огонь по людям Гектора. Лос Вакерос налетели как вихрь, и хотя казалось, что прошла целая вечность, схватка продлилась всего несколько мгновений, после чего в зале вновь установилась тишина. Слышались крики, но большинство разбежалось в поисках укрытия. — Как обстановка? Двигаем к главным воротам. Никто не уходит, — передал Прайс в рацию.       Он снова схватил Хар за руку, но не для утешения, а чтобы обеспечить безопасность. Прикрывая её своим телом, он диктовал действия. — Хватайся за мой ремень, держись крепче, оставайся как можно ближе.       Хар именно так и поступила, прильнув к нему всем своим существом и продев ногу между его, словно в танце. Прайс, действуя с осторожностью, направился к главным воротам, успев как раз вовремя, чтобы наблюдать за тем, как черный внедорожник стремительно уезжает.       Капитан же вел односторонний диалог со своей группой. — Черт побери! Мы в зоне риска. Немедленно свяжитесь с Ласвэлл. Требуется эвакуация. — Как это не работает? Восстановите связь! — Без этой эвакуации мы — мишень. — Понятно. Возвращаемся на базу, укрепляем позиции и зачищаем здание.       Осторожно обойдя границы участка, Прайс привел ее обратно в hacienda Алехандро. Лос-Вакерос были в состоянии повышенной готовности, выставлены посты у всех выходов и вооружены до зубов. Они пропустили Прайса, и как только они вошли внутрь, и направился к Газу. — Это были вы? Вы стреляли? — Нет, сэр, — покачал головой Газ.  — Fui yo, — голос Алехандро прозвучал из-за спины Соупа, выходящего навстречу Прайсу.       Прайс передал ее Газу, схватив за предплечье, и на одном дыхании набросился на Варгаса, дважды ударив его по лицу. Тот повалил его на землю и крепко сжал в хватке. — Ты мог убить ее, ебанный засранец! Всего несколько дюймов! Если бы ты промахнулся, она бы... — Я не промахнулся, Господи Иисусе, она жива. Она жива, amigo. Она жива, mira. Mira, жива.       Алехандро тихонько напевал, пытаясь докричаться до Джона, чуя, что сейчас другу нужна помощь куда больше, чем конфликт. Шляпа соскользнула с головы, упав на пол, он же так и остался лежать, тяжело дыша.       Взгляд Прайса будто застеклился. Лишь когда он побывал в руках Варгаса, он начал приходить в себя.       Потом он увидел Хар, по-настоящему разглядел ее впервые.       Он отполз от Варгаса и поднялся, чтобы обнять ее. Запах его ощущался как удар в грудь. Словно все его тело осознало, что находится в безопасности, и Хар вздрогнула, стараясь устоять на ногах.       Планшет Газа издал громкий звук. — Мэм? — она услышала голос Газа, который звучал глуховато из-за крепкой хватки Прайса. — Нет, мэм. Варгас, она хочет с вами поговорить. — Bueno, Katie, ¿qué pasó? …sí, pero they knew her…sí…qué?! ¿Ahora? Глаза Алехандро расширились и уставились на нее и Прайса. Он положил трубку. — Капитан, плохие новости.