Я заставлю тебя гордиться/ I will make you proud

Гермиона — май 2006 г. К обеду паб был полон мракоборцев. Бар опустел, комнату тщательно вычистили, а Гарруса Флинта доставили на допрос. От него требовалось предоставить воспоминание, которое могли бы сохранить и затем изучить лучшие следователи-авроры, имеющиеся в их распоряжении, в поисках улик, объясняющих, как Драко Малфой, «Нежелательный номер 1», умудрился зайти в паб в центре волшебной деревни, снять комнату и покончить с собой, и никто этого не заметил. Все мракоборцы Британии уже несколько лет бдительно следили за Малфоем, и он был не таким уж непримечательным, человеком, которого легко можно было не заметить. Он был необычайно высоким, не меньше 190 см, атлетического телосложения и крепкого телосложения, не говоря уже о копне светлых волос, которая сразу выдавала в нём Малфоя. Он не мог оставаться незамеченным. Обсуждалось, не употреблял ли он оборотное зелье. Гермиона считала это вполне правдоподобным, однако возникал вопрос: откуда он мог взять ингредиенты, находясь в бегах? Поняв, что это он, Гермиона, хватая ртом воздух, выбежала из комнаты и, тяжело дыша, села на лестнице. Гаррус появился в проёме у двери внизу с грязной тряпкой в руке и стеклом, которое он якобы мыл. «Ты права?» — спросил он, явно встревоженный ее серым цветом лица. Гермиона чувствовала, что вот-вот упадёт в обморок. Одно дело видеть трупы, она постоянно это делала. И совсем другое – видеть человека, которого знаешь с одиннадцати лет, с застывшим лицом, искаженным маской мучительного отчаяния, с бескровными губами, обнажающими белые зубы, с выпученными глазами и белками, налитыми кровью. Ожоги от верёвки на его тонкой шее заставили её плакать. Это была такая мучительная смерть, совсем не мирная. Она подумала, не передумал ли он после того, как оттолкнул стул. Боролся ли он, дрыгал ли ногами, пытался ли дотянуться до стула, чтобы найти опору. Но она заметила, что его ногти были аккуратно подстрижены в ровные линии. Не было никаких следов того, что он пытался просунуть пальцы под верёвку. Она подумала, не испугался ли он. Гермиона не могла себе представить, чтобы Драко Малфой чего-то боялся, скорее наоборот. Его имя теперь внушало страх, как и имя Волан-де-Морта. Вот только Малфой не был слаб, цепляясь за власть и жизнь посредством тающих крестражей, как Волан-де-Морт в конце. У Волдеморта не было ни единого шанса, когда Малфой эффектно сверг его в конце войны, без труда убив всех, кто встал у него на пути. Волдеморт был мёртв, и через несколько недель Пожиратели смерти распались или спрятались под землёй. Малфой не был слабым, он был молодым, сильным, исключительно могущественным тёмным волшебником, гораздо более могущественным, чем кто-либо мог себе представить. В настоящее время мотивы его действий после войны были практически неизвестны. Помимо убийств, казалось бы, без разбора, у него были цели, которые авроры не могли разгадать. Казалось, он не был заинтересован в продолжении дела Волдеморта. Он никогда не оставался на одном месте, оставляя за собой разрушительный след везде, куда бы ни шёл. Его было невозможно выследить. Он калечил и ранил по своему желанию, словно одержимый какой-то целью, но никто не знал, какой именно. У него были сторонники. Многие считали его своего рода героем за то, что он избавился от Волан-де-Морта и фактически положил конец войне. Но Гермиона гарантировала, что никто из них не захочет оказаться с ним в одной запертой комнате. Истории о его жестокости постоянно доносились в аврорский отдел Гарри. Гарри, исполнявший обязанности главного мракоборца, пока Робардс восстанавливался после болезни, был измучен рассказами о Малфое. Он винил себя за то, что считал, будто в нём было что-то, заслуживающее искупления. Они часто говорили об этом, и Гермиона уверяла Гарри, что никто не мог знать, до какой глубины опустится Малфой, или что он способен на тот уровень темной магии, которую он, по-видимому, творил без всяких мыслей и последствий. Малфой их школьных лет был мелочным и злобным. Он изменился до неузнаваемости после неудачной попытки убить Альбуса Дамблдора и превращения его в Пожирателя смерти. Никто не мог предвидеть, что надменный, избалованный принц их времени в Хогвартсе станет смертоносным убийцей. Жестокое убийство им собственного отца в возрасте двадцати одного года, казалось, стало катализатором того, что его жизнь покатилась по этому обречённому пути. Гаррус пошатнулся, когда она наконец спустилась по лестнице и дрожащим голосом сообщила ему, что тело на стропилах принадлежит Драко Малфою. Его глаза расширились, когда до него дошла эта мысль. «Драко, чёрт возьми, Малфой, в моём пабе», — бормотал он снова и снова. «Из всех, кто, чёрт возьми, умер в моём пабе, именно он». Как только Гермиона достаточно пришла в себя, она связалась с офисом через каминную сеть, чтобы сообщить им о случившемся, а затем попыталась сама допросить Гарруса. «Уверен, я бы заметил, если бы это был Малфой. Клянусь, я не знал!» — настаивал он, вытянув перед собой грязные руки. «Меньше всего мне, чёрт возьми, нужны такие, как он». Гаррус выглядел соответствующим образом испуганным, и Гермиона была склонна ему поверить. Его воспоминания будут исследованы в Омуте памяти, а также его подвергнут полному допросу с использованием Сыворотки правды, чтобы убедиться в этом. Вскоре она услышала череду громких хлопков, и на место происшествия толпой сбежались ее коллеги. Гарри вошёл в паб, выглядя крайне измученным, в сопровождении Робардс, которую в этот раз вызвали на дежурство. Она стояла в баре и рассказывала им всё, что знала, вглядываясь в бледное лицо Гарри, на котором отражался явный шок. Она перенесла свои записи в блокнот Робардса палочкой, а затем стояла, сжимая и разжимая кулаки, и с нетерпением ждала появления своего партнёра. Слабый хлопок позади нее, раздавшийся минуту-другую спустя, возвестил о прибытии Блейза. Она видела, что он уже знал. Если Гарри был бледен, то Блейз был просто бледным. Его обычно красивое лицо приобрело землистый оттенок, карие глаза, обычно полные смеха, были широко раскрыты, остекленели и не мигали. Гермиона положила руку ему на плечо. «Ты в порядке? Тебе не нужно быть здесь, ты же знаешь. Гарри в курсе ситуации». Блейз покачал головой. «Я уже сказал ему. Я хочу быть здесь», — ответил он, хотя дрожащие руки выдавали его слова. «Блейз, я знаю, что он был твоим другом…» — начала Гермиона. Блейз горько рассмеялся. «Был, пока не решил стать самым разыскиваемым человеком Британии». Он ответил, слегка покачав головой. «Не могу поверить, что теперь я никогда не смогу спросить его, почему. Я так отчаянно хотел поймать его, поговорить с ним. Я до сих пор не могу поверить, что он мёртв». Блейз выглядел совершенно измученным. Гермиона знала, что ему предстоит тяжёлый день. Она положила руку ему на плечо и нежно сжала его. Кэти Белл, тяжело топая, спускалась по шаткой лестнице. «Они его сейчас срубят», — сказала она тихим, почтительным голосом. Она понимала, как тяжело это может быть для Блейза. С помощью палочки она подняла перед собой кожаную сумку и книги, стараясь не оставлять отпечатков пальцев. «Я отнесу их в офис, Гермиона». «Спасибо. Оставь их, пожалуйста, на моём столе, Кэти», — ответила Гермиона, её взгляд и мысли уже были наверху лестницы. Кэти аппарировала, и Гермиона посмотрела на Блейза. «Ты готов?» — спросила она. Он глубоко вздохнул и начал подниматься по лестнице. Его нежелание было очевидным. Тёмная магия всё ещё царила в комнате, как и тогда, когда Гермиона вошла туда несколько часов назад. Больше ничего интересного они не нашли, кроме его сумки и книг, которые Гермиона отчаянно хотела увидеть. Медики уже прибыли. Драко спускали со стропил. Гермиона смотрела, как перерезают верёвку, и его тело упало, подхваченное снизу ожидающими руками, которые схватили его за ноги, готовые принять на себя его вес. «Осторожно!» — крикнул Блейз, отплевываясь. Он бросился вперёд, когда его опускали на пол, и протянул руку в перчатке, чтобы поддержать голову Малфоя. Гермиона почувствовала, как ее сердце разрывается, когда она наблюдает, как Блейз оглядывает своего старого друга, очевидцы его насильственной смерти очевидны и неизбежны. «Его здесь не должно быть», — подумала она. Блейз зажал рот рукой и теперь пытался сдержать слёзы, блуждая взглядом по лицу Драко. Гермиона подошла к нему, не опуская глаз. Она больше не могла видеть лица Малфоя. «Блейз…» — начала она, но он поднял руку. «Ну же, вернись», — сказала она, пытаясь отвлечь его от ужасного зрелища. Блейз застыл на месте. Казалось, он рассердился, его печаль сменилась яростью. «Что, чёрт возьми, случилось?» — почти закричал он, ударив ладонью по полу. «Какого чёрта он докатился до такого?» «Он был убийцей, Блейз», — ответила Гермиона. «Может быть, он не смог жить с самим собой». Блейз задумался. Гермиона видела, как он с трудом сдерживает горе. «Знаешь, многие сочтут это хорошей новостью», — сказала она ему. «Его репутация…» «К чёрту его репутацию! — воскликнул Блейз. — Никто из вас его не знал. Что-то случилось, что сделало его таким. Он не всегда был таким. Кто-то мог бы его остановить, остановить это». Блейз позволил Гермионе увести себя от тела, пока медицинский персонал клал Драко в мешок для транспортировки. Блейз вытер слезу и шмыгнул носом. Затем он выпрямился, отбросив печаль. «Ладно», — сказал он, уперев руки в бока. «Пойду ещё раз подмету комнату». Гермиона оставила его там, спустившись вниз и дав ему немного прийти в себя. Её удивили слёзы Блейза по Малфою. Она и не думала, что они дружат уже много лет. Блейз дезертировал в начале войны и пришёл сражаться за Орден. Он был хорошим другом Гарри и Рона и уже некоторое время встречался с Джинни. Она вспомнила его слова о том, как изменился Малфой. Интересно, каким он был с друзьями в Хогвартсе. Интересно было бы узнать другую сторону Драко Малфоя, пока он учился в школе. День был долгим и изматывающим, как эмоционально, так и морально. Столько всего нужно было распаковать. Позже Гермиона стояла вместе с другими, кто уехал в Хогвартс, и у неё стоял ком в горле, когда мимо проносили мешок с телом. Её коробило от осознания окончательности произошедшего. Вся жизнь превратилась в пластиковый пакет, застёгнутый на лице, который везли в холодный, одинокий морг. Она подумала, будут ли у него похороны. Кто будет его оплакивать? Гермиона вздохнула с облегчением, когда в шесть вечера Гарри велел ей вернуться в кабинет, сдать свои заметки, а затем отправиться домой. Она аппарировала обратно, её разум был полон вопросов о деле Малфоев, и её встретила Кэти. Её щёки пылали, и, несмотря на поздний день, она казалась полной энергии. «Знаешь что?» — спросила Кэти, когда она подошла к своему столу. «Что?» — без энтузиазма спросила она. «Сумка и книги с места преступления?» — спросила Кэти, и Гермиона кивнула. «Ну, их обработали, ускорили проверку на наличие улик, чтобы убедиться, что у нас всё есть, и они уже мне рассказали». Гермиона с нетерпением ждала, когда Кэти перейдет к делу. «Значит, оказывается, в сумке были одни лишь пузырьки», — с ухмылкой на лице сообщила она новость. «Сумка была битком набита воспоминаниями самого Малфоя!» «Воспоминаниями?» — Гермиона резко подняла взгляд от пера и блокнота. «Ага, целая куча, и книги выглядят как дневники. Он практически сделал за тебя твою работу!» — воскликнула Кэти, явно взволнованная. Гермиона была в замешательстве. «Просто сумка с флаконами памяти? Где его вещи, которые он ночевал, все остальные вещи?» « Понятия не имею», — ответила Кэти. «Но они сказали, что теперь, когда всё проверено, их можно приобщить к делу в качестве улик. Они должны быть у тебя на столе самое позднее к завтрашнему обеду». Гермиона кивнула. Мешок воспоминаний Драко Малфоя. Её глаза расширились. Это могли быть ответы на многие её вопросы. Она отчаянно хотела начать расследование, но понимала, что ей нужно вернуться домой, поесть и отдохнуть, прежде чем она потеряет сознание. Ночью, когда она ложилась спать, её неотступно преследовало холодное, мёртвое лицо Драко Малфоя. Она подумала, что ещё долго не сможет сомкнуть глаз, не увидев его. Она не могла дождаться следующего дня, чтобы получить возможность исследовать его воспоминания и, возможно, наконец-то получить представление о загадке, которая скрывала Драко Малфоя.